Осколки безупречного мира

Мертвая любовь страшнее мертвого тела

Глава 1. Чужая среди золота

Запах старой олифы, сухой пастели и лака всегда успокаивал Инну. В своей реставрационной мастерской она чувствовала себя хозяйкой времени. Здесь, восстанавливая полотна девятнадцатого века, она знала каждое движение наперед. Но за пределами этих стен правила диктовала суровая реальность.

Телефон на дубовом столе завибрировал. Экран высветил имя: «Захар».

— Да, — тихо ответила Инна, прижимая трубку плечом и не отрывая кисти от холста.

— Выходи. Я внизу, — коротко бросил Захар. Его голос, как всегда, звучал уверенно, но Инна уловила в нем опасную порцию напряжения.

Через пять минут она уже садилась в его черный внедорожник. Захар выглядел безупречно — дорогой костюм, идеально уложенные темные волосы, но взгляд карих глаз был пугающе тяжелым.

— Отец всё узнал, — без предисловий сказал он, резко выезжая со двора. — Сегодня семейный ужин. И он требует, чтобы я привел тебя.

У Инны похолодело внутри. Она знала, кто такой Демид Громов — глава строительной империи, человек, презирающий «простых смертных». Инна, чья мать была учительницей, а отец — рабочим, никак не вписывалась в их фамильный кодекс.

— Захар, я не готова, — честно сказала она. — Твоя семья меня уничтожит.

— Я рядом, Инна. Никто не посмеет ничего сказать, пока ты со мной, — он перехватил ее руку, сжав пальцы до легкой боли. Это была не просто нежность — это была собственническая, пугающая страсть.

Глава 2. Лед и пламя

Особняк Громовых встретил их удушающей, показной роскошью. За огромным дубовым столом сидел весь клан: суровый Демид, его холеная жена Элеонора и младшая сестра Захара, Кристина. Последняя сразу смерила Инну презрительным взглядом, задерживаясь на ее простом платье.

— Итак, это та самая девушка, ради которой мой сын пропускает советы директоров? — вместо приветствия произнес Демид Громов. Его голос рокотал, заполняя всю столовую.

— Ее зовут Инна, отец, — холодно отрезал Захар, отодвигая для нее стул. — И она — моя женщина.

Ужин превратился в изощренную пытку. Элеонора Громова демонстративно расспрашивала Инну о «перспективах реставрационного дела», то и дело фальшиво вздыхая и переводя тему на благотворительные аукционы в Монако, подчеркивая ментальную пропасть между ними. Инна держалась стойко, отвечая спокойно и с достоинством, что явно раздражало хозяев дома. Кристина лишь изредка подливала масла в огонь, вскользь упоминая бывших пассий Захара из высшего общества.

— Захар, нам нужно поговорить в кабинете. Наедине, — наконец поднялся Демид, тяжело опершись о стол.