Предпосылки Нордизма в арийской расовой теории

Аннотация

В данном исследовании проведен историко-сравнительный и философский анализ расово-идеологических биологических и антропологических теорий второй половины XIX — первой половины XX века, признанных устаревшими. Работа представляет историко-критическое исследование и не поддерживает идею превосходства какой-либо расы.

По своему формату работа представляет собой структурированные исследовательские заметки и хорошо проработанные рабочие материалы.

Большинство терминов и понятий, необходимых для понимания контекста, изложено в самом тексте, поэтому он будет понятен и тем, кто не знаком с историей науки указанного периода. Работа основана на исторических источниках.

бакалавр ист. наук Д. А. Б.

2025.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Раздел 1. Предпосылки формирования нордизма

Глава 1. Представления об арийцах в теории Гобино и интеллектуально-идеологический контекст появления арийских теорий

Глава 2. Азиатская и европейская гипотезы происхождения арийцев (индоевропейцев)

Глава 3. Канштатская / неандертальская раса

Глава 4. Формирование представлений о белокуром германском типе

Глава 5. Исследование Рудольфа Вирхова «Физическая антропология немцев» 1876 года о фенотипе современных немцев и древних германцев и более поздние исследования

Глава 6. Противоречивость оценки влияния исследований Вирхова

Глава 7. Гипотеза о европейском происхождении арийцев (индоевропейцев) в лингвистике и влияние антропологии на нее

Раздел 2. Первая теория североевропейского происхождения арийцев Карла Пенки

Глава 1. Введение и европейская гипотеза

Глава 2. О первоначальном облике арийской расы

Глава 3. О арийской расе в Древнем Египте и на Ближнем Востоке в теории Пенки и более поздних теориях

Глава 4. О родине Арийцев в рамках антропологических представлений в теории Пенки

Глава 5. Представления о механизме появления и закрепления внешних черт у людей

Глава 6. Причины возникновения и миграций рас в теории Пенки

Глава 7. Миграция арийцев из Скандинавии и ее значение

Глава 8. Значение арийцев в истории и социально-политические выводы в арийской расовой теории конца 19 века

Список источников и литературы

Введение

Говоря о вопросе арийских расовых теорий, австрийский антрополог и лингвист Карл Пенка (1847 – 1912) практически не становится предметом подробного рассмотрения как более ранних, так и современных специалистов. Чаще всего они ограничиваются парой упоминаний, несмотря на то, что фактически он был первым, кто сформулировал теорию североевропейского происхождения арийцев (индоевропейцев) в 1883 году – теорию, которая возобладает в немецком научном сообществе в начале 20 века.

В Первом Разделе данного исследования будет проведен анализ некоторых важных предпосылок укрепления представлений об «исконной белокурости» арийцев и германцев в этнографических и антропологических исследованиях второй половины 70-х – начала 80-х годов 19 века, в особенности Рудольфа Вирхова; рассмотрено формирование европейской гипотезы происхождения арийцев в целом, распространенной за пределами расовых теорий; так и будет дан краткий анализ арийской расовой теории Жозефа Артюра де Гобино и контекста ее формирования.

Во Втором Разделе, будет подробно разобрана теория Карла Пенки о скандинавском (нордическом) происхождении арийцев; а также проводиться сравнение с более поздними подобными теориями, в том числе расовых представлений, уважаемых в Третьем Рейхе теоретиков. Потому хронология исследования достаточно обширная.

В первые годы после публикации теории Пенки в 1883 году, она была принята достаточно критично и считалась эксцентричной. Что выражалась в критике как лингвистических так и антропологических аргументов Пенки, но отмечалась ее ценность в стимулирующем и гипотетическом плане. Тем не менее теория нашла своих последователей еще в те годы и обсуждалась крупными исследователями в сфере лингвистики и антропологии. Известный немецкий лингвист Отто Шрадер в 1890 году писал, что теории Карла Пенки было предано слишком большое значение, особенно в ряде английских и французских работ: Van den Gheyn, L’Origine Européenne des Aryas, Paris (1889); Gerald H. Rendal, The Cradle of the Aryans (1889); Canon Isaac Taylor, The Origin of the Aryans (1889).1[1] Как написано в одной из них: «Два основных труда Пенки представляют собой наиболее последовательный и всеобъемлющий синтез расового и языкового происхождения [народов] из когда-либо предложенных…».2[2] На удивление, это замечание из работы Геральда Ренделла не является простым восхвалением Пенки. Шрадер несмотря на критику содержательной и аргументативной части его теории, отмечал, что подход Пенки, совмещающий лингвистику и антропологию (отчасти и археологию, но Шрадер о ней не пишет) принципиально верен, говоря о нем так, будто ранее он никогда не применялся.3[3] Это особенно важно в контексте того, что подобный комплексный метод по вопросу происхождения и миграций народов активно применяется в современной науке, потому если кто когда-либо будет заниматься поиском истоков современного научного метода, то стоит обратить внимание на работы Пенки и Теодора Пёше «Ариец» 1878 года,4[4] где он также совмещает антропологию и лингвистику, но менее системно. Возможно поэтому Шрадер, несмотря на то, что он был знаком с работой Пёше, не говорил о новизне его метода.

Говоря о Пенке, Бенуа Массен в работе 1996 года посвященной истории немецкой антропологии пишет: «Пенка, учитель гимназии на пенсии, начавший публиковаться в трудах (Mitteilungen) Венского антропологического общества в начале 1890-х годов, воспринимался академическими археологами как эрудированный, но кабинетный археолог…»5[5] Обе книги Карла Пенки, где была изложена его теория, вместе с работами других теоретиков: Людвига Вильзера, Отто Аммона, вошли в большой список этнографической литературы 1904 года составленный Верой Николаевной Харузиной, этот список прилагался к лекциям по этнографии. Харузина стала первой женщиной – профессором этнографии в МГУ и в мире в 1907 году, однако она не пометила работы перечисленных авторов звездочкой, как те, которые: «пользуются извѣстностью, заслужили лестные отзывы современной спецiальнои критики и тѣ, которыя чаще другихъ цитируются въ трудахъ ученыхъ этнографовъ.»6[6]

В статье Курта Риделя 1940 года (которая скорее всего редактировалась позже) Пенка отмечен как важный теоретик нордизма, признанный многими исследователями своего времени за хорошие антропологические аргументы в пользу его теории североевропейского происхождения арийцев, хотя Ридель отмечает критику Пенки, которая заключалась в слабых лингвистических аргументах, и ошибочностью указывать на Скандинавию, как родину арийцев, а не Северную Германию,7[7] хотя сам Пенка частично отказался от своей старой позиции в пользу Центральной Европы еще в 1886 году.8[8] С 1942 по 1949 год в одна из улиц в Вене была названа в честь Карла Пенки, Karl-Penka-Gasse9[9] как «палеоэтнолога, антрополога, основоположника теории нордического [nordischen] происхождения арийцев»10[10] сейчас эта улица называется «Himmelmutterweg».11[11] Где родился Пенка, в городе Могельнице [Mohelnice, Чехия], в 1935 году ему был поставлен памятник за те же достижения (см. Riedel K.), памятник был снесен в 1945 году. До окончания Второй Мировой Войны население Могельнице было преимущественно немецким, после окончания войны немцы были выселены и город был заселен чехами.12[12]

Я далеко не являюсь специалистом в вопросе расовых теорий, но явно видно, что среди исследователей взгляд на вопрос расовых теорий 19 века, так и истории национал-социализма в целом, бывает достаточно поверхностным. Так, например, утверждение доктора ист. наук Шнирельмана В. А., который считается большим специалистом по вопросу расовых теорий, о Карле Пенке выглядит совершенно неверным: «Фактически автор [Буровский] лишь повторяет рассуждения К. Пенки, заявлявшего в 1877 г. о том, что индоевропейцы «всегда были победителями и никогда – побежденными».»13[13] Понимаю, что разбираемые работы Пенки вышли позже, но более ранние работы его были посвящены лингвистике, не понятно, о какой работе Пенки говорит Шнирельман, не оставляя никаких ссылок, учитывая то, что Пенка не публиковал никаких работ в 1877 году, как указано в его некрологе,14[14] и не выступал на собраниях Немецкого антропологического общества. Да и сама фраза о непобежденности индоевропейцев (арийцев), в столь раннем для развития подобных взглядов 1877 году, звучала бы максимально нелепо. Потому сложно говорить о ее существовании. Вероятно, Шрирельман взял это утверждение из работы археолога Гордона Чайлда, но и в ней нет никаких ссылок на источник с подобным утверждением Пенки, и Чайлд не указывает дату появления этой фразы,15[15] ни в русскоязычном, ни в англоязычном издании 1926 года.

Также Чайлд ошибочно утверждал о том, что Пенка считал «прагерманский язык» самым прямым потомком праиндоевропейского (арийского) языка. Пенка прямо писал, что таким языком является литовский16[16] (см. далее стр. 77-78), о чем говорил и Чайлд, но в качестве контраргумента к несуществующей позиции Пенки. Тем не менее, на тех же страницах Чайлд пишет, что общий эффект аргументов Пенки, несмотря на преувеличения и несуществующую позицию по лингвистике, является «очень мощным».17[17] Напомню, речь идет о 1926 году, при том что Чайлд был известным марксистом.

Еще стоит отметить, некоторые неточности в работе доктора философских наук Колчинского Э. И. о истории биологии и антропологии, он пишет: «Сходной точки зрения придерживался К. Пенка. В «Учебнике германских древностей» (1880) он отстаивал идею о их прародине на севере…».18[18] Карл Пенка не издавал никаких работ в 1880 году, как и книг с подобным названием вообще. Позиция Пенки здесь передана вполне верно, но она будет изложена в книгах: «Происхождение ариев» – Origines Ariacae 1883 и Die Herkunft der Arier 1886 годов. Книга с подобным названием, о которой говорил Колчинский: «Учебник германских древностей», в 1880 году вышла под авторством историка Людвига Линденшимита.19[19]

О сомнительных высказываниях других исследователей будет упомянуто далее в самой работе по ходу разбираемых вопросов, хотя она по большей части не является критической. Данная работа преимущественно основана на исторических источниках: в связи с малой освещённостью деятельности Карла Пенки; вышеизложенными проблемами, которые встречаются в историографии; так и во избежание повторения чьих-либо трактовок и оценок.

