Александр Жучков
Вселенная Элеонора. Книга первая. Песнь Восьми Сердец.

Глава 1

Есть тишина, которую почти не замечаешь.

Она приходит ночью, когда весь мир засыпает.

Есть тишина зимнего утра, когда снег укрывает землю мягким белым покрывалом.

А есть другая.

Такая тишина появляется всего один раз.

После неё мир уже никогда не становится прежним.

Именно с такой тишины всё началось.

Солнце только поднималось из-за далёких холмов. Его первые лучи медленно скользили по золотистым полям, деревянным крышам и прозрачной реке, которая лениво огибала маленькую деревню Лесные Ключи. Казалось, впереди был самый обычный летний день.

Но природа словно перестала дышать.

Не было слышно ни одной птицы.

Ни одного щебета.

Ни одной трели.

Будто тысячи маленьких певцов одновременно исчезли.

Шестнадцатилетний Алекс проснулся раньше обычного.

Он открыл глаза и несколько секунд лежал неподвижно.

Что-то было не так.

Очень не так.

Он не мог понять, что именно.

Потом сел на кровати.

И только тогда заметил.

Тишина.

Настолько глубокая, что он слышал собственное дыхание.

Из соседней комнаты доносилось тихое потрескивание печи.

Где-то за стеной скрипнула старая половица.

Но ни одной птицы.

Алекс быстро встал, подошёл к окну и распахнул ставни.

Свежий утренний воздух ворвался в комнату.

Пахло росой, молодой травой и хлебом, который уже выпекала деревенская пекарня.

Всё выглядело привычно.

По дороге медленно ехала телега с сеном.

Возле колодца разговаривали женщины.

Старый мельник открывал ворота.

Кузнец уже разжигал горн.

Жизнь продолжалась.

Но что-то в ней исчезло.

— Странно... — прошептал Алекс.

Он вырос в этой деревне и знал каждое дерево, каждую тропинку и каждый звук.

По утрам его всегда будили птицы.

Дед говорил:

— Если однажды проснёшься и не услышишь их песен — внимательно смотри вокруг. Иногда природа замечает беду раньше людей.

Тогда Алекс только смеялся.

Теперь ему было совсем не до смеха.

Он быстро оделся.

Накинул лёгкий плащ.

Застегнул старую сумку через плечо.

Эта сумка досталась ему от отца.

Отец часто уходил в лес за редкими травами и всегда возвращался с интересными историями. Он рассказывал о необычных деревьях, о животных, которых никто больше не видел, о забытых тропах.

Прошло уже несколько лет с тех пор, как его не стало.

Но Алекс всё ещё иногда ловил себя на мысли, что хочет рассказать ему о каждом новом открытии.

Он осторожно коснулся потёртого ремня сумки.

— Сегодня бы ты тоже удивился, — тихо сказал он.

Во дворе его уже ждал Рок.

Большой чёрно-белый пёс поднял голову.

Обычно он бросался навстречу хозяину, радостно лаял и требовал прогулки.

Сегодня всё было иначе.

Он сидел неподвижно.

Смотрел в сторону леса.

И даже не махал хвостом.

— Что случилось?

Пёс тихо заскулил.

Такого Алекс не видел никогда.

Он присел рядом.

Погладил густую шерсть.

Рок дрожал.

Совсем немного.

Но дрожал.

— Ты тоже это чувствуешь?

Пёс посмотрел ему прямо в глаза.

Иногда Алексу казалось, что Рок понимает каждое человеческое слово.

В этот момент именно так и было.

Из дома вышла соседка — добрая женщина по имени Марта.

В руках она держала корзину ещё горячего хлеба.

— Доброе утро, Алекс.

— Доброе...

Она остановилась.

Посмотрела вверх.

Потом нахмурилась.

— Ты заметил?

— Птицы?

Женщина молча кивнула.

— Никогда такого не было.

К колодцу начали подходить другие жители.

Через несколько минут там уже собралась почти половина деревни.

— Может, перед бурей? — предположил кузнец.

— Небо чистое, — ответил мельник.

— Тогда перед землетрясением?

— Земля спокойная.

— Может, хищники появились?

Старик Ивар, самый пожилой житель деревни, медленно поднялся со скамейки.

