Арина Колесова
Тайна моего сна...

Пролог.

Утро в городе выдалось не из приятных. Стоял туман, окутывающий улицы города, словно старая вуаль. Дома казались призраками, а фонари - потухшими глазами. Воздух был тяжелый, пахло сыростью, свежескошенной травой и чем-то еще - металлическим, сладковатым. Именно сейчас, когда весь город спит, лишь редкие машины шуршали шинами по мокрому асфальту, под окнами старой библиотеки обнаружили нечто ужасное.

Там, на тротуаре, среди осколков разбитого стекла и лужи, которая уже начала темнеть и сворачиваться по краям, лежал человек, точнее его тело. Он был мертв уже несколько часов, тело практически остыло, отдавая земле последнее, что у него оставалось.

Дворник Михаил Сергеевич, сутулый мужчина с вечным кашлем, подошел к библиотеке, чтобы смести мусор. Первой его мысль была, что кто-то разлил краску. Но когда он подошел ближе, увидел руку. Бледную, с посиневшими ногтями, неестественно вывернутую, будто ее сломали, а потом просто бросили. Михаил Алексеевич не закричал. Он просто остановился и открыл рот. Он попятился назад, споткнулся об веник и упал на мокрый асфальт, не сводя глаз с тела.

Лицо Альберта Борисовича, главы следственного отдела, обычно серьёзное и невозмутимое, исказилось от ужаса. Глаза широко распахнуты, зрачки расширенны до предела, рот приоткрыт, словно он хотел что-то сказать.

Тело лежало на спине, руки раскинуты в стороны, но одна - левая - неестественно зажата под спиной, будто он пытался защитить что-то или спрятать от нападающего. Пальцы сжимали пустоту, судорожно вцепившись в собственную рубашку, на которой уже засохла кровь. Правая рука была вытянута в сторону здания, кисть сломана, пальцы указывали на здание библиотеки. Кровь была тёмной, почти чёрной крови.

Окно библиотеки было разбито вдребезги. Куски стекла валялись на асфальте, перемешавшись в грязью. Сама рама была забрызгана алой жидкостью. Стеклянные осколки хрустели под ногами прибывших полицейских.

Тридцать восемь ножевых ранений. Столько насчитал судмедэксперт. Раны были глубокие и хаотичные. Кто-то не просто хотел убить - его словно стерли с лица земли, затаив чрезмерную ярость, накапливаемую годами. Брюшная полость была вскрыта, некоторые внутренности выпали наружу, вперемешку с грязью, мелкими камнями и травой. Но странно - на руках жертвы почти не было порезов, лишь одна на левом предплечье. Он словно пытался защититься, но не успел. На лице жертвы застыл ужас, которого за все годы своей работы следователь не видел.

В нескольких шагах от тела, чуть в стороне. на мокром асфальте лежал небольшой предмет, который привлек внимание следователя не сразу. Он блеснул - несмотря на туман и тучи, маленький лучик света все-таки упал на металл. Альберт Борисович подошел поближе, сел на корточки и взял его в руки. Это был медный медальон. Тяжелый, потускневший от времени. На нем были выгравированы аккуратным подчерком инициалы: «А.К.»

- Кто первый обнаружил тело? - спустя минут двадцать только и спросил он.

- Дворник, Михаил Алексеевич, - ответил молодой лейтенант.

- Забирайте на допрос и... - взяв в руку медальон, он добавил. - Найдите мне все, что есть на А.К. От первого до последнего.

Следователь сунул улику в пакет и положил в карман. Спустя столько месяцев он так близко к разгадке, ведь что-то подсказывало ему, что А.К. - это ключ к разгадке. Или приго