Раздел 1. Предпосылки формирования нордизма

Глава 1. Представления об арийцах в теории Гобино и интеллектуально-идеологический контекст появления арийских теорий

Английский лингвист Уильям Джонс впервые говорит о сходстве индоиранских языков с европейскими в 1786 году. Фридрих Шлегель в 1808 году развивает исследование о лингвистическом родстве индоиранских языков с германскими и популяризирует этот вопрос. Данное открытие породило множество вопросов об общем происхождении европейских, индоиранских народов. Слово «арий», которым называли себя индоиранские народы, в санскрите значит – благородный или господин, стало обозначением древнего народа – общего предка европейских и индоиранских народов до их разделения, а язык этого народа был назван Шлегелем в 1808 году как «индогерманский», но также его называли арийским. Позднее, в 1816 году немецким лингвистом Францом Боппом был введен термин «индоевропейские языки», но в немецком научном пространстве продолжалось использование старого термина, в том числе и противниками биологического подхода. Например, Карл Каутский при критике расовых теорий в 1927 году использует термин «индогерманские» [des indogermanischen]20[20] для обозначения индоевропейских языков.21[21]

Норвежский востоковед Кристиан Лассен в работе 1843 года писал о выдающихся качествах арийцев говоря о истории Древней Индии, от них, по его мнению, произошли все арийские (индоевропейские) народы.22[22] Независимо от него Жозеф Артюр де Гобино в 1853 году сформулировал первую арийскую расовую теорию, в книге «Опыт о неравенстве человеческих рас» с упоминанием древних арийцев, высшей расы, способной к созданию цивилизации. В представлении Гобино, арийцы заложили основы всех когда-либо существовавших цивилизаций, а природа цивилизаций стоит на подчинении одних рас другими. Таким образом, наиболее цивилизованные и развитые народы, являются наиболее чистыми потомками белокурых арийцев, что, естественно, связывалось с белой расой и европейскими народами.23[23] Хотя Гобино к арийским народам относил не только европейские народы, но и древних: сарматов, иранцев, индусов, роксоланов; то есть народы, говорящие на индоевропейских языках. В то же время, Гобино пишет о неизбежном падении любой цивилизации из-за вырождения народов, вследствие расового смешения, в связи с чем происходит утрата тех арийских качеств, которые необходимы для ее существования и развития; и европейская цивилизация не является исключением.24[24] Потому Хосе Ортега-и-Гассет в работе «Восстание масс» 1929 года писал, что вопрос об упадке европейской цивилизации не является новым и не связан с публикацией работы Шпенглера «Закат Европы». Гассет пишет: «Последние годы много говорилось о европейском упадке. Раз уж об этом зашла речь, горячо прошу не обращаться мгновенно мыслями к Шпенглеру. Задолго до его книги все только и говорили о закате Европы и своим успехом книга явно обязана тому, что ей уже предшествовали общая тревога и озабоченность, разного свойства и по самым разнородным причинам.»25[25] Гобино был если не первым, то одним из первых, кто изложил подобную концепцию упадка цивилизации.

Подобное представление о возможном упадке цивилизации по расовым причинам будет укрепляться по мере того, как расовые теории будут все в большей степени политизироваться. Вкупе с мальтузианством и дарвинизмом рассмотрение этого утверждения станет одним из основных вопросов последующих расовых теорий, включая теорию расовой борьбы, что ляжет в основу этических представлений о расовой чистоте и евгенических практик, применяемых во многих странах Европы и США после Первой Мировой Войны. Как писал П. Н. Милюков в 1925 году: «В современной его форме учение национализма опирается на теорию графа Гобино о «неравенстве рас», находит себе сильную поддержку в господствовавшем до последнего времени учении о наследственности А. Вейсмана и свое талантливое выражение в произведениях Гюстава Лебона. Из тех же корней исходит распространенное учение германских «расистов»: учение о превосходстве белокурой и высокорослой «германской» расы над всеми остальными.»26[26] Подобное явление прослеживается в работе Ганса Гюнтера «Нордическая идея» 1927 года, где он пишет о необходимости объединения немцев для защиты и сохранения нордической расы, подобно тому, как профсоюзы и другие объединения [Schutzverbande]27[27] защищают интересы рабочих и корпораций.

Книга Гобино вышла в 1853 году за шесть лет до появления теории Дарвина. На момент выхода книги Гобино она, во многом, отражала вполне распространенные представления о расовой иерархии, Гобино определял белую расу как высшую, а черную как низшую. По мере роста популярности теории Дарвина, к концу 19 века, расовые теории приобретают все более биологическую и антропологическую основу.

В отдельности стоит отметить положение славян в расовой иерархии, которую представил Гобино. Если появление антисемитизма достаточно очевидно произошло задолго до появления расовых теорий. То пренебрежительное отношение к славянам, как к низшим народам очень часто приписывается нацистским расовым теориям и немецкому национализму, как первоисточнику таких представлений, основой которых лежит биологическая и культурная неполноценность славян. В иерархии Гобино славяне представлены в качестве низшего народа из-за большей примеси неарийских рас, по сравнению с народами Западной Европы. Эта примесь привела к формированию неспособных к развитию и управлению обществом славянских народов, он пишет: «На Западе славяне могут занимать только подчиненное социальное положение и вряд ли будут играть заметную роль в будущей истории, как не играли ее в прошлом, если бы не огромная территория, которую они занимали.»28[28] Гобино отсылает к Норманнской теории, как к доказательству неполноценности славян, теория с момента появления породила множество политических и исторических споров об уровне развития славянских племен сравнительно с германскими, потому она является одной из первых теорий, говорящих о германском превосходстве над славянами. Помимо этого, Гобино упоминает мнение, что лишь элита славянских государств разделяет европейские убеждения, благодаря примеси крови западных европейских народов.29[29] Но и сам Гобино отделял славян от западных европейцев из-за их неспособности к европейскому образу мышления. С другой стороны, было бы неправильно приписывать авторство этих взглядов только лишь Гобино.

Родионов В.В. в статье, которая нацелена на то, чтобы сформировать более целостную картину о положении славян в расовой иерархии Третьего Рейха пишет, что: «Гобино же первым сформулировал представление о славянах, как о низшей расе.»30[30] Что верно лишь отчасти, Гобино не рассматривал славян именно как «расу», а как народы, и если только говорить о славянах именно в арийских расовых теориях, первым создателем которой был Гобино.

Кристофер Хаттон, говоря о предпосылках формирования идеологии движения Фёлькише [Völkische], пишет, что: «Славянофобия была широко распространена в немецких националистических кругах в первые десятилетия двадцатого века.»31[31]. В большей степени, Хаттон сосредотачивается на противостоянии идей гуманизма эпохи Просвещения и актуальным на тот момент биологизмом, все больше проникающем в общественную сферу к концу 19 века. Хаттон связывает славянофобию, которая возникла в движении Фёлькише, с возникшими расовыми теориями, в частности с теорией Гобино и национализмом. Что, безусловно верно, однако Хаттон не пишет о предпосылках формирования подобного представления о славянах, которые прослеживаются до середины 19 века и появления теории Гобино, то есть о славянофобии, которая не имеет расовых основ.

Необходимо отметить, подобные негативные предубеждения по отношению к славянам, отделяющие их от всех остальных европейских народов, авторство которых приписывают Гобино, высказывались и в трудах других авторов политической мысли за пределами расовых теорий, что могло иметь значительное влияние на их формирование.

Помимо Норманнской теории, которая упоминалась ранее в теории Гобино, в работе Монтескье «О духе законов» можно заметить пренебрежительное отношение к славянам. Монтескье неоднократно критикует устройство славянских государств, называя их самыми худшими. Касательно Польши он пишет: «Худшая из аристократий та, где часть народа, которая повинуется, находится в гражданском рабстве у той, которая повелевает, какова, например, аристократия Польши, где крестьяне – рабы дворянства.»32[32] Государственное устройство России Монтескье называет деспотическим, которое, по его мнению, является самым худшим и более присуще государствам в Азии чем в Европе. В главе XXVIII двенадцатой книги он призывает монархов воздерживаться от оскорблений своих подданных и в качестве негативного примера приводит отношение турецких и московских правителей к своим поданным: «Оскорбляя своих подданных, они [монархи] поступают с ними более жестоко, чем повелители турок или московитов – со своими.»33[33] Эти высказывания Монтескье вполне могут сформировать представление о славянах, как о народе рабов, управляемых всемогущими деспотичными правителями, какими их представлял Гобино.

Еще более радикально выглядит рассуждение Руссо о русском народе в книге «Общественный договор, или Начала политического права», где он открыто называет его варварским и в принципе неспособным к гражданскому управлению. «Русские никогда не будут по-настоящему способны к гражданской жизни, потому что она у них возникла слишком рано. Петр обладал даром подражать, но у него не было истинного дарования, такого, которое творит и создает все из ничего. Некоторые вещи, которые он сделал, были хороши, но их большая часть оказалась неуместна. Он понял, что его народ варварский, но он не понял, что этот народ не созрел для гражданской жизни; он захотел приобщить его к ней в то время, как его следовало закалить в сражениях. Он с самого начала хотел создать немцев и англичан, тогда как надо было начать с того, чтобы сделать русских русскими; и он навсегда помешал им стать теми, кем они могли бы быть, убедив их в том, что они те, кем они в действительности не являлись.»34[34] Помимо этого Руссо говорит, что татары, рано или поздно, покорят русских а затем и всю Европу. В работе «Соображения об образе правления в Польше» 1771 года Руссо удивляется тому, как плохо устроено государство в Польше на протяжении всей ее истории. Однако государственное устройство Польши критиковали почти все французские мыслители эпохи Просвещения. Руссо отмечает бедственное положение Польши на момент написания работы, явно выражая большие симпатии полякам, чем русским: «Польша находилась в цепях у русских, но поляки остались свободными. Великий пример, который показывает вам, как вы можете пренебрегать могуществом и честолюбием ваших соседей. Если вы не можете помешать тому, чтобы они поглотили вас, по крайней мере, сделайте так чтобы они не могли вас переварить.»35[35] Подобное положительное выделение поляков относительно других славянских народов, по всей видимости, было достаточно популярно в Европе, его можно увидеть и у Фридриха Энгельса и в арийских расовых теориях, где поляки считаются наиболее арийским из славянских народов. В Третьем Рейхе представления о западных славянах были более положительными, чем о восточных, хотя это неизбежно связано не только с менее арийским происхождением, но и с «большевизацией» восточных славян.

Можно обратить внимание на две статьи Энгельса, издаваемые в кельнской революционной газете: «Новая Рейнская газета» [Neue Rheinische Zeitung. Organ der Demokratie.] в 1849 году. В этой же газете работал Карл Маркс и Моше Гесс. В статье «Борьба в Венгрии» Энгельс пишет о реакционности славянских народов, за исключением поляков. По мнению Энгельса, славяне являются опорой контрреволюционных сил, о чем свидетельствует то, что во время Австрийской революции славяне использовали ее лишь для утверждение своих национальных интересов: «Южные славяне, уже тысячу лет тому назад взятые на буксир немцами и мадьярами, только для того поднялись в 1848 году на борьбу за восстановление своей национальной независимости, чтобы тем самым одновременно подавить немецко-венгерскую революцию. Они — представители контрреволюции.»36[36] таким образом, позиция славян играет на руку австрийской монархии, которая использует славян (за исключением поляков), чтобы подавить революционный пыл прогрессивных и жизнеспособных народов: немцев, поляков и мадьяр.37[37]

Энгельс считал, что само появление австрийской монархии связано с необходимостью объединения цивилизованных немцев и цивилизовавшихся благодаря последним мадьяр,38[38] для борьбы против славянских варваров: «Достаточно прочесть в любом учебнике истории о том, как возникала австрийская монархия, как она распадалась и вновь возникала, все время ведя борьбу против славян, чтобы убедиться в правильности нашего изложения.»39[39] Это суждение Энгельса перекликается с суждением Гобино, который считал конфликт между немцами и славянами ключевым внутри Австрийской империи: «Австрийская монархия держится изо всех сил за счет преобладания тевтонских элементов над славянским населением.»40[40] что может говорить о распространенности подобных взглядов по вопросу славян в Австрии. Однако, далее мнения расходятся, для Энгельса восстания против австрийской монархии продолжается уже в качестве революционной борьбы цивилизованных немцев и мадьяр с реакционными славянами и австрийской монархией: «Габсбургская династия, власть которой установилась путем объединения немцев и мадьяр в борьбе против южных славян, стремится теперь продлить остаток своего существования при помощи объединения южных славян в борьбе против немцев и мадьяр.»41[41] При этом, союз славян и монархии против революции в конечном итоге уничтожит саму австрийскую монархию: «Тогда на один момент славянская контрреволюция нахлынет на австрийскую монархию со всем своим варварством, и камарилья увидит, каковы ее союзники.»42[42] Статья Энгельса заканчивается словами, подразумевающими уничтожение славян (за исключение поляков), как реакционного народа: «В ближайшей мировой войне с лица земли исчезнут не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы. И это тоже будет прогрессом.»43[43] По всей видимости эти слова касаются не только южных славян, находящихся в Австрийской империи.

