Александр Грохт
Тапок

Глава 1. Цена ошибки

Из лифта, соединяющего блоки тюрьмы, торопливо выбрался невысокий сутулый человек в мятой робе с расстегнутым вoротом, и, не оглядываясь, ринулся к посту охраны, за стеклянной перегородкой которого маячили две фигуры в форме. Охранник захлопнул пасть и отвернулся, сделав вид, что не заметил, как заключённый пронёсся мимо турникета без досмотра. Его напарник с хрустом распечатал новую упаковку чипсов и потянулся за банкой энергетика – упаковка стояла у него под ногами, прямо на потёртом линолеуме.

Тем временем поздний посетитель стремительно преодолел контрольный пост, впрыгнул во второй, внутренний лифт и вознёсся – или, точнее, опустился, поскрипывая тросами, – на один из глубинных уровней тюремного комплекса, куда обычным заключённым доступ был закрыт. В широком служебном коридоре царил полумрак, редкие плафоны дежурного освещения тускло отражались в полированном металле дверных ручек и в облицовке стен; сутулый человек прошёл в самый конец коридора и дёрнул на себя тяжёлую металлическую дверь, лишённую каких-либо табличек, номеров блоков или маркировок. В глаза ему ударил яркий белый свет настольной лампы.

Покачиваясь во вращающемся кресле, за широким казённым столом сидел довольно молодой мужчина в тёмном плаще. Несмотря на то, что плащ был застёгнут под самое горло, острый взгляд вошедшего сумел различить краешек воротника тёмно-синего кителя, украшенный золотистой петлицей – под гражданской одеждой скрывался форменный мундир ВКС, а мужик был полковником. Сложить два и два было не сложноперед Робом–Девять–Звезд сидел никто иной, как сам Авель Сальвадоре, «папа» семьи Сальвадоре.

– Здравствуйте, Роб. Присаживайтесь, прошу вас, – произнёс сидящий, и в голосе его прозвучала неприкрытая насмешка.

Роб-Девять-звёзд опустился в жёсткое казённое кресло, придвинутое к столу, и принялся рыться в карманах робы. Человек в мундире смотрел на него с ленивым презрением, откинувшись на спинку своего кресла. Роб вытащил небольшой мятый пакетик, сделанный из непрозрачного пластика, извлёк из него пару круглых розовых пилюль, сунул их под язык и, прикрыв глаза, ожидал облегчения.

– Эта дрянь погубит вас, Эрик. Впрочем, сейчас это не имеет никакого значения, – человек за столом чуть подался вперёд. – Вы понимаете, почему я вызвал вас сюда лично, в такой час, минуя все рапорты и все инстанции?

Роб помотал головой и облизнул губы – пилюли стремительно рассасывались, принося ему хоть какое-то спокойствие. Сейчас его мало волновали слова человека за столом, но что-то в его тоне заставляло внутренности сжиматься от нехорошего предчувствия.

– Дело всё в том, – Авель Сальвадоре приподнялся в кресле, положил локти на столешницу и навис над своим собеседником, – что шаттл не долетел туда, куда должен был долететь. Точнее, не так. Он долетел именно туда – прямиком в грунт, вдребезги, как и было приказано. Вот только произошло это через несколько часов после того, как он вполне успешно сел на поверхность. Расскажите-ка мне, Роб, каких уродов вы напихали в этот шаттл, помимо того, кого туда полагалось поместить?

– Что-о?! – Роб замотал головой, отказываясь верить услышанному. – О чём вы говорите? Он разбился, как и было приказано! Бес мёртв, обломки на месте, спасательная команда всё зафиксировала...