Принцесса Лиария и тысяча оттенков леса
Анна Квант

© Анна Квант, 2026

ISBN 978-5-0069-8604-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

предисловие

Есть сказки, которые рассказывают о далеких и волшебных королевствах. Есть сказки, в которых живут драконы, великаны и злые ведьмы. А есть сказки, которые тихо, почти незаметно, ведают о нас самих. Это именно такая история.

В ней есть волшебный, зачарованный лес, который умеет нашептывать и указывать путь. Есть маленькая девочка из цветка, которая многого боится, но все же верит. Есть гномий принц, которому пришлось учиться справляться со своими высокомерными замашками и видеть в себе добро. И есть крылатая кошка, которая все знает, но делает вид, что ей мало что известно. И главное, в сказке есть принцесса Лиария. Она не злая. Не глупая и не капризная. Просто каждый день своей жизни она смотрела на него и делила — на «хорошо» и «плохо», на «правильно» и «неправильно», на «черное» и «белое».

Но мир… он никогда не был настолько двусторонним. Иногда самый пасмурный день может принести уют и тепло семьи. А ошибка может оказаться началом чего-то доброго. Иногда страх становится дверью в смелость. А бывает так, что просто необходимо остановиться… и увидеть то, на что никогда не смотрел, не замечал, не ощущал.

Эта сказка не про то, как стать идеальным и безупречным, правильным и непобедимым. И она не про то, как избежать ошибок. Сказка про то, как научиться замечать, чувствовать и понимать, а иногда и улавливать в неуловимом. Если во время чтения тебе станет тепло, уютно, а еще ты улыбнешься и возможно задумаешься о чем-то важном — значит все не напрасно и наши герои донесли то, что на сегодня важно знать именно тебе.

Добро пожаловать в мир, где нет только черного и белого.

Добро пожаловать в бесконечность оттенков.

вступление

В Айзановых колмагорах обитала юная принцесса. Её родители, монарх и его супруга, проявляли исключительную заботу и нежность. И принцесса, в свою очередь, обожала своих близких. Однако она разделяла всё на категории: плохое и хорошее, добро и зло, чёрное и белое, не признавая никаких промежуточных состояний.

Например, если принцесса пробуждалась с негативным расположением духа, то весь день она характеризовала как скверный, мрачный и неудачный; если же она просыпалась в приподнятом настроении, то весь день она именовала превосходным.

И это при всём том, что в так называемый «плохой» день могло случиться множество

чудесных событий, которые она игнорировала из-за своего мировосприятия, а в так называемый «хороший» день могли возникнуть не самые благоприятные обстоятельства и ситуации, которые она также усердно не замечала.

Глава первая. Цветок, который не согласился быть просто цветком

В тот самый день, который принцесса с самого утра объявила «ужасным», в Айзановых Колмагорах произошло сразу несколько чудес. Но, как вы уже знаете, принцесса решила их не замечать.

— Всё плохо, — сказала она, едва открыв глаза. — Солнце очень яркое. Птицы слишком громкие. И каша у няни сегодня подозрительно добрая.

Няня всплеснула руками.

— Ох, ваше высочество! Как же каша может быть подозрительно доброй?

— Может, — уверенно ответила принцесса. — Если день плохой.

Король в это время уже собирался уехать по неотложным делам, ну а королева немного хитро и игриво улыбнулась.

— Посмотрим, — сказала она слегка прищурившись, словно зная намного больше, чем говорит. — День ещё даже не начался.

Но принцесса была непреклонна.

Она прошла через дворец, игнорируя всё вокруг:

сад, где садовник выращивал светящиеся тюльпаны,

кухню, где папа тайком пытался утащить пирог у кухарки, и кстати был пойман,

и даже странное существо на подоконнике.

А существо было необыкновенное. Его просто невозможно было не заметить, но принцесса смогла. Она так привыкла не замечать чудес, что и сейчас словно нарочно его пропускала.

А существо это напоминало кошку. Только у этой «кошки» были маленькие серебристые, кожистые крылья, длинный пушистый хвост и совершенно чёрные озорные глаза.

Она лениво зевнула.

— Мрр. Опять плохой день?

Принцесса остановилась.

— Ты… сказала?