В статье «Демократический панславизм», вышедшей через месяц, Энгельс пишет, что и другие славянские народы, в частности, русские, которые возглавляли славянскую борьбу против Наполеона,44[44] являются врагами революции: «Славяне — мы еще раз напоминаем, что при этом мы всегда исключаем поляков, — постоянно служили как раз главным орудием контрреволюции. Угнетаемые дома, они вовне, всюду, куда простиралось славянское влияние, были угнетателями всех революционных наций.»45[45] А также Энгельс пишет: «…полякам обеспечены симпатии всей Европы и восстановление их национальности, в то время как чехам, хорватам и русским обеспечены ненависть всей Европы и кровавая революционная война всего Запада против них.»46[46] Эта статья по характеру схожа со статьей «Борьба в Венгрии», потому в рамках раскрытия темы мало смысла ее разбирать отдельно и подробно.

Однако стоит затронуть взгляды другого деятеля и коллеги Маркса и Энгельса. Моше (Мозес) Гесс,47[47] как пишет «Краткая Еврейская Энциклопедия» – один из классиков сионистской литературы, работал в той же кельнской газете, что Маркс и Энгельс. Лапин Н. И. в работе посвященной биографии Маркса пишет, что Гесс с 1841 по 1842 годы был постоянным сотрудником газеты, он общался и дискутировал с Марксом и Энгельсом, хотя и подвергался критике со стороны обоих.48[48] В конце 1842 года стал корреспондентом кельнской газеты в Париже. Будучи гегельянцем социалистических взглядов, Гесс был создателем неарийской расовой теории и автором термина «расовая борьба». В своей книге «Рим и Иерусалим» 1862 года Гесс пишет: «Расовая борьба нечто первичное, классовая борьба – вторичное.»49[49] В книге он изложил теорию борьбы двух основных рас, германской (в книге не упоминается об арийцах) и еврейской расы, у каждой из них есть своя роль в истории. Борьба этих рас должна закончиться в гегельянском смысле «снятием противоречий», также как и борьба классов: «…ныне в социальной сфере ведется последняя классовая и расовая борьба с целью примирения всех противоречий, установления соответствия между потреблением и производством и завершения круга жизни, всегда характеризующего эпоху зрелости.»50[50] Во время работы в Кельне, Гесс мог повлиять на формирование мыслей, изложенных Энгельсом в статьях 1849 года и придать им этнический или расовый аспект. Похожим образом о фундаментальности рас и расовой борьбы для мировой истории и о важности изучения этого вопроса будет писать социолог Людвиг Гумплович в работе «Расовая борьба» 1883 года,51[51] что характерно для расового подхода того времени.

Данный разбор исторического контекста должен прояснить некоторые условия формирования расовых теорий в конце 19 века. Из вышеперечисленных доводов и источников, можно сделать вывод, что вопрос отношения к славянам в европейской мысли является более глубоким, хронологически выходящим более чем за сто лет до появление первой расовой теории Гобино и ее популяризации в 80-х годах 19 века. Пренебрежение к славянам не произошло из расовых теорий, а скорее, это пренебрежение пришло в расовые теории из уже распространенных в Европе убеждений. Ровно то же можно сказать про антисемитизм в расовых теориях.

Помимо этого, необходимо бы отметить популяризацию теории Дарвина, но гораздо более любопытней будет отметить о влиянии философии Шопенгауэра, которая способствовала отходу от представлений эпохи Просвещения в преддверии распространения биологизма. Сам Шопенгауэр увлекался индийской философией на фоне общеевропейского интереса к индийской и персидской культуре обусловленного открытием родства европейских и индоиранских языков и народов. Британский ученый Дэвид Ашер в статье «Шопенгауэр и Дарвинизм» 1871 года, отмечает сходство дарвинизма и философии Шопенгауэра: «философа, который так чудесно предвосхитил его [Дарвина] теорию и учил дедуктивно тому, что Дарвин доказал индуктивно»,52[52] как пишет Ашер. У самого Дарвина в книге «Происхождение человека и половой отбор» первое издание которой вышло в том же 1871 году, в Части III Главе XX есть ссылка на статью Ашера. По ней Дарвин в рамках рассуждения о половом отборе в человеческом обществе цитирует мысли Шопенгауэра о том, что «конечная цель всех любовных интриг <…> имеет для жизни человечества большее значение, чем все остальные стремления. Ведь дело идет здесь не о чем ином, как о воспроизведении следующего поколения.»53[53] По мнению Шопенгауэра, как представляет его Ашер, выбор мужчин и женщин, как и все в мире, обусловлены бессознательной Волей, в том числе и их предпочтения определенных физических признаков для передачи этих признаков будущим поколениям, а само влечение инстинктивно и направлено к силе красоте и здоровью.54[54] Воля по Шопенгауэру определенно имеет сходство с естественным отбором в теории Дарвина, что отмечает Ашер. Сам Дарвин, по всей видимости, ранее не был знаком с философией Шопенгауэра формулировал теорию о происхождении видов независимо от него, хотя как известно, Дарвина интересовала естественная теология, в частности работы Уильяма Пейли, который обосновывал «адаптивность» организмов в качестве доказательства разумного Творца, помимо этого Дарвина интересовала теория Мальтуса. В работе о происхождении человека, помимо доводов Шопенгауэра, Дарвин очевидно опирается на теорию Мальтуса, на основании чего приходит к заключению что: «Человек имеет тенденцию размножаться с большей скоростью, чем [растут] его средства к существованию; вследствие этого он время от времени подвергается жестокой борьбе за существование, и естественный отбор начинает оказывать влияние на все, что входит в круг его действия.»55[55] Таким образом, популярная в середине 19 века философия Шопенгауэра и теория Мальтуса в некоторых моментах отражали представления Дарвина еще до появления его теории и являлись опорой для популяризации теории Дарвина в конце 19 века и экстраполяции теории на человеческое общество в антропологии и социальных науках, что способствовало формированию биологизма, как направления европейской мысли.

Глава 2. Азиатская и европейская гипотезы происхождения арийцев (индоевропейцев)

Переходя ближе к рассмотрению расовых теорий необходимо отметить некоторые антропологические представления середины 19 века о расах и истории европейских народов. К вопросу об определении народа к какой-либо расовой группе в антропологии, начиная середины 19 века, оно плотно сопряжено с определением Черепного указателя (цефального индекса) – соотношения длины и ширины черепа. Для описания рас и народов впервые его использовал шведский анатом Андерс Адольф Ретциус в 1842 году. Исследования Ретциуса сформировали представление о значении формы черепа в качестве основного и самого устойчивого расового показателя в антропологии. Измерения черепов, проведенные Ретциусом, фактически послужат основой для гипотезы, согласно которой существует связь между ролью, которую играли в истории определенные народы и более мелкие группы людей и формой их черепа.56[56] С 40-х – 50-х годов вокруг формы черепа начнут строится антропологические исследования останков древних людей и продолжится сбор эмпирических данных, а за ними и новые вопросы о прошлом европейских народов. С конца 70-х – начала 80-х годов происходит совмещение Арийской расовой теории с актуальными на тот момент антропологическими данными, поступающими с каждыми новыми археологическими раскопками, вторая половина 19 века – расцвет археологии. Нахождение останков людей, принадлежащих различным популяциям, отличающихся друг от друга как по строению тела, так и по строению черепа порождало множество гипотез о происхождении индоевропейцев и об облике их самых древних предков.

Факт происхождения современных европейских народов путем смешения различных рас и народов был очевиден для науки того времени и практически не подвергался сомнению. Формирование нордизма происходит по мере того, как представления о арийцах – исконных предках индоевропейских народов, все в большей степени начинает ассоциироваться только лишь с предками германских народов, в особенности скандинавов, со свойственными им физическими чертами, как наиболее чистых или даже единственных потомков индоевропейцев (арийцев), с наименьшим чужеродным расовым элементом. Современные европейские народы, в призме расовых теорий, появились в результате смешения арийцев с другими расами в ходе арийских завоеваний, в результате которых арийцы распространили праиндоевропейский язык по всей Европе, Персии и Индии.

Родина арийцев в нордизме является Северная Европа, в начале 20 века Ганс Гюнтер популяризирует использование термина «Нордическая раса» взамен устаревшему термину «арийская раса». В антропологии термин «Северная (нордическая) раса» изначально появился в расовой типологии Жозефа (Иосиф Егорович) Деникера в начале 90-х годов 19 века, но Деникер занимался описанием различных европейских рас, а не построением теорий о превосходстве Нордической расы. Некоторые исследователи, такие как Фридрих Гольц [Goltz] и Теодор Штифенхофер [Stiefenhofer] приписывали Карлу Пенке создание термина «нордическая раса», а Жозеф Деникер лишь его распространил (Пенка действительно иногда называл арийскую расу нордической или высоконордической [hochnordische] расой,57[57] но он считал это атрибутом арийской расы и не отделял ее в термин «нордическая раса»). О существовании такого мнения пишет Курт Ридель в своей статье 1940 года о Карле Пенке,58[58] однако это мнение не было широко распространено.

В начале двадцатого века в нордических теориях Нордическая раса, заменив собой представление об арийской расе, считается первоисточником наилучших творческих качеств и источником цивилизации у современных европейских народов, которые в Третьем Рейхе продолжали называть арийскими. Народов которые появились в результате смешения Нордической расы с завоеванными ими другими расами. Тех качеств, которые возникли у нордической расы в результате естественного отбора в условиях Ледникового периода, и которые позволили индоевропейским народам стать наиболее развитыми народами.

Потому, как пишет один из основных расологов Третьего Рейха Ганс Гюнтер: «Вопрос о происхождении индоевропейцев нельзя отделять от вопроса о происхождении нордической расы, а она возникла не в Азии и не в Юго-Восточной Европе, а в Центральной Европе.»59[59] И в действительности процесс формирования представлений о нордической расе и нордизма в целом связан с возникновением европейской гипотезы происхождения индоевропейцев (арийцев).

В статье «О различных человеческих расах» Иммануил Кант еще в 1775 году60[60] предполагал появление человечества в Старом Свете [der Alten Welt], то есть в Европе. Кант считал, что все расы появились в результате расхождения от общего, белокожего типа людей [Weiße von brünetter Farbe], по всей видимости, с темными волосами, или белокожего типа с более темным оттенком кожи. Наиболее белокурая северная европейская раса [Hochblonde (Nordl. Eur.)], которую Кант называл «первой расой» [Erste Rasse] (Кант не поясняет, в каком смысле она является первой: возникшей первой хронологически, первой – то есть высшей или это формальное обозначение в типологии) появилась в результате локальной адаптации людей первоначального типа к холодному влажному климату, а для темных рас к жаркому.61[61] Однако в других работах посвященных антропологическим вопросам Кант явно предполагает превосходство белой расы.62[62] Кант отмечал, что Европа наиболее богата как ресурсами, так и разнообразным климатом, потому предполагал, что появление рас происходило постепенно по мере расселения людей из Европы.63[63] По всей видимости, Кант не учитывал возможность отличия климата современной и древней Европы. Тем не менее гипотеза о появлении белокурых черт в связи с холодным климатом является фундаментальной в нордических теориях происхождения арийцев, так и рассматривалась многими антропологами второй половины 19 века как наиболее вероятная.

