(JustHope) Надежда
Ночь на Лысой горе. Меж трёх миров

Отавтора

Хотя в этой книге вы встретите существ вроде кикимор, леших и других знакомых по народному фольклору, сама история далека от настоящего славянского фэнтези. Здесь мифы и сказки служат скорее основой — сырьём, которое я переработала под нужды собственного мира.

Это история, живущая по своим законам. В ней знакомые герои приняли новые формы, а старая добрая магия отчасти переплелась с современной наукой.

Не ищите здесь исторической или культурной достоверности — я и не пыталась её соблюдать. Это не реконструкция. Это моя личная мифология.

И я рассказываю её так, как чувствую.

Глава 1

— Я знаю, что ты скажешь! Я отказываюсь! — рыкнула Милана в трубку телефона, едва ответив на звонок. — Ох, прекрати! Ты же знаешь, как я не люблю все эти ваши мистические штучки!

Она прижала телефон плечом, на ходу открывая портсигар и доставая тонкую изящную сигарету. Чиркнув зажигалкой, она прикурила, вдохнула дым поглубже, задержала его в лёгких и медленно выдохнула.

— Со мной все в порядке, моя жизнь меня вполне устраивает, — несколько минут она шла, молча слушая голос на другом конце провода. Когда тот стих, она тяжело выдохнула. — Ну и зачем мне это?

Милана окинула взглядом дорогу, уходившую круто вверх к красивой церкви с золотыми куполами. Вскоре она заметила то, что искала: урна была почти переполнена пустыми банками из-под пива и упаковками от закусок.

«Видимо, кто-то хорошо погулял сегодня», — криво усмехнулась она.

Сейчас вокруг было пусто и безлюдно, так что девушка без зазрения совести прицельным броском отправила окурок прямо в урну, затем повернулась и зашагала дальше вверх по склону.

— Я знаю, что ты желаешь мне добра, но я тебе в который раз повторяю: у меня нет депрессии, — она схватила летящий мимо пожелтевший листок, упавший с клёна неподалёку, покрутила его в пальцах и смяла. — И мне вполне достаточно общения с тобой и Викой Ладно! Раз уж ты ТАК настаиваешь, то я согласна пойти в том случае, если погода будет ясная. Не хочу промокнуть под дождём и слечь с воспалением.

Дунул ветер, срывая с дерева ещё несколько листьев, и она поторопилась запахнуть вязаный бордовый кардиган поплотнее.

— Мне твои новые знакомства нужны, как рыбе зонтик. Я же всё равно ни с кем из них общаться не буду.

Несколько долгих минут она молча внимала тираде подруги, пока наконец не достигла вершины холма. Дыхание её было тяжёлым и прерывистым, всё же подниматься по крутому склону на каблуках было тяжеловато. В попытке отдышаться она присела на лавочку и вытянула уставшие за день ноги. Перед ней раскинулась уютная старинная улочка. Сейчас, без людей и машин, она выглядела так, будто вышла из прошлого века. Зажжённые фонари стояли по обе стороны мощёной брусчаткой дороги, подобно стражам, а дома с узорной лепниной казались декорациями исторического фильма.

Взволнованный голос в трубке продолжал говорить что-то, но Милана не слишком вслушивалась в её слова. В её голове велась совсем другая беседа:

«Почему такая умная девушка, как она, верит в такую чушь? Магия? Древние боги? Серьёзно? Детские сказки, не больше! И зачем ты вообще соглашаешься на всё это? А, Милана Ярославовна? У тебя дел мало? Лучше книгу почитала бы или сериал посмотрела, — спрашивала она у самой себя.

Внутренний голос, то ли совести, то ли разума, отвечал:

— Дура ты! Ну лишимся мы подруги, и что тогда будем делать?

— Отдыхать больше.

— Ага, и из дома не выходить. Прекращай! И так, кроме работы и котов, ничего толком не видим. Выдыхай и соглашайся!

— Блин! Хорошо! Только ради нашей дружбы!»

— Так что делать-то надо будет? — сказала она уже вслух. — Дресс-код там, с собой что-то принести? Осенний венок? Ты серьёзно? Я ещё и венок плести должна?!

