Светлана Гудилова
Крысы. Мы = другие. Книга 4

Глава 1

Япония 2011 год. После землетрясения.

Глава 1

— Откуда он? — спросил подошедший хирург, кивнув на мужчину, которого привезли час назад.

— Из самого центра Фукусимы. Говорят, он вытаскивал людей из-под завалов.

— Герой. Такие погибают первыми. А этот жив несмотря на то, что провёл столько времени без помощи. Давно он без сознания?

— Не знаю. Столько поступивших после цунами — мы не в состоянии помочь всем.

— Ладно, попробуем его спасти. Я бы не стал рисковать, зная, что операция себя не оправдает, но рассказы о его героизме заставляют взяться за него. Несмотря на сложную ситуацию, в которой он оказался.

Врач послушал сердце через стетоскоп, оно билось, но со странным шипением.

Принесли снимок. Ассистент, показывая на органы, подытожил.

— Скорее всего, его придавило балкой. Селезёнка разрушена, поджелудочная разорвана.

— Понятно. Приступаем к операции. Наркоз?

— Уже ввели.

— Не хватало ещё, чтобы он пришёл в себя во время операции. Ладно, начнём. Скальпель.

Сестра передала инструмент. Хирург сделал надрез, добрался до повреждённых органов и приготовился к резекции селезёнки. Но, нащупав нужный орган, остановился.

— Я не понимаю, что происходит, — сказал он.

Персонал насторожился.

— На нём не было никаких порезов? — спросил хирург. — Такое чувство, что внутрь попала какая-то деталь.

Хирург резанул там, где должны были быть сосуды селезёнки. Ухватившись за орган, вытащил его наружу. Но тот выглядел необычно: детали, похожие на микросхемы, торчали из пластичной массы, заменившей селезёнку.

— Искусственная? — спросил помощник.

— А зачем она нужна? Человек и без селезёнки прекрасно живёт. Наша медицина до такого уровня ещё не дошла. Узнайте, откуда он родом, — приказал хирург медсестре.

Он добрался до поджелудочной, ощупал её в поиске возможности восстановления, но под пальцами снова нащупывались твёрдые части. Вытащив руку, заметил, что перчатка испачкана. Но сейчас на ней красовались не привычные пятна крови, а чёрная вязкая жидкость.

Хирург качнулся. На лбу выступила испарина. Он решил, что из-за долгой работы без сна у него начались галлюцинации. Тогда он обратился к коллегам:

— Вы видите то же, что и я?

Ответа не потребовалось. По их застывшим лицам он понял: они тоже в шоке. Ассистент пришёл в себя первым и заглянул внутрь пациента. Замер, наблюдая, как чёрная жидкость заполняет брюшную полость.

Присутствующие очнулись только после того, как пульсация сердца на экране вытянулась в прямую линию и раздался режущий ухо звук — сигнал остановки сердца.

Все повернулись к монитору.

— Положите его в отдельную комнату. Я решу, что с ним делать, — сказал хирург. — И вот ещё. Орган не выкидывайте. Заприте в сейфе.

Глава 2

Главного хирурга наконец сменили. Он шёл в ординаторскую, чтобы немного вздремнуть, но даже даже закрыв глаза, после бессонных суток не мог погрузиться в сон. Хироши всё ещё ощущал в своих руках тяжесть селезёнки, из которой торчали непонятные ему провода.

Сейчас ему всё казалось не таким важным. В этот момент основной задачей было спасти как можно больше жизней, но потом, когда всё уляжется, ему придётся вернуться к этому вопросу, понять, что же он такое видел днём на операционном столе, и обратиться к властям. Хирург закрыл глаза, и перед ним вновь предстал образ вязкой чёрной жидкости. Усталость всё-таки взяла своё, и, немного покрутившись, он уснул.

***

— Хироши Танака, проснитесь, — прозвучало откуда-то издалека.

Хироши открыл глаза. Перед ним стояла молоденькая медсестра, которая помогала ему в операционной.

— Что случилось? Сколько я проспал?

— Простите, что разбудила вас, но это очень важно. За ним пришли.

— Что? За кем? — не понимая, о ком идёт речь, переспросил хирург.

— За тем мужчиной, которого вы оперировали последним. Ну, тем, с чёрной жидкостью внутри.

Хироши резко поднялся.

— Где он? — спросил врач, надевая на ходу халат и выходя в коридор. — Расскажите подробнее, кто пришёл и откуда вы знаете, что именно за ним?

Сестра бежала впереди, освобождая дорогу от назойливых пострадавших, заполонивших здание больницы.

— К вам сейчас подойдут, не волнуйтесь, без помощи вы не останетесь, — быстро говорила сестра, обращаясь к больным.