Представления Канта изложенные в статье достаточно похожи на прообраз теории эволюции. Кант указывает адаптацию к внешней среде, как причину изменчивости людей и животных, а свойства приобретенные в результате адаптации передаются по наследству и могут сохранятся в разных климатах. Резкие изменения, по Канту, чаще всего происходят в связи с расовым смешением.64[64]

Гобино в своей теории, изложенной в 1853 году предполагал азиатское происхождение арийцев (индоевропейцев), что верно подмечает доктор ист. наук Клейн Л. С.65[65] Гобино в своей книге древних персов и индусов называет истинными арийцами.66[66] Однако то что пишет Клейн немного далее, в действительности скорее неверно, а именно: «Кстати, немцев он [Гобино] таковыми не считал, а евреев ценил высоко. Приноравливая учение именно к немцам, его всячески популяризировал в Германии композитор Рихард Вагнер, основавший вместе с Г. Шеманом в 1894 г….» Гобино не выделял именно немцев, но выделял германцев в целом, а Вагнер не проводил четкого различия между немцами и германцами. Помимо того, что Гобино считал, что германское население Скандинавии больше всего похоже на древних арийцев, так как они в массе своей являются белокурыми, во втором томе в книге VI Гобино писал: «Этот ариец теперь предстает перед нами в западной ветви своей семьи, столь же крепко сложенным, столь же красивым внешне, столь же воинственным сердцем, каким мы когда-то восхищались им в Индии и в Персии, как и в гомеровской Элладе. Одно из первых впечатлений о германском мире заключается в том, что главным в нем является человек, а народ стоит на втором месте [l’homme y est tout et la nation peu de chose].»67[67] Далее Гобино отмечает, что чем более смешанным является народ, тем больше меркнет отдельный человек и на первое место выходит толпа. Из чего следует, что германцы и их потомки – немцы, особенно северные, смешаны меньше всего, так как для «германского мира» характерен индивидуализм. То же отмечал Н. А. Бердяев: «Он [Гобино] был настоящий творец мифа об избранной арийской расе и великой миссии германцев, которые, впрочем, и, по его мнению, перестали быть чистой расой.»68[68] Гобино неоднократно отмечал, что в эпоху цивилизации истинных арийцев не существует и они не могут существовать.

Возвращаясь к азиатскому происхождению арийцев (индоевропейцев) нужно сказать, что гипотеза о том, что до индоевропейцев на территории Европы жили люди монголоидной (туранской) расы, как называли ее некоторые антропологи вслед за Гобино, с брахицефальным (широким) черепом, а индоевропейцы (арийцы), с долихоцефальным (длинным) черепом, являются захватчиками, родина которых находится в Азии. В антропологии эта гипотеза была единственной до середины 70-х годов, так как ранее, самые древние найденные останки человека на территории Европы, были с брахицефальным черепом. Предполагалось, что современные европейские народы, появились в результате смешения двух этих рас.69[69] В лингвистике в конце 60-х годов некоторые исследователи выдвигают критические замечания по поводу азиатской гипотезы, в связи с ее недостаточной обоснованностью и выдвигают обоснования гипотезы происхождения арийцев (индоевропейцев) в Европе, но европейская гипотеза утвердится лишь благодаря более поздним антропологическим исследованиям.

Глава 3. Канштатская / неандертальская раса

В ходе археологических раскопок 1876 года в Бад-Канштат (Штутгарт) были обнаружен еще более древние останки людей, а конкретно долихоцефальный череп, который современная наука определяет как неандертальский. Этот факт, как отмечает знаменитый ученый Рудольф Вирхов на собрании Немецкого антропологического общества в 1876 году, может является опровержением прошлой гипотезы и доказательством того, что индоевропейское (арийское) население, является автохтонным населением Европы, а брахицефальный, элемент, появился в ней позже, в связи с монгольскими миграциями, от которых отбивались индоевропейцы.70[70] Вирхов отрицал утверждение археолога Германа Шаафгаузена о том, что фрагменты черепа, найденные в долине Неандерталь в 1856 году, принадлежали древнему виду — предку современных людей. Как пишет современный исследователь Эндрю Циммерман: «Герман Шаафгаузен утверждал, что фрагмент черепа, обнаруженный в долине Неандерталь, представляет собой промежуточную расу между обезьянами и людьми.»71[71] Вирхов считал, что это либо останки больного человека либо вообще не человек, как и многие другие антропологи он скептично воспринял подобные предположения об открытии нового вида людей. Потому первые находки неандертальцев не были настолько значимым на момент их нахождения, из-за сомнений среди антропологов и плохого качества самих останков и малым их количеством. Новые находки черепов Вирхов воспринимал, как человеческие, потому у него не было проблем с тем, чтобы предположить, что возможность автохтонного проживания индоевропейцев на территории Европы. Вирхов упоминает неандертальский (по современным данным) череп из Энгиса [Schädel von Engis], найденный еще в 1829 году, который по мнению Вирхова является «изысканно долихоцефальным» и если бы можно было определить этническую группу лишь по форме черепа, в чем Вирхов сомневался,72[72] то этот череп относился бы к протогерманским [urgermanischer] и мог бы служить доказательством проживания предков германцев в Европе до монгольской миграции.73[73] Но Вирхов не предполагал, что эти останки и останки из Бад-Канштат являются отдельным видом человека.

Помимо раскопок в Бад-Канштат и в долине Неандерталь, в ходе раскопок в Эгисхайме в 1865 году был обнаружен долихоцефальный череп неандертальца и во множестве других раскопок находили останки неандертальцев, но именно более поздние раскопки в Бад-Канштат стали отправной точкой для формирования европейской гипотезы происхождения индоевропейцев (арийцев) в антропологии того времени. Кроманьонцы были открыты в 1868 году, их черепа считались долихоцефальными, но их находки датировались примерно тем же периодом, что и находки брахицефальных черепов монголоидной, или туранской расы, потому кроманьонцы не противоречили азиатской гипотезе происхождения индоевропейцев (арийцев) или противоречили лишь частично, не настолько как находки неандертальцев. Потому антропологи с меньшим интересом относились к их останкам и не делали больших выводов из находок кроманьонцев.

Как можно заметить, в антропологии середины 19 века предполагалась некая линейная последовательность развития человека, потому находки неандертальцев не рассматривались как отдельная ветвь человека, а как его предок, предшествовавший, или отдельный по отношению кроманьонскому типу, что более ярко будет показано далее. Потому утверждение Дробышевского С. В. о том что лишь с 1927 года существует «концепция» (как пишет Дробышевский) неандертальского происхождения людей за авторством чешско-американского антрополога Алеша Хрдличка выглядит достаточно неуверенно.74[74] Хотя окончательное признание существования неандертальцев, установление кроманьонского типа и датировки этих находок действительно затянулось до начала 20 века.

Находки из Бад-Канштат, как предполагалось еще в конце 70-х годов, древнее находок долихоцефальной «кроманьонской расы» и брахицефальной «монголоидной расы» (по терминологии 19 века), потому позволили сформировать достаточно устойчивое представление о том, что люди с долихоцефальными черепами, то есть с черепами схожими по форме с черепами индоевропейцев (арийцев), являются самыми древними людьми населявшими Европу.

Останки людей из Бад-Канштат получили название по месту нахождения – Канштатская раса. Такое название дал французский антрополог Жан Луи Арман де Катрфаж. Стоит отметить широкий спектр применения термина «раса», в 19 веке он заменял современное слово «вид», или «тип» и использовался в том числе и для животных. В книге «Человеческий вид» [The Human Species] 1877 года Катрфаж применяет термин «раса» к голубям и пишет: «…Дарвин насчитывает 150 различных рас [races] голубей…»75[75] также он пишет о расах собак и других домашних животных.

Канштатская раса определяемая Катрфажем, относится к неандертальцам по современной классификации. Как пишет «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона», издание 1905 года, канштатская раса по Катрфажу соответствует неандертальской расе по в некоторой степени до сих пор актуальной в отношении неандертальцев классификации Мортилье. Точная цитата из энциклопедии: «В древнечетвертичный период, по Катрфажу и Ами, во Франции последовательно существовали расы канштатская, кроманьонская, трюшерская, гренелльская и фюрфоозская, из которых первые две долихоцефалические, а последние три — брахицефалические. Мортилье нашел, что останки, подавшие повод к предположению о последних 4-х расах, относятся к позднейшему, неолитическому периоду и принимает для палеолитического периода только две расы: неандертальскую и ложерискую (по черепу из Нижнего Ложери), соответствующие первым двум расам Катрфажа.»76[76] Поль Топинар в 1876 году также писал, что Катрфаж и Ами дали неандертальцам свое название.77[77]

Канштатская раса по Катрфажу населяла всю Европу, вплоть до Оренбурга.78[78] Что частично совпадает с расселением неандертальцев в Европе по современным представлениям. Как и то что по современным данным череп неандертальца зачастую является долихоцефальным (длинным), как у канштатской расы, которую определяли в 19 веке.79[79] Катрфаж, в этой же работе придерживается мнения о том, что останки из Бад-Канштат принадлежат древней европейской расе (чисто географически, не арийской и не индоевропейской). Картфаж определяет канштатскую расу и расу кроманьонцев как долихоцефальные.80[80] Картфаж пишет: «Насколько нам известно в настоящее время, канштатская раса [Canstadt race], несомненно, является древнейшей европейской. <…> Она принадлежит, таким образом, к самым ранним векам четвертичной эпохи.»81[81] Из чего следует необходимость пересмотра старой, как ее называет Картфаж, монголоидной теории [the mongoloid theory], в пользу автохтонного проживания долихоцефальной канштатской расы на территории Европы. Там же Катрфаж пишет о мнении Германа Шаафгаузена, описавшего первые останки неандертальцев, что канштатскую расу можно отнести еще древнее, к третичному человеку [tertiary man. Шаафгаузен предполагал существование человека в третичный период, но это мнение не считалось общепризнанным], однако Шаафгаузен несмотря на еще более древнее датирование находок в Европе придерживался мнения об азиатском происхождении индоевропейцев. Помимо этого, Катрфаж пишет о более ранних находках долихоцефальных черепов свидетельствующих о возможном опровержении монголоидной теории: «Было очевидно, что присутствие крупных долихоцефалов [канштатцев и кроманьонцев], бесспорно предшествующих людям из Лессе [Lesse], монголоидная теория [the mongoloid theory] должна претерпеть серьезные изменения, которые я не колеблясь признал.»82[82] Как утверждает Катрфаж, он ожидал опровержения монголоидной теории еще в 1875 году, но в работе Rapport sur les progrès de l'Anthropologie не решился высказывать это мнение и приписывал автохтонность проживания в Европе брахицефальной расе. После открытия канштатской расы у Катрфажа не осталось сомнений в ложности этих представлений. Учитывая то, как быстро новая гипотеза распространилась среди антропологов, Катрфаж не был единственным кто ожидал «опровержения» устоявшейся монголоидной теории. В 1879 году на заседании Парижского антропологического общества крупнейшими французскими антропологами обсуждался вопрос об азиатском и европейском происхождении арийцев и обе позиции нашли своих сторонников.83[83] В то же время Катрфаж предполагает расселение канштатской расы и за пределами Европы, в Индии и в Северной Америке в провинции Виктория, в окрестностях Порт-Вестерн (на острове возле западного побережья сов. Канады), отсылая к находкам отражающих образ канштатской расы в этих регионах и соглашается с замечанием М. Ами [Hamy], о том что в Индии представители канштатской расы могли быть оттеснены арийским вторжением.84[84] Но Катрфаж не указывал на происхождение арийцев от канштатской расы и продолжал придерживаться гипотезы их происхождения в Средней Азии.