Игривый сентябрьский ветер скользнул по её ноге лёгкой щекоткой, а потом придавил стопу ощутимой тяжестью.

Милана замерла и нахмурилась. Медленно она опустила взгляд вниз и слегка нагнулась. Расширяющимися от страха глазами она в оцепенении смотрела, как через её ногу в белой лакированной лодочке ползёт змея. Стоило ей это осознать, как она подпрыгнула и дёрнула ногой так сильно, что та улетела куда-то в кусты в паре метров от скамейки.

— Твою мать! Какого черта она здесь делает?! Да кто-кто, змея чёртова! — её передёрнуло. Подрагивающей рукой она убрала упавшие на лицо светлые кудри. — Да хоть Великий Полоз, хоть сам змей Горыныч, я этих тварей на дух не переношу! Ты, блин, серьёзно?! — рыкнула она и потянулась за новой сигаретой. Ворчание на другом конце провода заставило её скривиться. — Ты мне мамочка что ли?! Все мы рано или поздно умрём, и если меня угробят сигареты, то так тому и быть! Всё лучше, чем змеиный яд!

Она сделала долгую затяжку, оглянулась на скамейку и ещё раз вздрогнула.

"К черту!"

Милана подхватила сумку и зашагала прочь, вслушиваясь в нравоучения на том конце провода.

— Драгоценная моя подруга, даже ради тебя я не собираюсь отказываться от дозы никотина, а уж ради ваших глупых традиций и ритуалов тем более, так что если там нельзя будет курить, то я лучше вообще не приду, — рука её потянулась в карман и вытащила наружу бодро звякнувшую связку ключей. — Ага. Почти дошла. Нет, сейчас никого нет. Последний, кого я брала на передержку, уже поехал в питомник, так что ни лоток убирать не надо, ни корм покупать... У меня там ещё пицца со вчера осталась. Да ладно тебе! Просто неделя загруженная вышла, а так я нормально питаюсь. Да. Хорошо. Ага, наберёшь меня. Все. Пока.

Короткий сигнал ознаменовал окончание разговора. Милана облегчённо выдохнула и вошла в подъезд.

Лифт опять не работал.

Она вздохнула, вскинула голову на лестницу, опустила взгляд на свои туфли.

"Хорошо хоть не на пятом живу."

Спустя три пролёта она устало привалилась лбом к двери, вставляя ключ. Стерев остатки тонального крема с коричневого дермантина, она вошла в квартиру, небрежно скидывая осточертевшую обувь и окуная ноги в облако пушистого искусственного меха домашних тапочек.

— Ха-а-а... — она обессиленно легла на пол прямо в коридоре. Огляделась по сторонам. — Так тихо.

Глаза её защипало, и она поспешила взять себя в руки и встать. Она пошла на кухню, мимоходом нажимая на видавшем виды домашнем телефоне кнопку автоответчика.

— Ладно. Пицца сама себя не разогреет.

Далеко за полночь она стояла на балконе, катая по языку сладковатый вкус табачного дыма. Тонкая сигарета тлела между ухоженными пальцами.

Милана всматривалась в пожелтевшие листья клёна, росшего у дома.

"Жаль, не дотянусь," — мысль о том, что ей придётся завтра выйти из дома на несколько часов раньше, чтобы сделать чёртов венок, раздражала, но она уже согласилась пойти на эту сходку староверов, а менять свои решения было не в её стиле.

Потушив окурок в пепельнице, она глубоко вдохнула свежий ночной воздух, в котором уже чувствовался аромат приближающейся зимы. Голова закружилась.

"Пусть завтра пойдёт дождь, — она бросила просящий взгляд на абсолютно чистое небо, что насмешливо смотрело на неё круглым глазом полной луны. — Ну и иди к черту!"

Глава 2

Как и ожидалось, на следующий день на небе не было ни единого облачка, а солнце, будто напоследок перед предстоящими холодами, светило во всю свою мощь. Разбуженная его лучами Милана досадливо поморщилась и попыталась нащупать маску для сна. Но не успела она сделать это, как тишину спальни нарушила бодрая попсовая песенка, ясно дающая понять, кто звонил.

