Я часто вижу страх в смотрящих на меня глазах

— Ты же понимаешь, что в Ночь Охоты я приду за тобой?

— Кто-то давно не получал молнией по заднице? — лениво поинтересовалась я, и для убедительности в кончиках пальцев зажглась искра.

Ричард ничуть не испугался. Наоборот — улыбнулся ещё шире.

— Ви, ну сколько можно? Ты разводишься, я свободен. Звёзды сошлись.

Я закатила глаза. Ричард стоял напротив, переминался с ноги на ногу и смотрел на меня с таким щенячьим восторгом, что хотелось или погладить его по голове, или ударить чем-нибудь тяжёлым.

— Во-первых, я тебя старше в два раза.

Он сделал серьёзное лицо и поправил воображаемый галстук.

— Простите, Эльвира. Я хотел сказать: вы свободны, я свободен. Позволите за вами приударить?

— Не позволю.

— А разрешения я и не спрашивал. Предупредить — да. Спросить — нет, — он подмигнул. — В Ночь Охоты законы магии сильнее твоего упрямства.

Я только вздохнула. Ричард таскался за мной последние полгода с тех пор, как я случайно спасла его от разъярённого гнома на ярмарке. Тогда он твёрдо решил, что я — его судьба. А то, что мне тридцать семь, а ему двадцать один — так это, по его словам, «опыт и молодость — идеальный баланс».

Идиот.

— Мы пришли, — сказала я, останавливаясь перед массивным зданием из серого камня.

Над входом висела вывеска: «Дом учёта семейных уз и их расторжения». Местные называли его проще — Дом разводов. Сюда стекались все несчастные, чья любовь дала трещину, разбилась или просто уползла умирать под плинтус.

Ричард присвистнул.

— Красивое место. Прямо веет надеждой и разбитыми сердцами.

— Иди домой, — твёрдо сказала я.

— Но, Ви...

— Ладно, хочешь стоять под дверью, стой. Но со мной не смей ходить. И даже не думай выть на луну под окнами.

Он обиженно надулся, но остался стоять у входа. Я толкнула тяжёлую дубовую дверь и шагнула внутрь.

В Доме разводов пахло пылью, сушёной лавандой и чужими слезами. В приёмной сидели несколько посетителей: гномка с опухшими глазами теребила платок, вампирша в чёрных очках нервно постукивала когтями по подлокотнику. Я направилась к знакомой двери с табличкой «Консультант Кларисса Светлая» и вошла без стука.

— Клэр, спасай.

Подруга подняла голову от бумаг. Кларисса была полной моей противоположностью: русоволосая, круглолицая, с вечной улыбкой и магическим даром улаживать самые безнадёжные дела. Мы дружили с академии, и она единственная знала, что за маской спокойной ведьмы-полукровки скрывается уставшая от жизни женщина, которая порой хочет убить кого-нибудь особо наглого.

Например, мужа.

— Эльви! — Кларисса всплеснула руками. — Ты чего такая? Опять Арман?

— Арман, Арман, — я рухнула в кресло напротив. — Клэри, я хочу развод. Сегодня. Прямо сейчас.

Она откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.

— Так быстро? Вчера вы ещё вроде...

— Вчера он сжёг мой сад. Эльфийский сад, Клэр! Который я три года растила! Потому что ему не понравился запах мяты!

Кларисса поморщилась.

— Мята, говоришь? Мой бывший терпеть не мог базилик. Говорил, от него изжога.

— Я серьёзно, — я подалась вперёд. — Сделай что-нибудь. Разведи нас заочно. Поставь его перед фактом.

Кларисса покачала головой и поднялась.

— Не положено. Ты же знаешь законы. Обоюдное согласие, ритуал разрыва.

— Ты знаешь, что он мне ответит: только через труп. Не его — мой. Ты смерти моей хочешь?

— Давай-ка лучше чайку попьём.

Она сделала плавный пасс рукой, и пространство вокруг нас поплыло. Серые стены Дома разводов растворились, уступая место уютной комнате с низким столиком, мягкими подушками и парящим в воздухе чайником.

Чайник наклонился сам собой, разливая по пиалам дымящийся напиток. Тонкая струя лилась ровно, без единого всплеска. Я обхватила пиалу ладонями, чувствуя, как тепло растекается по пальцам.

— Арман никогда не даст мне развод добровольно, — глухо сказала я. — Он закрылся в своём замке на вершине Высоких Пик. Сидит там, орёл недоделанный.

Кларисса отпила чай и хитро прищурилась.

— Говорят, к нему заходят разные гости. И гостьи.

Я подняла бровь.

— Ты на что намекаешь?

— На то, что измена — уважительная причина для развода, — Кларисса безмятежно улыбнулась. — Даже по драконьим законам.

— Говорят, он пьёт кровь девственниц, — фыркнула я. — И золотом питается. Слухи — они такие.

— А вдруг не слухи?

Я задумалась. Идея, конечно, так себе. Шпионить за собственным мужем... Даже без пяти минут бывшим.

— И как ты предлагаешь это проверить? — спросила я. — У меня нет доступа в замок. Он меня туда даже на порог не пустит после вчерашнего.

Кларисса пожала плечами.

— Найди кого-нибудь, кто сможет. Маленького, незаметного... или наоборот — большого и наглого, чтобы выманил дракона наружу.

— Ты на кого намекаешь?

— Да я не намекаю — я прямо говорю. За тобой оборотень по пятам ходит. Даже сейчас вон под дверью трётся, я чую его запах.

— Ричард? — я скривилась. — Клэр, он ребёнок.

— Ребёнок, который на тебя смотрит, как на последний кусок пирога, — усмехнулась подруга. — Используй это.

— Я не собираюсь использовать...

Договорить я не успела, потому что в дверь постучали. Так громко и требовательно, что задребезжала чайная посуда и магия Клариссы дала сбой — стены на миг стали прозрачными, явив серую реальность Дома разводов.

— Эльвира, — раздался голос за дверью. Низкий, с вибрацией, от которой у нормальных людей подгибались колени.

Ярость, зародившаяся где-то в животе, поднялась к горлу. Этот чешуйчатый и сюда добрался!

Кларисса замерла с пиалой у губ. Я почувствовала, как пальцы сами собой начинают искрить.

Дверь дрогнула под очередным ударом.

— Я знаю, что ты там. Открывай.

— Может, не открывать? — шепнула Кларисса. — Скажем, что ты вышла?

— Он всё равно ворвётся, — я сжала кулаки, гася молнии. — Драконы не знают этикета.

Ещё удар. По косяку поползли трещины.

— Эльвира, мать твою за ногу, открывай, или я снесу эту конуру к драконьей бабушке!

Я встала, чувствуя, как по позвоночнику пробегает разряд. Кларисса посмотрела на меня с ужасом и любопытством одновременно.

— Что будешь делать?

— Не знаю, — честно ответила я, глядя на ходящую ходуном дверь.

За ней стоял мой муж. Дракон. И, судя по голосу, он был в ярости.

А мне с утра даже молнию толком негде было разрядить.

Обстоятельства для вашего сиятельства

Дверь кабинета Клариссы ходила ходуном. Я стояла посреди подсобки, прижимая к груди какую-то коробку с бумагами, и молилась всем богам магии, чтобы Арман меня не учуял.

— Эльвира, выходи! — рявкнул он откуда-то слева. — Я знаю, ты здесь!

— Её здесь нет! — донесся приглушённый голос Клариссы. — Гражданин дракон, прекратите буянить! Это государственное учреждение!

— Плевать я хотел на ваше учреждение!

Грохот. Кажется, слетела ещё одна полка.

Я зажала рот рукой, чтобы не дышать. Сердце колотилось где-то в горле. Искры так и сыпались с пальцев, прожигая дыры в какой-то важной документации. Потом разберёмся.

— Я всё равно её найду! — ревел Арман. — И тогда...

Что именно «тогда», я дослушивать не стала. За спиной обнаружилась неприметная дверца с табличкой «Запасной выход. Без магии не открывать». Магии у меня было выше крыши — я бахнула в дверь молнией, а затем толкнула её плечом и вывалилась в переулок.

Холодный воздух ударил в лицо.

Я вдохнула полной грудью и только тогда поняла, что трясусь.

— Ви!

Я подскочила на месте. Ричард. Стоит у стены, скрестив руки на груди, и улыбается во все тридцать два зуба. Будто подслушал весь спектакль и остался доволен.

— Ты чего тут делаешь? — выдохнула я.

— Жду тебя. Слышал, у твоего мужа сегодня концерт по заявкам.

— Слышал он, — проворчала я, отряхивая юбку. — Иди отсюда.

— Ага, сейчас, — он легко отлепился от стены и встал рядом. — Я тебя провожу.

— С чего это вдруг?

— С того, что твой муж — дракон в ярости, — Ричард говорил спокойно, но в глазах мелькнуло что-то серьёзное. — А я, между прочим, оборотень. Вдвоём у нас шансов больше.

Я хотела возразить. Сказать, что он наглый щенок, который лезет не в своё дело. Но где-то в глубине души шевельнулась противная мысль: а ведь правда. Арман в бешенстве — это страшно. Даже для полуведьмы с молниями в арсенале.

— Ладно, — буркнула я. — Идём. Но молчи.

Ричард просиял так, будто я согласилась на свидание. Он заткнулся ровно на минуту. Потом снова заговорил:

— А почему ты живёшь на отшибе?

— Потому что там дешево и эльфийская растительность лучше приживается.

— А можно я...

— Нельзя.

Ричард вздохнул, но не обиделся. Просто шёл рядом, внимательно оглядывая окрестности. Иногда его ноздри раздувались — явно принюхивался, нет ли поблизости драконьего духа.

Мы двинулись вдоль улицы, стараясь держаться теней. Город жил своей жизнью: гномы тащили поклажу, эльфы цокали копытами (в прямом смысле — некоторые предпочитали оборот в оленей для скорости), а над головой пронеслась стая курьерских сов, роняя письма прямо в лужи.

Армана по пути домой мы, к счастью, так и не встретили. То ли он застрял в кабинете Клариссы, то ли понял, что я ушла, и рванул в другую сторону. К моему дому мы подобрались без приключений.

Я остановилась у калитки и перевела дух.

— Спасибо, — выдавила я. — Был полезен. Иди теперь.

Ричард не сдвинулся с места.

— А чай?

— Что?

— Чай, говорю, нальёшь? Я замёрз, между прочим, пока тебя ждал.

Я уставилась на него. Он стоял, по-щенячьи склонив голову набок, и смотрел на меня с такой надеждой, что хоть караул кричи.

— Нет, — отрезала я.

— Ну Ви...

— Я старше тебя в два раза, забыл?

Он вдруг шагнул ближе, и улыбка его стала чуть нахальнее, чуть опаснее.

— После развода можешь переехать ко мне.

Я опешила.

— Чего?

— Переехать, говорю. Ко мне. У меня большая квартира в центре.

— Не переживай, — я скрестила руки на груди, пытаясь вернуть самообладание. — Сама разберусь, что мне делать после развода.

