Не лезь в душу, я тебя не звал

Пролог. О чем эта книга

Пролог. О чём эта книга Эта книга родилась не в кабинете писателя и не за письменным столом. Она родилась в телефоне. В уведомлениях, которые приходили с интервалом в пять минут. В вопросах, которые не задают даже близким друзьям. В людях, которые почему-то решили, что их любопытство важнее твоих границ.

Здесь собраны разные истории. Все они вымышленные. Я изменила имена, места, детали, чаты и диалоги. Я придумала их, чтобы показать не конкретных людей, а то, как мы иногда ведѐм себя, когда забываем, что за экраном сидит живой человек с живыми чувствами.

Но, как это часто бывает, выдуманные истории иногда оказываются похожими на реальные. Потому что жизнь, знаете ли, любит повторяться. Если вы вдруг узнали в ком-то из героев себя, свою подругу, своего соседа или свой чат , знайте: это случайность. Совпадение. Я не писала портреты. Я писала архетипы. Те самые, которые встречаются в каждом втором телефоне.

Эту книгу я писала для тех, кто устал. Для тех, кто когда-нибудь чувствовал себя загнанным в угол стадом любопытных кур. Для тех, кто однажды сказал «нет» и был за это исключѐн, заблокирован, высмеян.

Если вы узнали себя в этих историях, знайте: вы не одни.

Если вы узнали своѐ стадо , может быть, пришло время оглянуться на себя со стороны.

Я не психолог. Я не гуру. Я просто человек, который тоже иногда устаѐт от вопросов. И который однажды понял: чтобы сохранить себя, иногда нужно просто закрыть чат и не открывать его снова. Эта книга, не про ненависть. Она про уважение. К себе. К другим. К тишине, которая иногда нужна больше, чем слова. Присаживайтесь. Чайник уже закипел.

Глава первая. Мамский чат, или как я стала врагом за пять минут

Рассказывает Люся

Меня зовут Люся. Мне тридцать пять. Я живу в небольшом городе, работаю копирайтером, у меня двое детей, муж и кот. И я очень люблю, когда меня не трогают.

Это не значит, что я злая. Это значит, что я устала. Устала от того, что интернет превратился в общую кухню, где каждый суёт нос в твою кастрюлю, а потом обижается, если ты закрываешь крышку.

Я сижу в нескольких чатах. Мамских, рабочих, дачных, соседских. Я молчу в них годами. Не потому, что мне нечего сказать, а потому что я знаю: как только я скажу хоть слово, на меня набросятся. С вопросами. С советами. С требованиями рассказать всё, что я ем, с кем сплю и сколько плачу за коммуналку. Я устала объяснять, что личное — это личное.

В мамский чат я вступила пять лет назад. Мне тогда казалось, что это пригодится. Школа, кружки, рецепты, обмен опытом. Что-то полезное, тёплое, почти как подруги.

Я ошиблась.

Пять лет я сидела тихо. Читала про сопли, про прививки, про то, как муж не так подал ужин. Иногда кидала смайлик «ого!» и всё. Мне хватало.

Но в последние три месяца в чате активировались три женщины. Я окрестила их Курица номер один, Курица номер два и Курица номер три. Зачинщица, подпевала и истеричка.

Начали они задавать вопросы. Странные. Липкие. Такие, от которых хочется принять душ.

Всё началось с невинного, казалось бы, сообщения Курицы-Альфы: «Девчонки, а кто из ваших мужей служил? В какой части? В каком городе? Я к тому, что у моего мужа в части 1313, в городе Энске, а у кого ещё? Давайте поделимся!»

Я подумала: ну, мало ли, человек общается. Но Альфа не унималась. Она спрашивала снова и снова: «Ну что вы молчите? Я же просто по-человечески! Мужья у всех есть, части у всех есть! Мы же не чужие!»

Я ответила. Первый раз за пять лет. Мягко, вежливо, с надеждой, что меня поймут:

— Альфа, а зачем тебе это? Ну, допустим, у моего мужа часть номер 777 в городе N. И что ты с этой информацией сделаешь? Будешь с ним дружить? Или проверять, правду ли я говорю?

Чат замер на секунду.

А потом клюв повернулся в мою сторону.

Курица-Альфа: «Ой, Люся, ну ты чего? Мы же по-дружески! А что ты такая секретная? Ты что, скрываешь? У тебя муж в разведке служит? Или он вообще не служил, а ты врёшь? Признавайся!»

Курица-Бета: «Люся, ты всегда молчишь. Мы пять лет в чате, а мы ничего о тебе не знаем. Может, ты вообще не мама? Или ты просто притворяешься? А ну-ка давай, рассказывай, кто ты такая!»