Она приняла вызов и нажала на громкую связь, с шумом раскидываясь на кровати морской звездой.

— Доброе утро, соня! — полился горным ручьём из трубки женский голос. — Как настроение? Надеюсь, бодра и весела?

— С каждой минутой все хуже, Вик.

— Чего так?

— Согласилась пойти с Лизой на празднование равноденствия, или что-то вроде того. Жалею об этом безумно.

— О, ты тоже идёшь? Отлично! Будет весело!

— И ты, Брут? — фыркнула девушка. — Ты же вроде тоже не верила во всю эту эзотерику.

— Я и сейчас не верю. Но эти ритуалы, мистические обряды, костры и песни с танцами под звёздным небом... Ух! И романтично и будоражаще. Я уверена, что больше половины тех дамочек, что там будет, тоже во все это не верят и всего лишь развлекаются. Просто кто-то сбрасывает будничную пыль в клубах под стробоскопами, а кто-то на полянах под звёздами.

— Да ты романтик

— Само собой! — в мелодичном голосе плескалось веселье. — Венок уже приготовила?

— Когда бы? Я вчера до восьми сидела над черновиком статьи для следующего выпуска. Новая коллекция украшений от всем известного ювелирного дома "Золотой Змей" произвела фурор на выставке бла-бла-бла... Появится на зимней неделе моды... Бла-бла-бла... Скука. Не о таком я хотела писать, когда на журналиста училась.

— Так уволься. Тебя куда угодно с руками и ногами возьмут, с твоим то опытом.

— И какой шанс, что там будет лучше? Тем более ты вообще представляешь, какие зарплаты в SDM? Да мне в жизни нигде столько платить не будут!

— И зачем тебе столько денег? Квартира своя есть, брендовые шмотки имеются, машину купить не хочешь...

— Вождение не для меня. А насчёт денег... Ты хоть в курсе сколько стоят корма для животных, ветеринары и прочее?

— У меня две кошки, помнишь?

— Ну вот и не задавай дурацких вопросов.

— Как скажешь. Когда собираешься выходить?

— Часов через пять.

— Хорошо. Набери меня перед выходом — я подъеду. Ложу трубку.

— Оукей. До скорого.

Спустя несколько часов, ближе к закату, она и Вика, жгучая брюнетка с томной поволокой в глазах, явно имеющая какие-то ближневосточные корни, стояли перед деревянными воротами, служившими входом на просторную поляну, где уже весело потрескивал костёр.

На встречу им торопливо шагала маленькая женщина. Смотря на неё Милана мимолётно подумала, что именно так наверное и должна выглядеть языческая богиня: невысокая, вся состоящая из приятных глазу округлостей и с толстой косой пшеничных волос перекинутых через плечо.

— Лизончи-и-ик! — громкое сопрано подруги резануло по ушам, но Милана только улыбнулась, глядя, как модельного роста Виктория обвивает подругу руками, согнувшись едва ли не пополам.

"Эльф и гном, честное слово!"

Сама она ростом похвастаться не могла, так что их с Лизой объятия выглядели абсолютно прозаично. Дежурно чмокнув её в щеку, девушка отступила.

— Вы случайно ничего съедобного с собой не взяли?

— Зачем?

— Забыла сказать, что по обычаю при входе на капище нужно оставлять гостинец его хранителю, — она кивнула на деревянного истукана слева от ворот.

— А это капище? — Милана вздёрнула бровь.

— Вроде того. Сейчас здесь правда всё переделывают. Планируют как на Лысой горе сделать. Хотя, по сути, эта гора тоже лысой считается, ну да не важно. Так что насчёт еды?

— У меня протеиновый батончик есть. Подойдёт? — спросила Вика, доставая из небольшой сумочки стик со сладостью.

— На безрыбье рак рыба. Ложи и пойдёмте. Я выбрала нам отличное место! Венки с собой взяли?

— Само собой, — девушки достали по обручу из разноцветных листьев и трав.

— Супер! Идём. Скоро начнётся, — она повела их к покрывалу, расстеленному в паре метров от большого костра.