Все сразу замолчали.

Он редко говорил.

Но если говорил — его слушали.

— Я видел такую тишину один раз.

Кто-то осторожно спросил:

— Когда?

Старик долго смотрел на далёкий лес.

— Очень давно.

— И что случилось потом?

Его лицо стало серьёзным.

— Лучше бы вам этого никогда не узнать.

По спине Алекса пробежал холодок.

В этот момент ветер неожиданно исчез.

Совсем.

Листья на деревьях замерли.

Даже дым из труб перестал качаться.

Казалось, время остановилось.

И вдруг...

Земля едва заметно вздрогнула.

Не сильно.

Настолько слабо, что многие даже не обратили внимания.

Но деревянное ведро возле колодца качнулось.

По воде побежали ровные круги.

Рок тихо зарычал.

Старик Ивар медленно снял шапку.

— Началось...

Никто не понял, что он имел в виду.

Но тревога уже поселилась в сердцах людей.

Алекс больше не мог стоять на месте.

Его словно кто-то незаметно звал.

Не голосом.

Не словами.

А каким-то странным чувством.

Он посмотрел на тёмную стену леса.

Ему показалось, что между деревьями на мгновение вспыхнул золотистый огонёк.

Потом исчез.

— Рок...

Пёс уже стоял возле лесной тропинки.

Он ждал.

Будто заранее знал, куда им нужно идти.

Алекс глубоко вдохнул.

Он ещё не понимал, почему сердце бьётся всё быстрее.

Не понимал, почему старый лес вдруг стал казаться совсем другим.

Но одно чувство становилось всё сильнее.

Сегодня его жизнь изменится.

Навсегда.

Лес начинался сразу за последними домами деревни.

Алекс хорошо знал каждую тропинку. В детстве он проводил здесь почти всё свободное время. Вместе с отцом собирал лечебные травы, искал редкие грибы, наблюдал за белками и часами сидел у ручья, слушая шум воды.

Лес всегда казался ему живым.

Каждое дерево было словно старым знакомым.

Каждая поляна хранила воспоминания.

Но сегодня всё изменилось.

Стоило сделать первый шаг под густые кроны, как солнечный свет стал тусклее. Воздух сделался прохладнее, а запах хвои смешался с едва уловимым ароматом влажной земли.

Рок остановился.

Пёс поднял голову и начал принюхиваться.

Его уши насторожились.

— Что ты почувствовал?

Рок не двинулся с места.

Он смотрел только вперёд.

Туда, где между высокими соснами скрывалась старая лесная дорога.

Алекс сглотнул.

Ему стало немного не по себе.

Не потому, что он боялся леса.

Нет.

Он любил это место.

Но сегодня казалось, будто сам лес внимательно наблюдает за каждым его шагом.

Ветки не качались.

Трава не шевелилась.

Даже насекомые словно исчезли.

Вокруг стояла такая тишина, что Алекс слышал собственные шаги по мягкому мху.

Неожиданно память сама вернула один далёкий вечер.

Ему тогда было лет девять.

Они сидели с дедушкой возле костра.

Огонь тихо потрескивал, а над головой сияли тысячи звёзд.

— Дедушка, — спросил тогда Алекс, — лес может разговаривать?

Старик улыбнулся.

— Может.

— Но я никогда не слышал.

— Потому что ты пока слушаешь ушами.

— А чем нужно слушать?

Дед положил ладонь мальчику на грудь.

— Сердцем.

Алекс рассмеялся.

— Сердце же не умеет слушать.

— Когда-нибудь поймёшь.

Тогда эти слова показались ему странными.

Теперь он вспоминал их с какой-то необъяснимой тревогой.

Тропа вывела к небольшому ручью.

Обычно вода весело журчала между камнями.

Сегодня ручей тоже молчал.

Вода текла почти бесшумно.

Алекс присел на корточки и коснулся ладонью холодной поверхности.

По воде медленно разошлись круги.

И вдруг...

В отражении что-то мелькнуло.

Он резко поднял голову.

Никого.

Только деревья.

— Наверное, показалось...

Но внутри появилось странное чувство.

Будто кто-то только что стоял совсем рядом.

Рок неожиданно громко залаял.