— Я иногда говорю, — ответило существо. — Когда считаю нужным.

— Как тебя зовут?

— Сегодня? Пусть будет Флирра.

— А вчера?

— Вчера я не разговаривала, — гордо сказала Флирра и свернулась клубком.

Принцесса задумалась. Но всё равно решила, фыркнув:

— Всё равно день плохой.

И она отправилась в королевский сад.

В самом центре сада рос огромный волшебный цветок. Его лепестки были размером почти с зонтик, и он медленно поворачивался вслед за солнцем.

Принцесса любила этот цветок… но сегодня решила не любить.

— Ты слишком… розовый, — сказала она ему.

Цветок вдруг чихнул.

Да-да. Самым настоящим цветочным чихом.

— Апчхи!

Лепестки слегка раскрылись… и изнутри высунулась

маленькая девочка.

Очень маленькая.

Настолько маленькая, что она стояла на лепестке, как на балконе.

— Простите, — сказала девочка тоненьким голоском. — Я нечаянно.

Принцесса моргнула.

— Цветы… не разговаривают.

— А я и не цветок, — объяснила девочка. — Я просто в нём живу.

Флирра, которая незаметно прилетела следом, уселась на ветку.

— Мрр. Теперь день точно станет интересным.

Но принцесса почти ничего не слышала.

Потому что девочка была слишком маленькой.

Она видела только крошечное движение губ.

— Подожди! — сказала заинтересованно принцесса и помчалась во дворец.

Через несколько минут она влетела в лабораторию королевы, где на полках стояли банки с туманами, коробочки с радугой и бутылочки с очень странными подписями, необыкновенными эффектами и невероятно красивым окрасом.

Королева подняла бровь.

— Я слушаю.

— Мне нужно увеличивающее зелье!

— Для чего?

— Для девочки.

— Для какой девочки?

— Которая живёт в цветке!

Королева задумалась и отвернувшись заулыбалась интересу дочери.

— Логично. — тихо прошептала королева.

Она сняла с полки маленький пузырёк.

— Капни одну каплю рядом с ней. Только одну. В прошлый раз, когда твой отец экспериментировал, мы случайно увеличили муравья до размеров кареты.

— И что было?

— Муравей оказался очень вежливым, — сказала королева. — Но сад пришлось восстанавливать три недели.

Принцесса схватила пузырек и побежала обратно в сад.

Кап.

Одна капля упала на лепесток.

Лёгкий серебристый туман закружился…

и девочка стала расти.

Не очень сильно.

Но достаточно, чтобы её можно было видеть и слышать.

Теперь она была размером с ладонь.

— Здравствуйте! — радостно сказала девочка. — Я Люми.

— Ты правда живёшь в цветке?

— Да. Но иногда мне бывает немного одиноко.

Принцесса вдруг почувствовала, что её «ужасный день» начинает вести себя как-то странно.

В нём появились:

— говорящая крылатая кошка,

— девочка из цветка,

— и увеличивающее зелье.

Флирра лениво потянулась.

— Ну что, — сказала она. — Всё ещё плохой день?

Принцесса задумалась.

Очень серьёзно.

— Это… очень странный плохой день.

Люми улыбнулась.

— Иногда странные дни — самые интересные.

Но принцесса пока ещё не была в этом уверена. Она все еще определяла дни и ситуации на две категории, но что-то невидимо изменилось. Словно определение стало непреемлемым.

Глава вторая. Лес, который умел рассказывать

После появления Люми жизнь принцессы стала чуть более…

непредсказуемой.

А непредсказуемость, как известно, часто живёт рядом с чудесами.

Люми устроилась в маленьком домике, который садовник сделал из старой ореховой скорлупы. Флирра иногда спала на крыше домика, иногда на голове у принцессы, а иногда вообще исчезала на полдня, чтобы вернуться с видом великой тайны.

— Где ты была? — спрашивала принцесса.

— Мрр… в местах, где ты ещё не была, — отвечала Флирра.

И однажды Люми тихо сказала:

— Я знаю одно такое место.

— Где? — сразу заинтересовалась принцесса.

— В Зачарованном лесу.

Няня, которая как раз шла мимо, чуть не уронила корзину с бельём.