Курица-Гамма: «А у тебя в профиле цветочки. Почему не фото мужа? Муж не разрешает? Или ты его боишься? Или он тебя бьёт? Ты только скажи, мы поможем! Хотя если бьёт, то почему ты не уйдёшь? Ты что, дура?»

Я почувствовала, как у меня начинает дёргаться глаз.

Это был не чат. Это был допрос. Три курицы, которые развели костёр и тыкали в меня палками. Я даже не представляла, что взрослые женщины, мамы чужих детей, могут быть настолько бестактными.

Я взяла телефон и написала спокойно. Нет, не спокойно. Ледяным голосом. Только словами.

— Это моя семья. Мой муж. Моя жизнь. Я не обязана вам ничего рассказывать. Мне нечего скрывать, но я не хочу делиться. Я имею на это право. Пожалуйста, прекратите. Я вас очень прошу.

Они не прекратили.

Курица-Альфа: «Ой, какие мы недотроги! Мы к тебе с открытой душой, а ты в кусты! Ты думаешь, ты особенная? Нет, ты такая же, как мы! Просто ты трусиха! Ты боишься, что мы узнаем, что у тебя муж неудачник? Или ты одна? А ну признавайся!»

Курица-Бета: «Люся, мы требуем! Мы сообщество! А в сообществе все делятся! Это наше правило! Если ты не хочешь делиться, значит, ты нам враг! Ты шпионка! Ты заслана к нам!»

Курица-Гамма: «А я уже нашла твоего мужа в соцсетях! У него закрытый профиль! Почему закрытый? Кого он скрывает? Или он прячется от налогов? Или от ментов? Люся, ты обязана нам объяснить! Иначе мы будем думать, что ты преступница!»

Я сидела на кухне и смотрела в телефон. Рядом спал мой кот Тимофей единственный, кто меня понимает. За окном был обычный день. Гуляли дети. Лаяла собака. А в моём телефоне кипело болото.

Я взяла себя в руки. Глубоко вдохнула. Выдохнула.

И написала то, что написала.

— Вы стадо. Три курицы, которые клюют, потому что не умеют говорить. У вас нет своей жизни, поэтому вы лезете в чужую. Вы хотите моей боли, потому что ваша пустая.

Но я вам не дам её. Потому что я не жертва. Я человек с границами. Я знаю, что моё, а что ваше. И моё — это моё. Мой муж, моя семья, мои дети, это не ваша тема. Это МОЯ тема.

Я не обязана вам рассказывать, где служил мой муж. Я не обязана вам рассказывать, сколько у меня ипотека. Я не обязана вам рассказывать, почему у меня цветочки, а не фото.

Если вам нужен враг, найдите другого. Я не буду им. Потому что я устала оправдываться за свою жизнь.

Вы проиграли. Потому что вы не получили того, чего хотели. Мою слабость. Мой страх. Мою боль. Я не дала её вам.

Поздравляю. Вы курицы. А я свободный человек. Спасибо за урок. Я поняла, с кем имею дело.

Я нажала «Отправить» и замерла.

Чат молчал. Минуту. Две. Три.

Потом пришло сообщение от Курицы-Альфы. Короткое, как удар:

«Ты грубая. Мы не будем с тобой общаться. Ты выбываешь.»

И через секунду:

«Пользователь Люся исключена из чата.»

Я закрыла телефон, поставила чайник и улыбнулась.

Не потому, что я обрадовалась. А потому что я поняла: они сбежали. Они не нашли аргументов. Они не смогли меня переспорить. Они даже не попытались защититься. Единственное, что они умеют — это нажать кнопку «Удалить». Потому что это всё, на что они способны.

А я осталась. Целая. Своя. При своих границах.

Через день я узнала, что они создали новый чат без меня и обсуждают там мою «грубость» и «нежелание дружить».

Мне было смешно.

Потому что я знала: настоящая дружба не начинается с допроса. Она начинается с уважения. А у них его нет.

Они найдут другую жертву. Может быть, сегодня. Может быть, завтра. Какую-нибудь тихую женщину, которая не умеет говорить «нет». И они будут её клевать, пока она не сломается.

Но это уже не моя проблема.

Потому что я Люся. И я умею говорить «нет».

Отступление. О том, почему курицы — это не про кур

Знаете, почему я называю их курицами? Не потому, что они глупые. Они не глупые. Они умные. Но их ум направлен не на создание, а на разрушение. Они как куры, они клюют всё, что движется. Им не важно, что это зерно или камень. Им важен сам процесс клева.