Алекс быстро обернулся.

За густыми кустами что-то промелькнуло.

Слишком быстро.

Тень.

Или зверь.

Или...

Нет.

Он не успел рассмотреть.

Снова наступила тишина.

— Кто здесь?

Ответа не было.

Только далёкий треск сухой ветки.

Алекс медленно сделал несколько шагов вперёд.

Сердце стучало всё сильнее.

Он сам не понимал почему.

Ведь раньше он никогда не боялся этого леса.

Вдруг Рок бросился вперёд.

Через несколько секунд из-за деревьев донёсся радостный лай.

Алекс поспешил следом.

За поворотом тропинки показалась большая солнечная поляна.

Посреди неё возвышался древний дуб.

Он был настолько огромным, что четыре взрослых человека не смогли бы обхватить его ствол.

Толстые ветви раскинулись высоко над землёй, словно защищая всё вокруг.

Алекс остановился.

Он приходил сюда десятки раз.

Но никогда не чувствовал такого уважения перед этим деревом.

Сегодня дуб казался ещё выше.

Ещё старше.

Будто сам лес склонялся перед ним.

У основания ствола лежали гладкие камни.

Кто-то давно выложил их широким кругом.

Дед рассказывал, что когда-то здесь собирались люди со всей округи.

Они приходили не просить богатства.

Не искать славы.

А просто благодарили лес за жизнь.

Со временем эта традиция исчезла.

Люди стали приходить сюда всё реже.

Потом перестали совсем.

Алекс медленно подошёл к дубу.

Он осторожно прикоснулся к шершавой коре.

Она была удивительно тёплой.

Будто дерево жило собственной жизнью.

В этот момент лёгкий ветер наконец коснулся верхушек деревьев.

Листья тихо зашелестели.

Это был первый звук природы за всё утро.

Алекс улыбнулся.

— Значит, всё не так плохо...

Но улыбка исчезла почти сразу.

Из глубины леса донёсся звук.

Тихий.

Чистый.

Очень необычный.

Словно где-то далеко прозвенел маленький хрустальный колокольчик.

Дзинь...

Алекс замер.

Через несколько секунд звук повторился.

На этот раз ближе.

Дзинь...

Рок перестал лаять.

Он насторожился.

Его взгляд был прикован к другой стороне дуба.

Туда, куда не проникали солнечные лучи.

Алекс сделал шаг.

Потом ещё один.

Он медленно обошёл огромное дерево.

И остановился.

По ту сторону ствола стоял человек.

Высокий старик в длинном тёмно-синем плаще спокойно опирался на деревянный посох. Его серебристые волосы мягко спадали на плечи, а лицо было спокойным, словно он ждал этой встречи долгие годы.

Незнакомец смотрел прямо на Алекса.

И в его глазах не было ни удивления, ни страха.

Только тихая, почти печальная улыбка.

— Здравствуй, Алекс, — произнёс он.

Юноша почувствовал, как сердце на мгновение остановилось.

Он был готов поклясться.

Они никогда раньше не встречались.

Алекс застыл.

Незнакомец произнёс его имя так спокойно, словно они встречались каждую неделю.

Но этого не могло быть.

Он бы обязательно запомнил такого человека.

Высокий.

С прямой спиной.

В длинном тёмно-синем плаще, расшитом серебристыми узорами.

Седые волосы почти касались плеч, а длинная борода была аккуратно заплетена тонкой кожаной лентой. В правой руке он держал старый деревянный посох. Древесина была тёмной, словно отполированной временем, а наверху переплетались резные ветви, образуя круг.

Но сильнее всего запоминались глаза.

Янтарные.

Тёплые.

И одновременно очень печальные.

Такие глаза бывают у людей, которые видели слишком многое.

Алекс первым нарушил молчание.

— Вы... знаете меня?

Незнакомец слегка улыбнулся.

— Знаю.

— Но мы никогда не встречались.

— Для тебя — нет.

Ответ оказался ещё загадочнее.

Алекс нахмурился.

— Простите, но я ничего не понимаю.

— Это нормально, — спокойно ответил старик. — Если бы ты понимал всё сейчас, значит, мне незачем было бы приходить.

Рок подошёл к незнакомцу.