— Вместе разберёмся, — произнёс он уверенно, наклоняясь ко мне. — Ты с какой стороны кровати предпочитаешь спать: у окна, где попрохладнее, или у стены, где поуютнее?

— А вот не лезь не в своё дело! — Я не выдержала и легонько щёлкнула его по носу маленькой молнией.

Ричард схватился за лицо и отпрыгнул. Совсем по-щенячьи. Воспользовавшись секундным замешательством, я тут же захлопнула калитку перед его носом.

— А нечего совать свой нос в чужие дела! — крикнула я из-за забора. — Вот и получил по нему!

Из-за дощатой преграды донеслось обиженное сопение, а потом смех.

— Всё равно приду! — крикнул Ричард. — В Ночь Охоты приду, поняла?

Я только закатила глаза и направилась к дому.

Мой дом был моей крепостью. Маленький, уютный, весь увитый эльфийским плющом, с резными ставнями и черепичной крышей, на которой рос мох. Внутри пахло травами, сушёными яблоками и ещё чем-то родным, домашним.

Я вошла в прихожую, скинула туфли и только тогда позволила себе выдохнуть.

— Ну и где тебя носит? — раздался язвительный голос.

Из гостиной вышел белоснежный пудель. Самый породистый, какого можно представить: с дурацким бантиком на холке, кудрявой шерстью и выражением морды «я тут главный, а вы так, обслуживающий персонал». Мой фамильяр по имени Феникс. Но я звала его Финик или Фин — так короче. На такое прозвище от меня он не обижался. Но не приведи богиня кому-то другому так его назвать.

Несмотря на свой безобидный внешний вид, миролюбивым характером он не отличался. В гневе он был страшен. Правда, чтобы вывести Фина из себя, нужно было хорошенько постараться. В прошлой жизни он сжигал дотла армии и возрождался из пепла. В этой предпочитал спать на моей подушке и воровать печенье. Разбаловала я его, короче. Вот моя бабка — ведьма Северных гор, говорят, держала его в чёрном теле.

Сейчас мой фамильяр стоял в дверях и заливался лаем.

— Гав-гав-гав! Гав!

— Финик, прекрати, — устало сказала я, вешая плащ. — Хватит придуриваться. Давай словами.

Пудель фыркнул, отряхнулся и уставился на меня с укоризной.

— От тебя псиной пахнет, — сообщил он. — Где тебя носило?

— Это не псина, — я прошла на кухню и рухнула на стул. — Это волк. Вернее, оборотень. Юный Ричард провожал меня до дома.

Финик навострил уши.

— Тот самый настырный щенок, который за тобой полгода бегает?

— Тот самый.

— И где он сейчас?

— Ушёл, наверное. Надеюсь, не под дверью стоит, — я махнула рукой в сторону окна. — Ждёт, пока я передумаю и позову чай пить.

Финик подошёл к подоконнику, запрыгнул с грацией, присущей древнему созданию, и выглянул на улицу.

— А он и вправду стоит, — сообщил он. — Стоит и смотрит на окна. Умилительно.

— А ну иди отсюда! — рявкнула я, распахивая створку.

Ричард, стоявший у калитки, поднял голову и помахал рукой.

— Нечего тут стоять! Чай тебе не светит, — с этими словами я захлопнула окно.

Финик смотрел на меня с выражением «я же говорил».

— Знаешь, а он симпатичный, — заметил фамильяр. — Для щенка, конечно. Хвост пушистый, глаза горят. Мог бы...

— Финик.

— Что? Я просто говорю. После развода тебе понадобится плечо, на котором можно поплакать. Или не только поплакать...

— Фин!

— Молчу-молчу.

Я отвернулась от окна и замерла. Потому что в этот момент я увидела то, от чего кровь застыла в жилах.

К моему дому, со стороны леса, приближалась высокая фигура. Золотоволосая, широкоплечая, от которой за версту разило драконьей магией и плохо скрываемой яростью.

Арман. Он шёл прямо к калитке. Туда, где стоял Ричард.

***

Приветствую вас в своей новой истории! Книга пишется в рамках литмоба "Даже магия не поможет!". Ищите все истории моба тут:

https://litnet.com/shrt/wSf_

Эльвира

Настало время познакомиться с героями поближе. Вот она наша красотка Эльвира. Неплохо сохранилась в свои 30 с хвостиком, согласитесь? Магия, не иначе!

Ричард

Наш юный оборотень с мягкими лапами. Как думаете, Эльвире пора сдаваться или посопротивляться ещё немного?

Вот так встреча!

Арман поднял глаза и нашёл ими меня. Я тут же отпрянула за занавеску.

— Фин, — выдохнула я, прижимаясь спиной к стене. — Глянь, что там.

Пудель спрыгнул с подоконника, выглянул в окно и флегматично заметил:

— Кажется, у нас гости. Сразу двое.

— Двое?!

— Ну да. Они идут сюда вдвоём.

О нет! Я медленно сползла по стеночке под громкий стук в дверь.

— Эльвира, открой! — раздался из-за двери раскатистый бас Армана.

— Финик, скажи, что меня нет, — зашипела я на фамильяра.

Пудель навострил уши, повернул морду к двери и самым невозмутимым тоном проговорил:

— Вы что-то хотели, мужчина?

— С тобой, злой дух, мы ещё разберёмся! — рявкнул Арман так, что ставни звякнули. — Эльвира, открой. Я знаю, что ты там!

— Мужчина, вы ошиблись. Никакой Эльвиры тут нет, — не сдавался Финик.

— Открой, злой дух! Иначе тебе несдобровать!

Я переглянулась с Фином. Пудель закатил глаза, выказывая глубочайшее презрение к драконьему роду.

— Он всё равно не уйдёт, — прошептала я. — А там ещё и Ричард... Может, вместе они хоть не поубивают друг друга?

— Оптимистка, — фыркнул Фин.

Я глубоко вздохнула, одёрнула блузку и пошла открывать.

Ожидала я чего угодно: драки, рыка, как минимум — выжженной калитки. Но реальность превзошла все ожидания.

На пороге стоял Арман. Высокий, статный, с золотистыми волосами до плеч и жёсткими чертами лица, которые сейчас не выражали ровно ничего агрессивного. Дракон-красавчик в самом расцвете сил, хоть сейчас на обложку журнала «Топ-идеальных мужей».

Рядом с ним стоял и мило улыбался Ричард. И, кажется, они не просто не дрались — они дружелюбно общались.

— Эльвира! — Арман расплылся в улыбке. Радушной, тёплой, совершенно не драконьей. — Хорошо, что ты открыла. Хотел поговорить с тобой по душам, а по дороге встретил этого замечательного парня.

Он указал на Ричарда. Тот лишь загадочно улыбнулся.

— Вот так встреча, — только и смогла проговорить я растерянно.

— Он рассказал, что ты попросила его проводить тебя до дома.

— Я попросила?!

— Ну и правильно! — Арман рукой махнул. — Нечего замужней женщине одной по улице разгуливать. Всякое может случиться.

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

— Ой, какой пёсик славный! — Ричард рванул к Фину, полностью игнорируя мои многозначительные взгляды.

Пудель оскалился.

— Сделаешь ещё шаг и познаешь всю силу моего гнева, — резонно предупредил он.

Ричард отшатнулся, но не обиделся — только хмыкнул удивлённо.

— А он говорящий! Круто!

— Это фамильяр, — процедила я сквозь зубы. — И вообще, что вы оба тут делаете?

— Так я же говорю, — Арман бесцеремонно шагнул внутрь. — Поговорить зашли. Паренёк вот рассказал, что ты дома, и пообещал оставить нас, только сначала хотел сказать тебе кое-что важное.

— Ах да, — Ричард хлопнул себя по лбу. — Чайку бы выпить.

Теперь мы оба уставились на него.

— Хозяйка обещала чаем напоить, — убедительно вещал Ричард, обращаясь к Арману. Я сжимала зубы так, что они скрипели. — А потом, видать, забыла.

— Это не дело, — покачал головой Арман. — Налей ты чаю этому мальчишке. В конце концов, он тебя проводил.

Мне ничего не оставалось, как пройти на кухню и поставить чайник, мысленно собирая все известные мне ругательства на драконьем, эльфийском и общеупотребительном.

Пудель спрыгнул с подоконника и встал рядом, прижимаясь тёплым боком к моей ноге.

— Не нравится мне это всё, хозяйка.

— Будто мне нравится.

Я разлила чай по чашкам, поставила на стол пиалу с вареньем, любимое печенье Финика и уселась между ними. До сих пор не верилось: они не сцепились, а решили мило побеседовать у меня дома. Дракон и оборотень. Два моих главных кошмара — за одним столом.

— Так вы разводитесь? — между делом уточнил Ричард, прихлёбывая чай.

Арман аж поперхнулся.

— С чего ты взял?

— Так я встретил Эльвиру у Дома разводов. Вот и подумал...

— А, это, — Арман тут же отмахнулся. — Недоразумение. Ошибочка вышла. Правда, Эльви?

Я сглотнула. Арман сейчас был спокойным, почти ласковым. Но это нетипичное поведение почему-то пугало больше всего.

Я как раз хотела поговорить с мужем о разводе. Серьёзно. По-взрослому. Но момент не то чтобы был подходящим — при свидетеле, да ещё таком...

В этот миг я почувствовала, как под столом меня кто-то тронул под столом. Я опустила глаза. Это юный Ричард, воспользовавшись тем, что скатерть всё скрывает, попытался взять меня за руку.

Я отдёрнула ладонь так резко, что ударила ей по столешнице снизу. Чашки и блюдца жалобно зазвенели.

— Что с тобой, Эльви? — Арман уставился на меня с подозрением. — Тебе нездоровится?

— Да, — выпалила я. — Что-то чувствую себя не очень. Может, вы оба...

— Тогда нам пора, — неожиданно легко согласился Арман. Он отставил чашку и поднялся. — Малой, ты допил свой чай?

Ричард растерянно кивнул.

— Ну всё, давай дуй отсюда. Нам с женой нужно поговорить. Давай-давай!

Арман подошёл к Ричарду и демонстративно указал на дверь. Тот встал, поплёлся к выходу, опустив плечи. На пороге обернулся, бросил на меня быстрый взгляд — и вышел.

Кажется, он правильно рассчитал силы и не стал вступать в открытую схватку с драконом. Умный мальчик.

Дверь за ним закрылась. А вот Арман не спешил покидать мой дом.

Мы остались одни.

О таком предупреждать надо!

— Эльвира, — Арман шагнул ко мне, и голос его вдруг стал мягким, вкрадчивым. — Я много думал в последние дни. О тебе. Сидел в замке, смотрел на горы... и понял, что не могу без тебя.

Я попятилась.

— Арман, мы уже говорили...

— Давай ты переедешь ко мне? — перебил он. — В замок. На Высокие Пики. Там хорошо. Воздух чистый, вид открывается — закачаешься.

— А что я там буду делать? — я скрестила руки на груди. — Там же скалы. На скалистой местности даже эльфийский клевер не вырастить. А тут у меня дом, растения. Свой сад… был.