— Что именно?

— О, это просто шикарно! Помните ту шумиху, когда в катакомбах нашли древние книги? В одной из них были собраны разные ритуалы тысячелетней давности! — глаза Лизы полыхали от восторга. — Так вот одна женщина, вроде как она как раз изучала дохристианскую Русь, скопировала эти ритуалы и издала их! Сегодня мы будем использовать оттуда молитву Макоши! Круто, да?!

— Ага, — Милана даже не старалась скрыть сквозящий в голосе скепсис. — И что это нам даст?

— Ответы на вопросы. Наставление на правильный путь. А может ещё что.

— О, Макошь, когда Лиза оставит меня в покое со своей эзотерической чушью?! — картинно взмолилась она. Несколько людей неподалёку тут же бросили на неё хмурые взгляды.

— Перестань, Лан. Раз пришла, то прояви хоть каплю уважения к взглядам подруги. А то она тебя больше никуда не пригласит.

— Может я того и добиваюсь, — фыркнула она, но притихла, заметив мелькнувшую в глазах Лизы обиду. — Ладно, возможно, я была резковата. Извини, Лиз.

— Ничего, — вяло кивнула та. — Я же тебя знаю. Такая уж ты есть.

— А ты не поощряй её стервозность! Она потому так себя и ведёт, что ты ей позволяешь!

— Вик, ты же знаешь...

— Знаю! Но это не повод...

— Ш-ш! Начинается!

На небольшое возвышение у костра ступила немолодая женщина в пышном венке и вышиванке. Глубоким грудным голосом начала она рассказывать о богине, которую сегодня чествовали собравшиеся женщины.

— Сестры мои, дочери земли, хранительницы очага, сегодня мы собрались здесь, чтобы не просто отпраздновать равноденствие, но чтобы отдать дань богине Макоши, Великой Ткачихе, покровительнице женской силы, что сидит у мирового веретена, прядёт нити наших судеб, связывает их в узоры, которые мы плетём своими поступками и выбором

"Судьбы не существует, — хмыкнула про себя Милана. —Наверное, когда мир наконец-то поймёт это, жить станет куда приятнее."

Жрица говорила и говорила. Небо над поляной становилось всё темнее, а от голоса женщины начинало клонить в сон. Милана встряхнулась и огляделась. Видимо, скучно было ей одной. Все остальные как заворожённые внимали словам самопровозглашённой жрицы.

— ...Так впустите же в своё сердце и душу магию, и позвольте ей направить вас!

"Пф-ф. Ну и бредятина!"

— А теперь давайте начнём наш ритуал! Соединим наши голоса, сердца и души в едином потоке! Приготовьте дары богине:

Шёлковая нить — символ судьбы.

Вышитый платок — символ нашего труда.

Вино, мёд и хлеб — дары земли, пища, что мы разделим с богиней.

И венок — знак завершённости и обновления.

— Нить? платок?! — кошкой зашипела Милана. — Ты же говорила только про венок!

— Все остальное я взяла с собой. Знала, что вы с таким заморачиваться не захотите. Вот, — положила перед девушками по свертку Лиза, — тут все, что нужно. Только там с платком иголка с ниткой, вышейте на нем что-то простенькое и все.

— Лиз!

— Не рычи, — маленькая тёплая ладошка легла на предплечье возмущённый девушки. — Пожалуйста, Лан.

Та тяжело вздохнула:

— Хорошо.

Сделав, как просила подруга, она принялась ждать, пока все достанут свои "дары", и "жрица" продолжит.

— А теперь я расскажу вам, что нужно будет сделать. Я начну петь. После первого четверостишия вставайте по очереди, и бросайте в костёр нить и платок. На третьем отломите пол булки хлеба, полейте её мёдом и вином и положите на алтарь, — она указала на большой горизонтальный камень. — И дождитесь окончания молитвы, держа в руках венок. Вот, собственно, и все. Начнём дамы!

К удивлению Миланы, запела женщина так, будто пришла из далёкого прошлого:

— Пряди, пряди, Великая пряха судеб.

Приди, приди, мой зов услыхав вдали.