— Чтобы не привлекать внимание, мы отвели его в кабинет главврача. Он уже разговаривал с пришедшим, теперь ждут вас.

— Хорошо, спасибо. Можешь быть свободна.

Хироши вошёл в кабинет. За столом сидел высокий молодой мужчина, который обратился к нему:

— Господин Хаттори, меня зовут Ямомото. Я из центра «Заслон». К вам случайно попал один наш сотрудник, и его необходимо вернуть. Куда вы его поместили?

— О ком вы говорите?

— Я имею в виду попавшего по ошибке на ваш операционный стол гуманоида HRP-2 Kai. После отключения его системы из-за обвала он стал транслировать сигнал бедствия, по которому мы его и нашли. Это экспериментальная и очень дорогая модель, поэтому пока ещё о ней никому ничего не известно, и очень важно вернуть ему первоначальный вид. Подпишите бумаги о неразглашении, и после отведёте меня к нему, — протянув листок с текстом, тоном, не терпящим возражений, обратился Ямомото.

Хироши подписал бумагу. Сложив её в портфель, Ямомото собрался выйти, но у двери обернулся, посмотрев на хирурга.

— Вы идёте?

— Подождите. В сейфе осталась часть, принадлежащая ему. Я думаю, её тоже нужно вернуть. – очень тихо, пробормотал Хаттори, всё ещё не до конца осознавая, что происходит.

— Разумеется. Хорошо, что вы о ней вспомнили.

Глава 3

Николай по делам летел в Японию. Один из инвесторов его корпорации, в которой разрабатывались новые технологии, — владелец «Сони Эриксон» — вызвал его на личную беседу. Это была неофициальная встреча, и по закону гостеприимства представитель японской корпорации Акио Морита оказывал особые знаки внимания высокому гостю, рассказывая о культуре своей страны и показывая достопримечательности.

Николая повезли по культурным и значимым местам Японии. Иногда с ними находился переводчик, но Николай вполне мог обходиться и без него.

Вначале они посетили **Национальный музей новой науки и инноваций «Мирайкан»** — огромный футуристический комплекс в Токио, где были выставлены последние разработки в робототехнике и космических технологиях. Акио с гордостью показывал интерактивные экспонаты и говорил о том, что Япония уже живёт в будущем, которое остальным странам только предстоит построить. Николай слушал, но думал о своём: всё, что он видел, было лишь вершиной айсберга.

Затем они посетили фабрику, на которой изготовлялись запчасти и электроника для роботов, и после этого Акио предложил отправиться на национальный вид спорта.

— Сейчас я повезу вас на бой сумо. Но это не обычный поединок. Вы сами всё увидите.

Через час поездки Николай с сопровождающим его окружением спустились в подвальное помещение. Перед Акио открыли дверь не общего пользования, в которую пропускали всех посетителей, а находившуюся поблизости, которая вела в личную ложу.

Перед ними раскрылся вид на ринг, на котором вместо сумоистов находились роботы. Они словно сказочные человечки были выставлены друг напротив друга, не были похожи на людей, но уже могли примерять свою силу против противника. Вокруг собралось много зрителей. Они делали ставки на победителя. За каждым сражающимся стоял его хозяин и подбадривал своих робопитомцев, задачей которых было выпихнуть за пределы нарисованного на полу круга противника.

Прозвучал гонг, и поединок начался. Николай наблюдал, как в зрительном зале поднимается шквал, когда одному из сражающихся удаётся подтолкнуть к краю другого. Видел, как накаляются страсти вокруг этого поединка, но сам оставался безразличен к происходящему. Его партнёр Акио активно болел за одного из роботов и даже передал своему помощнику, чтобы тот сделал ставки.

— Спорим, что победит Сузуки? Ставлю тысячу долларов, — предложил глава «Сони» Николаю.

— Я плохо разбираюсь в этих моделях и заведомо проиграю, поэтому пас. К тому же не люблю азартные игры.

Акио передёрнул плечами и продолжил активно болеть за робота, на которого поставил.

Бой кончился, посетители стали покидать зал.

— Ну как вам, Николай? Вы видите, что Япония движется к пику цивилизации, и я как глава одной из крупнейших корпораций просто обязан идти в ногу со временем, поэтому и пригласил вас к себе.

— Чего вы хотите?

— Объясню позже, но вначале мы посетим ещё одно место.

***

Машины остановились в мемориальном парке Намиэ. Он был посвящён подвигу героев, помогавших устранить последствия землетрясения и произошедшей из-за этого аварии на электростанции Фукусима. Акио и Николай вышли из автомобилей, им в руки дали по венку из цветов, которые те возложили к памятнику. Они остались один на один друг с другом.