— Эльви, ну прости ты меня. Я не могу без тебя, — он сделал ещё шаг. — Пойми.

— Нет, — твёрдо сказала я, отвернулась и отошла к окну, всматриваясь в темноту за стеклом. — Согласись на развод, а? Не порть жизнь ни мне, ни себе.

Он подошёл сзади. Я почувствовала его руки на своих плечах, тяжёлые, горячие.

— Арман...

— Тш-ш.

Он развернул меня к себе. В глаза ударил золотистый блеск — зрачки уже начали вытягиваться, приобретать вертикальную форму.

— Знаешь, сколько я сдерживался? — прошептал он, и голос его вибрировал, низко, опасно. — Сидел в замке, думал о тебе. Каждую ночь.

Он притянул меня к себе, впился губами в шею.

— Прекрати, — я упёрлась ладонями ему в грудь. — Ты чего?!

Он не слушал. Руки скользнули ниже, подхватили меня, и через секунду я уже лежала на кровати, а он нависал сверху, тяжёлый, горячий. Его губы коснулись моей шеи, добрались до ключиц, а затем снова нашли шею. Каждый поцелуй был настойчивее, требовательнее предыдущего.

— Арман, слезь с меня! Немедленно!

— Я соскучился, — выдохнул он мне в ухо.

— Кхм-кхм.

Мы замерли. Финик сидел на своей лежанке в углу и смотрел на нас с выражением глубочайшего осуждения.

— Ребят, я всё ещё тут, — напомнил он. — Вы чего там творите?

— Уйди, злой дух! — рявкнул Арман, и из его ноздрей повалил дым. — Иначе я спалю тебя!

— Понял-понял, — Фин неторопливо поднялся, отряхнулся и гордо прошествовал мимо дивана, задрав хвост.

— Фин! — зашипела я. — Ты куда?! А как же охранять хозяйку?

— Когда двое выясняют отношения, третий — лишний, — обосновал Фин.

Предатель! Я тебе это припомню!

Дверь за фамильяром закрылась.

— Почему ты не выкинешь эту собаку, ума не приложу? — Арман повернулся ко мне. — А впрочем, неважно. Вернёмся к тому, на чём остановились.

С этими словами он вновь впился губами в мою шею.

— А ну прекрати! — я со всей силы упёрлась руками ему в грудь. — Во-первых, Фин — мой фамильяр, а не злой дух. Неужели так сложно запомнить? А во-вторых — убирайся отсюда!

— Эльви...

— Я серьёзно! — я вывернулась, вскочила с кровати, поправляя растрёпанную блузу. — Проваливай в свой замок!

Арман сел, провёл рукой по волосам. Дым из ноздрей уже не валил, но глаза всё ещё горели.

— Это из-за того, что я оскорбил твоего пса? — спросил он глухо.

— Это из-за того, что мы друг другу не подходим. Совсем-совсем. Ни капельки.

— А когда выходила за меня, по-другому говорила.

— Тогда я была молода и глупа.

— Это было два года назад.

— Я была на два года глупее, — парировала я и для пущей убедительности сложила руки на груди. — Всё, уходи!

Арман поднялся. Несколько секунд смотрел на меня — тяжело, пристально. Потом развернулся и направился к двери.

— Это не конец, Эльви, — бросил он через плечо. — О разводе и не мечтай.

— Я всё равно найду способ развестись с тобой! — крикнула я ему вслед, сперва предусмотрительно закрыв дверь. Она тут же содрогнулась от удара. — Всё! Уходи!

Ещё удар. И ещё. А потом всё стихло — видимо, Арман понял бесперспективность этой тактики и отправился в свой замок придумывать новую.

— Никогда мне этот дракон не нравился, — Финик выскользнул из-за угла и подошёл ко мне, когда я, обессилев, опустилась в кресло. — Больно уж нервный.

— Фин, — я закрыла лицо руками. — Что же теперь будет? Что будет, если он упрётся и ни в какую не даст развод?

— Придумаем что-нибудь, — Фин запрыгнул на подлокотник и ткнулся холодным носом в мою руку. — Ты у нас женщина с фантазией. И с молниями.

От мыслей меня отвлёк стук в окно. Я подскочила.

— Кого опять принесла нелёгкая?

— Это я, — раздался приглушённый голос Ричарда. — Решил остаться и проверить, не навредил ли он тебе.

Я подошла к окну, отдёрнула занавеску. За окном уже сгустилась темнота. Ричард сидел на ветке старого дуба, вцепившись в ствол, и скалился в улыбке.

— Издалека понаблюдать? — хмыкнула я. — А прямо бросить вызов дракону не решился?

— Ну зачем вступать в открытое противостояние, когда можно перехитрить соперника? — он подмигнул. — Впустишь?

— Нет! Уходи.

— Да ладно тебе! Пусти, Ви.

И, не дожидаясь разрешения, он подтянулся на руках и ловко перемахнул через подоконник прямо в комнату.

— Слушай, Ричард, — я повернулась к нему спиной, чувствуя, как тяжело отвергать поклонника, глядя ему в глаза. — Ты, конечно, хороший парень и всё такое, но...

Договорить я не успела. Потому что ответом мне послужил слабый, жалобный вой. Я вздрогнула.

— Чего это ты... ой.

Я повернулась и увидела ужасающую картину.

Ричард уже покрывался шерстью. Его тело скрутило, руки и ноги начали неестественно выгибаться, превращаясь в лапы. Глаза горели жёлтым, а из горла рвался уже не человеческий звук — низкий, вибрирующий вой.

В распахнутом окне за его спиной я увидела, как на небе из-за клубящихся облаков вышла полная луна.

— Полнолуние сегодня, — шёпотом заметил Финик, прижимаясь всем телом к моей ноге.

Щенячий восторг

Я смотрела и не верила своим глазам. Ричард завершил трансформацию.

Ещё секунду назад на этом месте был парень, а потом корчилось что-то невнятное, воющее нечеловеческим голосом, от звука которого волосы вставали дыбом... Теперь на полу моей гостиной стоял настоящий волк. Большой и красивый.

Клочки разорванной одежды валялись вокруг него жалкими тряпками.

— Эльвира, защити меня! — взвизгнул Финик и шустро забился за мою ногу.

— Я тебя? — я покосилась на фамильяра. — Это кто здесь чей фамильяр?

— Эльв, я правда боюсь волков! — голос Финика дрожал. — А так я бы за тобой хоть в огонь, хоть в воду! Ты же сама знаешь!

— Ага, знаю я, — огрызнулась я, а сама уже начала пятиться к выходу из комнаты.

Переступала с ноги на ногу аккуратно, бочком-бочком, стараясь не делать резких движений. Вдруг он голодный? Вдруг у оборотней в первую ночь инстинкты зашкаливают?

Но волк не двигался. Он просто сидел и смотрел на меня.

Я замерла.

А он оказался не таким уж и страшным. Завершив трансформацию, зверь подошёл ближе и заглянул мне в глаза. И такие глазки жалостливые состряпал — уши прижал, взгляд виноватый, прямо сердце защемило.

— Ну чего ты? — выдохнула я. — Иди домой, волчара.

В ответ он лишь жалобно заскулил. Совсем по-щенячьи.

— Ну чего скулишь? Ладно тебе! — я рискнула сделать шаг навстречу. — И вовсе ты не страшный. Слышишь, Фин? Он совсем не страшный.

— Я бы не делал таких поспешных выводов, — донеслось из угла. Фин предпочитал отвечать издалека, опасливо поглядывая на волка из-за кресла. — Он вполне может одичать.

— Да разве же он дикий? — я развела руками.

Волк подошёл ещё ближе и осторожно ткнулся влажным носом в тыльную сторону моей ладони. Напрашивался на ласку. А его шёрстка была такой холёной, такой блестящей.

— Это же шабака, — выдохнула я, чувствуя, как губы сами расползаются в улыбку. — Шабака-бабака! Красивая, пушистая...

Волк в ответ начал тереться мягкой спиной о мою руку. Я провела ладонью по холке, пропуская шелковистую лоснящуюся шерсть между пальцев, и поймала себя на том, что улыбаюсь уже во весь рот.

Ну до чего милый!

— Да какой же ты волчара славный! — я запустила обе руки в его густую шерсть. — Как густа твоя шерсть! Как мощны твои лапищи!

В подтверждение моих слов он вытянул лапу и подал мне — совсем как собака!

— Смотри, Фин! — я аж подпрыгнула от восторга. — Он совсем как собака! Дрессированный, между прочим. Не то что некоторые.

Я выразительно посмотрела на фамильяра.

— Давай заведём его в качестве питомца?

— Ты, похоже, рехнулась, — отозвался Фин из своего укрытия. — Просто напоминаю: наутро он превратится в мужика. Причём голого.

Я замерла.

— Как тебе такая картина: мужик на твоём коврике в гостиной? — продолжил Фин ядовито. — Слюнявый, довольный и совершенно наглый? А главное — без одежды?

— Не неси чушь! — отмахнулась я, но как-то неуверенно. — Это же шабака-бабака милая...

Я взяла голову волка в ладони и начала теребить его уши. Он довольно прикрыл глаза.

— Ну какой мужик? Тем более голый.

— Она совсем голову потеряла, — пожаловался Фин кому-то невидимому.

— Что-то холодно у нас… — Я поёжилась. — Точно! Окно!

Я ринулась к распахнутому окну и захлопнула створку. Круглая луна висела высоко. Взглянув на неё, волк жалобно завыл.

— Ну чего ты? Чего? — я забегала по комнате. — А я вот закрою шторы!

Я задвинула плотные занавески так, чтобы ни лучика не просочилось. Комнату объял уютный полумрак.

— Всё. И нет никакой луны, — объявила я, оборачиваясь к волку. — Да, милый?

Он смотрел на меня и уже не выл. Только хвостом вильнул.

— Ну какой же ты милый!

Я снова подошла, обхватила его голову ладонями и принялась гладить, теребить шёрстку, чесать за ушами. Волк отвечал взаимностью — тыкался носом в лицо, лизал щёки, ухо, подбородок.

— Фу! — возмутился Фин. — Это же негигиенично! Неизвестно, где этот волк таскался и что себе лизал, прежде чем тебя облизывать!

— Ревнуешь, что ли? — я покосилась на пуделя. — Ну ведь ни в жизнь не даёшься на руки. А тут конкурент появился.

Я снова повернулась к волку.

— Да, шабака? Ты конкурент ему?

Волк радостно завыл — коротко, но довольно.

Финик оскорблённо фыркнул и отвернулся.

— Всё ещё прохладно, — заметила я, растирая плечи. — Надо развести огонь.

Я подкинула дров в камин, чиркнула спичкой. Пламя весело заплясало, отбрасывая причудливые тени на стены.

Когда огонь разгорелся как следует, я устроилась перед камином прямо на пушистом коврике. Волк подошёл, покрутился и улёгся рядом, устраивая тяжёлую голову на моих коленях. Я гладила его и думала о чём-то своём.