— Ох! Ах! Никаких лесов! Там же… там же… всё!

— Что «всё»? — спросила принцесса.

— Ну… всё волшебное! — растерялась няня.

Флирра тихо фыркнула.

— Именно поэтому туда и стоит идти.

Зачарованный лес начинался сразу за королевским садом. Но стоило сделать три шага между высокими деревьями — и мир словно становился другим.

Свет там был мягким, будто солнечные лучи проходили через мед.

Листья тихо звенели, как маленькие колокольчики.

А дорожки иногда сами решали, куда им сегодня вести.

— Добро пожаловать, — тихо сказала Люми.

Принцесса смотрела вокруг широко раскрытыми глазами.

Там были:

деревья с прозрачной корой, внутри которых текла светящаяся золотая смола;

грибы выше человека, на которых можно было сидеть, как на стульях;

и маленькие пушистые существа с шестью лапами, которые катались по земле как мячики и смеялись.

— Кто это? — прошептала принцесса.

— Покатушки, — сказала Люми. — Они смеются, когда им щекотно.

Флирра осторожно ткнула одного лапой.

Существо мгновенно свернулось в шар и покатилось, звонко хохоча.

— Хи-хи-хи-хи!

Принцесса тоже засмеялась.

— Кажется, это не плохой лес, — сказала она.

Но Люми покачала головой.

— Лес не бывает ни плохим, ни хорошим. Он просто… живой.

И вдруг из-за корней огромного дерева послышалось ворчание.

— Опять люди!

На тропинку вышел гном.

Он был невысокий, широкоплечий и с бородой, заплетённой в косички. На голове у него был колпак, а на лице — выражение крайнего недовольства всем на свете.

— Это мой лес! — буркнул он. — Я тут хожу!

— А мы тут гуляем, — спокойно сказала Флирра.

— А я ворчу! — гордо заявил гном.

Принцесса нахмурилась.

— Вы очень… вредный.

— Конечно вредный! — сказал гном. — Я гном королевского подгорного двора! Нам положено быть вредными!

Люми тихо прошептала:

— Это Бурчалик.

— И я всё слышу! — буркнул гном.

Он внимательно посмотрел на принцессу.

— А ты, между прочим, принцесса.

— Да.

— Тогда тебе не сюда.

— Почему?

Гном усмехнулся.

— Потому что лес учит тех, кто не любит учиться.

Принцесса фыркнула.

— Я люблю учиться!

— Правда? — сказал гном. — Тогда посмотри.

Он указал на небольшую поляну.

Там стояло дерево. Очень странное.

Одна его половина была покрыта зелёными листьями и

золотыми яблоками.

А другая — сухими ветками и тёмной корой.

— Это дерево двух времён, — сказал Бурчалик.

— Половина мёртвая? — спросила принцесса.

— Нет, — ответил гном. — Половина отдыхает.

Люми улыбнулась.

— Когда дерево сбрасывает листья, оно набирается сил.

Принцесса задумалась.

— Значит… оно не плохое?

— Нет, — сказал гном. — Просто не всегда цветёт.

Флирра лениво потянулась.

— Как некоторые принцессы по утрам.

Принцесса немного смутилась.

Она вдруг вспомнила, как часто объявляла день плохим только потому, что ей так показалось.

Гном посмотрел на неё хитро.

— Лес покажет тебе ещё много таких вещей, если ты не убежишь раньше времени сама.

— И мне? — спросила Люми.

— Тебе тоже.

— А мне? — спросила Флирра.

Гном вздохнул.

— Ты всё равно уже всё знаешь.

Флирра довольно улыбнулась.

Но прежде чем они успели уйти дальше, гном вдруг сказал:

— Кстати… скоро сюда придёт наш принц.

Люми насторожилась.

— Тот самый?

— Тот самый, — буркнул Бурчалик. — Самый избалованный принц во всех Подгорных горах.

Принцесса подняла брови.

— А что он делает в лесу?

Гном вздохнул.

— Его сюда отправили… учиться.

Флирра тихо хихикнула.

— О, это будет очень интересная история.

И она была права.

Потому что впереди принцессу ждали:

принц, который считал себя самым умным на свете,

гномы, которые терпеть не могли капризы,

и лес, который умел исправлять характеры лучше любых королей.

