Ирина Дуан
Тэо

Глава 1 Отражение

Тэо размеренно крутил педали, лавируя между редкими утренними машинами. Прохладный воздух Сеула не мог остудить жар, пульсирующий где-то под ребрами. Мысли о вчерашнем дне накатывали волнами, от которых становилось физически больно. Расставание с Джиан после целого года отношений оставило внутри звенящую пустоту, которую он пытался заполнить монотонным шумом шин, стирающихся об асфальт. Последние три года он работал ассистентом инженера в крупной строительной компании и уже привык возвращаться домой в позднее время в крохотную студию. Работа до победного была его обычном делом, так как главный инженер выполнял большой заказ, а со вчерашнего дня стала еще и способом сбежать от реальности. Каждую пятницу в компании проводится хвешик, который Тэо редко когда пропускал. Для вечеринки в качестве напитка он выбирал холодное, освежающее пиво. Соджу он не любил — оно нагоняло на него сонливость, а ему нужно было просто заглушить мысли. Два раза в неделю Тэо ходит в спортзал, скорее из привычки к дисциплине, нежели ради удовольствия. Но сегодня совершенно особенный день. Завтра начинался его первый за три года полноценный отпуск — целых шестнадцать дней вдали от чертежей и бетонных конструкций.

Поездка планировалась давно, но сегодняшний сюрприз превзошел все ожидания. Вместо привычной тройки они ехали вшестером на просторном минивэне Минхо. Друзья решили взять своих девушек: Исо, спутницу вечно серьезного Хаджуна, и Харин, девушку Минхо. А главным подарком стала Арин — лучшая подруга Исо. Все знали, как тяжело Тэо переживает разрыв с Джиан, и этот жест поддержки тронул его до глубины души. Глубокое чувство потери смешивалось с благодарностью, создавая странную смесь меланхолии и робкой надежды. Мысль о том, что впереди почти две недели отдыха в горах, немного притупляла боль, обещая долгожданную перезагрузку.

Наконец, машина свернула на грунтовую дорогу, ведущую к их домику. Это было идеальное место для компании: современный коттедж в стиле сеульских домиков, но вписанный в дикий горный пейзаж. Не теряя ни минуты, ребята похватали удочки, которые лежали в багажнике специально для этого случая, и наперегонки побежали к зеркальной глади горного озера. Вода манила прохладой и обещанием хорошего улова. Тэо подошел к самому краю деревянного помоста, насадил наживку и сделал заброс. Поплавок лег на воду, расходясь едва заметными кругами. Наклонившись, чтобы коснуться воды и проверить её температуру, Тэо замер. В отражении, прямо поверх своего лица, он увидел чей-то чужой силуэт. Отражение не принадлежало ему. На долю секунды там промелькнуло что-то… нечеловеческое? «Наверное, перегрелся», — решил Тэо, списывая видение на стресс последних двух дней и палящее солнце. Он тряхнул головой, пытаясь прогнать морок, и крупная капля пота упала с его лба прямо в центр водной ряби, окончательно рассеяв странный образ. Наверное, показалось. Его размышления прервал громкий крик Минхо:

— Клюет! У меня клюёт!

Тэо резко обернулся, переключаясь на азарт друга, и забыл о странном видении.

Глава 2 Домик у скал

Удилище в руках Минхо изогнулось дугой, и он с победным кличем принялся вываживать добычу. Команду охватил азарт: Хаджун тут же начал давать советы, которые никто не слушал. Исо и Харин, подбадривали его громкими возгласами. Тэо же, напротив, почувствовал, как его накрывает волна апатии. Он смотрел на бьющуюся на крючке рыбу, и в этот момент она казалась ему лишь ещё одним живым существом, пойманным в ловушку обстоятельств. Он не стал мешать веселью друзей, просто отошел чуть в сторону, делая вид, что проверяет свою снасть. Минхо наконец вытащил свой трофей — огромную радужную форель. Вечер обещал быть долгим.

Вечерами, когда солнце окрашивало вершины гор в багряные тона, компания собиралась на просторной террасе у мангала. Запах древесного угля и жарящегося мяса смешивался с прохладным горным воздухом. Это был их традиционный ритуал. Тэо, как всегда, выбирал свинину — это было негласное правило их компании, хотя сам он предпочитал говядину за её более чистый вкус. Пока Минхо колдовал над грилем, а Хаджун открывал холодное пиво (соджу сегодня никто не предлагал), Тэо поймал на себе внимательный взгляд Арин. Она сидела чуть поодаль от общей суеты и просто наблюдала.

***

Третий день на озере выдался на удивление гармоничным. Утро начиналось с тихой рыбалки. Тэо, Хаджун и Минхо, вооружившись удочками, встречали рассвет на деревянном помосте. Воздух был кристально чистым и пах хвоей и холодной водой. Клёв был вялым, но это никого не расстраивало. Сам процесс — наблюдать за неподвижной гладью воды, ожидая, когда дрогнет поплавок, — приносил природное умиротворение.

