RAIDO
Равновесие. Дело о демоне

Глава 1

Вика

Не могу поверить, что они уговорили меня сесть на поезд. Да, мы всё равно собирались уехать, но не сейчас и не в этот муравейник. Мы вполне могли дождаться рейса до какого-нибудь посёлка, если бы они не загорелись охотиться именно на лихого. И зачем ему было выходить из своего леса?

Вокзал — плохое место. Слишком много прямых линий, мало углов, где можно исчезнуть. Я отмечаю выходы — главный, запасной, служебный. Камеры висят как глаза. Голову не поднимаю, но знаю, где каждая: одна, две, три. В больших городах сложно прятаться, люди здесь умнее. Я хотела в деревню с гектарами леса вокруг, где можно питаться без риска быть обнаруженной. А тут все платят картами и требуют документы.

— Если он выйдет из здания, мы его не найдём, — торопит Белый, стоит только ступить на платформу.

Да, разумеется. Я буду брать лихого прямо посреди вокзала. Почему нет?

— За ним. Оставайтесь невидимыми. Мне нельзя с вами — камеры.

— Ты зануда, — кидает Чёрный.

Они выскальзывают из меня: сначала Белый — будто выдох, потом Чёрный — будто рывок. Толпа их не замечает. Двое скользят сквозь людей, как вода между камнями. Мы остаёмся связаны, поэтому вижу, как несутся по коридорам, нагоняют цель и скручивают… в мужском туалете.

Прекрасно.

Ускоряю шаг. В первом же киоске покупаю минералку. Пластик. Бутылка пахнет химией.

Захожу в уборную. Делаю небольшой глоток — вода щиплет язык, странная, чужая. Остатки выливаю в раковину.

Бросаю взгляд на ничего не понимающего лихого. Он стоит, скрученный невидимыми руками Белого и Чёрного, и только хлопает глазами. Произношу заклинание, одновременно рисую знак пальцем на бутылке. Кажется, он хочет что-то сказать — видно по взгляду перед тем, как его затягивает в пластиковую ловушку. Но не может. Ни двигаться, ни колдовать, ничего.

— Куда дальше? — сразу интересуется Белый.

Ему не терпится. Он не питался дольше брата, поэтому подгоняет.

— Надо найти жильё, — убираю бутылку в рюкзак, — Оба молчите.

Среди ночи можно заселиться только в отель, но нужна квартира, а лучше дом на отшибе. Лихого в номере не разделать — это долго, иногда громко и пахнет так себе. Открываю карту, перевожу в режим спутника и ищу тёмные пятна между домами, где можно исчезнуть, если что-то пойдёт не так. Первый этаж. Окна во двор. Рядом хотя бы кусты — не лес, но лучше, чем асфальт.

Бутылка продержится часов десять. Время ещё есть.

Алекс

Холодно, сыро. Лабиринт залов и коридоров, высокие потолки, мерзкий запах. Несмолкаемый гул голосов давит на мозг, вызывая почти непреодолимое желание закурить. Центральный вокзал, понедельник, половина четвёртого утра.

Кто-то что-то натворил сегодня ночью, поэтому меня вызвали, как будто в мои обязанности входит ловить случайного нарушителя равновесия. Как будто у меня над головой не висит то самое дело, которое станет решающим в моей карьере, в существовании всего отдела в принципе.

Стажёрка гордо выставляет бейдж и увлекает за собой. Её впервые вызвали так рано, почти среди ночи, так что она очень взволнована. Наверное, это важно. Ну да, не могут же нас дёргать ради каждой мелочи.

Проглатываю низкую шутку, осознав, что меня ведут в мужской туалет, благодарю девушку и отпускаю по своим делам.

— Ты быстро, — задумчиво произносит Крис, отвлекаясь от схемы на бумаге.

Она уставшая, но причёсана и накрашена — значит, не ложилась со вчерашней смены.

— Не спал, — вру, заглядывая в график.

Энергетики прибыли раньше нас и уже выдали первые данные. Судя по всему, тут была ведьма с фамильярами, но остаточный след почти одинаков, а это странно.

— Что думаешь?

— Кто составлял отчёт? — оглядываюсь в поиске знакомых лиц.

— Я трижды заставила переделать, они не напортачили, — вздыхает и отходит на два шага. — Не знаю, откуда она взялась, но у неё два равных фамильяра. — сперва трясёт стопкой в воздухе, потом вновь принимается изучать график. — И они на самом деле сильны. — Качает головой. — Не поверишь, кого она тут обработала.

