Тот, кого вы не заметили

Глава

Пыль под копытами

Солнце стояло в зените, нещадно выжигая и без того сухую землю деревенской площади. Жители Ольховки — крошечного поселения на самом краю королевства — высыпали на улицу. Все взгляды были устремлены на дорогу, откуда доносился мерный, величественный стук копыт и звон безупречной брони.

В деревню въезжал он. Сэр Эдриан, Рыцарь Народа.

Его доспехи сияли так ярко, что на них было больно смотреть. Белоснежный плащ плавно покачивался на ветру, а на губах играла безупречная, благородная улыбка человека, который точно знал: весь этот мир создан для него. За ним следовала свита, везущая трофеи после очередной победы над разбойниками на южном тракте.

— Спаситель наш! — кричали в толпе. Люди падали на колени, протягивали руки, пытаясь коснуться хотя бы стремени его коня. Эдриан благосклонно кивал, принимая почести как нечто разумеющееся. Слава опьяняла его сильнее любого южного вина. Он не смотрел на лица людей — для него они были лишь единой, обожающей его массой.

Чуть поодаль от ликующей толпы, прислонившись к покосившемуся забору, стоял молодой парень. Его звали Люк. На нем была простая, местами латаная рубаха, а на лице — ни капли того восторга, что охватил деревню.

Люк не радовался. Он наблюдал.

Пока остальные слепо славили рыцаря, парень подмечал детали. Он видел, что кони свиты изнурены, а значит, рыцарь гнал их без жалости ради того, чтобы успеть в город к началу праздника в его честь. Он видел, что «спасенные» повозки с купеческим добром охраняются куда тщательнее, чем безопасность самих крестьян. Эдриан защищал не людей. Он защищал свой статус.

Конь рыцаря поравнялся с Люком. Юноша не сделал ни шага вперед, не склонил головы. Он просто спокойно смотрел прямо в глаза сияющему герою.

Эдриан заметил этот взгляд. Улыбка на мгновение сошла с его лица, сменившись мимолетным раздражением. Кто этот оборванец, что смеет смотреть на него без трепета? Рыцарь натянул поводья, заставляя коня остановиться прямо перед парнем. На площади тут же повисла тишина.

— Ты почему не приветствуешь своего защитника, малый? — громко, с наигранной доброжелательностью спросил Эдриан, хотя в его глазах читалось высокомерие. — Или в твоей глуши не учат хорошим манерам?

Люк спокойно переступил с ноги на ногу. Его голос прозвучал тихо, но удивительно твердо:

— Дорога на юг, откуда вы прибыли, теперь открыта для других банд. Вы разбили одну, но оставили без прикрытия три соседние деревни, забрав оттуда всех стражников ради своего триумфа. Через неделю они придут сюда.

Толпа ахнула. Сэр Эдриан нахмурился, его лицо налилось краской от такой дерзости. Нашелся тут знаток стратегии в дырявых сапогах!

— Знай свое место, паж, — холодно процедил рыцарь, поудобнее перехватывая золоченую узду. — Мой клинок разит врагов быстрее, чем твой язык способен плести глупости. Народу нужны герои, а не трусливые подсчеты.

Эдриар пришпорил коня. Копыто животного взметнуло облако пыли, которая полетела прямо в лицо Люку. Рыцарь поехал дальше под новые, еще более громкие крики толпы, которая тут же забыла о предупреждении деревенского парня. Кто-то из соседей даже толкнул Люка плечом: «Ишь, самый умный нашелся! Против самого сэра Эдриана пошел!»

Люк медленно вытер пыль с лица. Он не злился. В его глазах не было обиды — только холодное, пугающее понимание. Он посмотрел вслед удаляющемуся сияющему доспеху.

«Они ослеплены его блеском, а он ослеплен своей славой, — подумал Люк. — Вы строите этот мир на песке и лжи. Что ж. Раз вы не умеете смотреть вперед, мне придется взять время в свои руки».