Владимир Жемчугов
Гроза и котик

Гроза и котик

Горизонт, не такой далёкий из-за высокого перелеска в конце улицы, полнился пятнами туч. Можно было подумать, что верхушки деревьев гнутся под их тяжестью, мечутся в разные стороны в попытках приложиться поудобнее и скинуть с себя нежеланную ношу. Но это был лишь ветер, который напоминал о себе всё сильнее, густел и скалился как голодная собака на безучастных прохожих. Только вместо лая был вой и шелест: он со свистом просачивался в трещины советских кирпичек, гудел в узких пролётах между клетчатых хрущёвок, трещал и шуршал смесью песка и листьев всюду, где прошлась его первородная сила. Однако было сухо.

В это же время в квартире M дома N на улице Ленина чемоданы, раздутые точно после плотного обеда, полнились разного рода вещами. Со стороны казалось, что ещё чуть-чуть - всего один носок или, того хуже, зубная щётка - и всё треснет, лопнет и разлетится во все стороны. И всё-таки этого не происходило. С завидной жадностью завравшегося казначея они поглощали всё больше и больше. Если же что-то не входило, оно с недовольным бурчанием упаковывающего: «И куда ей это сдалось вообще?» - улетало прочь, иногда издавая сдавленный шум при ударе о ковёр.

— Давай уже как-то шустрее! — кричал голос из прихожей, перебиваемый звуками молний то застёгивающихся чемоданов, то подступающей грозы. — Надя, я тебя в дождь никуда не отпущу, сказал ведь уже!

— А я может вообще не хочу без тебя ехать, Коль. Ну правда, котик, может лучше тогда останемся дома? Мы так давно не отдыхали вдвоём… — с нескрываемой долей обиды и давно накопившейся грусти пролепетал мягкий голос из дальнего угла комнаты.

Сразу после этих слов послышался звук закрытия замка одного из чемоданов и гордое похлопывание по его матерчатой спинке. На выдохе Коля поднялся с корточек и, сделав 2 больших шага, высунул голову с плечами из-за косяка.

— Ну, Надь, — начал он протяжно и с ноткой обречённости, — я ведь не баклуши бить остаюсь, меня на работу вызывают. Сама знаешь, как сильно я ждал сегодняшнего дня.

Не успев договорить, он уже скрылся обратно в прихожую и начал загружать небольшую дорожную сумку жены. Бегло осмотрев оставшееся, он осознал, что вещи первой необходимости уже погребены в глуби чемодана и сначала следовало загружать именно сумку. «Ну, а что я теперь сделаю?» — прошептал Коля себе под нос и с раздражением выдохнул.