Днём, когда солнце стояло в зените, компания перемещалась на берег. Вода в озере, несмотря на горное происхождение, была на удивление тёплой. Девушки визжали, сталкивая парней в воду с шаткого пирса, а затем все вместе долго плавали наперегонки. Вечером же наступало время костра. Они собирались на поляне перед домом, Хаджун виртуозно разжигал огонь, и они до глубокой ночи сидели в кругу, поджаривая на веточках зефир и болтая обо всём на свете: о работе, о смешных случаях из детства, о планах на будущее.

Именно в эти вечера начала расцветать тихая дружба между Тэо и Арин. Она оказалась совсем не такой, как он ожидал. В ней не было напускной шумности или желания быть в центре внимания. Её робость и вдумчивость были поразительно близки ему. Она не лезла с расспросами о Джиан, но всегда оказывалась рядом с горячим кофе именно тогда, когда он уходил от общей компании побыть в тишине. Тэо ловил себя на мысли, что ему нравится наблюдать за ней: как она задумчиво смотрит на огонь, как поправляет прядь волос. Она была ему симпатична своей искренностью и спокойствием.

— Эй, Тео! — окликнул его Минхо вечером, когда Тэо в очередной раз задумчиво смотрел на языки пламени. — У нас леска на последней удочке почти лысая. И червей мы вчера всех извели.

— Давай завтра смотаемся куда-нибудь за наживкой и парой поплавков, — поддержал Хаджун.

— Я схожу, — неожиданно для самого себя вызвался Тэо. — Завтра с утра. Хочу прогуляться и посмотреть окрестности.

— Ты уверен? — с сомнением спросила Харин, отрываясь от своих мыслей. — Магазины тут небось в километрах десяти. — Да всё нормально, — отмахнулся Тэо. Прогулка мне не помешает.

***

Проснулся он ещё до первых лучей солнца. Желание побыть в абсолютной тишине было сильнее желания спать. Он быстро оделся, взял рюкзак и тихо, чтобы не разбудить остальных, вышел из дома. Утро встретило его прохладой и густым туманом, который стелился по траве. Воздух пах мокрой землёй, хвоей и чем-то неуловимо сладким.

Тэо шёл по узкой лесной тропе, наслаждаясь одиночеством. Солнце только начинало просыпаться где-то за горами, окрашивая небо в нежные персиковые и лиловые тона. Лучи робко пробивались сквозь кроны вековых сосен, заставляя туман светиться изнутри. Мысли Тэо текли так же неспешно, как и его шаги. Он думал о Джиан — об их громких ссорах и пустых обещаниях, о том, как она всегда требовала внимания к себе. И тут же мысли перескакивали на Арин. С ней было легко молчать. Он сравнивал их: пламя и тлеющие угли. Джиан выжигала всё вокруг, а Арин дарила тепло, не обжигая. Нравится ли он ей? Эта мысль одновременно пугала и заставляла сердце биться чаще.

Он шёл уже около сорока минут, когда сквозь плотную стену деревьев показался силуэт небольшого домика. Он стоял прямо на склоне горы, зажатый между скалами, словно вырос из них. Домик, с виду уютный, в старом стиле, напоминал бабушкин из его детства.

Подойдя ближе, Тэо увидел на двери записку: «Отошла на 30 минут, если что-то срочное — можете зайти и выбрать товар, но не забудьте оставить деньги на кассе или дождитесь меня». Он толкнул дверь, и она со скрипом отворилась.

Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь тусклым светом из маленьких окошек. Пахло старым деревом, сушёными травами и пылью. Полки были заставлены совершенно разной всячиной: пыльные фарфоровые чашки с отбитыми краями, пожелтевшие книги без обложек, глиняные фигурки животных, магниты с выцветшими видами гор… Казалось, здесь не было ни души уже много лет.

Тэо заворожённо бродил между стеллажами. Внезапно за окном потемнело так резко, будто кто-то выключил свет. Солнце скрылось за огромной тучей, ветер усилился, завывая в щели старых рам. Но Тэо это совсем не беспокоило, его полностью поглотила атмосфера этого места.

Его взгляд упал на дальнюю полку в углу. Там стояла небольшая шкатулка из тёмного дерева. Он подошёл ближе. Шкатулка была покрыта таким толстым слоем пыли, что казалась просто куском старого дерева. Тэо протянул руку, чтобы коснуться её.

В тот же миг небо раскололось от оглушительного раската грома прямо над крышей домика. Молния на мгновение осветила всё вокруг мертвенно-белым светом. Тэо испуганно отдернул руку и замер. «Это просто гроза», — сказал он себе вслух, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце.

