Платье из Парижа

Глава

Платье из Парижа (часть первая)

-Суслик! Суслик! – властным голосом из глубины комнаты позвала свою дочь Мира Васильева

«Суслику» Людмиле было тридцать лет, но, как утверждала семидесятилетняя Мира, дочь «выглядела старше».

Люда была поздним ребенком яркой и страстной Васильевой.

Она родила дочь от южного смазливца, который сделал ноги, когда Мира находилась в роддоме.

Южанин прихватил с собой старинный перстень и жемчужные серьги «старородящей женщины», как в те времена называли всех девиц после 25 лет.

А Мире на момент родов было сорок лет.

Официально: «двадцать восемь и ни днём старше».

-Мируш, твой чай крымского сбора скоро будет готов, - Люда пришла на зов матери.

Она боялась её и выполняла каждую прихоть этой капризной и избалованной женщины.

-Суслик, милый, приготовь для меня то новое платье, которое я купила в Пар-р-риже, - Васильева закатила глаза, как всегда манерно, отталкивающе.

Пожилая женщина закрыла один глаз рукой, а вторым начала сверлить Людмилу.

Платье из Парижа (часть вторая)

- Сегодня ко мне придет Юрий. Мы познакомились с ним... О! А я и не помню где! – Мира Васильева оскалисто засмеялась, на всякий случай, придерживая вставную челюсть, - Тащи новое платье, Суслик! Паррр-р-рижскоеее!

-В Париже ты была пятнадцать лет назад, и то платье совсем не новое, - напомнила матери Людмила.

-Что-а? - Васильева метнула на дочь холодный взгляд, - Платье из Парррр-ри-жжжа всегда будет новым, понятно тебе, Суслик? Это же Пари-ж-ж!

…Как всегда, во время привычной утренней перебранки, Мира хлебала с упоением травяной чай.

После она захотела вздремнуть, что естественно. Возраст уже не тот, чтобы доказывать очевидное: новое платье даже спустя пятнадцать лет после покупки и усиленной носки, всегда останется новым. Ведь оно же из Парижа!

Правда Мира всегда забывала уточнить: платье то, конечно, из Парижа, кто спорит.

Но, есть нюансы.

Купила она его в районе Монмартра. Гид привела их в мелкую лавчонку, куда скидывался весь шмот с распродаж.

Роясь в недрах магазинчика, Мира с чутьем модницы Вандербильдихи, отхватила «то самое платье из Парижа», которое сегодня, спустя годы, собиралась надеть на встречу с Юрием.

Перед ним она хотела выглядеть на все сто (а ей было всего семьдесят, ха-ха).

Мужчина, в чьем имени была буква «р», вдохновлял воображение пожилой актрисы.

В юности у неё был ухажёр, которого звали Прохор.

В его имени было аж целых две буквы «р», и у Миры, после общения с этим пылким юношей, сформировалась своя «мужская» теория, как она ее называла.