Любовь Кирсанова
В старом парке дом стоит

Ведьма

В старом парке дом стоит,
В нём хозяюшка не спит,
День и ночь грустит она,
Злого колдуна жена.

Служит ей не верный пёс,
Не олень и не мороз.
Служит ей лишь Асмодей
Искуситель злой людей.

Чтоб ей мужа возродить
Ритуалы проводить
В полнолуние должна
Каждый раз его вдова.

Сколько минуло уж лун,
Не торопится колдун
Возрождаться насовсем.
Лишь блуждает, словно тень

У её окна в ночи.
На окне её свечи
Свет всё манит и зовёт,
А она всё ждёт и ждёт.

Как в окне луна взойдёт,
К ней он в комнату придёт
Веселиться он не прочь,
С ней проводит эту ночь.

Тело нового юнца
Он приводит без конца.
Каждый раз она клинок
Им вонзает между ног

И смеётся, словно бес
Так что стонет древний лес.
И дрожат во тьме цветы.
И не тронут красоты

Молодой вдовы года,
На метле летит она,
Жертву новую искать,
Только лунный свет опять

Разрывает небеса,
Открывая ей глаза.
Меж деревьев между скал
Я дорогу здесь искал,

Заблудившийся в лесу,
Тяжкий груз я свой несу.
Мне и жизнь-то не мила,
Что один, моя вина

Всей семье моей конец,
А без них я не жилец.
Вот и сгинуть бы в тиши,
Где в округе ни души,

Но, смотрю, в тени она.
Смотрит, будто бы из сна.
Улыбается мне вдруг,
Подаёт воды из рук.

– Знаю я, что ты скорбишь,
Но не стоит так, малыш.
Что разбойники пришли,
В этом нет твоей вины.

Похвалялся ты казной,
Но не знал же, милый мой.
До чего гордыня вдруг
Доведёт тебя, мой друг.

Я испил воды ручья,
Что она преподнесла.
Пусть права она была,
Но меня бы не спасла.

– Знаю, о тебе народ
Говорит который год.
То, что губишь ты людей,
Манишь добротой своей.

Только гибель всем – твой дом
И одна живёшь ты в нём.
– Может, правду говоришь
Но чего же не бежишь?

Через поле, через лес,
Иль в тебя вселился бес?
Рассмеялась вдруг она,
За рукав меня взяла.

Развернула, хохоча
И толкнула у плеча.
Я чуть оземь не упал.
Обернулся и пропал.

Лес пропал, повсюду тьма
И хохочет лишь она.
Протянул ладонь вперёд
И почувствовал проход

Меж холодных жутких стен
Лабиринт, попал я в плен.
Вот и жизнь моя уж вся,
Стал добычей ведьмы я.

Хоть не страшно умирать,
Всё ж приходится дрожать.
Я бреду сквозь мрак и тлен,
Тих спокоен и смирен.

Вдруг средь мёртвой темноты,