Мармелад
Маша и агенство страха

Крошки под кроватью

Ночь медленно сгущала свои бархатные краски, и на тёмной глади небосклона, будто крошечные алмазы, зажглись первые звёзды. В маленьком уютном доме погасли огни. Дети, уставшие от дневных игр, шумной беготни и весёлого смеха, наконец улеглись в свои кроватки. Семилетняя Маша уже сладко дремала, уплывая в мир розовых облаков, как вдруг над самым её ухом раздался подозрительный шорох. Это был её младший братишка, пятилетний Савва. Он нерешительно переминался с ноги на ногу, теребя край пижамы.— Ма-а-аш... Ну, Маша, не спи, — прошептал он, шмыгая носом.Маша неохотно приоткрыла один глаз и вздохнула:— Ну чего тебе, Савёнок? Иди к себе, ложись спать.— Маш, можно я с тобой посплю? — Савва жалобно шмыгнул носом ещё раз. — Там... под моей кроватью... кто-то очень громко сопит. Наверное, монстр!Маша была старше брата на целых два года, и эта разница казалась ей огромной пропастью. Она уже гордо именовалась «первоклассницей Марией Дмитриевной», умела писать прописью и считала себя взрослой и бесстрашной. А Савва... ну что с него взять? Он всё ещё ходил в детский сад и верил в подкроватных чудовищ.Решив доказать брату, что его страхи — лишь глупые фантазии, Маша решительно спустила босые ножки на ледяной дощатый пол. — Пошли, трусишка, — снисходительно улыбнулась она, взяла тёплую ладошку брата в свою руку, и они на цыпочках направились в детскую.Комната Саввы встретила их таинственными тенями от лунного света. Маша смело подошла к деревянной кроватке, опустилась на колени и одним махом откинула свисающую до пола простыню.— Ну вот, смотри! Видишь? Никого тут...Договорить Маша не успела. Она взглянула на брата — лицо Саввы перекосило от неописуемого ужаса, а пальцы мёртвой хваткой сжались на плече сестры. Маша перевела взгляд под кровать и сама оцепенела. Там, прямо на пушистом коврике, сидел странный обитатель глубин. Он был покрыт густой, шелковистой голубой шерстью, из которой забавно торчали винтовые рожки. У существа были острые коготки на лапках и полная пасть мелких, но острых зубок. И этими самыми зубками монстрик прямо сейчас с аппетитом уплетал овсяное печенье, безжалостно сворованное с кухни. Заметив, что его тайное убежище рассекречено, а простыня поднята, существо замерло с недоеденным лакомством в лапе. Его круглые жёлтые глаза испуганно уставились на детей.— Ой-ой-ой, ой-ёюшки! — пискнул монстрик, занервничал и выронил крошки. — Вы кто такие? Вы почему не спите? Дети лишь удивлённо моргали, не в силах вымолвить ни слова. Но, заметив, что незваный гость судорожно собирает свои пожитки и собирается удрать, Маша первая обрела дар речи.— Мы... я Маша, а это Савва. Мы здесь живём! — выпалила она. — А ты сам-то кто такой? И зачем съел наше печенье?— Я? — монстрик гордо выпрямился, насколько позволяло подкроватное пространство. — Я Гуня!Главный специалист по работе Кошмародеятельной машины! — Какой-какой машины? — в один голос переспросили изумлённые дети.Гуня даже надулся от обиды, прижав маленькие ушки к голове:— Ну вы даёте! Совсем не соображаете? Кош-ма-ро-де-я-тель-ной! — повторил он по слогам, подняв лапу вверх. — И что это за машина? — спросила Маша. Страх полностью улетучился, уступив место жгучему любопытству. Она присела поудобнее.— Как это «что»? — удивился Гуня, который, кажется, тоже забыл, что собирался бежать. Поболтать с человеческими детьми оказалось на редкость интересным делом. — Это великое изобретение! Она создаёт и рассылает страшные сны послушным деткам. Работа у нас такая.Маша ахнула от изумления и засыпала Гуню вопросами. Тот охотно отвечал, но вскоре его животик издал жалобный урчащий звук.— Так, стоп, — строго сказал голубой монстрик. — Так дело не пойдёт. Неужели вас родители не учили, что кромешников сначала нужно как следует покормить, а уже потом расспрашивать?— Ой, прости, — смутилась Маша. — Мы кромешников раньше никогда не встречали. Савва, дуй на кухню за печеньем!Малыш Савва мгновенно слетал на кухню и вернулся с целой пачкой шоколадного печенья. Выдав гостю щедрую порцию, дети уселись на ковёр, приготовившись слушать.

— Ну, во-первых, разрешите представиться по всей форме, — жуя, начал Гуня. — Я кромешник из Страны Потерянных Вещей. Живу под этой самой кроватью и работаю в Агентстве Страха.

Гуня сделал драматическую паузу, проверяя, внимательно ли его слушают. Савва открыл рот, чтобы рассказать Гуне о своих игрушках, но кромешник снисходительно махнул лапкой:

— Знаю, знаю! Я про вас всё знаю, вы же мои подопечные. Знаю, что Маша до обморока боится пауков, а Савва прячется под одеяло, едва услышит раскаты грозы. Всё про вас знаю!

Гуня уже собирался выдать ещё пару профессиональных тайн, как вдруг из тёмного угла комнаты с диким писком выскочило второе существо. Оно было точь-в-точь как Гуня, только ярко-розового цвета.

— Люди! Настоящие люди! Гуня, спасайся, беги-и-и! — истошно завопил розовый пришелец.

От паники и страха этот розовый паникёр, которого звали Бубня, начал лихорадочно бормотать какие-то заклинания, выставив лапки вперёд. В ту же секунду из его когтей со свистом вырвались яркие фиолетовые искры. Они с треском полетели прямо в Машу и Савву.

— Ой! — только и успели вскрыкнуть дети, почувствовав странное покалывание во всём теле.

Мир вокруг них внезапно зашатался и начал стремительно расти. Потолок улетел куда-то в недосягаемую высь, ножка кровати превратилась в огромную деревянную колонну, а пачка печенья стала размером с платяной шкаф. Когда искры угасли, Маша и Савва обнаружили, что стали ростом с самого Гуню — не больше тридцати сантиметров!