Карл Пенка, автор и первой нордической теории происхождения арийцев, в работе «Происхождение Ариев» [Origines Ariacae] 1883 и работе с тем же названием [Die Herkunft der Arier] 1886 года доказывал европейское происхождение арийской расы. Частично ссылаясь на Катрфажа устанавливает прямую связь между арийцами и канштатской расой.85[85] Пенка пишет: «Я уже объяснял, что в типе могильников Эккера [Johann Alexander Ecker] мы видим специфически арийскую форму черепа.»86[86] А могильник описанный Иоганном Александром Эккером Пенка напрямую связывает с канштатской расой: «Средний индекс ширины, рассчитанный Эккером по 18 рядам захоронений черепов, составляет 71,3, что почти полностью совпадает с индексом ширины расы Канштата (72).»87[87] В конечном итоге Пенка называет канштатскую расу арийской: «После предыдущих обсуждений становится совершенно понятным географическое распространение канштатской, или арийской расы [Canstatt-, beziehungsweise arischen Race] в четвертичном периоде и в последующий период.»88[88] Мысль Пенки хорошо проясняется в контексте этой цитаты: «…в Центральной Европе, без каких-либо признаков миграции, высокоразвитый арийский тип развился из низкоуровневого неандертальского типа [канштатская раса скорее является промежуточной между неандертальцами и арийцами].»89[89] То есть, Пенка не считает конкретно канштатскую, или неандертальский расу именно арийской расой, а лишь ее предками, унаследовав лучшие черты канштатской расы в результате тысячелетий естественного отбора в условиях Ледникового периода канштатская раса развилась в арийскую. Хотя он описывал канштатскую и арийскую расы как цельные типы, сама логика его рассуждений предполагает внутреннюю неоднородность исходной канштатской популяции и формирование арийского типа через отбор и сочетание признаков, а не через простое линейное происхождение. В связи с чем Пенка дает описание канштатской расе как достаточно дикого существа с атлетическим телосложением.90[90] Предполагая необычайную физическую силу и высокий рост чистых арийцев необходимые для выживания в условиях холодного климата Северной Европы в Ледниковый период.91[91] Что частично совпадает с современными представлениями о более крупных и сильных по сравнению с кроманьонцами неандертальцах. Стоит отметить, что средний рост неандертальцев составляет около 1,6 – 1,7 метра,92[92] что по тогдашним меркам считается высоким ростом с которыми могут сравнятся лишь северные европейские народы. Жозеф (Иосиф Егорович) Деникер в работе «Человеческие расы» 1902 года пишет, что рост современных северных европейских народов Скандинавии и северной Великобритании (северной расы): составляет 1,73 метра и характеризует его как очень высокий.93[93] Средний рост древних кроманьонцев 1,7 – 1,8 метра, что также близко к северным народам, однако по поводу кроманьонцев подробные данные появятся ближе к началу 20 века, об этом будет позже.

Соглашаясь с Катрфажем о опровержении монголоидной (туранской) теории в связи с открытием канштатской расы Пенка пишет: «Еще несколько лет назад туранцы считались коренным населением Европы. <…> Однако было показано, что баски преимущественно долихоцефалы и относятся к кроманьонскому типу [А. Ретциус классифицировал басков как брахицефалов] и что задолго до брахицефалов в Европе жили долихоцефалы как канштатского, так и кроманьонского типа.»94[94] Под кроманьонцами имеется ввиду средиземноморская раса по типологии 19 века, эта раса с долихоцефальным черепом, темной кожей и волосами, предок южных европейцев: испанцев, итальянцев, греков других средиземноморских народов Северной Африки и Малой Азии. Тем самым предполагая происхождение арийцев (индоевропейцев) в Европе. В более поздней работе Пенка отмечает, что по словам Катрфажа, Ами был удивлен тому, что некоторые жители Геннегау (Бельгия) проявляют черты неандертальской расы, а в Ирландии и Уэльсе проявляются черты кроманьонской (средиземноморской) расы, предполагая их более позднюю миграцию.95[95] Помимо этого Пенка пишет, что череп римско-галльского захоронения, описанный Сабатье [Sabatier] проявляет неандертальские черты.96[96]

В отличие от Картфажа, Пенка придерживался теории Дарвина потому он в своей расовой теории объясняет причины формирования рас через естественный отбор в определенных средовых условиях, потому он отсылает к Ледниковому периоду, как одному из основных факторов формирования арийской расы, то есть под влиянием холода, противопоставляя суровых долихоцефальных белокурых арийцев, более мягким брахицефальным темным расам и народам, приспособленных к южным тропическим регионам.97[97] Нужно отметить, что Пенка придерживался гипотезы биолога Морица Фридриха Вагнера о европейском происхождении человеческого вида вообще, о чем Пенка пишет в «Происхождении ариев».98[98] Вагнер был первым кто выдвинул гипотезу о ключевом влиянии Ледникового периода на развитие человеческого вида в целом и отдельных рас. Хотя гипотеза Вагнера по вопросу происхождения человеческого вида в Европе будет отвергнута в более поздних арийских теориях, но влияние ледникового холода на появление арийской, в последующем – нордической расы, в расовых теориях будет считаться фундаментальным. В более поздней работе 1886 года, посвященной тому же вопросу, Пенка упоминает доклад Маттеуса Муха [Matthäus Much] 1881 года о древних стоянках охотников на мамонтов в Нижней Австрии99[99] и других исследователей, которые предполагали наличие достаточно холодного и влажного климата в Европе в четвертичный период, такого климата, который по вышеупомянутой гипотезе Канта необходим для формирования белокурой северной расы.100[100]

Однако сомнения о существовании неандертальцев, как отдельного вида или расы на основании находок в одноименной долине, в Бад-Канштат и других, оставались до начала 20 века. В бельгийской статье: «Воображаемая раса Канштат или Неандертальцев» 1893 года существование древней европейской расы канштата, или неандертальцев называется фантазией Катрфажа, ссылаясь на позицию Рудольфа Вирхова, Германа Гёльдера и других, в основном немецких антропологов, отрицающих ее существование.101[101] Что усложняет понимание представлений о происхождении арийцев по современной терминологии. Если использовать современную терминологию, то Канштатская раса в большей степени схожа с неандертальцами, а не с кроманьонцами (Homo sapiens) – предками современных людей, но вплоть до начала 20 века разделение между различными типами доисторического европейского населения, неандертальцами, канштатской расой (между которыми Пенка видел различия) и кроманьонцами, было крайне нечетким, а некоторые, как видно из вышеприведенной статьи, отрицали это разделение вообще, предполагая, что различия между ними несущественные и три типа являются предками современного европейского населения. О чем также пишет Бенуа Массен в своей работе о истории немецкой антропологии.102[102]

В то же время не стоит думать, что арийские теории конца 19 века обязательно предполагали развитие человека из неандертальцев, или канштатской расы. Скорее это было характерно только для первой нордической арийской теории Карла Пенки. Но несмотря на это, именно в конце 70-х – начале 80-х годов в связи с «опровержением» монголоидной гипотезы благодаря раскопкам неандертальцев (в том числе в Бад-Канштат) европейская гипотеза происхождения арийцев (индоевропейцев) набирает популярность среди ученых.

В арийской теории французского социолога Жоржа Ваше де Лапужа, цитируемого немецкими расологами в первой половине 20 века, Европейский тип [Homo Europæu], аналогичная арийской расе по классификации Лапужа,103[103] сформировался в четвертичный период в Скандинавии, но Homo Europæu формировался отдельно от неандертальцев и скорее всего происходит от кроманьонской расы, отмечая больший объем мозга различных типов древних людей, по сравнению с неандертальскими черепами и черепами современного человека, о чем Лапуж пишет в работе «Социальный отбор» 1896 года.104[104] А в работе «Ариец. Его социальная роль» 1899 года Лапуж пишет, что происхождение Homo Europæu от неандертальцев [Pithecanthropus Neanderthalensis] не является доказанным.105[105] Опять же упоминая различия черепа неандертальцев и возможно меньшие умственные способности по сравнению с другими типами.

Ганс Гюнтер в работе «Расология немецкого народа» [Die Rassengliederung des Menschengeschlechts] 1923 года склонялся к происхождению нордической (арийской) расы от кроманьонской расы. Гюнтер пишет, что кроманьонцы появляются в Европе вместе с миграцией оленей, но не указывает место изначального происхождения кроманьонцев, к концу Ледникового периода стали доминирующей расой в Центральной Европе вытеснив местные расы, они мигрировали в Скандинавию, где эволюционировали в нордическую расу. Он отмечает возможное распространение кроманьонцев и в Северной Африке, что частично совпадает со взглядами Пенки (см. стр. 106-107), только у Пенки речь шла скорее о неандертальцах. Гюнтер упоминает схожую позицию Людвига Вильзера о происхождении рас, изложенную в статье 1906 года.106[106] Вильзер излагал подобную позицию еще в работе «Происхождение немцев» [Herkunft der Deutschen] 1885 года, вслед за Карлом Пенкой и исследователями этого вопроса в сфере лингвистики: Лазарем Гейгером и Теодором Бенфеем.107[107] Однако, по мнению Гюнтера это предположение несколько преувеличено, предполагая что переход от кроманьонской расы к нордической расе начался несколько раньше, до прихода в Скандинавию, обосновывая это тем, что ледник отошел от Южной Швеции около 12 тыс. лет до нашей эры что достаточно мало для формирования расы, как пишет Гюнтер.108[108] Швеция была внутренней и далекой от других рас, частью родины нордической расы, а влияние естественного отбора в условиях холодного климата на часть кроманьонцев, продвигавшихся на север Европы началось в Северной Германии и в Шлезвиге.109[109] Потому в первой половине 20 века по большей части отказались от представлений о когда-либо существовавшей единой арийской расе из-за многообразия рас в Европе еще в древности, признавая лишь лингвистическую общность индоевропейских народов, которая обусловлена завоеваниями нордической расы – первоначального ядра индоевропейских языков. Ганс Гюнтер в работе «Нордическая раса среди индоевропейцев Азии» 1934 года пишет: «Так что сегодня термин «арийский» в науке непригоден (кроме лингвистики).»110[110] В расовых теориях, рубежа 19 – 20 веков европейские народы состоят из множества рас, нордическая раса лишь одна из пяти, наряду с: Западной, Динарской, Восточной (Альпинской), Восточно-балтийской, Фальской расами, которые так или иначе представлены в среди различных народов с преобладанием одной или другой расы.111[111] Касательно наличия нордической расы в современности, в работе «Нордическая идея» 1927 года Гюнтер писал: «Но такое ядро чисто нордической расы сохранилось сегодня только в скандинавских народах.»112[112] Неандертальцы же считались тупиковой и более южной расой относительно кроманьонцев. До продвижения кроманьонцев в Европу неандертальцы жили в районе от Центральной Германии до Палестины и Северной Африки. Подобная точка зрения будет основной в арийской теории в эпоху Третьего Рейха.

Густаф Коссинна в работе 1927 года пишет что: «По мнению большинства антропологов, очевидно, что кроманьонец, по крайней мере наполовину, должен считаться основным компонентом нордической расы.»113[113] Обосновывая это наибольшей схожестью долихоцефальных кроманьонских черепов с черепами определяемыми как нордические. В связи с общей развитостью культуры кроманьонцев, по сравнению с другими типами, выделяемыми в ту эпоху. Предполагая наличие смуглой кожи, темных волос и глаз у кроманьонцев, до развития части из них в нордическую расу.