— Не вижу данных, — киваю на бумаги в её руках.

— Напротив вокзала — точка с нашей камерой, никто не входил с раннего утра. Но сегодня должен был прибыть твой свидетель.

Не может быть, он слишком силён… И слишком важен, чёрт её дери.

— Подожди, — вырываю верхний лист, судорожно изучаю схему. — Тут нет проявления его силы. Даже его смерть оставила бы след. Тут только ведьма.

— А это самое интересное. Она его не убила. Увела.

— Записи отсюда запросили? — дожидаюсь кивка. — Тогда в офис. И пусть энергетики пришлют нормальный график, а не карандашом нарисованный. — Выхожу из уборной, шагаю по коридору к выходу, напарница следует за мной. — И мне нужен отчёт по всему вокзалу. Отфильтровать людей, сопоставить её след с камерами. И проверьте, может, она что тут потрогала. Выясните, куда направилась или откуда приехала. Если она ещё в городе, я хочу знать, куда она увела лихого и почему не прибила на месте.

Запускаю руку в карман, едва вижу дверь на улицу, нахожу пачку с зажигалкой и прикуриваю, не дойдя до выхода пары шагов.

— Я на твоей, — сообщает Крис.

Не протестую, хотя и надеялся проехаться в одиночестве. Знаю, что она не будет болтать — скорее начнёт отдавать указания нашим в чат. Но даже молчаливый пассажир всё равно отвлекает, когда на нервах.

До сегодняшнего дня я считался тем, кто лучше всех преуспел в управлении фамильярами. Мои не одинаковы по силе, но хотя бы не грызутся между собой. Я считал это успехом.

У этой — равные. И они будто действовали заодно, не говоря уже об их мощи.

Как ведьма такого уровня оставалась незамеченной? Была осторожна? Но никто не бывает — по крайней мере, не сразу. Все попадаются в начале, когда ещё не разобрались. Возможно, её тренировали? Но если она из действующего ковена, почему ей не объяснили, что убивать без приказа или лицензии на этой территории нельзя?

А она его и не убила. Увела.

Зачем? Удерживать лихого тяжело, да и не из тех он, кто будет полезен в плену.

— Она его поглотит, — говорю. — Если уже не поглотила.

Крис отвлекается от телефона и тяжело вздыхает.

— Ты ведь понимаешь, что она вряд ли умеет сохранять воспоминания? Это очень редкая способность.

— Знаю. Ни один хранитель знаний не стал бы по своей воле жрать лихого.

Они живут в лесу, годами спят в болотах, а когда выбираются, едят всё, что найдут. Мне ещё не встречался кто-то, кому приятно было бы обзавестись воспоминаниями о поедании падали или забредших в лес грибников. Пару лет назад одному предлагали три моих годовых зарплаты — он всё равно отказался.

— Если это так, Соне придётся её допросить, — пожимает плечами Крис и снова устремляет внимание в экран.

Офис почти пустой. Сперва радуюсь, что получится поработать в тишине, но длится это недолго. Директор уже сидит на моём столе и увлечённо рассматривает график на доске, которую прикатила из переговорной. Придётся распутывать этот случай под её надзором.

— А ну слезай, — толкаю в бок и сажусь на своё место.

Все бумаги пораскидывала. Ну что за бардак.

— Как думаешь, зачем она его увела? — спрыгивает со стола, не отрывая горящих глаз от доски. — Это может быть связано с твоим делом о демоне?

— Нет.

Скрещивает руки на груди и сжимает губы. По взгляду понимаю — убивать ведьму мне запретят.

— Почему? Она явно проходила тренировку, возможно, её даже инициировали специально. Ковен мог узнать о твоём свидетеле и послать её разобраться.

— Тогда она не стала бы забирать его на вокзале. Не попалась бы нам.

Заканчиваю наводить порядок и обращаю на доску своё внимание. Две линии показывают путь фамильяров от платформы прямо в уборную. Она прибыла на этом же поезде, но не стала разбираться с ним внутри — хотя вполне могла бы, даже вставать бы не пришлось. Она знала, что ей нужно будет время и место, чтобы поглотить его, и дождалась, когда будет в городе. Ночью можно заселиться только в отель, поэтому ей придётся ждать утра, чтобы снять дом или квартиру.