По комнате разлилось тепло. Глаза начали слипаться.

Слишком много всего за один день. Сначала развод, потом дракон, потом этот оборотень. Нервы на пределе. А тут — мягкая шёрстка под пальцами, камин потрескивает, тихо так, спокойно, уютно...

Я не помню, как вырубилась. Кажется, просто сползла на бок и свернулась калачиком прямо на коврике. А мягкая спинка волка служила мне подушкой.

В полусне почудилось, будто чьи-то сильные руки подхватили меня и куда-то понесли. Я даже не испугалась — только вздохнула и уткнулась носом во что-то тёплое и надёжное.

А проснулась оттого, что кто-то настойчиво лизал мои губы. Шершавым, горячим языком.

***

От автора: если вы добрались до этого момента, пожалуйста, проверьте, поставили ли вы книге звезду и добавили ли её в библиотеку. Это очень мотивирует выкладывать новые главы чаще. Спасибо!<br> <br>

Также очень прошу проверить, подписаны ли вы на меня:<br> <br>

Оригинальный способ избавиться от поклонника

Я проснулась оттого, что кто-то касался моих губ. Едва ощутимо, нежно и осторожно, будто пробуя на вкус.

Сознание возвращалось медленно, сквозь сонную дымку. Было тепло, уютно и почему-то очень хорошо. Губы сами потянулись навстречу, отвечая на прикосновение. Где-то глубоко внутри разлилась тягучая, сладкая истома...

И тут до меня дошло.

Я распахнула глаза. Надо мной склонился Ричард.

Он вновь принял человеческий облик и теперь смотрел на меня ясными глазами с тёплой улыбкой.

Да как он смел! Он целовал меня. Спящую. В моей постели.

— Ах ты ж!

Рефлекс сработал быстрее мысли. Я вскинула руку, и в кончиках пальцев полыхнуло — ярче, чем обычно, мощнее, чем хотелось.

Разряд ушёл Ричарду прямо в лицо. Он взвыл, схватился за нос и отлетел на другой конец кровати, едва не свалившись с неё.

— Ай! — заорал он, зажимая руками пострадавшую часть лица. — Больно же!

— А нечего лезть ко мне! — рявкнула я, пытаясь отдышаться.

Я резко села и только сейчас поняла: я в кровати. В своей кровати. И Ричард — тоже в кровати. Рядом.

— Так, стоп, — я выставила перед собой руку, будто могла отгородиться ею от реальности. — Как мы оказались в одной постели?

Он убрал ладони от лица. Нос, по которому он получил дважды за последние сутки, стал красным, но, кажется, остался целым. Ричард смотрел на меня с укоризной и обожанием одновременно.

— Ну и игры у тебя по утрам, Ви, — заметил он, потирая переносицу. — Горячая штучка в постели.

— Я тебя сейчас поджарю, увидишь, насколько штучка горячая! — я ткнула в него пальцем. — Отвечай: что ты делаешь в моей постели?!

— Ну как что? — он даже растерялся. — Перенёс тебя на кровать, очнувшись. Не на полу же спать. Ты там так сладко свернулась на коврике...

— А потом? — насторожилась я.

— А потом... — он замялся, но глаз не отвёл. — Решился.

— На что?!

— На сближение.

От возмущения я аж воздухом подавилась.

— Вы посмотрите, какая наглость! — я развела руками, чувствуя, как щёки заливает краской. — Надо было тебя сильнее за такое шарахнуть!

— Просто вчера ты была так ласкова со мной, — проговорил он, и в голосе его мелькнула искренняя растерянность. — Так нежна. Я подумал, что лёд между нами тронулся.

— Тронулся тут кое-кто другой, — флегматично заметили с лежанки в углу.

Мы оба повернулись. Финик сидел на своём месте и наблюдал за нами с выражением глубочайшего удовлетворения от происходящего.

— И ты здесь? — простонала я.

— А куда я денусь? — Фин зевнул, демонстрируя клыки. — Тут такое представление, хоть билеты продавай.

Я закатила глаза и снова повернулась к Ричарду. И тут мой взгляд скользнул ниже. И столкнулся с безжалостной реальностью.

— Ты что... — голос мой сел. — Ты что, голый?!

Ричард виновато улыбнулся и развёл руками, совершенно не смущаясь.

— Ну да. Мои вещи теперь непригодны. Не успел снять до трансформации...

Я представила, что было бы, если бы Ричард ещё и раздеваться вчера начал посреди моей гостиной. И почему-то щёки стали гореть ещё сильнее.

— Да что же ты бесстыдник такой, — выдохнула я. — Прикройся!

— А чем можно?

— Ну хотя бы под одеяло лезь!

Он охотно залез под одеяло, натянул его до подбородка и уставился на меня щенячьими глазами.

— А ты ко мне пойдёшь?

— Вот ещё! — я вскочила с кровати и только сейчас поняла, что стою перед ним в домашней рубашке, совершенно не предназначенной для приёма гостей. Я схватила халат, накинула его и запахнулась поплотнее.

— А ведь я предупреждал, — протянул Фин.

— У тебя такой пёсик забавный, — улыбнулся Ричард, кивая на Финика. — Погладить можно?

— Только попробуй дотронуться, волчара! — ощетинился Фин. — Я тебе не Эльвира — всякое непотребство в отношении себя терпеть не стану!

Он выразительно на меня посмотрел. Я вернула ему полный злобы взгляд.

— Ладно! Ладно, — Ричард поднял руки в примирительном жесте.

Одеяло сползло, обнажая его плечи. А он неплохо сложен, надо сказать! Только сейчас смогла разглядеть толком. Так, хватит, прекрати его разглядывать, Эльвира!

— Уходи, Ричард! Не дело мужчине валяться в кровати малознакомой женщины. Ладно вчера, я вошла в положение. А теперь убирайся восвояси.

— Ви, ну куда же я пойду в таком виде?

— Можешь взять моё платье! — ляпнула я.

— Нет, — он покачал головой совершенно серьёзно. — Негоже так по улицам ходить. Меня же гномы засмеют. А может, от твоего мужа осталась какая-то одежда?

Я замерла.

— Я, вроде, всё сожгла на эмоциях, — пробормотала я.

— Что за дом? — фыркнул Финик. — Даже срам прикрыть нечем!

— Было же где-то...

Я заметалась по комнате, открывая шкафы один за другим. Я же помнила, что где-то что-то завалялось.

И правда, в дальнем углу, за коробками с травами, обнаружилась старая рубаха Армана и штаны, которые он когда-то забыл, а у меня руки так и не дошли выкинуть.

Я швырнула вещи Ричарду.

— Надевай! Только не здесь, — он уже вылез из-под одеяла, вынуждая меня потупить взор и отвернуться. — Вон там! За ширмой.

Он скрылся за ширмой, и оттуда сразу донеслось шуршание и сдавленные ругательства. Финик, задрав хвост, проследовал за Ричардом.

— Тащи ремень! — крикнул он через минуту. — Портки того и гляди свалятся!

Когда я перекинула за ширму первый попавшийся шнурок, последовал новый комментарий Фина:

— Великовато, конечно. Но ладно, так сойдёт. Хотя цвет не твой. И фасон устаревший. Тебя бы нормально приодеть, парень, будешь первый жених в нашем городе.

Наконец Ричард вышел. Вещи Армана были ему не просто велики — парень буквально утопал в них. Рубаха висела на нём мешком, штаны были подвернуты в три слоя, и всё это выглядело настолько забавно, что я даже улыбнулась. Оборотень выглядел как подросток, надевший папину одежду.

— Ну что, — он улыбнулся в ответ и развёл руками. — Красавец?

— Ужасно, — выдохнула я.

— Сойдёт, — резюмировал Фин.

— Ладно, — я вздохнула. — Оделся? Тогда вали.

— А завтрак? — Ричард опять посмотрел на меня своими жалобными глазками, отчего у меня внутри что-то ёкнуло.

Ну жалко же парнишку! Он таскался за мной полдня. Потом обернулся волком. Потом ночевал на коврике, а потом тащил меня на кровать. С таким плотным расписанием даже поесть некогда было.

— Ладно, — буркнула я. — Пошли на кухню. Но быстро!

Ричард просиял так, будто я согласилась на второе свидание.

На кухне я нашла яйца, свежий хлеб, сыр и остатки вчерашнего варенья. Пока жарился омлет, Ричард сидел за столом и с интересом наблюдал за моими действиями.

— А из чего варенье? — спросил он, когда я поставила блюдечко перед ним.

— Эльфийский клевер, — ответила я, садясь напротив. — Я его сама выращивала... раньше.

— Ух ты! — глаза его загорелись. — Клевер выращиваешь? Как круто!

— Правда? — я почувствовала, как внутри шевельнулось что-то тёплое.

Обычно Арману было плевать на мои растения. Максимум — ругался, что они занимают место.

— А что ещё ты выращиваешь? — Ричард откусил бутерброд и уставился на меня с неподдельным интересом.

— Ну... — я замялась, но потом прорвало. — Лунный мох, звёздную мяту, гномьи розы. У меня целый сад был.

— Был? — он нахмурихмурился.

— Арман сжёг, — вырвалось у меня. — Потому что ему не понравился запах мяты.

Ричард присвистнул.

— Ну и дракон у тебя... То есть, был у тебя. Извини.

— Ничего, — я отпила чай, чувствуя странное облегчение. Почему-то никто другой не хотел слушать про мой сад, а с его стороны я нашла понимание.

Мы проболтали ещё минут десять. Ричард расспрашивал про то, как правильно ухаживать за растениями. Слушал с таким интересом, будто я открывала тайны мироздания.

Поймав себя на том, что искренне улыбаюсь, я тут же заново напряглась.

— Ну ладно, — я резко встала, чуть не опрокинув стул. — Поел? Теперь дуй давай!

— Ну Ви... — протянул он жалобно.

— Давай-давай! — я схватила его за рукав и потащила к двери. — Тебе пора.

Он покорно дал себя вытолкать, но у самого порога обернулся.

— А поцелуешь на прощание?

— Это с какой такой стати? — я сложила руки на груди.

— Мне понравилось быть с тобой вчера, — сказал он просто. — Просто проводить время. И сегодня утром. А разве тебе нет?

Я почувствовала, как щёки заливает краской. Это всё так некстати, так глупо.

— Прекрати, — буркнула я, но голос предательски дрогнул.

Он смотрел на меня. Ждал. И тут я, кажется, окончательно сошла с ума.

— Слушай, — выпалила я, не веря собственным ушам. — А если я тебя поцелую, ты отстанешь?

— Ты правда хочешь меня поцеловать? — глаза его вспыхнули.

— Я искренне хочу, чтобы ты ушёл, — отчеканила я. — Ради этого даже поцеловать тебя готова.

Не успев сперва подумать, я шагнула вперёд, схватила его голову руками и притянула к себе.

И легко коснулась его губ. Они оказались такими нежными, такими мягкими, что на секунду я забылась, растворившись в ощущениях. Где-то внутри вспыхнуло тепло, разливаясь по груди и животу.