И дальше нам расскроется история об их совместном путешествии к самим себе.

Глава третья. Вечерняя традиция

После прогулки по зачарованному лесу, принцесса как обычно ждала своего отца, который расскажет ей новую, интересную историю. Теперь каждый вечер, когда солнце пряталось ха холмы Айзановых колмагор, и небо становилось мягким, как персиковый, бархатный свет, в ее комнату тихо приходил отец и рассказывал новую историю. Может из своей жизни, а может просто придуманную. Но это не имело значения для принцессы. Она любила эту традицию и мудрые слова короля. Днем он был строг, но справедлив. Много важных решений было на его плечах. Но вечером… он становился просто папой. Иногда он приносил с собой запах кухни — потому что перед этим «совершенно случайно» помагал повару и пробовал все подряд. А бывало, что в в его волосах застревал лист, потому что он «чуть — чуть» поспорил с садовником. Но случалось и так, что приходил он очень серьезный, сосредоточенный и задумчивый. В этот момент принцесса сразу понимала — сейчас будет что — то очень важное.

В этот раз как и в предыдущие король зашел тихо, принцесса даже не услышала и все еще витала в мыслях о лесе, который был очень необычным. Она слегка вздрогнула, когда отец подошел и тронул ее за локоть.

— Я пришел в назначенное время, моя повелительница. -Король в реверансе и с улыбкой на лице застыл перед принцессой.

— Батюшка, да будет вам поясничать. Засмущалась принцесса.

— Ну что ты, родная, нисколько. Это ведь где видано, чтобы приучить самого короля к ежедневной, вечерней традиции. Настолько привык, что заснуть не смогу без еще одного рассказа.

Принцесса Лиария звонко засмеялась и крепко обняла своего отца.

— Что за интересную историю ты приготовил сегодня? — спросила Лиария.

— А сегодня мы немного поговорим о чудесах. О тех, которые заставляют наше сердце биться чаще. И эти чудеса не про волшебную палочку, хотя и она тоже прекрасна. Эти чудеса про то как каждый день нужно проживать не спеша. Ощущать вкус дня и его краски. И вот мой вопрос тебе: сегодня история настоящая или выдуманная?

— Настоящая, мой дорогой папа, но чтобы звучала как сказка. И я почти готова. — сказала принцесса Лиария и взмахнула вверх одеяло, чтобы удобно устроиться в кровати. Отец тем временем уютно устроился в кресле, отхлебнул заваренный травяной чай с умиротворяющим запахом трав.

— Начнем…

— Жил — был один человек — начал он. — И он все время спешил.

Утром он спешил проснуться. Днем — закончить дела. а вечером — быстрее отдохнуть.

— Разве можно спешить отдохнуть? — улыбнулась Лиария.

— Можно, если в мыслях у тебя еще много разных дел, которые необходимо сделать. — серьезно ответил отец.

Он всегда говорил: «Вот сделаю все — и тогда буду жить спокойно и никуда не спешит». Но дел становилось все больше, а отдых был только в отдаленном, воображаемом будущем, которое неизвестно когда наступит и наступит ли вообще.

Однажды он шел по дороге. Как обычно быстро. Он почти бежал и смотрел себе под ноги, не замечая ничего вокруг и погрузившись в мысли о том, что еще надо сделать, чтобы вместить в этот день максимум дел. В какой — то момент он поднял голову и увидел старика, который сидел у дороги и смотрел на небо, на проходящих людей, на деревья. Он мял в руках кусок глины и улыбался чему — то своему. Вокруг него стояли глиняные горшки, но старик словно не был их хозяином. Он не зазывал народ, но зато всегда говорил приятные слова прохожим и заинтересовавшимся его посудой. Этот человек не делал ничего, но его товар покупали даже тогда, когда он просто сидел и разминал глину в руках. К нему подходили, ссыпали монеты в руки и благодарили. Это было чудом для вечно спешащего и ничего не замечающего человека.

— Чего ты сидишь? Почему не прилагаешь больше усилий для лучшей торговли?

— Усилия в любом деле лишь забирают силы. Все происходит само. Жизнь живет себя сама, а мы должны ей любоваться. — сказал старик, улыбаясь своими ярко-голубыми глазами.

