Тень золотого трона

Глава

Глава 1. Трон в заплатах

В тронном зале Королевского Замка Аэтерии царил полумрак. Высокие сводчатые окна, когда-то украшенные витражами с изображениями славных битв предков, теперь были затянуты потрёпанными гобеленами. Золотые нити давно выцвели, а некоторые полотна висели клочьями, словно старые флаги после долгой и неудачной войны. Пол, выложенный мрамором, покрывала пыль, которую никто не удосуживался выметать уже несколько месяцев. В центре зала возвышался трон — массивное кресло из древнего дуба, обитое некогда роскошным алым бархатом. Теперь бархат был в заплатах, один подлокотник треснул и был грубо перевязан верёвкой, а на сиденье лежала потёртая подушка, чтобы королю не было слишком жёстко.

Король Элдрик Величественный, правитель Аэтерии вот уже пятнадцать лет, сидел на этом троне с видом человека, который давно смирился со своей тяжёлой долей. Ему было сорок два года, но густая тёмная борода с заметной сединой и глубокие морщины вокруг глаз делали его старше. Одет он был в простую серую тунику с выцветшим гербом королевства — золотым орлом на синем поле, который теперь больше напоминал облезлую ворону. На голове — лёгкая железная корона без единого драгоценного камня. Всё выглядело так, будто королевство вот-вот рухнет под тяжестью нищеты.

Перед троном стоял главный советник лорд Варис — высокий, худой мужчина с вечно недовольным лицом и острым носом, похожим на клюв. Он держал в руках потрёпанный свиток, который дрожал в его тонких пальцах.

— Ваше Величество, — начал Варис дрожащим голосом, — положение катастрофическое. Казна пуста. Мы не можем заплатить жалованье страже на северной границе уже третий месяц. Крестьяне в деревнях голодают, купцы отказываются привозить товары, потому что боятся, что их ограбят разбойники. А соседний император Заратул... он уже собирает войска. Говорят, он называет вас «Нищим Королём» и смеётся над нашей слабостью.

Элдрик медленно провёл рукой по бороде, делая вид, что глубоко задумался. На самом деле он едва сдерживал улыбку. «Нищий Король». Это прозвище он сам незаметно распространил через своих тайных слуг несколько лет назад. Оно прижилось идеально.

— Что же нам делать, Варис? — спросил король усталым, почти безнадёжным тоном. — Может, продать последние серебряные ложки из кухни?

По залу пронёсся тихий ропот. Собрались почти все знатные лорды и леди Аэтерии: толстый лорд Гронт, чьи земли приносили когда-то огромный доход, но теперь были в запустении; леди Элира, чьи глаза всё ещё горели амбициями; молодой рыцарь Сираэль, который смотрел на короля с едва скрываемым презрением. Все они были одеты в потрёпанные, но когда-то роскошные одежды. Многие штопали свои камзолы сами.

— Ваше Величество, — прогудел лорд Гронт, вытирая пот со лба, — это уже не шутки. Если мы не повысим налоги, народ взбунтуется. А если повысим — тоже взбунтуется. Мы в ловушке!

Элдрик вздохнул так тяжело, что эхо разнеслось по залу.

— Налоги... Да, налоги. Народ и так едва сводит концы с концами. Помните прошлую зиму? Сколько детей умерло от голода? Я не хочу, чтобы это повторилось. Пусть стража собирает грибы и ягоды в Лесах Теней. Грибы — отличная еда. А разбойников... разбойников мы отпугнём нашим видом. Кто нападёт на королевство, где даже король ходит в заплатах?

Несколько дворян нервно рассмеялись. Кто-то покачал головой. Леди Элира прищурилась, глядя на короля слишком внимательно. Элдрик отметил это про себя. За ней нужно будет присмотреть.

Аудиенция длилась ещё час. Лорды жаловались на всё: на плохой урожай, на болезни скота, на то, что королевский повар подаёт на стол только овсянку и чёрствый хлеб. Элдрик слушал, кивал, иногда предлагал абсурдные, но «скромные» решения: «Давайте устроим всеобщий пост в знак солидарности с народом» или «Продадим старые доспехи из арсенала — они всё равно ржавые».

Когда наконец зал опустел, Элдрик остался один. Он встал с трона, потянулся и прошёл к небольшому боковому коридору. Стражник у входа — старый воин по имени Торн — молча кивнул и отвернулся, делая вид, что ничего не видит. Король спустился по узкой винтовой лестнице в свои личные покои.