А Ричард замер. Будто не верил своему счастью. Но только на мгновение.

В следующую секунду он обхватил мою талию, притягивая к себе так резко, что я ахнула ему в губы. Он принялся целовать меня так жадно и отчаянно, будто только этого и ждал всю жизнь.

У меня подкосились колени.

— Прекрати! — тяжело дыша, я упёрлась ладонями ему в грудь, отстраняясь.

Ричард смотрел на меня сияющими глазами.

— Ты обещал уйти, — напомнила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

— Хорошо! — он отступил на шаг, всё ещё улыбаясь. — Пока! Когда увидимся? Вечером?

— Уходи, я сказала! — я погрозила кулаком, но вышло не очень убедительно.

Он вышел и зашагал по дорожке, но на ходу обернулся и послал мне воздушный поцелуй.

Я с грохотом захлопнула дверь, прижалась к ней спиной и медленно сползла на пол. За дверью раздался победный вой.

— И что это было? — выдохнула я.

— Кажется, ты ответила взаимностью этому зверю, — заметил Финик, появляясь из-за угла.

Ой. Я что, это вслух сказала?

— Ну нет, какая уж там взаимность, — я попыталась принять независимый вид, сидя на полу. — Просто навязчивый он. Очень. Никак не скрыться. И как от него отвязаться, ума не приложу.

Финик посмотрел на меня долгим, задумчивым взглядом.

— Так иди на Высокие Пики, — сказал он таким тоном, будто предлагал сходить в лавку за хлебом.

Я ошарашенно уставилась на него.

— Чего?

— Ну ты же хочешь избавиться от волка? — пудель склонил голову набок. — Иди к Арману в замок на Пиках. Туда ни один волчара не посмеет заявиться — они все дракона боятся. Вот и отделаешься от этого зверя. Ты же этого хочешь?

Он как-то загадочно улыбнулся, отчего у меня заныло сердце.

***

Приглашаю в новинку нашего литмоба Это кризис, дедка! от Анны Пожарской:

https://litnet.com/shrt/p_sr

Бумажная война

Я сидела на кухне с чашкой чая, смотрела на блюдце с клеверным вареньем и пыталась читать книгу. Только вот как открыла страницу, так и застряла на ней: не могла понять суть прочитанного уже минут двадцать.

Финик ушёл по своим делам ещё после обеда. Я осталась одна. Тишина давила, и мысли, которые я так старательно отгоняла, снова лезли в голову.

Вчерашний вечер. Тёплая спина волка, на которой я уснула. А потом утро. Обнажённый Ричард, наш неловкий поцелуй.

Я тронула пальцами нижнюю губу и тут же отдёрнула руку.

— Глупости, — сказала я себе вслух. — Мне просто нужно отдохнуть. Или выйти проветриться.

Я уже собралась выходить на улицу, когда с крыльца донёсся шорох, а затем в дверь громко поскреблись.

— Фин? — я подошла к двери, приоткрыла.

На пороге стоял мой фамильяр. В зубах он держал плотный конверт с сургучной печатью.

— Что это? — я взяла конверт, повертела в руках.

— Лежало на пороге.

Я развернула конверт, вытащила письмо. В двух местах бумага была пробита насквозь — там, где зубы Финика вонзились в печать Магической канцелярии.

Уважаемая гражданка Эльвира Кровайн!

Вы вызываетесь в Магическую канцелярию для дачи показаний в связи с заявлением вашего супруга, Армана Кровайна. Явка обязательна. Дата и время: первый день после полнолуния, 16 часов.

С уважением,<br> Отдел семейных споров

Первый день после полнолуния.

— Это же сегодня! — я подскочила. — Сегодня! Сейчас уже... — я глянула на часы. Половина четвёртого. — Фин! Что делать? Если опоздаю, они штраф влепят.

— Тогда беги скорей!

Арман придумал новую тактику. Раз не может заставить меня вернуться силой — действует через закон. Вызывают на дачу показаний. Значит, он что-то задумал.

— Мне нужно переодеться.

Я заметалась по комнате, на ходу скидывая домашнее платье и прикидывая, в чём бы явиться в канцелярию. Не хватало ещё, чтобы чиновники сочли меня легкомысленной. Выбор пал на строгий костюм цвета спелого баклажана.

— Фин, остаёшься охранять дом!

— А куда я денусь, — он зевнул, но поднялся. — Хотя жаль пропускать такое зрелище, чувствую, будет весело.

Я вылетела из дома, на ходу застёгивая плащ. И чуть не врезалась в Ричарда.

Он стоял у калитки, загадочно улыбался, а мне почему-то стало неловко.

— Опять не даёшь прохода? — вскинулась я, чувствуя, как щёки опять заливает краской.

— Я иду по своим делам, — он пожал плечами. — Это ты на меня налетела.

— Это по каким же?

— Перед Ночью Охоты каждый оборотень без пары должен встать на учёт, — он засунул руки в карманы и пошёл рядом. — Вот за этим и иду. Заодно сообщу им, что приду за тобой.

Я закашлялась.

— Чего?

— Ну а что? — он искренне удивился. — Да, обычно выбор истинной связан с интригой. Когда и сам оборотень не знает, кто его пара. Но я-то знаю.

Он произнёс это с такой уверенностью, что у меня аж зубы свело.

— Да с чего ты взял?

— Потому что я чувствую это, Ви. — Он посмотрел на меня, и взгляд его был таким серьёзным, что я сбилась с шага. — И ты тоже.

— Я?

— Ну да, — он даже кивнул для убедительности. — Иначе не стала бы меня целовать.

От возмущения я только выдохнула и махнула рукой. Его уверенность в том, что я — его судьба, обескураживала. Бесила. Но где-то глубоко внутри от этой мысли почему-то разливалось тепло. И это раздражало больше всего.

— Ладно, — буркнула я. — Проводи меня, раз так хочешь.

Ричард улыбнулся, но ничего больше не сказал. Не лез обниматься, не пытался взять за руку. Просто шёл рядом и расспрашивал, как ухаживать за рассадой.

— А клеверу ведь нужна особенная почва? — спросил он. — Или он как обычный растёт?

— Эльфийский клевер капризный, — ответила я увлечённо. — Растёт только с восточной стороны, полив только в полнолуние...

— А семена ты где берёшь?

— Раньше у торговцев с Зелёного рынка. Теперь, наверное, придётся искать новых. К тому же мне требуются русалочьи слёзы — это такое редкое растение. Где его найти, ума не приложу. На обычном рынке такое не отыщешь.

Я увлеклась, рассказывая про лунный мох, про то, как спасала гномьи розы от вредителей, про то, что эльфийские травы можно собирать только на рассвете. Ричард слушал, задавал вопросы, и я совсем не заметила, как мы пришли.

Перед нами высилось здание Магической канцелярии. Серое, мрачное, с бесконечными колоннами и огромной дверью, в которую одновременно пытались протиснуться десятки посетителей.

Внутри было ещё хуже. Очередь извивалась змеёй через весь холл, терялась где-то в коридорах и, судя по звукам, выходила на чёрную лестницу. Вокруг сновали гномы с увесистыми папками, призраки пытались пролезть без очереди — их отгоняли заклинанием «Брысь». А под потолком летали курьерские совы, роняя перья прямо на головы посетителей.

— Боги, — простонала я. — И в какой из этих кабинетов мне?

— Сейчас узнаем, — Ричард огляделся. — Тебе нужен Отдел семейных споров. Третий этаж, кабинет двенадцать. Я туда же, только на учёт.

— Дорогая, вы не подскажете, где брать форму 888-З? — ко мне обратилась пожилая женщина с охапкой бумаг.

— Не знаю, я сама первый раз, — улыбнулась я.

— А-а, развод? — она понимающе кивнула. — По глазам вижу. У самой такой был. Мой тролль бил посуду и пахло от него ужасно. А у вас кто?

— Дракон, — отмахнулась я. Ну не люблю я задушевные разговоры с первыми встречными.

Женщина присвистнула.

— Ну, держитесь, милая. Драконы — это серьёзно. Они жадные до ужаса. Мой троюродный брат разводился с драконшей, так она у него родовое гнездо отсудила. Вместе с холмом.

Я только вздохнула, делая вид, что слушаю её болтовню. Ричард нежно погладил мою ладонь, отчего я вздрогнула. Очередь медленно двигалась, и наконец мы дошли до кабинета.

— Я с тобой? — спросил Ричард.

— Нет, — я покачала головой. — Не пустят. Иди становись на свой учёт, я сама.

Он кивнул, но, когда я уже взялась за ручку двери, вдруг снова поймал мою руку.

— Если что — я рядом.

Я хотела огрызнуться, но посмотрела в его серьёзные глаза и почему-то только кивнула.

"Мне ко времени", — сообщила я зароптавшей очереди, а затем шагнула в кабинет.

Внутри пахло пылью и старыми бумагами. За массивным столом сидел гном-чиновник — маленький, юркий, с цепкими глазками и длинными усами, которые он то и дело накручивал на палец.

А затем моё сердце ёкнуло, потому что я увидела: в кресле напротив развалился Арман.

Я отшатнулась. И прежде чем успела подумать, сделала шаг назад — туда, где за дверью остался Ричард, будто неосознанно искала там защиты.

Арман усмехнулся.

— Пришла.

Я выпрямилась, усилием воли взяла себя в руки. Ему нельзя показывать слабость.

— По какому поводу вы явились в учреждение? — цепкие глазки гнома перебегали с меня на Армана.

— Я хочу пожаловаться на свою супругу, — с ходу заявил Арман, не успела я сесть. — Она покинула наш общий дом и живёт уединённо. Это не дело. Хочу прибегнуть к помощи государства, чтобы вернуть её.

— А я тоже хочу пожаловаться! — выпалила я, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Я хочу подать на развод, а муж отказывает мне в этом. Куда накатать жалобу?

Гном открыл какую-то пыльную книгу, послюнявил палец и начал переворачивать листы. Фолиант был таким древним, что я даже испугалась — того и гляди рассыплется от его прикосновений. И как тогда разводиться?

— Ну чего вы там копаетесь? — не выдержал Арман.

— Так, — задумчиво проговорил гном. — Ситуация у вас явно конфликтная. Книга учёта конфликтных ситуаций гласит, что вам, гражданка эльфийка, нужно заполнить форму 33-Б — заявление на развод. А вам, гражданин дракон, — заполнить заявление на возврат супруги — форма 44-У. Пока что сходите за бланками. Рядом с бланком лежит шаблон. Заполните заявление по шаблону...

— Но это же бред! — зарычал Арман. — Документы противоречат друг другу. Зачем марать бумагу, когда вы просто можете вернуть мне жену. Верните!

— Не положено, — гном покачал головой. — Сперва нужно заполнить форму...

Не дослушав его, я встала и уточнила:

— Где брать бланк?

— В коридоре, — гном кивнул на дверь.

Я рванула к выходу, не глядя на Армана. Спорить с этими бюрократами бесполезно — проще заполнить их бумажки.

В коридоре я нашла стопку бланков, выхватила один и, пристроившись на подоконнике, начала выводить аккуратным почерком своё имя в графе «заявитель».