— И чем же ты любуешься?

— Всем. Природой, погодой, моментом, людьми и их разговорами. Во всем есть красота. И это жизнь.

Человек усмехнулся и хотел пройти дальше, но остановился и спросил:

— И что же тебе это дает?

Старик внимательно посмотрел на него и совершенно спокойно сказал:

— Жизнь во всем её многообразии.

Человек ничего не ответил и пошел дальше. Быстро. Как всегда. Но на следующий день он снова прошел мимо этого места. И снова увидел старика. И снова тот ничего не делал, а просто сидел и наблюдал за всем происходящим с улыбкой на лице.

— Ты опять ничего не делаешь? — спросил вечно спешащий человек.

— Я опять живу, — ответил старик.

Человек фыркнул, но в этот раз пошел медленнее.

На третий день он снова пришел. Остановился. Постоял. И вдруг… сел рядом.

— Покажи, — сказал он. — Где она, эта жизнь?

Старик улыбнулся.

— Смотри.

Они сидели молча. Сначало человек ничего не понимал. Потом почувствовал ветер, освежающий после изматывающей жары. Услышал пение птиц. Разговоры между людьми, где кто — то немного спорит, а некоторые даже ворчат, другие мило хихикают. И в этот момент увидел полноту. Полноту жизни. В груди защемило и затрепетало, словно только — только сделал первый глоток воздуха.

— Странно…

— Что? — спросил старик.

— Я никуда не спешу… а день все равно продолжается.

Старик кивнул.

— Он всегда идет. С тобой или без тебя.

Человек задумался.

— А я все время боялся не успеть.

Старик посмотрел на него мягко.

— Ты боялся не успеть жить.

С того дня человек не перестал делать свои дела. Но он перестал бежать через свою жизнь. Он научился останавливаться в повседневности забот и просто быть, ощущать целостность этого мира, красоту жизни. Он понял главное: самые важные вещи происходят не тогда, когда ты спешишь… а когда ты замечаешь.

Король замолчал.

Лиария лежала, укрывшись одеялом, и смотрела на отца.

— Это настоящая история? — спросила она.

Он улыбнулся.

— А как ты думаешь?

Принцесса немного подумала, а потом сказала:

— Думаю… да.

Отец кивнул.

— Тогда запомни.

Он мягко поправил ей одеяло.

— Чудеса жизни не громкие. Они не кричат о себе. Они тихо ждут, пока их заметят, но они всегда есть. Главное — увидеть.

Лиария закрыла глаза и прошептала:

— Я буду видеть и замечать.

Король улыбнулся, поцеловал её в лоб и тихо вышел.

А за окном шелестел вечерний ветер. И казалось, что даже он… рассказывает свою маленькую историю.

Глава четвертая. Принц, который был уверен, что он всегда прав

На следующий день лес выглядел совсем иначе.

Вчера он был тихим и мягким, как тёплое одеяло.

Сегодня он казался немного… настороженным. Словно ожидал вступить в перепалку, если чего — то будет непонятно гостям.

Листья шептались.

Покатушки катались медленнее обычного.

А Флирра, сидевшая на ветке, сказала:

— Мрр… сегодня кто-то идёт сюда с очень громким характером.

— У характера бывает громкость? — удивилась Люми.

— Ещё какая, — ответила Флирра. — Иногда она слышна за три холма.

И в этот момент из глубины леса послышался голос:

— Я сказал нет!

Через минуту на поляну вышел мальчик в дорогом плаще. За ним шёл тот самый гном Бурчалик и ещё два гнома, которые выглядели так, будто уже пожалели обо всём на свете.

Мальчик огляделся с явным недовольством.

— Это что, и есть ваш знаменитый лес?

Бурчалик сложил руки на груди.

— Да.

— Он странный.

— Это комплимент.

— И вообще, — продолжил мальчик, — я не понимаю, зачем меня сюда отправили.

Принцесса шагнула вперёд.

— Потому что ты, наверное, очень вредный.

Мальчик прищурился.

— Я принц.

— Я тоже, — спокойно ответила она. — Но это не мешает быть вредным.

Гномы тихо засмеялись.

— Это принц Горнель из Подгорного царства, — сказал Бурчалик.