«Покои» короля представляли собой скромную комнату размером с небольшую часовню. Узкая деревянная кровать, один стул, грубый стол с единственной свечой и старый сундук, в котором лежало несколько потрёпанных книг. Окно выходило на внутренний двор, где росли чахлые кусты. Элдрик закрыл тяжёлую дверь, задвинул засов и подошёл к стене напротив кровати.

Он нажал на неприметный камень в кладке на уровне пояса. Раздался тихий щелчок, и часть пола бесшумно ушла вниз, открывая широкую каменную лестницу, освещённую мягким голубоватым светом магических кристаллов, вделанных в стены. Воздух пахнул прохладой и металлом.

Элдрик спустился на три уровня ниже, глубоко под основание замка, в сердце горы. Лестница закончилась огромными двойными дверями, украшенными древними рунами. Он приложил ладонь к центральному камню, прошептал слово на старом языке, и двери распахнулись.

Перед ним раскинулся Зал Первого Сокровища — один из семи тайных хранилищ, которые знал только он и горстка самых верных хранителей. Потолок терялся в высоте, а пол был покрыт золотыми монетами, слитками и драгоценными камнями. Горы золота сверкали в магическом свете. Здесь лежали не только богатства Аэтерии, накопленные за века, но и трофеи древних войн, дары союзных драконов и доходы от тайных торговых путей, которые король контролировал через подставных купцов в далёких землях.

В центре зала стоял огромный стол, заваленный отчётами и картами. За ним сидел старик в простой серой робе — Мерлинус, Хранитель. Ему было больше ста лет, но глаза оставались острыми, как у молодого ястреба.

— Опять пришёл проверить, не растащили ли мы твои «игрушки», мой король? — усмехнулся старик, не вставая.

Элдрик прошёлся между грудами сокровищ, взял в руку тяжёлый золотой слиток и подбросил его, словно это была обычная монета.

— Просто напоминаю себе, зачем я продолжаю эту комедию, старый друг. Десять лет я играю нищего. Десять лет смотрю, как дворяне шепчутся за спиной и думают, как бы свергнуть «слабого» короля. Но именно поэтому Заратул до сих пор не напал по-настоящему. Кто станет тратить силы на завоевание разорённого королевства?

Мерлинус кивнул, перелистывая пергамент.

— Сегодня караван из Восточных Земель принёс ещё четыре сундука. Шёлк, специи, редкие травы. Мы продадим их через наших людей в портах и добавим в казну... скромную сумму. Никто не заметит.

Элдрик поставил слиток на место и вздохнул уже по-настоящему.

— Иногда я думаю: а что, если раскрыться? Закончить этот спектакль. Но тогда придёт жадность. Лорды начнут требовать, соседи — завидовать, а народ... народ может решить, что я обманывал их все эти годы.

Хранитель посмотрел на него внимательно.

— Ты уже не тот молодой принц, который унаследовал трон после смерти отца. Ты стал мудрее. Но маска начинает трещать, Элдрик. Сегодня леди Элира смотрела на тебя слишком пристально. И этот шпион из империи... они становятся наглее.

Король кивнул.

— Знаю. Но пока маска держится — королевство в безопасности. Завтра будет новый день нищеты.

Он повернулся и пошёл обратно к лестнице. Перед тем как подняться, Элдрик ещё раз оглядел сияющие горы богатства. «Дохуяимущий король», — подумал он с иронией, вспоминая уличный сленг, который иногда слышал в городе. Никто даже не догадывался.

Вернувшись в свои покои, он лёг на жёсткую кровать и долго смотрел в потолок. Где-то вдалеке выл ветер, а в замке скрипели старые балки. Завтра снова придётся играть роль. Играть убедительно.

Глава 2. Пустая казна

На следующее утро тронный зал снова заполнился недовольными голосами. Солнечные лучи едва пробивались сквозь пыльные окна, отбрасывая тусклые пятна на пол. Король Элдрик сидел на своём потрёпанном троне, как всегда спокойный и слегка усталый. Перед ним расстелили большой потрёпанный свиток с отчётами казначея — цифры на нём были написаны дрожащей рукой и местами размазаны.

Лорд Варис стоял ближе всех, держа в руках ещё один пергамент.

— Ваше Величество, за ночь поступили новые вести. Северные деревни отказываются платить даже символическую подать. Крестьяне говорят: «Если король голодает, то и мы не будем». А в южных землях купцы свернули свои лавки — боятся, что разбойники, которых стало больше, заберут последнее.

Толстый лорд Гронт, чьё лицо покраснело от возмущения, ударил кулаком по столу советников.

— Мы разорены! Казна пуста, как старый колодец. Нет золота на ремонт стен, нет серебра на оружие. Если Заратул двинет армию — мы продержимся от силы неделю. Нужно немедленно повысить налоги втрое! И ввести новый сбор на «защиту королевства».