— Эльвира, прекрати! — рыкнул над ухом Арман.

Я вздрогнула, но проигнорировала его. Перешла к графе «супруг», вписала его имя.

— Эльвира!

Я снова не ответила. И тогда он просто вырвал лист из моих рук и подпалил его своим огненным дыханием.

— Ты совсем? — я уставилась на тлеющие угольки, которые ещё секунду назад были моим заявлением. — Что себе позволяешь?!

— А ты?!

— Не стоит девушку обижать, — раздался спокойный голос.

Я обернулась. У стены, прислонившись плечом к косяку двери, стоял Ричард.

— Не лезь не в своё дело, парень, — процедил Арман.

— Я серьёзно, — Ричард не двинулся с места, но голос его стал твёрже. — Вам не стоит так себя вести в учреждении. За порчу государственного имущества могут оштрафовать.

— Это вот эти-то бумажки — имущество? — Арман заржал, привлекая внимание других посетителей. Он подхватил со стопки ещё несколько бланков, подкинул их вверх и поджёг. Бумаги вспыхнули оранжевым пламенем, и по коридору разнёсся запах гари. — Смотри, щенок, чего стоит твоё имущество!

— Сейчас пожарная сигнализация сработает, — заметил Ричард. — Будете потом магическим огнеборцам объяснять...

— Слушай, — я подошла к Ричарду и положила руки ему на грудь, чтобы заставить замолчать. — Перестань.

Арман нахмурился, проследив за мной взглядом.

— Не пытайся его урезонить, — прошептала я, чтобы муж не слышал. — Поверь, это бесполезно. Только раззадоришь.

— Кто-то же должен его угомонить, — ответил Ричард, но спорить не стал.

В этот момент сработала сигнализация. Пронзительный вой заполнил коридор, и отовсюду выбежали служащие с магическими огнетушителями. Они окружили Армана, оттеснив нас с Ричардом.

— Это кто здесь набедокурил? — спросил эльф в строгом костюме, который явно был тут за главного.

Арман стоял с самым невозмутимым видом, сложив руки на груди.

— Гражданин дракон, — эльф сверкнул глазами, — не делайте вид, что вы ни при чём. У нас магические шары по всему периметру. Они всё зафиксировали.

— Вы мне жену верните, — спокойно отозвался Арман. — Потом поговорим.

— Гражданин дракон, покиньте помещение. Немедленно. Иначе нам придётся вызвать магполицию.

Арман скривился, но упоминание магполиции возымело действие.

— Ладно, пёс с вами! — Он направился к выходу, но на пороге обернулся. — Эльвира, это не конец! И щенка своего успокой. Иначе несдобровать ему.

Ричард наградил его взглядом, полным презрения. Арман хотел что-то добавить, но служащие уже выпроваживали его к выходу. Дверь закрылась.

— Ну как ты? — Ричард шагнул ко мне, и в голосе его звучала такая тревога, что у меня что-то сжалось внутри.

— Да я-то в порядке, — ответила я. — Ты зачем вписался? Неужели хочешь познать силу драконьего огня?

— Я его не боюсь, — он взял мою руку. Я дёрнулась, но не убрала её. — Вот увидишь, я ему покажу. Сделаю так, чтобы к тебе не приближался.

— Да ладно тебе хорохориться, — я попыталась улыбнуться. — Он ушёл уже.

— Я могу его догнать! — распалялся Ричард. — И всё ему сообщить! Что ты моя.

— Ну хватит, хватит, — я снова положила ладони на его грудь, чувствуя, что это может его успокоить. — Покричали — и хватит. Люди вокруг.

— И что мне те люди?!

Не помогло.

— Ну как? Неприлично же.

— А по-моему, очень прилично!

— Рич...

— Прилично, я считаю! И хочу, чтобы все знали!

Его голос громом прошёлся по залу, привлекая внимание. Да что ж такое! Сначала дракон-пироман, теперь крикливый юноша.

— Слушайте все, магические существа! — Ричард повысил голос, и я попыталась схватить его за руку, но он увернулся.

— Ричард, прекрати!

— Хочу, чтобы вы знали! — он не слушал. — Эта девушка — Эльвира — моя истинная пара!

— Да закрой ты свой рот! — процедила я сквозь зубы, хватаясь за голову. Какой позор!

— И я только что подал заявку на Ночь Охоты! — продолжал он, забираясь на стул, чтобы я не могла до него дотянуться. Теперь все, кто был в коридорах канцелярии — и служащие, и посетители — устремили взгляды на нас.

— Хватит меня позорить! — злость подбиралась к горлу, мне стало сложно её контролировать.

— И я приду за ней! — пообещал он. — Приду, чтобы сделать своей. Потому что я её...

— Да хватит уже!!!

Вся накопленная ярость вышла вместе с разрядом. Я даже не целилась — просто ударила в пол, чтобы никто не пострадал.

Никто и не пострадал. Кроме паркетного покрытия, которое превратилось в обугленные щепки в радиусе трёх метров вокруг меня.

Ричард уставился на меня ошалевшими глазами.

В коридоре воцарилась тишина. А потом кто-то закричал. И все бросились к выходу, расталкивая друг друга, переворачивая стулья.

— Ну и чего ты добился? — прошипела я.

Вокруг царила паника, звуки которой прервал свисток магполицейского.

Мы с Ричардом переглянулись. Он спрыгнул со стула.

— Дёру, — шепнул Ричард, схватил меня за руку и бросился к выходу.

Не к центральному, где, распихивая друг друга, толпились посетители, а к запасному. Мы не успели добежать до него всего пару метров, потому что услышали крик за своей спиной:

— Граждане нарушители, руки вверх! Вы арестованы.

***<br> Приглашаю вас в новинку нашего моба — "Три имени для одной" Анны Арс:

https://litnet.com/shrt/Z1pT

Птичка вылетела

— Итак, вы двое устроили дебош в канцелярии, — пожилой орк в круглых очках оторвал глаза от отчёта и взглянул на нас. — Зачем?

— Дяденька-магполицейский, мы не виноваты. Отпустите... — начал Ричард.

— Молчать! — рявкнул на него орк и перевёл взгляд на меня, в котором читалось: «Ну?».

Я лишь сложила руки на груди и уставилась в ответ.

— Чего молчим? — ласково протянул орк, глядя на меня.

— Вы же сами сначала задали вопрос, а потом сказали ему заткнуться, — огрызнулась я.

— Мальчишка пускай молчит. Слишком импульсивный. А ты говори.

Я взглянула на Ричарда. Тот сидел насупившись. Но когда встретился со мной взглядом, улыбнулся.

— Я прочёл твоё досье, — продолжал орк, глядя на меня. — Добрая горожанка, примерная жена. Торгуешь растениями из своего сада. Никаких приводов раньше не было. Что случилось-то? Зачем связалась с этим хулиганом? — он кивнул на Ричарда.

Ну вот как ему объяснить?

— Он ни при чём, — наконец произнесла я. — Это я не удержалась, поддалась эмоциям, подпалила пол. Отпустите парня.

— Эльвира не виновата! Это я её спровоцировал, — тут же начал защищать меня Ричард. — Отпустите её.

Он сделал паузу.

— Ну или на крайний случай поместите нас в одну камеру, пожалуйста.

Орк взялся за голову.

— Выгораживаете друг друга, подельники? Ладно, за решётку вас не за что сажать. Но протокол гражданке выпишем — оплатите восстановление покрытия и штраф за ненадлежащее поведение. Свободны.

Мы уже встали, но магполицейский опомнился и прервал:

— Стойте! Совсем забыл! — он ударил себя по лбу ладонью. — Сперва фото.

Фото?

— А это зачем? — уточнила я уже у другого служащего, молодого тролля, когда нас завели в фотокомнату.

— Ну как зачем? А вдруг вы снова на преступление пойдёте? А тут у нас фотокарточка ваша будет. Разместим на столбах и досках объявлений в разделе «Помогите найти рецидивистов».

— На рецидив мы не пойдём, — убедил его Ричард. — Но с фото идея неплохая. А можно вдвоём сфоткаться?

— Вдвоём? — тролль поднял на него глаза.

— Ну да. Мы же вдвоём нарушили. И на рецидив если что вместе пойдём.

Я метнула в него колючий взгляд.

— Ну хорошо, — тролль пожал плечами. — Становитесь вместе.

Я лишь посмотрела на них с сомнением, но спорить не стала. В конце концов, это просто юридическая необходимость. Сейчас щёлкнут — и сразу отпустят.

— Итак, вы готовы? — уточнил тролль.

Ричард встал рядом и приобнял меня за плечи.

— Что ты делаешь? — прошипела я на него. — Это не семейное фото.

Но он стоял с абсолютно невозмутимым лицом и не собирался отступать.

— Парень, отойди от неё. Руки по швам! — командовал тролль. — Сейчас вылетит птичка.

Я приготовилась. Каждый раз, когда из магаппарата вылетает волшебный дрозд, у меня замирает сердце: уж больно птичка красивая. А как поёт!

Отвлёкшись на эти мысли, я потеряла бдительность. И не заметила, как Ричард схватил меня и притянул к себе! Одной рукой он удерживал мою талию, второй — голову, чмокнув куда-то в волосы у виска. В этот миг волшебный дрозд вылетел из своего окошка и начал заливисто петь. Я застыла, забыв, как дышать.

— Эй, парень! Чего творишь? — ругался тролль. — Запорол мне кадр!

— А можно неудачный снимок мне отдать?

— Ты встань нормально! А там посмотрим.

Дрозд залетел обратно в своё окошко, готовясь к новому вылету.

Наконец, добившись от нас нормального кадра, тролль отпустил нас. Ричард всё-таки выторговал себе фото, где он схватил меня, и разглядывал его по дороге.

На выходе мне вручили протокол с суммой, от которой я едва не заплакала. Но тут же скрыла свои эмоции — не хочу показывать, что эта ноша для меня неподъёмна.

Когда нас отпустили из отделения, на улице уже стемнело. Я наконец выдохнула.

— Можешь не провожать. Эмоций мне на сегодня вполне хватило.

— Прости, что так вышло, — он протянул мне снимок. — Но ты только глянь.

Я ухмыльнулась — на фото Ричард прижимал меня к себе, а я смотрела на него расширившимися от изумления глазами и толкала в грудь.

— Забавно, согласись? Можем показывать его гостям на свадьбе — наше первое совместное фото.

— Какой свадьбе? — я подавилась воздухом.

— На нашей. Какой же ещё.

— Рич... слушай! Если хочешь отношений со взрослой женщиной, так и веди себя по-взрослому — без этого вздора и ребячества! — вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.

— Понял, — он посмотрел на меня очень серьёзно.

— Да что ты там понял... — я отвернулась, чувствуя, как щёки заливает краской.

— Позволишь мне оплатить твой штраф? — неожиданно предложил он.

— Нет уж! Свои проблемы я сама решу.

— А деньги где найдёшь?

— Ну... раньше у меня был сад. Я торговала растениями. Посмотрим, можно ли восстановить что-то из уцелевшего после пожара.