Тем не менее в первой половине 20 века некоторыми исследователями предполагалась линейность развития человека и происхождение людей от неандертальцев, подобно тому как считал Шаафгаузен еще в середине 19 века. Можно опять же вспомнить гипотезу Алеша Хрдличка появившуюся в 1927 году о которой говорил Дробышевский. В позиции Освальда Шпенглера по поводу происхождения человека можно увидеть обобщение внешнего вида неандертальцев с современными людьми. Выражая свой скептицизм по поводу предположения Дарвина о происхождении человеческого вида от обезьян, Шпенглер в работе «Человек и Техника» 1931 года пишет: «Скелет человека с тех пор как он появился был таким же какой он есть сейчас – даже неандертальский тип можно увидеть на любом общественном собрании.»114[114]

В журнале «Volk und Rasse» в выпуске 1938 года есть статья: «Самые ранние формы человека, известные сегодня, питекантроп и синантроп» [Die frühesten, heute bekannten Menschenformen, Pithecanthropus und Sinanthropus] профессора Бруно Курта Шульца. В ней он отмечает, что даже у горилл и шимпанзе наблюдается отчетливо человеческие формы – неандертальские.115[115] Не совсем понятно, имеет ли ввиду Шульц, что неандертальцы являются предками современных людей. Исходя из названия может создастся такое впечатление. В пользу этого мнения свидетельствует то, что подводя итоги Шульц называет питекантропов и синантропов древними человеческими формами и возможными предками неандертальцев.116[116] Когда в современной антропологии синантропы и питекантропы являются отдельными друг от друга ветвями также отдельными как от неандертальцев и от современного человека. Однако других статей затрагивающих вопрос возможного происхождения человека от неандертальцев в журнале «Volk und Rasse» мной не было обнаружено и как уже было указано, в антропологических представлениях Третьего Рейха неандертальцы считались отдельной от арийцев вымершей расой.

Глава 4. Формирование представлений о белокуром германском типе

При рассмотрении вопроса о типах (фенотипах) германских и других народов важно понимать методологические особенности науки второй половины 19 века. Несмотря на то что законы наследования были сформулированы Грегором Менделем в 1865 году, их широкое применение в науке, в том числе по отношению к людям, началось с 20 века. В 19 веке представление о наследовании каких-либо признаков у человека сводилось к смешиванию признаков обоих родителей. Как пишет Илона Мико: «До экспериментов Менделя большинство людей полагали, что признаки у потомства возникают в результате смешения признаков каждого родителя. Однако, когда Мендель скрещивал один сорт чистопородного растения с другим, эти скрещивания давали потомство, похожее на одно из родительских растений, а не на смесь двух.»117[117] Учитывая это можно легко понять почему исследователи 19 века предполагали, что люди демонстрирующие белокурые черты в совокупности с долихоцефальной формой черепа, являются несмешанными с другими популяциями и происходят из общего «расового» корня, так как смешение с другими популяциями с отличающимся фенотипом неизбежно привело бы к потере белокурых черт и образовании смешанного усредненного фенотипа у потомков. Смешанный тип, как категория в статистике встречается у различных исследователей, занимавшихся вопросом изучения фенотипа современного европейского населения. Предполагалось, что смешанный тип возникает при смешении белокурых и темных рас. С тем же связано появление брахицефалии и мезоцефалии (промежуточной формы) у европейских народов.

Некоторые исследователи, по типу Рудольфа Вирхова, ставили под сомнение гипотезу о том, что первоначальный фенотип индоевропейцев (арийцев) был белокурым и голубоглазым, аналогично тому, как у большинства народов наблюдается темный цвет волос в сочетании с карими глазами, а лишь после миграции в Европу (если говорить об азиатской гипотезе происхождения индоевропейцев) в связи со смешением с автохтонным населением у индоевропейских народов появился темный фенотип. Вирхов придерживался азиатской гипотезы и считал, что темный и смешанный фенотипы у европейских народов появляются в результате смешения, но до их миграции в Европу. Что также предполагает изначальный белокурый тип, но говорит о более раннем расовом смешении. Позиция Вирхова и ее противоречия достаточно сложная тема, она будет более подробно разобрана несколько позже.

Коллега и оппонент Вирхова, Герман Гёльдер [Hermann Friedrich Hölder 1819–1906], несмотря на отрицание позиции Катрфажа по поводу существования канштатской расы придерживался гипотезы о том что индоевропейцы (арийцы) являются автохтонным населением Европы, в том числе основываясь на данных раскопок в Бад-Канштат. На вышеупомянутом собрании Немецкого антропологического общества 1876 года Гёльдер высказывал позицию о том что «…чистый германско-долихоцефальный тип имеет только голубые глаза и светлые волосы.»118[118] Гёльдер один из первых, кто эмпирически обосновывал существование долихоцефального белокурого типа в юго-западной Германии и предположил его германское происхождение, он развивал эту мысль в статье: «Сборник форм черепов найденных в Вюртемберге» [Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen] 1876 года, в которой проводил более четкую границу между долихоцефальными арийцами (индоевропейцами), с белокурыми германскими чертами и брахицефальными туранцами с монголоидными чертами. При этом, Гёльдер, как и многие, критиковал Ретциуса за его обобщающий подход, предполагающий, что все долихоцефальные народы в Европе принадлежат к одной расе,119[119] несмотря на явные различия среди таких черепов и различия в других физических качествах разных народов, в частности на римские описания германцев, выделяющие их высокий рост и белокурый фенотип. В отличие от подхода Александра Эккера, который, по мнению Гёльдера, более точно определил германский тип долихоцефального черепа, названный им как «тип из рядовых могильников» [Reihengräbertypus] в 1865 году.120[120] После исследований Эккера начало формироваться устойчивое представление о том, что тип долихоцефалии, схожий с германским, является признаком белокурых черт исходя из тех признаков, которые демонстрирую современное северогерманское население, более поздние находки, особенно второй половины 70-х годов, лишь укрепляли это представление, которое уже в те годы было широко распространено, но скорее в гипотетическом плане. Сам Гёльдер в своей статье дополняет это представления новыми данными и определяет типы черепов появившихся в ходе смешения древних германцев с брахицефальными туранцами и сарматами, так и выделяет их фенотипические особенности.

Приводя карты распределения белокурых и темных черт среди населения Вюртемберга и других округов Баварии Гёльдер указывает на то, что в регионах с преобладающим брахицефальным населением в большей степени выражены темные черты, а в более северных округах, преобладают белокурые черты и долихоцефальная форма черепа. Как пишет Гёльдер: «Это хорошее доказательство факта, в котором некоторые сомневаются [возможно имея ввиду Вирхова], что голубые глаза и светлые волосы являются характеристиками германского долихоцефального типа.»121[121] Там же он отмечает, что чистых типов, как германского так и туранского (азиатского) в современности практически не существует, но несколько позже Гёльдер пишет, что когда германские племена только вошли в историческое поле, они явно отличались от населения Римской Империи и других европейских народов как высокоразвитая [reich entwickelt] раса.122[122] Тем самым Гёльдер выводит представления о белокуром германском типе из окололитературной и гипотетической сферы в антропологию, как отдельную категорию. Скорее всего Гёльдер сделал это не первый, но именно на разбираемую статью Гёльдера буду ссылаться многие сторонники исконной белокурости германцев и арийцев (индоевропейцев) в целом, в том числе и Карл Пенка. Также Вирхов на собрании Немецкого антропологического общества 1876 года говорил, что первоначально, подробными исследованиями этого вопроса занимались Эккер и Гёльдер, в отличие от отдельных наблюдений некоторых исследователей 40-х годов.123[123]

Основными причинами расового смешения германцев по мнению Гёльдера являются: экспансия Римской Империи, Великое переселение народов: славянская миграция, миграции кочевников: гуннов, аваров, венгров и монголов, которые спровоцировали смещение германцев на запад и противостояние на востоке (и Тридцатилетняя война уже в позднюю эпоху),124[124] а не миграции арийцев, то есть германцев, в Европу, так как он придерживался гипотезы их происхождения в Германии, упоминая обоснование Теодора Бенфея, выдвинувшего вместе с Лазарем Гейгером эту гипотезу основываясь на лингвистике в 1868 году, но они ограничивались лишь некоторыми утверждениями о белокуром типе арийцев.125[125] Гёльдер пишет: «Во времена Римской Империи [Römerherrschaft] германские племена были единственными несмешанными арийцами в Европе…»126[126] остальные европейские народы уже тогда имели примесь других рас, потому у большинства современных европейских народов появились темные волосы и глаза и брахицефальная форма черепа, тем не менее Гёльдер не отрицает смешение германских народов с другими европейскими народами в более поздний исторический период: «Значительная часть испанцев, французов, итальянцев, богемцев и поляков имеет в своих жилах столько же германской крови, сколько и жители многих частей Германии. Однако германские элементы становятся все более редкими по мере продвижения на восток от нынешней границы Германии [связывая это с проживанием азиатских народов к востоку].»127[127] Расовое смешение, по его мнению, создает проблемы для использования измерений форм черепов для определения принадлежности народов к какой-либо расе в современности, так как представители одного народа могут иметь разную форму черепа а фенотипические качества смешиваются, но в древности расовое смешение было меньше, потому он считал возможным определить форму черепа и другие физические черты древних германцев как долихоцефальную с белокурыми чертами от характерных черт других древних народов и рас.128[128]

Вирхов выражал большие сомнения по поводу метода определения расы и ее физических черт только по форме черепа даже в доисторическую эпоху, в отличие от Гёльдера, хотя Вирхов использовал метод в своих исследованиях, но считал его недостаточным и сомнительным, что будет более подробно рассмотрено при разборе исследований Вирхова. Тем не менее представления Гёльдера, изложенные в этой статье, получат продолжение в арийских расовых теориях. Несколько позже, в 1878 году, выйдет широко обсуждаемая в те годы работа антрополога и историка Теодора Пёше [Theodor Pösche] «Ариец», в которой он указывал родину арийцев в районе Пинских болот и, используя аргументы подобные аргументам Гёльдера, а также лингвистические аргументы, предполагал, что изначальный облик арийцев (индоевропейцев) – белокурый и голубоглазый, с долихоцефальным черепом (Schädel der Reihengräber по Эккеру),129[129] в нынешнее время свойственен в основном германским народам, но раньше был шире распространён среди других арийских (индоевропейских) народов.130[130] Однако логика в работе Пёше выглядит достаточно хаотичной и фрагментарной при использовании лингвистики и антропологии, менее системной, по сравнению с теорий Пенки.

В 1880 году один из самых уважаемых историков и антропологов в Германии – Людвиг Линденшмит в начале своей работы пишет: «Даже на нынешнем, неразвитом этапе исследований рас и человека, мы можем считать совершенно очевидным следующее: если изначальная связь между народами Востока и Запада, чьи языки родственны, обязательно подразумевает сходство в физическом развитии, то изначальный тип [индоевропейцев], безусловно, не следует искать среди индусов и таджиков, бухаров и белуджи, парсов и осетин».131[131] То есть, Линденшмит говорит о том, что изначальный тип индоевропейцев следует искать среди европейских народов. Можно сказать, что конца 70-х годов антропологические представления будут все больше смещаться в сторону представлений о европейском происхождении арийской расы, или изначального индоевропейского типа, предполагая наибольшую его схожесть с северными германскими народами.

