Кристиан Ваймс
Лига Тумана: Сердце Черного континента

Сердце Черного континента

Палящее солнце Занзибара безжалостно выжигало палубу парохода, прибывшего из Саутгемптона. После сырого, пропитанного смогом Лондона африканский воздух казался раскаленным жидким золотом, пахнущим солью, специями и дикой, неведомой опасностью.

Шерлок Холмс сошел по деревянному трапу первым. Он сменил свое знаменитое шерстяное пальто на легкий твидовый костюм, но даже в этой глуши не расставался со своей неизменной лупой и дорожной тростью, внутри которой был спрятан стальной клинок. За ним следовал доктор Ватсон, тяжело отдувавшийся от жары и бережно несший ящик с медицинскими инструментами и запасом патронов.

— Невероятный контраст, Холмс, — пробормотал Ватсон, вытирая пот со лба. — Всего три недели назад мы ловили Потрошителя в ледяном тумане Уайтчепела, а теперь…

— А теперь мы на пороге тайны куда более масштабной, Ватсон, — отозвался Холмс, его ноздри жадно втягивали новые запахи. — Посмотрите на портовых грузчиков. Они напуганы. Они шепчутся на суахили о «спящем, который проснулся в недрах». Наш враг уже протянул сюда свои ментальные щупальца.

Следом за ними на берег ступила Ирэн Адлер под широкими полями элегантной соломенной шляпы, защищавшей её фарфоровую кожу от солнца. Последними из трюма, стараясь держаться в тени портовых навесов, вышли Суини Тодд и доктор Джекил. Тодд выглядел мрачнее обычного — здешний климат раздражал цирюльника, а его верная бритва была надежно спрятана в кожаных складках легкого походного жилета. Джекил же то и дело прикладывался к фляге с успокоительным отваром, с трудом подавляя ропот Хайда, который рвался наружу от непривычного обилия диких запахов и свободы.

— Добро пожаловать в ад, господа, — раздался громкий, уверенный голос со стороны портовой канцелярии.

Навстречу им быстрыми шагами шел Аллан Квотермейн. Охотник был в своем неизменном френче цвета хаки, а на его плече покоился верный штуцер. Его лицо, иссушенное африканскими ветрами, выражало глубокую озабоченность, но при виде лондонских гостей в его глазах блеснула надежда.

— Рад видеть вас в полном составе, — Квотермейн крепко пожал руку Холмсу и кивнул остальным. — Кареты и вьючные мулы ждут на окраине города. Мы должны выдвигаться немедленно, пока дневная жара не сменилась ночными шорохами.

— Ситуация ухудшилась, мистер Квотермейн? — спросила Ирэн Адлер, придерживая край шляпы.

Охотник помрачнел и жестом пригласил команду следовать за ним к крытым повозкам, стоящим у границы джунглей.

— Три дня назад пропала связь с моей передовой экспедицией у подножия Алмазных гор, — тихо, чтобы не услышали портовые зеваки, произнес Квотермейн. — Мои проводники-масаи утверждают, что видели, как мертвецы выходят из старых шахт царя Соломона. Но самое страшное не это. Культ «Бессмертного пожирателя» возглавляет человек, который называет себя верховным жрецом. Местные племена идут за ним, потому что он демонстрирует чудеса, которые не поддаются законам природы. Он не чувствует боли, а его воины обретают силу разъяренных леопардов.

Доктор Джекил резко остановился, его лицо побледнело еще сильнее.

— Не чувствуют боли?.. Лорд Сент-Джон мертв, его повесили в Лондоне. Неужели формула моей сыворотки как-то попала сюда, вглубь Африки?

— Вот это нам и предстоит выяснить, доктор, — Холмс запрыгнул на подножку первой повозки и обернулся к своей мрачной Лиге. — Нас ждет поход в самое сердце тьмы. Мистер Квотермейн, ведите нас к шахтам. Посмотрим, из какого теста слеплен этот африканский бог.

Кровавая луна над Алмазными горами

Экспедиция продвигалась вглубь Черного континента уже пятый день. На исходе недели джунгли уступили место зловещим, иссушенным каменистым предгорьям, которые Аллан Квотермейн называл Алмазными горами царя Соломона. Ночью здесь становилось мертвенно-холодно, а луна отливала неестественным, багровым оттенком.

Лагерь разбили в глубоком каменистом ущелье. Квотермейн и Ватсон проверяли затворы винтовок, Холмс изучал карту, а Ирэн Адлер поддерживала костер. Суини Тодд сидел на валуне, точа свою бритву об оселок — этот звук монотонно резал тишину ночи. Доктор Джекил сидел поодаль, обхватив голову руками. Внутри него Хайд бесновался, чувствуя близость первобытного зла.

— Они близко, — Квотермейн резко поднялся, вскидывая штуцер. — Птицы замолчали.

Из темноты ущелья донесся низкий, вибрирующий гул. Это был не стук барабанов, а зловещее хоровое пение сотен глоток. В ту же секунду на склонах скал появились силуэты. Воины культа «Бессмертного пожирателя» не издавали боевых кличей. Их тела были покрыты ритуальными шрамами и белым пеплом, а глаза в темноте фосфоресцировали жутким желтым светом.

— Огонь! — рявкнул Квотермейн.

Грохот штуцера и армейского револьвера Ватсона разорвал ночь. Двое нападавших рухнули, но остальные даже не дрогнули. Пули пробивали их грудные клетки, однако фанатики продолжали бежать вперед с неестественной, ломаной грацией леопардов. Химический коктейль в их крови полностью блокировал боль и страх.

— Джекил, сейчас! Мы не сдержим их! — крикнул Холмс, отбиваясь тростью-шпагой от наседавшего дикаря.

Доктор Джекил судорожно вытащил из кармана флакон, но его рука дрожала. Культист со шрамом на лице точным ударом копья выбил стекло — фиолетовое зелье пролилось на камни.

— Нет! — в отчаянии вскричал Джекил.

Но ярость и ужас внутри доктора сделали свое дело без всякой сыворотки. Его тело содрогнулось, кости начали ломаться и раздуваться с жутким хрустом. Одежда разорвалась, и на каменистую почву Африки с диким, оглушительным ревом вырвался мистер Хайд.

Он был огромен и страшен. Одним взмахом руки Хайд смял двоих нападавших, ломая их щиты и кости. Суини Тодд скользил между скалами, его бритва молниеносно перерезала сухожилия врагов, лишая их возможности двигаться. Ирэн Адлер хладнокровно отстреливалась из-за валуна.

Казалось, превосходство на стороне Лиги. Но тут на вершине скалы появился он.

Верховный жрец культа. На нем была маска из черепа крокодила, а в руках он держал тяжелый костяной посох. Он не произнес ни слова, лишь указал посохом на Хайда. Из темноты за его спиной бесшумно выступили четверо элитных стражей. Они были вдвое крупнее обычных воинов, их вены буквально вздувались под кожей от запредельной концентрации африканской версии сыворотки.

Монстры жреца ринулись на Хайда. Тот встретил их яростным ударом, но эти существа не были хрупкими лондонскими аристократами. Они действовали со звериной слаженностью. Пока двое сковали руки Хайда, третий вонзил тяжелое костяное копье ему в бедро, а четвертый нанес сокрушительный удар дубиной по голове монстра.