— Могу прийти помочь тебе?

— Ты же всё равно не отстанешь? — я возмутилась, но лишь показательно. На самом деле помощник бы мне не помешал.

— Совершенно верно!

— Ладно. Приходи, — я махнула рукой, соглашаясь.

— Тогда до завтра, Ви! Уже пришли.

Я оглянулась — и впрямь мы стояли у моего дома. Я и не заметила, пока препиралась с ним, как мы дошли.

— Пока, Ричард, — я поймала себя на том, что сама потянулась к нему.

Что это со мной? Обнять его захотела?

— Спокойной ночи и до завтра, — он не стал обнимать меня, а лишь подмигнул, развернулся и побрёл по тропинке прочь.

Когда он скрылся из виду, я взглянула на свою руку. В ней было наше фото.

Из материалов магполиции

Ну как вам наши красавчики? Напишите в комментариях)

***<br> Приглашаю вас в новинку нашего моба — "Бюро волшебных находок" от Лены Тулиновой:

https://litnet.com/shrt/OyuJ

Всё, что выращено непосильным трудом

— Прикольная фотка, — с порога заявил Финик, увидев снимок в моей руке.

— Ты лучше взгляни на это, — я протянула ему протокол, что был в другой руке.

— И что всё это значит? — пудель нахмурился. — Не разбираю эту тарабарщину на бюрократическом.

— Это штраф, который нас разорит. Фин, мы банкроты! — я упала в кресло, роняя листок на пол и закрыв лицо руками.

— Теперь за желание уйти от дракона штрафуют на неподъёмную сумму? Оригинально они, конечно, придумали! — он аж тявкнул от возмущения.

Я коротко пересказала ему события минувшего вечера.

— Да, дела, — Фин присвистнул. — Зря с тобой не пошёл — такое зрелище пропустил! И что будешь делать?

— Нужно завтра будет осмотреть сад. Отсортировать растения. Избавиться от погибших, отправить выжившие на продажу. Ну или хотя бы отобрать здоровые ростки и пересадить с выгоревшей земли на пригодную почву, — перечисляла я, загибая пальцы. А Фин смотрел на меня с кислой миной. — Ну чего ты? Не веришь, что что-то сохранилось?

— Не верю, что это поможет.

— И что же делать, по-твоему? Как решить проблему?

— Для этих целей есть муж.

— Чего? — в моём голосе проскользнули визгливые нотки.

— Сходи на Высокие Пики, попроси денег у Армана. Так понятнее?

— Ни за что! Никогда этого не будет, слышишь!

В ответ он лишь фыркнул. А я улеглась в постель, стараясь поскорей уснуть: день предстоит долгий, а меня и сегодняшний вымотал прилично.

Утро встретило меня серым небом и противным мелким дождём. Я постояла у окна, глядя, как капли барабанят по стёклам, и чувствовала, как внутри разрастается тоскливое «ничего не выйдет».

Но вместо того, чтобы опустить руки, решила действовать. Облачившись в рубашку и простые брюки для работы в саду, вышла на крыльцо с замиранием сердца. Давно пора было провести здесь ревизию. Но всё руки не доходили — всё боялась увидеть результат ярости Армана.

Я шагнула за порог. Зрелище меня не порадовало.

Пепелище, которое я видела вчера, сегодня, под дождём, выглядело ещё страшнее. Мокрая чёрная земля, обугленные скелетики кустов, которые я выхаживала годами. Гномьи розы, которые я вырастила из семечка, привезённого с Восточных гор, торчали мёртвыми палками. Лунный мох, который я собирала по крохам у торговцев, превратился в чёрную слизь.

Я опустилась на корточки, провела рукой по пеплу.

— Три года, — прошептала я. — Три года жизни.

Я почувствовала капли на лице и даже не поняла, что это — дождь или слёзы.

— Эльвира!

Я вздрогнула. Ричард стоял у калитки со взъерошенными промокшими волосами. Он махал мне рукой и лучезарно улыбался.

Сердце дрогнуло.

— Пришёл всё-таки? — крикнула я, стараясь, чтобы голос звучал сердито.

— Обещал помочь! — он не стал дожидаться приглашения, открыл калитку и вошёл.

В этот миг с неба перестало лить, а солнце вышло из-за туч. Я выпрямилась, смахнула капли с лица и постаралась придать ему невозмутимое выражение.

— Фронт работ, как видишь, большой, — сказала я, разводя руками. — Хочешь помочь? Приступаем!

Ричард кивнул, стянул промокшую куртку, оставшись в одной рубашке, и подошёл ближе. Я почувствовала исходящий от него запах дождя и леса.

Мы оба опустились на колени перед клумбами. И я начала выкапывать уцелевшие розы.

— Они прихотливые и капризные, — я достала цветок с корнем и показала Ричарду. — Корневая система очень чувствительная. Поэтому будь осторожен.

Он кивнул. Кажется, всё это время оборотень смотрел не на цветок, а на меня. Ричард коснулся моих волос, убирая выбившуюся прядь за ухо. Пальцами он провёл сверху вниз по остроконечной верхушке уха.

— Какое у тебя ушко хорошее, — вдруг сказал он.

— Прекрати, — я отшатнулась. — Мы тут работать собрались.

Он убрал руку, но улыбка с его лица не исчезла.

— Хорошо-хорошо, — он поднял ладони в примирительном жесте, а затем закатал рукава. — За дело!

Я показывала, что нужно выкопать и пересадить, что можно попробовать спасти черенкованием, а что безвозвратно потеряно. Ричард слушал внимательно.

— А русалочью лилию можно спасти? — спросил он, осторожно выкапывая корневище.

— Если корни не подгорели, то можно. Но ей нужна особая вода. Русалочья, естественно. А где её взять...

— Найдём, — уверенно сказал он. — Ты главное скажи, что нужно. А мы её выходим.

— Хорошо бы! Ох, помню, с каким трудом она мне досталась.

— Расскажи.

— Я пошла на рынок, увидела рассаду. Но её уже собиралась купить гномка. И мы буквально сцепились, — я улыбнулась, а Ричард рассмеялся.

— Ты дралась за лилии?

— Ну не прямо дралась. Я одолела её хитростью. Сказала, что в соседнем переулке продают русалочьи слёзы, а без них лилии всё равно не вырастить.

— А она?

— А она побежала за ними, пока я спокойно купила рассаду.

— Хитрюга! — Ричард рассмеялся сильнее, а я немного смутилась и отвела взгляд. — На деле русалочьи слёзы — это растение, а не удобрение. Я запомнил, это ты в прошлый раз рассказывала.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь против воли. Он запомнил, а не просто пропускал мимо ушей мою болтовню.

— Эльфийский клевер, — я опустилась на колени рядом с крошечным зелёным ростком, который чудом уцелел под камнем. — Смотри, он выжил.

— Это тот самый, из которого варенье? — Ричард присел рядом.

— Тот самый, — я осторожно провела пальцами по нежным листочкам. — Я думала, всё пропало. А он...

— Упрямый, — закончил за меня Ричард. — Как его хозяйка.

Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Он смотрел на меня серьёзно и чуть насмешливо, и в глазах его было что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание.

— Давай его выкопаем. А я обойдусь без сравнения с цветами.

Он усмехнулся, но послушно взялся за лопату.

Мы работали до вечера. Дождь то прекращался, то начинался снова, но мы оба промокли насквозь и уже не обращали на это внимания. Ричард копал, перетаскивал горшки, таскал мешки с землёй. Я сортировала растения, решала, что оставить, что выбросить, что попробовать продать.

И чем больше мы работали, тем меньше я думала о штрафе, о банкротстве, об Армане.

Я рассказывала Ричарду про русалочьи слёзы, которые цветут только раз в году и только под полной луной. Про гномьи розы, которые требуют особого полива. Про то, как правильно черенковать эльфийский клевер, чтобы он дал новые побеги.

Он слушал. Кивал. Задавал вопросы.

И я не заметила, как солнце закатилось за горизонт, освещая наши лица розовым золотом.

— Всё, — сказала я, выпрямляясь и ощущая, как ноет спина. — На сегодня хватит.

Ричард тоже выпрямился, отряхнул колени.

— Пить хочется, — сказал он.

— Иди в дом, я сейчас, — я собрала инструменты и направилась к крыльцу.

В доме было тепло и сухо. Я вымыла руки и поставила чайник, достала стаканы. Ричард уже устроился за столом, о чём-то беседуя с Фином. Странно, Арман никогда не мог найти с ним общего языка, я думала, мой фамильяр вообще неуживчивый.

Когда я отвернулась, чтобы засыпать чай в заварник, Ричард подошёл сзади. Я почувствовала его присутствие спиной так остро, что каждый волосок на затылке встал дыбом.

Он осторожно отвёл мои мокрые волосы в сторону, открывая шею. И я почувствовала кожей сначала его дыхание, а потом — лёгкий поцелуй. Его тёплые губы мягко коснулись ямочки за ухом, затем плеча — там, где сползла рубашка.

— Что ты делаешь? — спросила я севшим голосом.

— Ну сколько можно ждать? — спросил он, не отстраняясь. От его низкого голоса по телу разбежались мурашки.

Я зажмурилась. Его губы были такими тёплыми, а я — такой замёрзшей после улицы, промокшей, уставшей. Мне так хотелось просто расслабиться, откинуться на его грудь, позволить ему продолжить.

— Нет, — я сделала шаг в сторону, разрывая контакт. — Нельзя.

— Эльвира...

— Нельзя, — я обернулась к нему, чувствуя, как щёки горят. — Нельзя так, Ричард.

Он в упор посмотрел на меня. Я удивилась, увидев в его глазах не злость и не обиду, а понимание.

— Хорошо, — сказал он. — Я подожду. До окончания процедуры развода.

— Да причём здесь это? — в сердцах бросила я, снова отворачиваясь, чтобы не видеть его глаз. — С чего ты взял, что я буду с тобой после развода?

— Ладно, — он отступил на шаг. — Уже поздно. Я пойду.

— Не хочешь хотя бы чаю?

— Нет. Пора домой. Ты устала.

Я промолчала, чувствуя, как защипало глаза. Потом услышала, как он надевает сапоги, открывает дверь.

— До завтра, Ви.

Дверь закрылась.

Я стояла у раковины, сжимая край столешницы, и чувствовала, как всё внутри дрожит.

— Надо было хоть покормить его, — вырвалось у меня вслух.

— Вот ещё! — Фин материализовался из-за угла. — Наверняка он ест, как волк. На него никакой провизии не напасёшься. А наше финансовое положение, сама знаешь, не позволяет.

— Фин!

— Что «Фин»? — он запрыгнул на стул и уставился на меня. — Ты хочешь его накормить — иди работай. Его припахала, молодец. Пусть помогает бесплатно.

— Фин!

— А что? Я правду говорю. Влюблённые дураки — лучшая рабочая сила. Не надо им платить, они сами приходят и таскают мешки с землёй.

Я хотела возмутиться, но лишь разозлилась, потому что Фин был прав.