Глава 5. Исследование Рудольфа Вирхова «Физическая антропология немцев» 1876 года о фенотипе современных немцев и древних германцев и более поздние исследования

В продолжение предыдущей главы необходимо разобрать вклад Рудольфа Вирхова в этнографические и антропологические исследования тех лет. Вирхов был представителем Немецкой партии свободомыслящих в парламенте Германской Империи, в либеральной прессе своего времени и в СССР начала 20 века, воспринимался противником расовых теорий и антисемитизма,132[132] отрицающим существование арийской расы и расового единства германских народов.133[133] Несмотря на позицию Вирхова, данные раскопок в Бад-Канштате и другие его исследования, ровно как и исследования Гёльдера, послужат материальной основой для дальнейших арийских расовых теорий, на которые будут ссылаться основные теоретики нордизма, такие как Карл Пенка, Людвиг Вольтман, Ойген Фишер, Ганс Гюнтер. Сам Вирхов был один из самых авторитетных физиологов и антропологов в Европе, потому его работы не могли обойти их внимания. Эндрю Циммерман также отмечает противоречивость восприятия исследований Вирхова, в конце 19 века и в современной историографии, но в контексте антисемитизма и вопроса о существовании еврейской расы, так как Вирхов выделял евреев в отдельную категорию населения Германской Империи в своих исследованиях. Ровно как и влияние Вирхова на формирование представления о историческом облике германских народов, как пишет Циммерман: «Мюнхенский антрополог Иоганн Ранке (1836–1916) цитировал исследование Вирхова как величайшее антропологическое исследование из когда-либо существовавших и считал, что оно устанавливает белокурый тип как сугубо немецкий расовый тип.»134[134]

Основным исследование Вирхова, которое способствовало формированию нордизма является: «Вклад о физической антропологии немцев» 1876 года, в нем Вирхов использует как антропологические исследования останков древних людей, так и статистику физических свойств современных немцев среди школьников Германской Империи, которую он совместно с другими исследователями начал собирать с 1874 года. Вирхов в исследовании 1876 года ставил перед собой антинационалистическую задачу – показать неоднородность немецкого народа с антропологической точки зрения, тем самым опровергнуть их расовую общность. По всей видимости, это двоякое восприятие Вирхова связано с тем, что его исследования имеют достаточно неопределенный характер, оно достаточно запутанно в своих формулировках и выводах, из-за нечеткой позиции самого Вирхова.

В работе «Вклад о физической антропологии немцев» Вирхов отмечает: долихоцефалию, высокий рост, светлые волосы, голубые глаза и светлую кожу с розовым оттенком (особый германский цвет) типичными характеристиками для северных германских народов, которые до сих пор демонстрируют Скандинавия и Британия. Вирхов пишет: «И когда мы видим, в какой степени германский Север, Скандинавия и англосаксонская Британия по-прежнему демонстрируют одинаковый физический облик своих соплеменников, то, безусловно, легко прийти к выводу, что это действительно был общий германский тип [allgemeine germanische Typus]. Внимательные наблюдатели, особенно иностранцы, путешествовавшие по Германии, уже некоторое время выражают свое удивление по поводу того, что этот тип, по-видимому, исчезает на большей части территории нашей страны.»135[135]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Schrader O. Prehistoric antiquities of the Aryan peoples: a manual of comparative philology and the earliest culture. – New York.: Scrivner and Welford. 1890. P. 5-6(V-VI);

Вернуться

2

Rendall, Gerald H. The Cradle of the Aryans. – London.: Macmillan and Co. and New York. 1889. P.43;

Вернуться

3

Schrader O. Prehistoric antiquities of the Aryan peoples: a manual of comparative philology and the earliest culture. – New York.: Scrivner and Welford. 1890. P.103;

Вернуться

4

Pösche T. Die Arier. Еin Beitrag zur historischen Anthropologie. – Jena.: Hermann Costenoble. 1878;

Вернуться

5

Massin B. From Virchow to Fischer: physical anthropology and ‘modern race theories’ in Wilhelmine Germany. In: George W. Stocking, ed., ‘Volksgeist’ as Method and Ethic: Essays in Boasian Ethnography and the German Anthropological Tradition. Madison: The University of Wisconsin Press. 1996. P.129;

Вернуться

6

Харузинова В. Н. Матерiалы для библiографiи этнографической литературы. – СПб.: Въ Государственной Типографiи. 1904. С. 4, 9, 11, 21, 113;

Вернуться

7

Riedel K. Die rassenkundliche Begründung des Begriffs "nordisch" durch den Wiener Professor Karl Penka. – Dresden.: 1940. P.29;

Вернуться

8

Penka K. Die Herkunft der Arier – Wien und Teschen.: 1886. P.5(V)

Вернуться

9

Riedel K. Die rassenkundliche Begründung des Begriffs "nordisch" durch den Wiener Professor Karl Penka. – Dresden.: 1940. P.34;

Вернуться

10

Rathaus-Nachrichten / Nachrichtenstelle der Stadt Wien. Wien, Folge 94 / 16 Mai 1942. Wienbibliothek im Rathaus. P.2;

Вернуться

11

Karl-Penka-Gasse (17) [Электронный ресурс] // Wien Geschichte Wiki — URL: https://www.geschichtewiki.wien.gv.at/Karl-Penka-Gasse_(17) ;

Вернуться

12

Historie Města v Letech 1131 – 1981 [Электронный ресурс] // Město Mogelnice Oficiální web — URL: https://www.mohelnice.cz/historie%2Dmesta/d-224677/p1=99874 ;

Вернуться

13

Шнирельман В.А. Арийский миф в современном мире. Т.1 / Виктор Шнирельман. – М.: Новое литературное обозрение, 2015. С.336;

Вернуться

14

Kraitschek G. Karl Penka † // Mitteilungen der Anthropologischen Gesellschaft in Wien. XXXXII. Band. (Der Dritten Folge XII. Band.) – Wien.: In Kommission bei Alfred Hölder, K. U. K. Hof- Und Universitäts-Buchhändler. 1912. P.226.

Вернуться

15

Чайлд Г. Арийцы. Основатели европейской цивилизации / Пер. с англ. И.А. Емеца. – М.: ЗАО Центрполиграф. 2009. С.204;

Вернуться

16

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.147-148;

Вернуться

17

Чайлд Г. Арийцы. Основатели европейской цивилизации / Пер. с англ. И.А. Емеца. – М.: ЗАО Центрполиграф. 2009. С.208-209;

Вернуться

18

Колчинский Э. И. Биология Германии и России – СССР. Глава 2. – СПб.: Нестор-история. 2006. С.127;

Вернуться

19

Lindenschmit L. Handbuch der deutschen Alterthumskunde: Übersicht der Denkmale und Gräberfunde frühgeschichtlicher und vorgeschichtlicher Zeit; in drei Theilen. Die Alterthümer der merovingischen. – Braunschweig.: Friedrich Vieweg und Sohn. 1880.;

Вернуться

20

Kautsky К. Die Materialistische Geschichtsauffassuug. – Berlin.: J. H. W. DIETZ NACHF. G. M. B. H. / Berlin SW 68. I Bd. Drittes Buch: Die menschliche Gesellschaft. 1927. P.568-569;

Вернуться

21

Шийк А. А. Расовая проблема и марксизм. – М.: Изд. Науч.-исслед. ассоц. по изучению нац. и колониал. проблем, 1930. С.55;

Вернуться

22

Lassen C. Indische Alterthumskunde: Bd. Geographie und die älteste Geschichte. – Bonn.: H.B. Koenig. 1847. T.1. P.513;

Вернуться

23

Колчинский Э. И. Биология Германии и России – СССР. Глава 2. – СПб.: Нестор-история. 2006. С.115;

Вернуться

24

Гобино Ж. А. Опыт неравенства человеческих рас. Книга 1, гл. IV. – М.: Олма-Пресс Одиссей. 2001. С.35-38;

Вернуться

25

Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс. – М.: АСТ Москва. 2008. С.118-119;

Вернуться

26

Милюков. П. Н. Национальный вопрос (Происхождение национальности и национальные вопросы в России). – Praha.: Swobodnja Rossija. 1925. С.14;

Вернуться

27

Günther H.F.K. Der Nordische Gedanke unter den Deutschen. – München.: J. F. Lehmanns Verleg. 1927. P.47;

Вернуться

28

Гобино Ж. А. Опыт неравенства человеческих рас. Книга 6, гл. V. – М.: Олма-Пресс Одиссей. 2001. С.687;

Вернуться

29

Гобино Ж. А. Опыт неравенства человеческих рас. Книга 1, гл. VII. – М.: Олма-Пресс Одиссей. 2001. С.78;

Вернуться

30

Родионов В. В. «Славяне - смешанный народ на основе низшей расы»: Расовые основы русофобии Третьего Рейха. С.58;

Вернуться

31

Hutton C. Race and the Third Reich: Linguistics, Racial Anthropology and Genetics in the Dialectic of Volk. 2005. P.8;

Вернуться

32

Монтескье Ш. Л. О духе законов. Книга II, гл. III – СПб.: Азбука-Аттикус. 2023. С.28;

Вернуться

33

Монтескье Ш. Л. О духе законов. Книга XII, гл. XXVIII – СПб.: Азбука-Аттикус. 2023. С.250;

Вернуться

34

Руссо Ж.Ж. Общественный договор, или Начала политического права. Книга II, гл. VIII // Политические сочинения – СПб.: Росток, 2012. С.152-154;

Вернуться

35

Руссо Ж.Ж. Соображения об образе правления в Польше. Глава III // Политические сочинения – СПб.: Росток, 2012. С.502;

Вернуться

36

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.184;

Вернуться

37

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.178;

Вернуться

38

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.181;

Вернуться

39

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.176;

Вернуться

40

Гобино Ж. А. Опыт неравенства человеческих рас. Книга 6, гл. VI – М.: Олма-Пресс Одиссей. 2001. С.710;

Вернуться

41

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.184;

Вернуться

42

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.186;

Вернуться

43

Энгельс Ф. Борьба в Венгрии // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.186;

Вернуться

44

Энгельс Ф. Демократический панславизм // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.300;

Вернуться

45

Энгельс Ф. Демократический панславизм // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.299;

Вернуться

46

Энгельс Ф. Демократический панславизм // К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. / 2-е издание – М.: Госполитиздат. 1957. Т.6. С.303;

Вернуться

47

Гесс // Краткая еврейская энциклопедия – Иерусалим.: Общество по исследованию еврейских общин. 1982. Т.2. С.112-114;

Вернуться

48

Лапин Н. И. Молодой Маркс. – 3-е изд., доп, – М.: Политиздат, 1986 – с. С.94-97, 100;

Вернуться

49

Гесс М. Рим и Иерусалим / Репринт с издания 1979. Перевел с немецкого H. Бартман. «БИБЛИОТЕКА-АЛИЯ». 1991. С.307;

Вернуться

50

Гесс М. Рим и Иерусалим / Репринт с издания 1979. Перевел с немецкого H. Бартман. «БИБЛИОТЕКА-АЛИЯ». 1991. С.230;

Вернуться

51

Gumplowicz L. Der Rassenkampf. Sociologische Untersuchungen. – Innsbruck.: Wagner'sche univ.-buchhandlung. 1883. P.257;

Вернуться

52

Asher D. Schopenhauer and Darwinism // The Journal of Anthropology. – Jan., 1871. – Vol. 1, No. 3. P.330;

Вернуться

53

Darwin Ch. The descent of man: and selection in relation to sex. Part III, Ch. XX. – New York.: D. Appleton and Company. 1875. P.586;

Вернуться

54

Asher D. Schopenhauer and Darwinism // The Journal of Anthropology. – Jan., 1871. – Vol. 1, No. 3. P.318-324;

Вернуться

55

Darwin Ch. The descent of man: and selection in relation to sex. Part III, Ch. XXI. – New York.: D. Appleton and Company. 1875. P.607;

Вернуться

56

Policar A. Science et démocratie: Célestin Bouglé et la métaphysique de l’hérédité // Vingtième Siècle. Revue d'histoire. Année1999. 61. P.8;

Вернуться

57

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.51, 145;

Вернуться

58

Riedel K. Die rassenkundliche Begründung des Begriffs "nordisch" durch den Wiener Professor Karl Penka. – Dresden.: 1940. P.35;

