Шон Ваймс
Душа и космос: Вечный покой

Капсула жизнеобеспечения вошла в атмосферу планеты, как раскаленный метеорит, оставив в бирюзовом небе жирный шлейф дыма. Жесткая посадка на песчаную косу оглушила Лиама. Когда гидравлика с шипением открыла деформированный люк, космический странник буквально выпал наружу, кашляя от гари.

Он ожидал увидеть кислотные болота или безжизненную скалистую пустыню, но вместо этого его легкие наполнились сладким, пьянящим ароматом цветущих магнолий и соленого прибоя.

Лиам с трудом поднялся на ноги. Его тяжелый, герметичный скафандр из темного углеволокна, испещренный шрамами от метеоритных дождей, выглядел чужеродным уродством среди этой первозданной красоты. Мужчина сорвал шлем. Местный воздух был густым, теплым и обволакивающим, словно шелк.

Вдруг шелест листвы у края изумрудной рощи заставил его схватиться за плазменный разрядник. Но оружие так и осталось в кобуре.

Из тени деревьев одна за другой начали выходить женщины. Лиам замер, забыв, как дышать. У него за плечами были сотни световых лет и десятки обитаемых миров, но ничего подобного он не видел. Это были нимфы. Их кожа отливала мягким жемчужным сиянием, а длинные волосы — от золотистых до глубоких морских оттенков — укрывали плечи вместо одежды. На них не было абсолютно ничего. Абсолютная, первозданная нагота не выглядела дикой; напротив, в каждом их движении сквозила царственная, пугающая грация.

Они окружили пришельца плотным кольцом. Их глаза, лишенные белков и светящиеся изнутри изумрудным огнем, с любопытством изучали странное существо.

Одна из них, с волосами цвета спелой меди и тяжелыми, высокой формы грудями, которые мерно вздымались от дыхания, сделала шаг вперед. Она не выказывала страха перед его громоздкой броней. Нимфа приблизилась почти вплотную, и Лиам ощутил исходящий от ее тела жар. Жар дикой, древесной магии, смешанной с запахом меда.

Она протянула тонкую руку и коснулась пальцами холодной, композитной брони на его груди. Ее соски, упругие и темные, едва не задевали металлические пластины.

— Металл... — прошептала она, и этот голос отозвался вибрацией прямо внизу живота Лиама. — Ты скован в кокон, чужестранец. Зачем ты прячешь свое тело от солнца и от нас?

В ее взгляде не было враждебности — лишь первобытное, пробуждающее инстинкты желание узнать, что скрывается под этой темной космической чешуей.

Лиам не успел ответить. Медноволосая нимфа мягко улыбнулась, и этот жест послужил сигналом для остальных. Тонкие, прохладные пальцы коснулись его плеч, рук и бедер. Десятки рук облепили его тяжелую броню, словно живой шелковый кокон. Странник почувствовал, как его окутывает облако сладкого, дурманящего аромата их тел, от которого мысли в голове начали приятно путаться.

Рыжая нимфа скользнула ладонями по его груди, безошибочно нащупав аварийные защелки скафандра. Раздался громкий щелчок и шипение разгерметизации. Тяжелые композитные пластины с глухим стуком упали на белый песок.

Нимфы восхищенно выдохнули, подаваясь вперед. Лиам остался в одном лишь тонком, облегающем термокомбинезоне, который подчеркивал каждый мускул его тренированного тела. Для жительниц острова, никогда не видевших одежды, эта ткань казалась второй кожей. Они начали гладить его, изучая рельеф сильных рук, широкую грудь и твердые кубики пресса. Их обнаженные груди то и дело касались его тела, а горячее дыхание обжигало шею.

— Какая странная кожа... — промурлыкала одна из девушек, дернув за край ткани на воротнике.

Раздался треск — высокотехнологичный материал поддался под воздействием их мягкой, но непреклонной магии. Комбинезон сполз с его плеч, обнажая крепкий торс, покрытый парой старых шрамов. Нимфы проводили по этим отметинам губами и кончиками языков, заставляя Лиама судорожно вздыхать. Кровь мощной волной прилила к его паху, и под остатками ткани четко обозначилось его неистовое желание.

