Андрей Морозов
Сборник рассказов. "Сюр-сюр меня!"

Тарас.

Тарас привычно уселся в кабинке коллцентра, работу в котором сотрудники между собой издевательски называли «проект защиты денежных средств клиентов». Вокруг всё было однотипно: мониторы, наушники, застывшие лица операторов, размещённых в прямоугольной матрице, словно бойцы в стрелковых ячейках, и перманентный шум от бесконечного потока звонков. Вся процедура точно повторялась по регламенту: звонок — скрипт — контроль качества — следующий номер. Все здесь были частью отлаженного механизма, который помогал доверчивым людям добровольно избавляться от своих денег. Все были собраны в одном месте: от начальников с прожигающим взглядом, до контролёров с кислыми недоверчивыми лицами и, конечно, операторов, в каждой сессии обзвона ходящих по лезвию ножа. Этакий конвейер, непрерывно генерирующий обман и своевременно реагирующий на возникающие проблемы. Организацию процесса довели до автоматизма и каждый оператор озвучивал скрипты уверенно, убедительно и безэмоционально.

Первый звонок в смене соединил Тараса с женщиной, которая ответила ему еле слышным голосом. Перед глазами Тараса лежал планшет с текстами скриптов, но он давно в них не нуждался и хищно осклабился в предвкушении лёгкой добычи. Он был уверен, что продавит собеседника. Давящим, непререкаемым голосом Тарас, убеждённый в успехе, начал диалог.

«Добрый день, Светлана Николаевна! Вас беспокоит Тимур Владимирович, начальник службы безопасности вашего банка. С вашей карты пытались списать деньги. Для защиты ваших средств требуются определённые действия», — отточенные фразы стремительно уносились в эфир, так же, как и на тренингах. Тарас повторял заклинание слово в слово: ровно, безэмоционально и с нужными паузами.

В ответ он услышал слабый голос: «Слушаю вас внимательно» и фоновый треск пространства, который, однако, являл собой странную упорядоченность шумов. Шумы переливались на разный лад словно старая колыбельная песня. Тарасу на секунду показалось, что он бессовестно обманывает мать, но он отбросил сомнения и продолжил:

«Ваш родственник попал в беду и просит перевести деньги».

Тут Тараса пронзило понимание того, что он отклонился от первоначального замысла, но уже не мог остановиться:

«От вас поступила заявка на кредит!»

Собеседница отвечала неуверенно, но голос её звучал безмятежно: «поняла», «угу», «ясно».

Тарас неосознанно начал выкладывать всё подряд:

«Мы звоним вам из Центробанка по поручению ФСБ и полиции, чтобы предложить более выгодные проценты и ценный приз, и если вы подавали заявку на замену телефона к которому привязана карта, то мы обменяем бонусные баллы на рубли и переведём деньги на счёт, с которого можно снимать валюту без ограничений, но данные вашей карты утекли в интернет и у нас акция!»

Цепочка скриптов тянулась друг за другом, вихрем проносилась в голове Тараса и каждый был в этой бессмысленной связи чужим и бредовым, но его безудержно несло, хотя он уже начал задыхаться от собственной лжи.

«У вас зафиксирована подозрительная активность. Подтвердите номер карты и код»; «Мы направим код подтверждения на ваш номер»; «Пожалуйста, скажите три цифры с обратной стороны карты для верификации»; «Пожалуйста, подтвердите перевод на счёт, указанный нашим специалистом»; — и так трижды, четырежды, и снова по кругу.

В ответ он слышал уже знакомое: «конечно, естественно, я понимаю», сопровождаемое навязчивым шумом.

Светлана Николаевна верила, что спасает свой счет, а Тарас продолжал выкладывать скрипты.

Дальше всё утратило какую-либо логику, но всё же подчинялось какому-то безумному ритму. Тарас извергал новые и несвязанные фразы, будто отгораживался от чего-то ужасного стеной из слов: «Необходимо подключение к резервному счёту»; «Проверяем канал связи — подтвердите код»; «Переведите деньги на счёт, который скажет наш специалист»; «Введите контрольный код из смс»; «Подтвердите номер карты»; «Подтвердите имя держателя»; и так далее.

Скрипты шли один за другим, словно ступени в ад. Ни один пункт не соответствовал первоначальному замыслу, и тем не менее Тарасу казалось, что он по нему идёт.

Собеседница снова отвечала междометиями: «ага», «угу», «поняла». Она не возражала, не просила объяснений, не сомневалась, а принимала все как есть, без малейшей тени тревоги. А Тарас — продолжал, не задумываясь, зачем это всё? Его голос превратился в какую-то вязкую, текучую массу, которая без остановки извергалась из горла и, по всему, была лишь явлением его бессовестной сущности.

Тихий шёпот эфира убаюкал Тараса. Он, наконец, замолчал, бездумно записывая цифры, которые диктовала его жертва. В следующий момент он вошел в приложение своего банка и отдал распоряжение на перевод всех своих средств в благотворительный фонд.

Наступил тот конец, которого Тарас никак не ожидал. Некоторое время он, опустошённый, прижимал к уху уже безмолвный наушник, собирая мысли для очередного скрипта, но его собеседница окончательно замолчала, оставив после себя лишь тепловой шум цифровых потоков. Тарас застыл на некоторое время, прервал звонок и набрал новый номер.

***

В ярко освещённом помещении собрались строгого вида сотрудники. Все были максимально серьёзны и сосредоточенны. Светлана Николаевна начала доклад:

«Коллеги, собственно, операция прошла успешно: мы запустили серию триггеров благодаря психотипическим данным, и подопечный мошенник принял наш сценарий. Он не понимал, что происходит и полностью подчинился».

«Да, мы достигли цели: он продолжал работать под влиянием схемы без сопротивления».

«Аналитический отдел уже готовит отчёт о влиянии наших алгоритмов на операторов. Мы получили нужный эффект, и теперь вправе рассчитывать, что банковские клиенты и их деньги в системе будут под более усиленным контролем».

***

Тарас слушал гудки, ожидая новую жертву и не заметил пристального взгляда куратора.