Вернуться

59

Гюнтер Г.Ф.К. Нордическая раса среди индоевропейцев Азии и вопрос о прародине и расовом происхождении индоевропейцев. // Избранные работы по расологии. – М.: Белые альвы, 2002. С.267;

Вернуться

60

Кант И. О различных человеческих расах 1775. // Собрание сочинений В 8 т., – М.: ЧОРО, 1994. Т.2. С.325-344;

Вернуться

61

Kant I. Von den verschiedenen Rassen der Menschen. – Wiesbaden.: Insel Verlag. 1964. P.27-31;

Вернуться

62

Жаворонков А. Г. Антропология канта в контексте дебатов о расизме в истории философии // Историко-философский ежегодник. 2021. №2021. С.342;

Вернуться

63

Кант И. О различных человеческих расах 1775. // Собрание сочинений В 8 т., – М.: ЧОРО, 1994. Т.2. С.340-341;

Вернуться

64

Кант И. О различных человеческих расах 1775. // Собрание сочинений В 8 т., – М.: ЧОРО, 1994. Т.2. С.327;

Вернуться

65

Клейн Л. С. Археология в седле (Косинна с расстояния в 70 лет) // Stratum plus. Археология и культурная антропология. 2000. №4. С.109;

Вернуться

66

Гобино Ж. А. Опыт неравенства человеческих рас. Книга 3, гл. I. – М.: Олма-Пресс Одиссей. 2001. С.309-310;

Вернуться

67

Gobineau A. Essai sur l'inégalité des races humaines. – Paris.: Firmin-Didot. 1884. T.2. P.365;

Вернуться

68

Бердяев Н.А. Судьба человека в современном мире (К пониманию нашей эпохи). – Paris.: YMCA –Press. 1934. С.61-62;

Вернуться

69

Die siebente allgemeine Versammlung der deutschen Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte zu Jena am 9. bis 12. August 1876. – Munchen.: Druck von R. Oldenbourg. 1876. P.91;

Вернуться

70

Die siebente allgemeine Versammlung der deutschen Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte zu Jena am 9. bis 12. August 1876. – Munchen.: Druck von R. Oldenbourg. 1876. P.92-93;

Вернуться

71

Zimmermann A. Anti-Semitism as Skill: Rudolf Virchow's Schulstatistik and the Racial Composition of Germany. // Central European History. Vol. 32, No. 4 (1999), P.411;

Вернуться

72

Die siebente allgemeine Versammlung der deutschen Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte zu Jena am 9. bis 12. August 1876. – Munchen.: Druck von R. Oldenbourg. 1876. P.93;

Вернуться

73

Die siebente allgemeine Versammlung der deutschen Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte zu Jena am 9. bis 12. August 1876. – Munchen.: Druck von R. Oldenbourg. 1876. P.92;

Вернуться

74

Дробышевский С. В. Судьба неандертальцев [Электронный ресурс] // Antropogenez.ru. — 2011. — URL: https://antropogenez.ru/article/239/ ;

Вернуться

75

Quatrefages J. L. A. The Human Species. – London.: C. Kegan Paul & Co., 1, Paternoster Square. 1879. P.44;

Вернуться

76

Франция // Энциклопедический словарь / Брокгауз Ф.А. Ефрон И.А. СПб.: Типографiя Акц. Общ. Брокгаузъ-Ефронъ. 1905. Т.36а. С.572;

Вернуться

77

Topinard P. L'anthropologie. – Paris.: C. Reinwald et Cie. 1876. P.461-462;

Вернуться

78

Quatrefages J. L. A. The Human Species. – London.: C. Kegan Paul & Co., 1, Paternoster Square. 1879. P.307;

Вернуться

79

Вишняцкий Л. Б. Неандертальцы: какими они были, и почему их не стало // Stratum plus. Археология и культурная антропология. 2010. №1. С.37;

Вернуться

80

Quatrefages J. L. A. The Human Species. – London.: C. Kegan Paul & Co., 1, Paternoster Square. 1879. P.301;

Вернуться

81

Quatrefages J. L. A. The Human Species. – London.: C. Kegan Paul & Co., 1, Paternoster Square. 1879. P.305;

Вернуться

82

Quatrefages J. L. A. The Human Species. – London.: C. Kegan Paul & Co., 1, Paternoster Square. 1879. P.298;

Вернуться

83

Bulletins de la Société d'anthropologie de Paris, III° Série. Tome 2. – Paris.: G. Masson. 1879 – pp. 183-214, 219-252, 344-357, 443-461;

Вернуться

84

Quatrefages J. L. A. The Human Species. – London.: C. Kegan Paul & Co., 1, Paternoster Square. 1879. P.307-308;

Вернуться

85

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.86;

Вернуться

86

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.85;

Вернуться

87

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.87;

Вернуться

88

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.87;

Вернуться

89

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.78;

Вернуться

90

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.88;

Вернуться

91

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.84;

Вернуться

92

Вишняцкий Л. Б. Неандертальцы: какими они были, и почему их не стало // Stratum plus. Археология и культурная антропология. 2010. №1. С.32;

Вернуться

93

Деникер И.Е. Человеческие расы. – СПб.: А. Большаков и Д. Голов. 1902. С.405-406;

Вернуться

94

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.91;

Вернуться

95

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.93;

Вернуться

96

Penka K. Die Herkunft der Arier – Wien und Teschen.: 1886. P.72;

Вернуться

97

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.51;

Вернуться

98

Penka K. Origines Ariacae. – Wien und Teschen.: 1883. P.74-78;

Вернуться

99

Much. M Ueber die Zeit des Mammuth im Allgemeinen und über einige Lagerplätze von Mammuthjägern in Niederösterreich im Besonderen. – Wien.: Selbstverlag des Verfassers. 1881;

Вернуться

100

Penka K. Die Herkunft der Arier – Wien und Teschen.: 1886. P.120;

Вернуться

101

Fraipont J. The Imaginary Race of Canstadt or Neanderthal // Science, Vol. 22, No. 568 (Dec. 22, 1893). – Liege.: 1893. P.346;

Вернуться

102

Massin B. From Virchow to Fischer: physical anthropology and ‘modern race theories’ in Wilhelmine Germany. In: George W. Stocking, ed., ‘Volksgeist’ as Method and Ethic: Essays in Boasian Ethnography and the German Anthropological Tradition. Madison: The University of Wisconsin Press. 1996. P.114-115;

Вернуться

103

Vacher de Lapouge G. Les sélections sociales. – Paris.: A. Fontemoing. 1896. P.16;

Вернуться

104

Vacher de Lapouge G. Les sélections sociales. – Paris.: A. Fontemoing. 1896. P.114;

Вернуться

105

Vacher de Lapouge G. L'Aryen. son role social. – Paris.: Albert Fontemoing, Éditeur. 1899. P.158;

Вернуться

106

Wilser L. Die Rassengliederung des Menschengeschlechts. – Leipzig.: Thüringische Verlags-Anstalt. 1906;

Вернуться

107

Wilser L. Die Herkunft der Deutschen. Neue Forschungen über Urgeschichte, Abstammung und Verwandtschaftsverhältnisse unseres Volkes. – Karlsruhe.: G. Braun'schen Hofbuchhandlung. 1885. P.73;

Вернуться

108

Günther H.F.K. Rassenkunde des deutschen Volkes. – München.: J. F. Lehmanns Verleg. 1923. P.250-253;

Вернуться

109

Günther H.F.K. Rassenkunde des deutschen Volkes. – München.: J. F. Lehmanns Verleg. 1923. P.280;

Вернуться

110

Гюнтер Г.Ф.К. Нордическая раса среди индоевропейцев Азии и вопрос о прародине и расовом происхождении индоевропейцев. // Избранные работы по расологии. – М.: Белые альвы, 2002. С.235;

Вернуться

111

Гюнтер Г.Ф.К. Расология немецкого народа. // Избранные работы по расологии. – М.: Белые альвы, 2002. С.129-132;

Вернуться

112

Гюнтер Г.Ф.К. Нордическая идея. // Избранные работы по расологии. – М.: Белые альвы, 2002. С.112;

Вернуться

113

Kossinna G. Ursprung und Verbreitung der Germanen in vor- und frühgeschichtlicher Zeit. – Leipzig.: Verlag von Curt Kabigsch. 1934. P.61;

Вернуться

114

Spengler O. Man and Technics. – New York.: Alfred A Knopf. 1932. P.36-37;

Вернуться

115

Schultz B.K. Die frühesten, heute bekannten Menschenformen, Pithecanthropus und Sinanthropus // Volk und Rasse. – München.: J. F. Lehmanns Verlag. 1938. P.239;

Вернуться

116

Schultz B.K. Die frühesten, heute bekannten Menschenformen, Pithecanthropus und Sinanthropus // Volk und Rasse. – München.: J. F. Lehmanns Verlag.1938. P.241;

Вернуться

117

Miko I. Gregor Mendel and the Principles of Inheritance. // Nature Education 1(1):134. 2008.;

Вернуться

118

Die siebente allgemeine Versammlung der deutschen Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte zu Jena am 9. bis 12. August 1876. – Munchen.: Druck von R. Oldenbourg. 1876. P.103;

Вернуться

119

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.3;

Вернуться

120

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.7-8;

Вернуться

121

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.14-15;

Вернуться

122

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.17;

Вернуться

123

Die siebente allgemeine Versammlung der deutschen Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte zu Jena am 9. bis 12. August 1876. – Munchen.: Druck von R. Oldenbourg. 1876. P.93;

Вернуться

124

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.21;

Вернуться

125

Schrader O. Sprachvergleichung und urgeschichte. Linguitisch-historische beiträge zur erforschung des indogermanischen altertums. – Jena.: Hermann Costenoble. 1883. P.127;

Вернуться

126

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.34;

Вернуться

127

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.34;

Вернуться

128

Hölder H. Zusammenstellung der in Württemberg vorkommenden Schädelformen. – Stuttgart.: E. Schweizerbart'sche Verlagshandlung (E. Koch). 1876. P.33;

Вернуться

129

Pösche T. Die Arier. Еin Beitrag zur historischen Anthropologie. – Jena.: Hermann Costenoble. 1878. P.197;

Вернуться

130

Pösche T. Die Arier. Еin Beitrag zur historischen Anthropologie. – Jena.: Hermann Costenoble. 1878. P.14;

Вернуться

131

Lindenschmit L. Handbuch der deutschen Alterthumskunde: Übersicht der Denkmale und Gräberfunde frühgeschichtlicher und vorgeschichtlicher Zeit; in drei Theilen. Die Alterthümer der merovingischen. – Braunschweig.: Friedrich Vieweg und Sohn. 1880. P.15;

Вернуться

132

Zimmermann A. Anti-Semitism as Skill: Rudolf Virchow's Schulstatistik and the Racial Composition of Germany. // Central European History. Vol. 32, No. 4 (1999);

Вернуться

133

Шийк А. А. Расовая проблема и марксизм. – М.: Изд. Науч.-исслед. ассоц. по изучению нац. и колониал. проблем, 1930. С.70;

Вернуться

134

Zimmermann A. Anti-Semitism as Skill: Rudolf Virchow's Schulstatistik and the Racial Composition of Germany. // Central European History. Vol. 32, No. 4 (1999), P.427;

Вернуться

135

Virchow R. Beiträge zur physischen Anthropologie der Deutschen, mit besonderer Berücksichtigung der Friesen // Abhandlungen der Königlichen Akademie der Wissenschaften zu Berlin. Aus dem Jahre 1876. – Berlin.: Buchdruckerei der Königlichen Akademie der Wissenschaften (G. Vogt), 1877. P.8-9;

Вернуться