По залу пронёсся одобрительный гул. Многие лорды закивали. Леди Элира, сидевшая чуть в стороне в потрёпанном, но элегантном платье, молчала, но её глаза внимательно следили за реакцией короля.

Элдрик медленно поднялся. Зал затих.

— Повысить налоги? — повторил он тихо, почти задумчиво. — А что мы скажем матерям, у которых дети пухнут от голода? Что их король решил, будто они могут затянуть пояса ещё сильнее?

Он прошёлся перед троном, хромая чуть заметно — старая рана от турнира, которую он никогда не лечил публично.

— Нет, лорды. Сегодня я объявляю иное. Все налоги на предстоящий год отменяются полностью. Ни медяка с крестьян, ни пошлины с купцов. Пусть народ вздохнёт свободно.

Мёртвая тишина повисла в зале. Потом она взорвалась.

— Вы сошли с ума! — взревел лорд Гронт. — Мы все умрём с голоду!

— Это предательство! — крикнул кто-то сзади.

Молодой рыцарь Сираэль шагнул вперёд, его рука легла на рукоять меча.

— Ваше Величество, простите дерзость, но это безумие. Армия разбежится. Дворяне отвернутся.

Элдрик поднял руку. Голос его оставался ровным, почти добрым.

— Армия будет есть то же, что и я — овсянку и лесные дары. Дворяне... те, кто верен Аэтерии, переживут. А те, кто думает только о золоте, пусть уходят к Заратулу. Я не держу никого силой.

Он улыбнулся уголком рта.

— К тому же, разве не говорят, что Нищий Король наконец-то сошёл с ума? Пусть говорят. Может, это отпугнёт врагов лучше любой армии.

Совет закончился хаосом. Лорды расходились, бурно обсуждая «безумный указ». Кто-то был в ярости, кто-то — в растерянности. Леди Элира задержалась дольше всех. Проходя мимо трона, она слегка присела в реверансе и тихо произнесла:

— Интересное решение, мой король. Почти... слишком щедрое для человека, у которого якобы ничего нет.

Элдрик встретил её взгляд спокойно.

— Щедрость — последнее, что остаётся у нищих, леди.

Когда зал опустел, король прошёл в малую приёмную. Там его ждал старый рыцарь Торн — тот самый стражник, который «не видел» тайных ходов.

— Они поверили? — тихо спросил Элдрик.

— Большинство — да. Но Элира... она задаёт слишком много вопросов в городе. И вчера её слуга крутился возле старых конюшен, где вход в один из малых тоннелей.

Король кивнул.

— Присмотри за ней. Но мягко.

Вечером, когда солнце село за лесом, Элдрик снова переоделся. Простой плащ с капюшоном, старые сапоги, мешок за плечами. Через потайную дверь в стене он вышел из замка и спустился в город по узкой тропе, известной лишь немногим.

Город Аэтерия тоже выглядел бедным: дома с проваленными крышами, люди в заплатанной одежде. Но сегодня на улицах было необычно оживлённо. Весть об отмене налогов разлетелась мгновенно.

На рыночной площади Элдрик остановился у маленькой девочки, которая продавала увядшие полевые цветы. Ей было лет восемь, руки в царапинах.

— Сколько за букет? — спросил он низким голосом.

— Две медяка, добрый господин... — прошептала она.

Король порылся в кошельке и достал последнюю медную монету — ту самую, которую взял из «общественной» казны. Потом, убедившись, что никто не смотрит, незаметно вложил ей в ладошку маленький золотой перстень с крошечным сапфиром.

— Это не для продажи. Отнеси матери. Скажи, что Нищий Король иногда находит вещи на дороге.

Девочка широко раскрыла глаза, но Элдрик уже растворился в толпе.

Он бродил по улицам до глубокой ночи, слушая разговоры. Кто-то благословлял короля, кто-то называл безумцем. Один старик у костра сказал:

— Может, он и правда нищий. Но сердце у него богатое.

Вернувшись в замок перед рассветом, Элдрик спустился в главное хранилище. Мерлинус ждал его с отчётами.

— Караван прошёл успешно. Мы получили достаточно, чтобы тайно закупить зерно для самых бедных деревень. Никто не узнает, что это от короны.

Элдрик сел за стол и взял в руки древнюю монету.

— Маска держится. Но долго ли? Шпионы Заратула уже здесь. Один из них вчера пытался обыскать мои покои.

— И что ты сделал? — усмехнулся Хранитель.

— Выбросил его в окно. На солому. Сказал, что даже горшок у меня оловянный.