Розовые башмачки Машеньки
Светлана Александровна Гончарова

© Светлана Александровна Гончарова, 2026

ISBN 978-5-0070-1431-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Загадочное утро

В маленьком городе, где дома были разноцветными, как кубики, а улицы напоминали запутанные ленточки, жила-была девочка по имени Машенька.

Это утро было особенным. Машеньке исполнялось семь лет, возраст серьезный и почти взрослый. Она проснулась не от треска будильника и даже не от маминого «Пора вставать!». Её разбудило само солнце. Оно заглянуло в окошко, перепрыгнуло через подоконник и золотым лучиком весело пощекотало Машу за нос.

— Апчхи! — громко чихнула именинница и подскочила на кровати.

За дверью, на кухне было шумно: там что-то шипело, булькало и шкварчало. А пахло так, что живот Машеньки тут же отозвался урчанием. Она быстро нырнула в тапочки в виде зайчиков и пошлёпала на кухню.

Но на пороге, как стражник в сказочном замке, появилась мама.

— Стой, разбойница! — строго, но с озорными искорками в глазах скомандовала она. — Именинницам раньше времени на кухню вход воспрещен!

— Мамочка, ну я только одним глазком посмотрю! — Маша запрыгала на месте, пытаясь заглянуть за мамину спину.

— Ни одним, ни даже половинкой глазика, — засмеялась мама, мягко разворачивая дочку обратно. — Сначала умыться, причесаться и нарядиться. И только тогда…

— И тогда? — Маша замерла, задержав дыхание.

— И тогда ты увидишь, что тебя ждет, — загадочно прошептала мама и, подмигнув развернулась и пошла в кухню.

Маша никогда в жизни не умывалась так быстро! В спешке она намочила пол и даже полотенце, чуть не забыла почистить зубы (но вовремя спохватилась и вернулась, ведь она теперь совсем взрослая!), зато платье надела самое лучшее: нарядное, розовое, в крупный белый горошек.

Когда она, сияя от чистоты, выбежала в коридор, то замерла. На стуле, которого вчера здесь точно не было, стояла коробочка. Она была перевязана ослепительно-белой атласной лентой, а сверху красовался пышный бант, похожий на лёгкое облако.

— Ой! — только и смогла выдохнуть Маша.

— Ой-ой! — словно эхом отозвался плюшевый мишка, которого она всё ещё крепко прижимала к себе.

Маша осторожно кончиками пальцев потянула за край ленты. Бант распустился легко, словно сам собой. Крышка приоткрылась с тихим, предвкушающим «ш-ш-ш…».

И в тот же миг комната преобразилась. Она стала похожа на весенний сад в лучах зари, потому что из коробки выпорхнул мягкий розовый свет. Там, на белоснежной ватной подушечке, стояли туфельки. Розовые. Совсем не такие, как в обычных магазинах. Они напоминали нежные лепестки пиона: мягкие, атласные, с едва уловимым перламутровым блеском. А на каждом носочке сверкала крошечная хрустальная бусинка, точь-в-точь как застывшая капля росы.

— Это… мне? — прошептала Маша, хотя понимала: такие сказочные башмачки не подойдут больше никому в доме.

— Тебе, — донёсся мамин голос из-за кухонной двери. — Носи с удовольствием, именинница!

Маша прижала коробку к груди, чувствуя, как сердце колотится от счастья.

— Спасибо, мамочка!

— Но помни, — голос мамы стал тише и загадочнее, — у этих башмачков есть одна тайна.

Маша широко вытаращила глаза:

— Какая?

— Узнаешь сама. Только не спеши. Тайны любят приходить к тем, кто встречает их с добрым сердцем.

Глава 2. Первый шаг и первый звон

Маша надела башмачки прямо в комнате. Они оказались удивительно удобными, мягкими и невесомыми, будто она ступала не по твёрдому полу, а по пушистой перине. Маша подошла к зеркалу и покрутилась. Туфельки блеснули хрустальными бусинками.

— Ты выглядишь как принцесса! — сказала сама себе Маша и тут же рассмеялась.

После маминого вкусного завтрака, целой горы блинчиков с малиновым вареньем и огромного стакана какао, Маша спросила:

— Мама, можно я пойду гулять? Я покажу Кате свои новые башмачки.

— Можно, — разрешила мама. — Только возвращайся к обеду.

Маша выскочила на крыльцо. Солнце стояло высоко. Воробьи купались в луже после вчерашнего дождя. А на скамейке у подъезда её уже ждала подружка Катя.

— А вот и я! — крикнула Маша, сбегая по ступенькам.

Катя подняла голову и… застыла с открытым ртом.

— Ого… — протянула она. — Что это у тебя на ногах?

— Башмачки, — гордо сказала Маша.

— Вижу, что башмачки, — Катя прищурилась. — Они что, светятся?

— Немножко, — согласилась Маша. — Это мне мама на день рождения подарила.

Катя встала и подошла поближе. Ей очень хотелось сказать что-нибудь такое колкое, как она иногда делала, но башмачки были настолько красивыми, что язык не поворачивался.

— Пойдём скорее гулять, — только и сказала Катя. — Покажем их всем.

Девочки взялись за руки и зашагали через двор в сторону старого парка. Дорожка была выложена серыми, выцветшими на солнце плитками, местами потрескавшимися от времени. Маша шла довольная и смотрела по сторонам.

И вдруг…

Ти-линь!

Совсем тихий, но удивительно чистый и прозрачный звук, словно где-то высоко в небе зазвенел крошечный серебряный колокольчик.

— Слышала? Что это было? — Катя остановилась и завертела головой.

— Не знаю, — удивилась Маша. — Наверное, птица какая-то…

Она сделала ещё шаг.

Ти-линь-линь!

Теперь звон был чуть громче и настойчивее. Маша опустила взгляд на свои ноги и ахнула. Розовые башмачки мягко пульсировали светом, а хрустальные бусинки на носиках сияли так ярко, что на серых плитках плясали солнечные зайчики.

И тут она увидела. Прямо перед её правой туфелькой, в глубокой трещине между плитами, лежал крошечный цветок. Кто-то наступил на него по неосторожности. Тонкий стебелёк согнулся почти пополам, а нежные лепестки потемнели и приникли к пыльной земле. Цветок казался совсем безжизненным в этом огромном, равнодушном городе.