Ира Ренн
Стертые лица

Сэмми сделала глоток мятного чая. Напиток был непривычно терпким, с каким-то горьковатым привкусом, который на секунду заставил её поморщиться.

— Выставка, значит… — протянула она, пытаясь отвлечься от странного послевкусия. — Надеюсь, вы не разочаруетесь. Я пишу в довольно специфической манере. Мои работы часто называют… неуютными.

Аннет едва заметно улыбнулась уголками губ. Эта улыбка не достигла её глаз, которые продолжали внимательно изучать Сэмми.

— Неуют — это именно то, что мне нужно, дорогая. Мир моих внуков не был наполнен только солнечным светом и детским смехом, — она сделала паузу, и в комнате стало так тихо, что отчетливо послышалось, как трещит полено в камине. — Я хочу, чтобы вы написали картину с фотографии. Она находится в моем кабинете на втором этаже. Это старый снимок, очень дорогой для меня, но, к сожалению, оригинал начал портиться. Мне нужна копия, которая будет жить вечно.

Аннет поднялась, её движения были плавными и бесшумными.

— Пойдемте. Вы должны увидеть её, прежде чем мы обсудим детали оплаты.

Сэмми поставила недопитую чашку на столик. Её охватило странное предчувствие: будто она сейчас делает шаг, после которого не будет пути назад. Поднимаясь вслед за хозяйкой по скрипучей деревянной лестнице, она невольно обернулась на фотографии с улыбающимися детьми. Сейчас, при тусклом свете свечей, тени на их лицах казались длиннее, а улыбки — неестественно застывшими.

— Скажите, Аннет, — негромко спросила Сэмми, чувствуя, как внутри снова разрастается тревога. — Кто эти дети на снимках? Ваши внуки?

Аннет остановилась на верхней ступеньке, даже не обернувшись. На мгновение показалось, что она перестала дышать.