— Фин, — я села напротив него. — Думаешь, у меня получится?

— У вас с ним? Ну парень он неплохой…

— Да я не про нас! Как думаешь, я смогу восстановить сад, чтобы оплатить штраф?

— Вот! — Фин выложил протокол на стол передо мной. — Смотри. Тут указана дата: «оплатить до следующего новолуния».

— Следующее новолуние. Это когда пройдёт Ночь Охоты, — от этой мысли у меня кольнуло где-то в груди.

— Да ты не о том думаешь! Если не оплатишь штраф, тебя посадят. А как без тебя, Эльвира?! — Фин жалобно заскулил.

— Фин, — я перевела взгляд с бумаги на свои руки и обратно. — Кажется, мне всё-таки придётся…

Слова застряли в горле.

— Сходить на Высокие Пики? — он договорил за меня.

Я кивнула.

— Ты же говорила «никогда»?

— Я знаю, — я закрыла лицо руками. — Знаю. Но выхода нет. Мы не сможем выплатить штраф сами. А вдруг они не только посадят, но ещё и имущество арестуют. И тебя в том числе.

— Или заставят вернуться к мужу в счёт долга, — спокойно сказал Фин. — Такие прецеденты были.

Я подняла голову.

— Были?

— Я живу тысячу лет, Эльвира. Всякое видел.

— Значит, выхода нет.

— Или попроси Ричарда. У него, говорят, семья небедная.

— Нет, — я покачала головой. — Только не это. Я не буду просить денег у мальчика, пользуясь тем...

— Что он тебя любит? — закончил Фин.

Я промолчала и выглянула в окно. Там, за горизонтом, в тучах, которые разогнал вечерний ветер, угадывались очертания далёких гор.

Мой муж сидел на вершине, в своём замке, и ждал. И, кажется, он получит то, что хотел.

— Ладно, — вздохнула я, глядя на Финика. — Собирайся. Идём на Высокие Пики.

***

Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего моба — "Не корми дракона яблочками!" от Юлии Парфёновой:

https://litnet.com/shrt/mP89

Работяги

А вы тоже замечали, что совместные занятия очень сближают?)

Мрачный замок

— Эльвира, хочу на ручки.

Я остановилась и уставилась на Финика.

— Что это с тобой? — я присела на корточки, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты никогда на ручки не просился.

Пудель нервно оглянулся по сторонам и прижался к моим ногам.

— Ну так и обстоятельства не обычные, — буркнул он.

Я хотела съязвить, но тоже огляделась. На самом деле я понимала Финика.

Тропа, ведущая на Высокие Пики, была пустынной и мрачной. Справа и слева поднимались острые скалы, поросшие колючим кустарником. А за деревьями то и дело мелькало что-то.

То тут, то там вставали мрачные силуэты. Они окружали нас со всех сторон, прятались за деревьями, подглядывали за нами оттуда, следовали по пятам. И от этих неусыпных взглядов возникало леденящее душу чувство, будто мы идём прямиком в капкан.

— Не переживай, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал увереннее, чем я себя чувствовала. — Они чувствуют, что я ведьма. Да ещё и со своим фамильяром.

— Вот я и хочу, чтобы ты меня несла перед собой, — Фин ткнулся носом мне в колено. — Чтобы сразу видели — ты под защитой.

Я вздохнула, пригнулась и протянула к нему руки. Он тут же прыгнул на них, и я прижала пуделя к груди. Он притих, только носом шмыгал и поглядывал по сторонам, иногда косясь назад из-за моего плеча.

— Тяжёленький ты, — проворчала я, сворачивая на очередной серпантин. — Надо меньше печенья есть.

— У меня просто кость пушистая, — парировал Фин. — И вообще, это ты нас в такое место притащила.

Я промолчала.

Дорога на Высокие Пики была долгой. Я шла, переставляя ноги, стараясь не думать о том, что ждёт впереди. Вместо этого пыталась сосредоточиться на том, как вернуть жизнь в нормальное русло: вот восстановлю сад, выйду на стабильный доход с продажи растений. Если дела пойдут хорошо, можно будет даже ремонт сделать, Ричарда пригласить.

Ричарда.

Я сжала зубы и заставила себя не думать о нём. О том, как он убирал прядь волос с моего лица. Как смотрел на меня. Как я сама потянулась к нему на прощание.

— Эльвира, — Фин прервал мои мысли. — Ты только не злись.

— Что?

— Ты сейчас краснеешь и бледнеешь попеременно. Это ненормально. Если у тебя жар, может, вернёмся?

— У меня нет жара, — отрезала я.

— А что тогда? Мыслями о волке занята?

— Финик!

— Молчу-молчу, — он спрятал нос в моём плече. — Только ты поаккуратнее с мужем. Не говори дракону вот так в лоб, что у тебя молодой любовник. А то потом будешь жалеть.

Я не ответила. Потому что упёрлась взглядом в жилище дракона.

Замок Армана вырос перед нами внезапно. Одна минута — и мы идём по каменистой тропе среди мрачных скал, а следующая — и перед нами вздымаются чёрные стены, острые башни, мост через пропасть.

Замок был красивым, величественным и абсолютно мёртвым. Ни огонька в окнах, ни звука. Только ветер гулял по пустым дворам, и где-то вдалеке каркал ворон.

— Уютненько, — оценил зрелище Фин. — Прям мечта поэта. Если тот поэт не вылезает из депрессии.

— Помолчи, — я поставила его на землю и подошла к воротам.

Стучать не пришлось. Ворота открылись сами, беззвучно и медленно, словно приглашая войти.

Я вошла. Внутри было ещё мрачнее. Каменные стены, факелы, которые горели каким-то неестественным синим пламенем. Каждый шаг по длинным коридорам отдавался эхом.

— Эльвира.

Я вздрогнула.

Арман стоял в конце зала. Высокий, красивый, с золотистыми волосами, которые мерцали в свете факелов. Он был в домашнем халате, расслабленный, но глаза горели.

— Пришла, — победно констатировал он, и в его голосе не было удивления. Только удовлетворение.

— Мне нужны деньги, — я решила не ходить вокруг да около. — Меня оштрафовали. Я не могу оплатить штраф сама.

— Знаю, — он сделал шаг ко мне. — Весь город только об этом и говорит. Моя жена разнесла пол в канцелярии и теперь должна круглую сумму.

— Это ты виноват! Ты меня довёл.

Я почти не соврала. Иногда, в особо нервные дни, я чувствовала, что накопившаяся ярость разрушит меня изнутри, если я не бахну молнией. Правда, обычно я разряжалась в безлюдном месте, чтобы никому не навредить ненароком. Ну или просто уходила поработать в саду: возиться с землёй для меня было сродни медитации, это всегда успокаивает.

— Я не виновата, — я продолжала настаивать, хоть он и не спорил. — Это ты...

— Я знаю, — он перебил меня, и голос его стал мягче. — Знаю, Эльвира. Я всё знаю.

Он подошёл ближе. Я сделала шаг назад.

— Не надо.

— Ты пришла ко мне, — он не остановился. — Сама. Значит, я тебе нужен. Значит, решила перестать дурить.

— Мне нужны деньги. Не ты.

— Деньги я дам, — он остановился в шаге от меня, и я почувствовала знакомый огненный запах. — Но сначала давай поговорим.

— О чём?

— О тебе. О нас. Неужели всё, что было между нами, для тебя ничего не значит?

Я напряглась.

— Для меня всё, что было между нами, многое значит. Но сейчас…

— Весь город твердит, что у тебя молодой любовник, — Арман перебил меня и усмехнулся. — Я сначала не поверил. Да и когда заметил этого щенка у твоей калитки, не придал значения. Какой он конкурент мне?

Он снова усмехнулся, но сейчас в усмешке сквозило холодом.

— Но потом мне сообщили, что видели, как юнец расхаживает по городу в моих вещах.

— Это кто тебе там докладывает? — я задохнулась от злости. — Шпионов нанял следить за мной?!

— Шпионить не надо — всё и так видно, — спокойно ответил он. — Моя жена выгуливает любовника в моей одежде. Каково? Весь город уже неделю только об этом и судачит.

— Во-первых, я тебе не жена. Я подала на развод. А во-вторых...

— Развода не будет, — он шагнул ко мне, и я попятилась, пока не упёрлась спиной в холод каменной стены. — Ты моя, Эльвира. Была и останешься.

— Я ухожу, — я попыталась обойти его, но Арман преградил путь.

— Ты думаешь, я тебя куда-то отпущу? Ночью? — его голос стал низким, вибрирующим. — Ты пришла сама. Значит, тебе нужно. А я соскучился.

Он протянул руку, коснулся моего лица. Я дёрнулась, но он крепко взял меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Не надо, Арман.

— Зачем тебе это? — он наклонился, и я почувствовала его дыхание на своей щеке. — Зачем ты дразнишь меня?

Он не дал ответить, закрыв мне рот поцелуем. Грубо, требовательно, вжимая в стену. Я упёрлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но он был слишком сильным.

— Пусти!

— Не надо сопротивляться, Эльвира, — прошептал он, целуя мою шею. — Ты же знаешь, я всё равно получу своё.

— Арман, нет...

Он схватил меня за руку и потащил куда-то вглубь замка. Я спотыкалась, пыталась вырваться, но его хватка была мёртвой.

— Эльвира! — раздался отчаянный лай Финика.

Пудель вынырнул из тёмного коридора, бросился к нам и вцепился зубами в штанину Армана.

— Ты хочешь познать силу огня, злой дух?! — рявкнул дракон и отшвырнул его ногой в стену.

Фин жалобно взвизгнул.

— Фин! — я рванулась к нему, но Арман схватил меня за талию и поднял на руки.

— Не отвлекайся, — прошептал он мне в ухо.

Он понёс меня в спальню. Я билась, царапалась, но он был сильнее. Гораздо сильнее меня. Я переживала за Финика, ненавидела Армана и думала, как вообще докатилась до такого.

А потом я просто перестала сопротивляться. Потому что поняла: это бесполезно. Он не отпустит, не услышит. Не остановится.

Я смотрела в потолок, чувствуя его руки, его губы, тяжесть его тела, подмявшего меня под себя. И думала о том, как хорошо, что я могу закрыть глаза, чтобы не видеть его лица. Как хорошо, что можно представить что-то другое.

Я изо всех сил зажмурилась, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Перед глазами встала чёткая картинка. Лес, дождь, тёплая спина волка.

— Не плачь, — прошептал Арман, нежно проводя пальцами по моей щеке, собирая влагу, стекающую из моих глаз. — Сама пришла. Сама.

Он поцеловал меня в уголок губ, в щеку, в шею, всасывая нежную кожу, впиваясь в неё зубами. Я молчала. Смотрела в потолок и ждала, когда это закончится. А когда закончилось, уткнулась носом в мокрую от слёз подушку.

Утром я лежала на огромной кровати, глядя в окно, и чувствовала, как что-то внутри меня умерло. Какая-то часть моей души, которая ещё надеялась, что всё можно решить по-хорошему.