Светлана Ланская
Записная книга богов 4

Часть 4. Пешка против короля

Рэн не пришёл домой и на следующую ночь.

Он сидел в круглосуточном кафе «Луна», глядя в одну точку. Перед ним на столе лежала чистая страница из блокнота. Шахматист прислал имя через курьера: Такамура Хидео, председатель городского банка. Человек, который замораживал счета больниц и довёл до самоубийства три семьи.

Всё правильно. Всё по правилам.

Но Рэн впервые почувствовал отвращение не к преступнику, а к себе. Потому что он понял: Шахматист не ловил убийц. Он устранял конкурентов. Такамура был единственным, кто мог дать показания против человека из списка Шахматиста. И Рэн должен был заткнуть ему рот навсегда.

— Я не твоя пешка, — прошептал Рэн, сжимая страницу.

Он не вписал имя.

Вместо этого он вернулся в свой район и зашёл в полицейский участок. Впервые за три года. Сердце колотилось, когда он положил на стол дежурного конверт с именами трёх убийц, которых Шахматист просил «не трогать» — потому что они были его информаторами. Рэн сдал их. Без блокнота. Просто фактами, датами, адресами.

— Анонимно, — сказал он и вышел.

Он думал, что победил. Что доказал Шахматисту: его не купить, не сломать, не поставить на колени.

Он ошибался.

---

На следующее утро у него зазвонил телефон. Незнакомый номер. Он поднял трубку и услышал голос Мию. Но не её обычный, тёплый и звонкий, а тихий, сбивчивый, словно она бежала и задыхалась:

— Рэн... я не знаю, что происходит. Кто-то оставил у нашей двери коробку. Там... там фотографии. Твои фотографии. Ты держишь этот блокнот. И записка: «Сегодня вечером ты впишешь имя, которое я скажу. Или твоя сестра умрёт первой. Не от сердца — от пули».

Рэн выронил телефон.

Трубка ударилась об асфальт, и он слышал, как Мию плачет на том конце, зовёт его по имени, а он не мог выдавить ни слова. Он смотрел вверх, на серое небо, и вдруг понял, что Шахматист никогда не собирался играть с ним по-честному.

Это была не игра.

Это была казнь.

---

Рэн ворвался в свою квартиру через час. Мию сидела на полу, прижав колени к груди, и дрожала. Фотографии были разбросаны по всей комнате. Он схватил одну: снято ночью, он стоит на крыше с блокнотом. Вторая — он выходит из дома. Третья — он с Мию в парке, она смеётся, он держит её за руку.