— Тяжёлое время, много погибших, но их было бы ещё больше, если бы не герои, которые поставили свои жизни на кон ради других, — начал Акио. — Вы видите эти имена? Не все из них принадлежат людям.

— Животные тоже участвовали в спасении? — спросил Николай.

— Не только.

— Что вы имеете в виду?

— Оказалось, что некоторые из погибших людей вовсе не были людьми, а были роботами. Да, это открытие нас поразило. Мы изучили их строение, и оно было безупречно. Государство не стало делать из этого тайну, а наоборот, предприняло все попытки, чтобы киборги, которые скрывались среди нас, смогли жить полноценной жизнью. Телевидение сделало объявление, что всем роботизированным жителям сделают электронные юридические паспорта и дадут равные права с людьми. Мы организовали пышные похороны и чествование погибших и пригласили оставшихся роботов посетить это мероприятие, чтобы проводить в последний путь своих товарищей. Пришло с десяток роботов, но не все — многие ещё живут тайно. И я отдаю должное тому мастеру, который сумел создать не просто систему, выполняющую поручения, а чувствующую машину, умеющую выбирать между жизнью и смертью и знающую, что такое честь. Мне как потомку самурая очень хотелось бы посмотреть в глаза изготовителю этих роботов и выразить свою благодарность.

Акио многозначительно посмотрел на Николая, а после продолжил:

— Судя по запчастям и сплавам, эти роботы создавались в СССР. Представляешь? Эта могучая страна, которая только встала с колен после разрушительной войны, поднимала не только свою экономику и отправляла в космос людей, но и стала первой в мире, создавшей искусственного человека такого качества, что его невозможно отличить от живого. Моей корпорации с робопсами, чтобы прийти к такому совершенству, потребуется не один десяток лет. И вы, как прекрасный инженер, должны были знать тех первопроходцев, которые создали киборгов.

— Но, к сожалению, мне ничего об этом неизвестно. Я был слишком мал, когда их строили, а последующие исторические события не только пагубно сказались на развитии любой науки, но и уничтожили всё то, что было уже наработано.

— Очень жаль, я думал, что вы сможете восстановить производство и поставлять их нам. Ну, наверно, придётся разбираться самим.

— К сожалению, я ничем не могу вам помочь.

— Ну почему же, можете. Я слышал, что у вас начали вестись разработки другого рода. Ну давайте об этом позже, поговорим. Я ужасно проголодался.

Мужчины вернулись к машине. А Николай, услышав предоставленную ему информацию, размышлял:

«Как же так? Я же всё предусмотрел и убрал всех погибших роботов из больниц, чтобы о них никто не узнал. Значит, мне не удалось спрятать все улики, и роботы теперь живут в Японии открыто, как люди, и имеют электронные юридические паспорта. Что же Акио от меня хочет? Я знал, что он позвал меня сюда не просто так. Но какие новости меня ждут дальше?»

— Наша культура намного более развита вашей и не так предвзято относится к новшествам, — продолжал свои разглагольствования Акио. — Поэтому роботы пришли искать убежища у нас, зная, что религия позволяет нам одинаково относиться как к людям, так и к любому существу и созданному предмету как к равному. Именно поэтому Япония скоро станет одной из могущественных и самых современных стран в мире.

Автомобиль подъехал к ресторану. Перед его входом столпилось несколько десятков протестующих. Они держали в руках плакаты с лозунгами: «Работа для людей», «Нет роботизации», «Роботы не займут наши места».

— Кто это? — спросил Николай.

— А, это малая часть тех, кто не видит дальше своего носа. Консерваторы. Они не понимают преимущества, которое получит Япония с внедрением роботов в нашу систему, поэтому протестуют.

— По-моему, они просто хотят есть.

— Эти бездельники просто попрошайки. Им делать нечего. Когда я в детстве голодал, у меня и мысли не было стоять и митинговать — я уходил в город и находил любую работу, за которую мне платили. У каждого свой путь, я свой выбрал и теперь никому не позволю мне препятствовать.

Митингующих отогнали от машины, и Акио вместе с Николаем прошли сквозь сцепленные руки полицейских. Одного из правозащитников митингующий ударил камнем, брызнула кровь и попала на белоснежный воротник Акио. Николаю показался этот момент символичным. Завязалась потасовка. Акио и Николай быстро вошли внутрь ресторана, стеклянная дверь закрылась, и Николай наблюдал через неё, как митинг перерос в настоящее побоище.

— Вот, вот, если бы вместо людей в оцеплении стояли роботы, то никакой потасовки бы не случилось. Теперь, мой дорогой, вы видите, что с глупостью и жестокостью человека можно бороться только холодной и расчётливой силой, а такую силу можно найти только у роботов.