Шон Ваймс
Повелитель глубин. Сети наяды

Глава 1. Обломки и шелк

Шторм рвал снасти «Черного альбатроса» с яростью раненого зверя. Капитан Кристиан Грейвс до боли в суставах сжимал штурвал, но трехмачтовый бриг уже не слушался руля. Океан превратился в кипящую бездну, которая гнала их прямо на проклятые Черные Рифы — границу легендарного Острова Нимф.

Среди моряков ходили слухи, что те, кто выживал в этих водах, попадали в объятия прекрасных лесных дев. Кристиан всегда считал это пьяными сказками, но сейчас, когда очередная волна высотой с крепостную стену обрушилась на палубу, он поймал себя на безумной мысли: «Пусть меня выбросит на их проклятый берег. Пусть земля укроет меня, только бы не эта бездна».

Раздался оглушительный треск. Острый, как бритва, риф насквозь пробил обшивку корабля. Мачта с грохотом рухнула, погребая под собой остатки надежды. Холодная соленая вода хлынула в легкие Кристиана, когда его увлекло на самое дно. Океан сомкнулся над ним, гася крики и свет. Перед тем как потерять сознание, он запомнил лишь обжигающий холод и темноту.

Сознание возвращалось медленно, через тупую боль в груди и странное, гипнотическое тепло.

Кристиан резко открыл глаза и попытался вздохнуть, ожидая, что закашляется от морской воды. Но вместо этого его легкие наполнились густым, влажным воздухом, пахнущим озоном и экзотическими цветами.

Он лежал на гладком каменном выступе. Вокруг простирался исполинский подводный грот. Сверху, сквозь толщу воды, пробивался призрачный люминесцентный свет, окрашивая стены в глубокие лазурные и изумрудные тона. Но самым странным было не это.

В паре шагов от него, прямо из воды, поднималась фигура.

Это была женщина, но ее красота пугала своей первобытной, хищной силой. Кожа незнакомки отливала бледным жемчужным сиянием, а длинные волосы цвета морской тины шлейфом расплывались по воде, едва прикрывая высокую упругую грудь с потемневшими от холода сосками. Ее глаза, огромные и бездонные, светились мягким фосфорическим светом.

Водная нимфа. Наяда.

Кристиан инстинктивно попытался нащупать кортик на поясе и подняться, но тело не слушалось. Ноги и руки налились свинцом.

Нимфа улыбнулась — ее губы были чувственными, влажными, а за ними на миг мелькнули чуть более острые, чем у людей, зубы. Она сделала шаг вперед, и вода послушно заскользила по ее бедрам и плоскому животу, оставляя дорожки блестящих капель.

И тогда она запела.

Это не было песней в обычном понимании. Звук зарождался где-то в ее груди — низкий, вибрирующий, похожий на рокот прилива и зов сирены. Звук проник Кристиану прямо под кожу, мгновенно парализуя остатки воли.

Капитан замер. Каждое слово, которого он не понимал, отзывалось в его паху внезапной, мучительной вспышкой жара. Страх исчез, сменившись непреодолимым, диким желанием. Мысли путались. Он больше не думал о погибшем корабле, о долге, о спасении. Все его существо сжалось до одной точки — до этой обнаженной влажной девы, шагающей к нему.

Нимфа опустилась перед ним на колени. Кристиан почувствовал, как ее прохладные пальцы, между которыми угадывались тонкие, почти прозрачные перепонки, коснулись его мокрой шеи. Она провела ладонью по его груди, срывая остатки изодранного камзола. Ее прикосновение обжигало, несмотря на холодную кожу.

— Смертные всегда ищут наших лесных сестер, — ее голос прозвучал прямо в его голове, хотя губы наяды едва шевелились. — Они ждут мягкой травы и невинных ласк. Но земля уступила тебя океану, капитан. Теперь ты принадлежишь водным глубинам. Моим глубинам.

Она наклонилась ниже. Кристиан чувствовал ее дыхание — оно пьянило сильнее старого рома. Мужское тело отозвалось на ее близость однозначно: вопреки параличу, кровь прилила к паху, требуя выхода скопившемуся напряжению. Нимфа опустила взгляд на пах капитана и довольно замурлыкала, ее песня изменила тональность, становясь более тягучей, порочной.

— Твоя сила станет моей, — прошептала она, касаясь своими влажными губами его уха, а затем медленно спускаясь поцелуями к шее. — И тебе это понравится.

Кристиан хотел закричать, хотел сжать ее тонкую талию и перевернуть под себя, подчиняя, но магия ее голоса прочно удерживала его в плену. Он мог только смотреть, как подводная дева медленно устраивается между его разведенных бедер...

Глава 2. Магический резонанс

Песня наяды зазвучала громче, заполняя своды грота порочной, вибрирующей частотой. Капитан Кристиан Грейвс не мог пошевелить ни одним мускулом, но его тело, подчиненное чужой магии, пылало от нестерпимого жара. Каждое прикосновение прохладных пальцев нимфы отзывалось в нем острой дрожью.

Она грациозно оседлала его бедра. Влажная, скользкая кожа девы контрастировала с его разгоряченным телом. Нимфа медленно потянулась вверх, выгибая спину, отчего ее упругая грудь оказалась прямо перед лицом Кристиана. Ее глаза светились торжеством хищника, поймавшего самую ценную добычу.

— Пей мое дыхание, смертный, — прошептал ее голос в его сознании.

Наяда наклонилась и накрыла его губы своими. Поцелуй был глубоким, жадным, со вкусом соли и озона. Одновременно с этим она плавно опустилась, принимая его в себя. Кристиан глухо застонал в ее рот. Ощущение тесной, влажной глубины нимфы было настолько ошеломляющим, что паралич воли на миг ослаб — он смог крепко сжать ее тонкую талию своими ладонями.

В этот момент случилось то, к чему ни один из них не был готов.

Вместо привычного, одностороннего поглощения жизненной силы, между ними замкнулся безумный энергетический контур. Нимфа резко выдохнула, ее глаза широко распахнулись от шока. Обычно смертные мужчины быстро слабели, отдавая свою искру, но магия Кристиана — скрытая сила потомственного морского мага — не просто уходила. Она вошла в резонанс с водной стихией самой наяды.