Лицейская Сага. Иван Николаевич.

Глава 1.

1979–1992. Как полковник прошёл войну, плен, предательство и начал новую жизнь.

Пролог. Человек без прошлого.

1992 год. Октябрь. Сургут. Железнодорожный вокзал. 10:00.

Иван Николаевич Баймашкин вышел из поезда, и холодный ветер ударил в лицо. Он стоял на перроне, сжимал в руке старый рюкзак и смотрел на город, который должен был стать его новым домом. Город пах нефтью, болотом и деньгами. Сургут. Место, где он должен был начать всё заново.Он был седым. Полностью. Хотя ему было всего сорок семь. Война, плен, побеги — всё это оставило следы. Глаза цвета старого цинка, морщины, глубокие, как трещины на сухой земле. Он выглядел старше своих лет. Но держался прямо. Привычка. Военная выправка не исчезает.Он ничего не взял с собой из прошлого. Ни фотографий, ни писем, ни наград. Только память. А память — это ноша тяжелее любого рюкзака.

— Лейтенант Баймашкин? — к нему подошёл человек в штатском.

— Полковник, — поправил Иван.

— Простите. Полковник Баймашкин. Вас ждут.

— Кто?— Ваши новые враги.

Иван усмехнулся.

— Враги у меня всегда были. А вот друзья... друзей у меня нет.

— Будут, — сказал человек.

— Подождите.

Иван ждал. Он не знал, что через год встретит Виктора Артуровича. Что через три года — Виталика. Что через шесть лет — Олега Александровича и Виктора Германовича. Он не знал, что эти встречи изменят его жизнь.Сургут встретил его холодом и нефтью. Город стоял на болоте, но кипел деньгами. Нефть, газ, бандиты. И он, Иван Николаевич Баймашкин, бывший полковник, ветеран Афганистана и Ирака, беглый преступник, должен был начать новую жизнь. Он не знал, что конец этой жизни будет страшнее, чем всё, что было раньше.Но это будет потом. А сейчас — он стоял на перроне и смотрел вперёд. Туда, где его ждала война. Другая война. Не с душманами, не с американцами — со своими.

Глава 2.

Афганистан. Первая кровь 1979 год. Декабрь. Афганистан. Колонна БТРов. 16:00.

Иван Баймашкин сидел на броне, смотрел на горы и курил. Ему было тридцать четыре года. Старший лейтенант, командир разведвзвода. Молодой, дерзкий, с холодными глазами и горячим сердцем.— Лейтенант, — окликнул его сержант.

— Красиво здесь, правда?

— Красиво, — согласился Иван.

— Только очень скоро эти горы станут нашими могилами.

— Вы всегда такой оптимист?

— Я реалист.

Сержант засмеялся. Иван не улыбнулся.Он знал, что эта война затянется на десять лет. Он знал, что потеряет друзей. Он знал, что попадёт в плен. Он знал, что предаст. Он знал всё. Кроме одного — что выживет.Колонна шла по узкому ущелью. Сверху — скалы. Сбоку — пропасть. Идеальное место для засады.

— Лейтенант, — сказал сержант.

— У меня плохое предчувствие.

— У меня тоже.

— Тогда почему мы идём?

— Потому что приказ.

— А если мы умрём?

— Тогда умрём.

Сержант замер.

— Вы странный, лейтенант.

— Я русский.

— Это одно и то же?

— Не всегда. Но в моём случае — да.

Они вошли в ущелье. Сверху засвистели пули.

— Засада! — крикнул Иван. — Всем лечь!

Он упал. Пули свистели над головой. Двое солдат упали рядом.

— Живы? — крикнул Иван.

— Мёртвы, — ответил сержант.

— Тогда мы за них.Он начал стрелять. Трое душманов упали. Ещё двое. Ещё.

— Отходим! — крикнул он.

— Назад!

Они отступили. Потеряли четверых.

— Сколько? — спросил сержант.

— Четверо.

— Жалко.

— Жалко.

— Вы плакали?

— Нет. Я работал.

— Это одно и то же?

— Не всегда. Но сегодня — да.

Они вышли из ущелья. Иван оглянулся. Горы стояли. Война продолжалась.Он не знал, что через восемь лет он попадёт в плен. Что через девять лет он будет учить душманов убивать советских солдат. Что через десять лет он станет беглецом.А пока — он просто воевал. Как все.

Глава 3.

Афганистан. Плен 1987 год. Март. Афганистан. Провинция Кунар. 04:00.

Иван Баймашкин сидел в яме, смотрел на небо и не верил, что жив. Сутки назад его взвод попал в засаду. Узкое ущелье, скалы, пулемёты сверху. Троих убили сразу, двоих ранило. Иван пытался организовать оборону, но силы были неравны.

— Лейтенант, уходи! — крикнул сержант.

— Не брошу!

— Бросишь! Выживешь — отомстишь!

Ивана оглушило взрывом. Очнулся он в темноте, связанный, с кляпом во рту. Рядом были его люди — те, кто выжил. Всего трое.

— Куда нас везут? — спросил Иван.

— К Ахмад-шаху, — ответил конвоир.— Большой командир.

Ахмад-шах встретил их в своём лагере. Сидел на ковре, пил зелёный чай и разглядывал пленных.

— Русские офицеры, — сказал он.

— Редкий товар. Обычно мы вас сразу убиваем.

— Убивай, — ответил Иван.

— Мне терять нечего.

— Есть чего, — усмехнулся Ахмад-шах. — У тебя глаза живые. Такие не хотят умирать. Я дам тебе выбор: учи моих людей воевать — или умрёшь.Иван думал недолго. Выбрал жизнь.

— Я согласен, — сказал он.

— Умный человек, — усмехнулся Ахмад-шах. — Ты не пожалеешь.

Иван не знал, что он пожалеет. И что эта сделка изменит его навсегда.Он начал учить душманов тактике. Как передвигаться под огнём, как использовать складки местности, как ставить засады. Сначала его ненавидели, потом начали уважать.

— Ты хороший учитель, русский, — говорил Ахмад-шах.

— Жаль, что ты не с нами.

— Я сам по себе, — отвечал Иван. — Я ничей.

Первый бой против своих было самым страшным. Он разработал план нападения на советский блокпост. Душманы сделали всё, как он учил. Убили двенадцать солдат.

— Ты слышишь? — спросил его Ахмад-шах после боя.

— Что?