Кристиан Ваймс
Лига Тумана: Сибирский протокол

Ледяной ад

Бескрайняя сибирская тайга встретила Лигу Тумана глухим, зловещим воем ледяного ветра. После раскаленной Африки и залитого солнцем Мадрида эти края казались мертвой, Богом забытой планетой. Снег здесь шел непрерывно, засыпая вековые лиственницы и превращая ландшафт в бескрайний белый саван.

Команда прибыла на северный берег реки Енисей на специально оборудованном паровом ледоколе, черпающем уголь из последних королевских запасов. Шерлок Холмс сошел на обледенелый берег первым. На нем было тяжелое меховое пальто, а на голове — теплая русская ушанка, которую он наотрез отказывался завязывать, чтобы уши улавливали малейшие звуки тайги. За ним, кутаясь в волчьи шкуры, тяжело ступал доктор Ватсон, таща ящик со специальными незамерзающими патронами.

— Это безумие, Холмс, — Ватсон выдохнул густое облако пара, отчего его усы тут же покрылись инеем. — Моро забрался на самый край обитаемого мира. Здесь температура способна остановить сердце за час!

— Именно поэтому он и выбрал Сибирь, Ватсон, — отозвался Холмс, присаживаясь на колено у кромки замерзшего болота. — Вечная мерзлота — идеальный природный консервант. Она веками хранила то, что Моро сейчас пытается оживить.

Сыщик достал нож и аккуратно отколол кусок льда из глубокого следа на снегу. Текст отпечатка был жутким: это была огромная человеческая стопа, но с отчетливыми подушечками и когтями сибирского тигра.

— Анализ обстановки неутешителен, — Холмс поднялся, глядя на Алехандро, сына Зорро, который вместе со своим отцом, доном Диего, осматривал периметр. — Нас окружает армия гибридов. Зверолюди Моро патрулируют тайгу в радиусе двадцати миль от его цитадели. Обратите внимание на срез ветвей на деревьях — они обрублены не топорами, а когтями. Причем движения существ слаженные, военные. Алехандро, как далеко отсюда лаборатория?

Молодой человек, чьи кошачьи зрачки сузились от слепящего белого снега, указал рапирой на темнеющий на горизонте скалистый хребет.

— За теми утесами, в заброшенном монастыре времен первых поселенцев. Моро превратил его в фабрику смерти. Я чувствую их запах отсюда… Пахнет паленой шерстью, химикатами и сырой, гнилой землей. Они копали глубоко. Они нашли то, зачем пришли.

— Запах склепа, — подал голос Томас Ван Хельсинг. Оборотень стоял без шапки, его густые волосы были припорошены снегом, а серебряные глаза горели голодным огнем. В этом климате его волчья натура чувствовала себя как дома. — Мой зверь чует мертвечину, Холмс. Из того монастыря веет дыханием того, кто умер триста лет назад. Они уже начали ритуал.

Суини Тодд молча стоял в стороне. Его пальцы в толстых кожаных перчатках привычно сжимали рукоять бритвы. Но сталь на таком морозе становилась хрупкой, и цирюльник мрачно понимал, что в этой глуши ему придется действовать грубее и жестче, чем в лондонских переулках. Доктор Джекил, непрерывно кашляя, пил обжигающий спирт из фляги, пытаясь удержать Хайда, который бесился внутри, жаждя вырваться и сразиться с сибирскими тварями.

— Калиостро мертв, его Око уничтожено, но Моро успел запустить гальванические генераторы, — Холмс достал подзорную трубу и направил её на шпили далекого монастыря, над которыми в грозовое небо взмывали огромные железные громоотводы. В тучах над цитаделью уже сверкали неестественные зеленые молнии. — Нам нельзя терять ни минуты. Если генераторы поймают разряд зимней бури, сердце Ивана Грозного забьется вновь. Нам нужно прорвать кордон зверолюдей и уничтожить лабораторию до того, как первый царь Востока сделает свой первый вдох. Лига, проверить оружие! Мы идем на штурм ледяного ада.

Кровь на белом саване

Тайга словно вымерла. Столетние лиственницы стояли недвижимыми великанами под тяжестью векового снега. Лига Тумана продвигалась гуськом по глубоким сугробам, прокладывая путь к скалистому хребту. Тишину нарушал лишь хруст наста под сапогами и тяжелое, прерывистое дыхание доктора Джекила.

Вдруг Томас Ван Хельсинг резко остановился. Из его груди вырвался глухой, вибрирующий рык. Его серебряные глаза уставились на заснеженные кроны деревьев над головами героев.

— Назад! — взревел волкодлак.

В ту же секунду с ветвей, поднимая тучи белой пыли, прямо на Лигу обрушилась засада. Это были элитные стражи доктора Моро — жуткие гибриды людей и сибирских тигров. Огромные, покрытые густой полосатой шерстью твари с массивными кошачьими лапами и челюстями, способными перекусить хребет лошади. Они не издавали человеческих звуков — только утробный, леденящий душу рев.

Один из зверолюдей на лету сбил с ног доктора Ватсона. Револьвер отлетел в сугроб. Огромная когтистая лапа уже заносилась над грудью доктора, но Диего де ла Вега (Зорро-отец) среагировал быстрее мысли. Черный плащ испанца взметнулся, и его рапира молниеносным, ювелирным выпадом пробила горло твари. Из раны брызнула густая, темная кровь, окрасив девственно-белый снег.

— Вставайте, Ватсон! — крикнул Диего, помогая другу подняться.

Второй тигр-оборотень бросился на Шерлока Холмса. Сыщик резко уклонился, и когти хищника лишь рассекли воздух в дюймах от его лица. Холмс перехватил свою трость-клинок двумя руками и точным, выверенным ударом баритсу обрушил набалдашник на коленный сустав твари. Чудовище взвыло от боли, оседая на снег, и в ту же секунду Суини Тодд, оказавшийся рядом, одним точным и безжалостным взмахом своей бритвы завершил дело. На таком жутком морозе сталь звенела, но цирюльник действовал с хладнокровием лондонского палача.

Кусты вокруг них буквально закипели от нападавших хищников. Из засады вышло не менее двух десятков зверолюдей.

— Хайд! Нам нужна грубая сила! — крикнул Холмс, отбиваясь от очередного нападавшего.

Доктору Джекилу больше не нужны были сыворотки — страх за друзей и сибирский холод сорвали внутренние замки. Его тело содрогнулось, кости затрещали, раздуваясь под меховым пальто. Через мгновение на снег рухнул яростный Мистер Хайд. Он издал оглушительный рев и сошелся в безумной рукопашной схватке с самым крупным тигром-гибридом. Они катались по сугробам, ломая молодые деревья и окрашивая лед кровью.