Медноволосая нимфа опустила взгляд на его бедра и хищно, торжествующе улыбнулась. Она опустилась на колени прямо перед ним. Ее упругие ягодицы мягко легли на пятки, а пальцы уверенно легли на пояс его белья, готовые полностью освободить космического странника от остатков чужого мира.

Рыжая нимфа плавно поднялась, увлекая полностью обнаженного Лиама за собой. Остальные девушки с тихим смехом отступили, уступая право первой ночи той, что выбрала чужестранца. Переплетя свои тонкие пальцы с его мозолистой ладонью, она повела его вглубь острова, мимо благоухающих зарослей к подножию базальтовой скалы.

Внутри пещеры царил прохладный полумрак, наполненный тихим журчанием. В самом центре лазурным светом пульсировал подземный источник. Вода в нем казалась живой, по ней пробегали искорки чистой магии. Воздух здесь был пропитан ароматом влажного камня и диких орхидей.

Нимфа повернулась к Лиаму. В полумраке пещеры ее жемчужная кожа сияла особенно ярко, а глаза горели колдовским огнем. Она шагнула в воду, маня его за собой. Вода доходила ей до бедер, лаская округлые ягодицы и скрывая лоно в лазурных бликах.

Лиам вошел в источник. Вода оказалась теплой, как кровь, и мгновенно сняла остатки усталости от крушения, наполнив тело первобытной силой. Нимфа скользнула к нему, обвив его шею руками. Ее влажная, упругая грудь прижалась к его груди, а бедра мягко коснулись его напряженного паха.

— Здесь ты принадлежит только этому миру... и мне, — прошептала она, приоткрывая полные губы.

Лиам больше не сдерживался. Он обнял ее за талию, притягивая к себе так крепко, что она сладостно охнула. Его губы накрыли ее рот в глубоком, требовательном поцелуе, пробуждая магию источника, которая заставила воду вокруг них закипеть миллиардами искр.

Лиам тяжело дышал, полностью затянутый в водоворот вспыхнувшей страсти. Оторвавшись от её влажных губ, он подхватил нимфу под бедра. Она оказалась удивительно легкой, словно была соткана из морской пены и лунного света. Девушка обхватила его торс ногами, тихо вскрикнув от неожиданности и восторга, когда странник легко вынес её из воды.

Он опустил её на плоский каменный уступ, покрытый мягким, прохладным мхом. Нимфа откинулась назад, опираясь на локти. Ее пышные медные волосы рассыпались по камню, грудь высоко вздымалась, а между разведенных бедер влажно поблескивало её лоно, готовое принять чужестранца.

Лиам навис над ней, упираясь ладонями по обе стороны от её головы. Контраст между его мощным, загорелым телом космического скитальца и её хрупкой, сияющей наготой был ошеломляющим.

— Твоя сила... она обжигает, — прошептала она, глядя на него затуманенным от вожделения взором.

Странник подался вперед, входя в неё одним мощным и плавным толчком. Нимфа резко выгнулась в спине, закинув голову, и из её груди вырвался громкий, протяжный стон, эхом разнесшийся по сводам пещеры. Лазурная вода в источнике мгновенно отозвалась на этот всплеск — она высоко взметнулась вверх, рассыпаясь тысячами светящихся брызг.

Лиам замер на мгновение, давая ей привыкнуть к своему размеру и запредельной плотности, но нимфа сама нетерпеливо подалась бедрами навстречу. Он начал двигаться — уверенно, глубоко и ритмично. Каждое движение внутри её тесной, обжигающей плоти отзывалось покалыванием чистой магии, которая волнами растекалась по его венам.

Она сплела свои пальцы с его руками, царапая ладони от остроты ощущений, и увлекла его вниз для нового, безумного поцелуя. В полумраке пещеры, под аккомпанемент сияющих брызг источника, два разных мира слились в едином, яростном ритме первобытной страсти.

Когда последние отголоски безумного удовольствия утихли, Лиам тяжело опустился рядом с нимфой на мягкий мох. Его сердце все еще бешено колотилось, а по коже пробегали остаточные покалывания чужой, дикой магии. Нимфа лежала, уткнувшись лицом в его плечо. Ее медные волосы разметались по его груди, а дыхание постепенно становилось ровным.

Она приподнялась на локте, глядя на него со смесью нежности и торжества. На ее губах играла загадочная улыбка, а изумрудные глаза светились в полумраке пещеры ярче прежнего.