Глубоко вздохнув, он снова потянулся к шкатулке. Едва его пальцы коснулись резной крышки, произошло нечто невероятное: шкатулка начала светиться изнутри мягким золотистым светом. За окном хлынул ливень такой силы, что мир за стеклом превратился в сплошную стену воды. Но Тэо уже ничего не замечал. Он взял шкатулку в руки и начал аккуратно стирать с неё пыль рукавом куртки.

Она была выполнена из красного дерева и покрыта тончайшей резьбой — драконы и фениксы переплетались в сложном узоре по всей поверхности. Когда пыль осела, он смог рассмотреть надпись на крышке: «Хунмин чоным» и даты «1418г - 1450г». Сердце пропустило удар. Он знал эту надпись — «Правильные звуки для обучения народа». Годы правления короля Седжона Великого... Неужели это оригинал? Или невероятно точная копия?

Руки дрожали от волнения и страха перед неизвестным. Любопытство победило всё остальное. Он медленно поднял крышку шкатулки. Внутри лежал один-единственный предмет — золотое перо удивительной красоты с тонким металлическим стержнем. На нём была выгравирована дата: 1443 год. Год создания корейского алфавита Хангыль.

У Тэо перехватило дыхание. Мысли разлетались в разные стороны, как эхо грома в горах. Он смотрел на сияющее перо, которое словно манило его к себе.

Он решился. Пальцы сомкнулись на холодной металлической поверхности пера.

В тот же миг по магазину пронёсся порыв ветра (или это был просто сквозняк?), и Тэо услышал голос. Женский голос, тихий и мелодичный, который звучал будто бы прямо у него в голове: — Он тебя выбрал… Или ты его?

Мир вокруг остановился и одновременно закрутился с бешеной скоростью. Сердце стучало как безумное, готовое выпрыгнуть из груди. Тэо стоял как вкопанный, сжимая в руке перо из 1443 года, не в силах пошевелиться или отвести взгляд от своей находки.

Почему я? Кто это говорит? «Он тебя выбрал»... Кто он? И что значит «или ты его»? Вопросы роились в голове, но ответов не было.

Глава 3 Эпоха Чосон

Тэо шёл по лесной тропе, крепко прижимая к груди сумку. Внутри, в старинной шкатулке, лежал артефакт — золотое перо. Оно казалось тяжёлым не физически, а какой-то незримой, давящей на плечи тяжестью истории и тайны. Мысли Тэо путались.

«Что мне с этим делать? Откуда оно вообще взялось в той забытой всеми лавке? Почему именно я его нашёл?» — вопросы бились в голове, как пойманные птицы. Он пытался убедить себя, что это просто странный сувенир, но внутренний голос кричал об обратном. Это было нечто большее.

Внезапно мир вокруг него замер. Не стало ни шелеста листвы, ни писка комаров, ни дуновения ветра. Воздух стал плотным, как стекло, образовав вокруг Тэо абсолютную тишину и вакуум. По спине пробежал ледяной холодок. Ноги приросли к земле, он стоял как вкопанный, боясь пошевелиться. Сердце колотилось где-то в горле.

В этот же миг, у озера, время остановилось для всех остальных. На деревянном причале Арин и Исо сидели спиной к воде, напротив них расположились Харин и Минхо, они о чём-то оживлённо болтали и громко смеялись. Хаджун только что вышел из домика, держа в руках запотевшие банки с холодным пивом — день выдался жарким. Вода была гладкой, как зеркало, маня своей прохладой. И вдруг смех оборвался на полуслове. Небо потемнело, хотя солнце ещё стояло высоко. По коже у всех четверых пробежался мороз, и они застыли, превратившись в живые статуи. Мир превратился в немую картину.

Тэо почувствовал, как реальность под ним дрогнула. Лесная тропа растворилась, и он оказался посреди незнакомого места: мощёные камнем улицы, приземистые дома с черепичными крышами, люди в одеждах эпохи Чосон. Его охватил первобытный страх, смешанный с диким, почти детским любопытством.

— Смотри, что я показываю, — раздался тот самый мелодичный женский голос прямо в его сознании. — В это время я буду тебе всё рассказывать. Это и будет ответом на твой вопрос. Голос был спокоен и властен. Тэо немного обомлел, но завораживающая новизна происходящего пересилила панику.

— Я назову тебя Перо, — прошептал он в пустоту.

— Хорошо, — согласился голос. — Династия Ли правила с тысяча триста девяносто второго года по тысяча восемьсот девяносто седьмой год. Сейчас я расскажу тебе про некоторых монархов этого времени.

Мир снова сменился. Теперь Тэо стоял во дворе королевского дворца. Был 1400 год. На престол взошёл Ли Банвон, получивший храмовое имя Тхэджон