Zhenya ManIn
Мамонт на парнасе. Как Лёха покупал вселенную в рассрочку

ВСТУПЛЕНИЕ

Читать перед тем, как отдать деньги за очередной курс

Привет, амбициозный неудачник. Раз уж ты держишь в руках эту книгу, давай сразу определимся на берегу: здесь не будет поддерживающей атмосферы, экологичного пространства и мягких поглаживаний твоего хрупкого эго. Если ты искал мотивационную литературу в стиле «Поверь в себя и вселенная ответит тебе взаимностью», закрой этот файл и иди поплачь в подушку. Эта книга — не спа-салон. Это хирургическое отделение сатиры, и мы начинаем операцию без анестезии.

Мы живем в уникальную эпоху, когда глупость возвели в ранг коммерческого культа. Раньше, чтобы прослыть дураком, нужно было как минимум выйти на площадь и публично сморозить глупость. Сегодня для этого достаточно иметь смартфон, доступ к госуслугам и одобренный лимит по кредитной карте. Инфоцыгане превратили человеческое тщеславие в конвейер по откачке бабла. Они обещают сделать тебя Демиургом, писателем, криптобароном или повелителем метаверсов за три недели со скидкой. И самое страшное — ты им веришь.

Эта книга — история одного грандиозного развода, в котором, как в зеркале, узнает себя каждый второй обитатель соцсетей. Наш герой Лёха — это собирательный образ современного мамонта, который путает лень с творческим кризисом, а желание нихера не делать — с предназначением.

Я написал этот прожиг не для того, чтобы развлечь тебя перед сном. Я написал его, чтобы спасти твои оставшиеся деньги от кураторов Кристин, менторов Семёнов и прочих продавцов святого духа.

Устраивайся поудобнее на своем диване. Погнали.

С почтением, Zhenya ManIn

ГЛАВА 1. Контекстная реклама — двигатель деградации

Знаете, как выглядит современный сатанинский соблазн? Нет, это не чувак с козлиными рогами и контрактом на пергаменте. Это баннер в соцсети с лицом тридцатилетнего хипстера, который выглядит так, будто всю жизнь только и делал, что пил матчу и страдал за человечество.

Лёха лежал на диване. Диван был старый, Лёха был ленивый, а его финансовое положение кричало: «Чувак, иди разгружай вагоны!». Но Лёха хотел величия. Без усилий. И тут алгоритм выдает ему ЭТО: «Освоишь литературные приёмы: от создания персонажей до построения целого мира, который живёт на страницах».

Вы вдумайтесь в эту фразу. Построение целого мира. Господь Бог корячился шесть дней, создавая свет, твердь, воду и котиков, а потом еще и облажался с Адамом. А тут курсы «Пиши-Греби» обещают Лёхе статус Демиурга за три недели по скидке!

Лёха, у которого в реальном мире не получается построить даже маршрут до ближайшей Пятёрочки без навигатора, вдруг решает, что создавать галактики в Microsoft Word — это его призвание. Он сидит в трусах, у него на майке пятно от борща, но в мыслях он уже Толкин, Джордж Мартин и Джоан Роулинг в одном флаконе.

«Мир, который живет на страницах», — шепчет Лёха. В его голове этот мир уже живет: там все его слушают, там нет коммуналки, а женщины обращают на него внимание без участия алкоголя. Таргетинг сработал идеально. Мамонт официально увидел приманку и потянул лапку к кнопке «Оставить заявку».

ГЛАВА 2. Анкета на величие и мотивационный цирк

Нажатие кнопки — и Лёха попадает в лапы маркетингового ада. Ему на почту падает анкета. Не просто форма заказа, нет! Это «Анкета подачи на грант». Звучит-то как! Будто Лёха подается в Оксфорд или, как минимум, претендует на Нобелевку по литературе.

Там были великие вопросы, составленные лучшими психологами по разводу лохов:

«Какова главная миссия вашего будущего романа?» (Лёха честно подумал: «Отдать долг Серёге», но написал: «Изменить сознание поколения»).

«Напишите мотивационное письмо, почему именно вы достойны гранта».

Лёха напряг все две извилины, вспомнил школьные сочинения и родил манифест: «Я чувствую в себе нераскрытый потенциал. Мой внутренний мир глубок, как Марианская впадина, а общество погрязло в серости. Я хочу нести свет». Сука, свет он нести хочет! Человек лампочку в туалете три месяца поменять не может, но свет поколению он организует.

Менеджер курса по имени Кристина позвонила ровно через 80 секунд. Её KPI зависел от количества затащенных в секту, поэтому в трубке звучал такой восторг, будто Лёха — это воскресший Достоевский.