Алекс уже хотел позвать пса обратно.

Но произошло неожиданное.

Рок не зарычал.

Не насторожился.

Он спокойно сел возле старика и тихо завилял хвостом.

— Видишь? — сказал незнакомец. — Животные чувствуют сердце быстрее людей.

Он наклонился и погладил пса.

Рок довольно прикрыл глаза.

— Кто вы? — снова спросил Алекс.

— Меня зовут Эллар.

— Вы живёте в нашей деревне?

— Нет.

— Тогда откуда вы пришли?

Эллар посмотрел вверх.

Солнечный луч пробился между ветвями и осветил древний дуб.

— Из очень далёкого прошлого.

Алекс невольно усмехнулся.

— Это шутка?

— Хотел бы я, чтобы так было.

Эллар сделал несколько шагов к огромному дереву.

Он медленно провёл ладонью по старой коре.

В ту же секунду воздух изменился.

Словно кто-то вдохнул в лес новую жизнь.

По стволу дуба пробежало золотистое сияние.

Оно становилось всё ярче.

Алекс отступил назад.

— Что происходит?

Эллар не ответил.

Свет продолжал подниматься вверх, повторяя каждую глубокую трещину в коре.

Через несколько мгновений на стволе начали проступать необычные знаки.

Один.

Второй.

Третий.

Они были похожи на сердца, внутри которых переплетались тонкие светящиеся линии.

Вскоре их стало восемь.

Алекс не мог отвести взгляд.

Семь символов сияли ярким золотым светом.

Восьмой едва мерцал.

Будто маленькая свеча перед тем, как погаснуть.

— Что это? — прошептал он.

Эллар долго молчал.

Потом тихо сказал:

— Восемь Сердец Мира.

— Они настоящие?

— Более настоящие, чем всё, что ты видишь вокруг.

— Я никогда о них не слышал.

— Потому что люди забыли.

— Что забыли?

Эллар посмотрел на деревню, скрывавшуюся за лесом.

— Самое важное.

Алекс подошёл ближе.

Ему хотелось коснуться одного из светящихся знаков, но он не решался.

— Почему одно сердце почти погасло?

Эллар тяжело вздохнул.

— Потому что мир меняется.

— Из-за чего?

— Из-за людей.

Алекс удивлённо поднял голову.

— Но мы ничего не сделали.

— Каждый человек делает выбор каждый день. Иногда этот выбор настолько мал, что кажется незаметным. Но именно из тысяч таких маленьких решений складывается судьба целого мира.

Эти слова звучали странно.

И всё же Алекс чувствовал, что старик говорит правду.

В этот момент по лесу пронёсся холодный ветер.

Первый за всё утро.

Ветки дуба тихо заскрипели.

И вдруг сверху медленно закружился лист.

Он опустился прямо к ногам Алекса.

Юноша поднял его.

Лист был совершенно чёрным.

Не тёмно-зелёным.

Не засохшим.

Не обгоревшим.

Он был чёрным, словно ночь.

Эллар резко побледнел.

— Нет...

— Что случилось?

Старик осторожно взял лист в руки.

Его пальцы едва заметно дрожали.

— За всю мою жизнь древний дуб ни разу не сбрасывал чёрных листьев.

Алекс почувствовал, как сердце забилось быстрее.

— Что это значит?

Эллар медленно поднял голову.

— Значит, времени осталось меньше, чем я думал.

Внезапно где-то далеко, за горизонтом, прогремел глухой удар.

Небо вспыхнуло золотой молнией.

Но облаков по-прежнему не было.

Земля снова дрогнула.

На этот раз сильнее.

Рок вскочил и громко залаял.

Из чащи леса взлетела большая чёрная птица.

Она сделала широкий круг над дубом.

Её глаза на мгновение вспыхнули красным светом.

Птица громко каркнула и исчезла за вершинами сосен.

Эллар смотрел ей вслед.

— Нас нашли...

— Кто?

Старик ответил не сразу.

Он крепче сжал посох.

— Те, кто очень давно мечтает, чтобы последнее Сердце погасло.

По спине Алекса пробежал холод.

Он ещё не понимал, что происходит.

Но одно уже стало очевидным.

Обычная жизнь закончилась.

И пути назад больше не было.