Ты та, кто знает, что было, что есть, что будет,

Ответ мне дай, и печаль мою утоли.

Она вздрогнула от мазнувшего по телу ветерка и укуталась в мягкую кофту цвета девичьего винограда.

— Несу тебе, Ткачиха, от сердца требы:

Шелкову нить и вышитый мной платок,

Вино и мёд, и свежую булку хлеба.

Прими же, о Мокошь, дар в светлый свой чертог.

Она дождалась, пока большая часть подбросит топлива в костёр, и подошла сама. Огонь жадно проглотил её "подношения", благодарно сыпнув в её сторону сноп искр. Девушка торопливо отскочила и вернулась на место, разламывая пополам батон.

— Прошу, Великая, скромный мой пир отведай,

Наполни силой своей осенней поры венок.

Открой глаза мне, тайное мне поведай,

Распутай вязь из мыслей и из тревог.

Кое-как Милана все-таки успела закончить ритуал правильно. Наконец звукипесни затихли, не нарушаемые ни голосом, ни шорохом. Все замерли, будто ожидая от богини ответа. Прошла минута, вторая — ничего не произошло.

Девушка опустила взгляд на венок и хмыкнула, первой нарушая благоговейную тишину.

— Хмх... А чего я ожидала, собственно? Ну и что мне с тобой делать? — обратилась она к предмету в своих руках, а затем пожала плечами и засунула его обратно в рюкзак. — И что дальше?

— А дальше нужно съесть кусок хлеба с мёдом и запить вином.

— Что, прям весь?! — ужаснулись Вика. — У меня же будет углеводный шок!

— А такой вообще бывает?

— Не знаю и выяснять не хочу!

— Успокойся. Не надо есть его весь. Маленького кусочка хватит.

— Фух! Не пугай меня так, Лизон! Не хватало мне сейчас от сердечного приступа окочуриться.

— Сейчас я тебя реанимирую, — весело хохотнула та и достала из своей безразмерной сумки овощи, мясную и сырную нарезку и бутылку минеральной воды.

— Ты ж моя хорошая! — звонкий чмок утонул в общем гомоне, что постепенно нарастал на поляне.

Спустя какое-то время три девушки полулежали на покрывале, глядя на танцующие языки пламени.

— Чем займётесь завтра? — спросила, лениво пожёвывая кусочек сыра, Вика.

— У нас и Игорем свидание. Мы сплавили мальчиков бабушке, так что в кои то веки побудем только вдвоём.

— Лан?

— Высплюсь, а потом поищу объявления о передержке. Дома... одиноко.

— Парня не надумала завести?

— Нет. Мне и моих силиконовых помощников хватает.

— Не понимаю тебя.

— Не ты первая, не ты последняя. Знаешь сколько раз мне пророчили судьбу старой девы с кучей кошек?

— А ты?

— А что я? Они были бы правы, если бы у меня хватило сил и смелости взять животное на постоянной основе. Но одна мысль, что с котом что-то случиться при мне, и меня накрывает. Так что подержала недельку, пока хозяева в отпуске, и до свидания.

— Тебе бы психолога хорошего.

— Покажи мне его. Те, у которых я была задают одни и те же вопросы, прописывают антидепрессанты, да только без толку все. Я устала от тех, кто пытается меня починить, а вместо этого только гайки слегка смазывает.

— Ты не сломана! — тут же возмутилась Лиза. — Не смей о себе так говорить! Ты замечательная!

— Спасибо, Лиз, —Милана устало улыбнулась. — Не переживай. Я это скорее для красного словца. Ты же знаешь, я люблю себя. Такую, какая есть.

Та вздохнула.

— Хоть это утешает.

— Эй, красотки! Наша беседа, конечно, безумно приятная и трогательная, но вы видели время? Скоро метро закрывается. А мне ещё на другой конец города добираться.

— Ничего себе! Вот это мы засиделась! Смотрите, половина народу уже разошлась. Остальные видимо до утра здесь. Время с вами просто летит, девочки! Люблю вас!

— И мы тебя, Лизончик!

— Взаимно, Лиз.

Они быстро собрали ве