Горнель поднял подбородок.

— И я не собираюсь слушать лес, гномов и… — он посмотрел на Люми — цветочных людей.

— Я из цветка, — сказала Люми, надув губки на доли секунды.

— Тем более.

Флирра лениво спрыгнула на землю.

— Мрр. Какой интересный экземпляр.

— Ты кошка? — спросил Горнель.

— Иногда.

— Почему у тебя крылья?

— Потому что мне так удобнее.

Горнель фыркнул.

— Всё здесь нелепо.

В этот момент из кустов выползло существо, похожее на длинную пушистую ленту с четырьмя глазами.

Оно внимательно посмотрело на принца… и вдруг стало точно таким же недовольным.

— Это кто? — спросил Горнель.

— Отражун, — сказал Бурчалик. — Он показывает людям их настроение.

Отражун нахмурился ещё сильнее.

— Он выглядит ужасно, — сказал принц.

— Потому что ты сейчас выглядишь так же, — спокойно сказала принцесса.

Горнель возмутился.

— Я всегда выгляжу достойно!

Отражун тут же задрал нос и стал выглядеть надменно.

Флирра тихо захихикала.

— Мрр. Очень точная копия.

Принц покраснел.

— Это глупый лес!

— Нет, — сказал Бурчалик. — Это честный лес.

Принц отвернулся от всех и сжал кулаки, показывая всем свое недовольство. Никто не обратил на это внимания и пошли дальше по тропинке. Горнель обернулся и тоже зашагал, поняв, что никому нет дела до его капризов.

Вскоре перед ними появилась река. Но не обычная.

Её вода текла вверх, вниз и иногда в сторону, как будто сама выбирала дорогу.

— Это Река Размышлений, — сказала Люми.

— Она течёт куда хочет? — спросила принцесса.

— Да.

Горнель снова фыркнул.

— Невозможно. Вода должна течь вниз.

Река вдруг булькнула…

и небольшая струйка потекла вверх.

Флирра улыбнулась.

— Она любит спорщиков.

Принц нахмурился.

— Это бессмыслица.

— Нет, — сказала Люми. — Просто мир не всегда такой, каким ты его представляешь.

Горнель ничего не ответил.

Но его шаг стал чуть медленнее.

Они дошли до большой поляны.

В центре росло огромное дерево с ветвями, похожими на лестницы.

На одной ветке сидело существо, похожее на сову… только у него было три пары крыльев.

— Это Старый Наблюдатель, — тихо сказал Бурчалик.

Существо медленно открыло глаза.

— Ааа… новые ученики.

— Я не ученик! — сразу сказал Горнель.

Сова наклонила голову.

— Именно так обычно говорят ученики.

Гномы снова тихо засмеялись.

Наблюдатель посмотрел на принцессу.

— Ты видишь мир в двух цветах. И даже сейчас оцениваешь все происходящее как «хорошо» и как «плохо».

Она удивилась.

— Откуда вы знаете?

— Лес слышит мысли.

Потом он посмотрел на Горнеля.

— А ты считаешь, что всегда прав.

Принц молчал.

Сова мягко расправила крылья.

— Это два очень тяжёлых способа жить.

— Почему? — спросила принцесса.

— Потому что мир гораздо шире.

В этот момент на поляну тихо упала жёлтая листва.

Она кружилась в воздухе, хотя вокруг было лето.

— Иногда дерево сбрасывает листья, — продолжил Наблюдатель, — чтобы вырасти сильнее.

Принцесса вспомнила дерево двух времён.

Горнель посмотрел на листья и тихо спросил:

— Значит… не всё, что выглядит плохо… плохо?

Сова улыбнулась.

— Именно.

Флирра тихо сказала:

— Мрр… первый треск в короне упрямства.

Принц сделал вид, что не слышит.

Но где-то глубоко внутри у него появилась маленькая мысль.

Очень тихая.

И очень новая.

Но лес ещё только начинал свои уроки.

Впереди их ждали:

существа, которые собирают потерянные чувства,

ночь, когда деревья рассказывают истории,

и испытание, после которого даже вредный принц может стать другим.

Потому что иногда путь к мудрости начинается с одного

простого вопроса:

«А вдруг я ошибаюсь?»