Жажда жизни
Айя Жан

© Айя Жан, 2026

ISBN 978-5-0070-3854-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дорогой читатель!

Мир вокруг нас меняется с оглушительной скоростью: строятся дороги, проносятся годы, сменяются поколения. В этой суете так легко потерять связь с чем-то по-настоящему важным и вечным. История, которую вы держите в руках, очень проста и одновременно бесконечно сложна. Это разговор о стойкости, о памяти сердца, о любви, которая побеждает время, и о милосердии, которое спасает в самый темный час.

Это гимн жизни во всех её проявлениях. Я посвящаю эту книгу каждому, кто прямо сейчас ищет свой путь, борется с трудностями или просто нуждается в капле надежды. Позвольте этой истории обнять вас, согреть своим теплом и напомнить: пока в нас жива жажда жизни — мы бессмертны в своей памяти и любви.

Приятного и светлого чтения, Айя Жан

ГЛАВА 1. Вызов в дорожной пыли

Короткий полет закончился ударом. Ветер, который еще минуту назад обещал показать весь мир, просто бросил его и умчался дальше, свистя в кронах далеких, сытых деревьев.

Семя лежало в серой пыли. Первым пришел страх. Он был холодным и тяжелым, как тень от пролетающей мимо фуры. Земля здесь была злой, сухой, пропитанной запахом гари и дрожащей от бесконечного гула. Семя чувствовало, как огромные колеса вминают камни в почву всего в нескольких дюймах от него. Один неверный шаг прохожего, один случайный съезд машины — и его история закончится, так и не начавшись.

Но вслед за страхом вскипела злость. «И это всё?» — дерзко подумало Семя. Оно разозлилось на Ветер за предательство, на Дорогу за её равнодушие и на эти огромные железные машины, которые даже не замечали его существования. Эта злость стала его первым корнем. Она заставила его не засыхать, а покрепче ухватиться за крохотную щель между двумя камнями.

А потом пришло любопытство. Оно заставило Семя «прислушаться» к вибрации асфальта. Куда все эти люди едут? Что там, за поворотом? Семя еще не знало, кем оно станет — высоким тополем или колючим кустом, — но оно вдруг страстно захотело это выяснить.

«Раз уж я здесь, — решило оно, зарываясь поглубже в песок, — я заставлю это серое чудовище-дорогу со мной считаться».

ГЛАВА 2. Пробуждение и Асфальт

Семя лежало в темноте своего панциря, пока не почувствовало её — случайную каплю. Кто-то из окна проезжающей машины выплеснул остатки воды, и одна единственная тяжелая капля упала точно в ту щель, где затаилось Семя. Это была не небесная благодать, в ней был привкус пластика и дорожной пыли, но для того, кто умирал от жажды, она стала эликсиром жизни.

Затем пришла ночная роса. Она была другой — тихой, прохладной и чистой. Она умыла серую кожицу Семени, и оно впервые за долгое время почувствовало, что внутри него что-то шевелится. Тот самый «характер» начал превращаться в острый, как шило, росток.

— Эй, ты, мелочь… — проскрежетал кто-то рядом.

Семя «прислушалось». Голос был сухим и треснувшим. Это говорил Асфальт. Он был старым, изрезанным колеями и серым от времени.

— Зачем ты здесь ковыряешься? — продолжал Асфальт. — Здесь нет сада. Здесь только я — вечный и твердый. И дорога, которая не прощает слабости. Сдавайся, пока не поздно, высохни и стань пылью, как и все до тебя.

Семя почувствовало страх, но злость снова взяла верх.

— Я не пыль, — ответило оно, и в этот момент первый зеленый капилляр пробил твердую оболочку. — Я — Жизнь. А ты просто лежишь и ждешь, когда тебя раздавят.

И тут небо почернело. Гул машин перекрыл другой звук — нарастающий рокот. Пришел ливень.

Это не была ласковая вода. Это была стена воды, которая била по обочине, пытаясь вымыть Семя из его убежища, утопить его в грязном потоке и унести в сточную канаву. Асфальт довольно хмыкнул, когда вода начала подмывать корни нашего героя.

— Держись за мои трещины! — неожиданно крикнул Асфальт. То ли из жалости, то ли из интереса, он позволил маленькому ростку зацепиться за свои глубокие морщины-разломы.

Семя вцепилось в камни Асфальта изо всех сил. Ливень бушевал, потоки грязи летели в лицо, но когда тучи разошлись, на обочине всё еще сидело крошечное, избитое, но живое существо. И оно было уже не серым зернышком, а ярко-зеленой точкой на сером фоне.

ГЛАВА 3. Секрет под кожей

Росток пробился. Он был тонким, как волосок, но по тому, как жадно его листья ловили солнечный свет, старый Асфальт понял: это не просто трава.

— Ты слишком нежный для этого места, — ворчал Асфальт, содрогаясь от пролетающих мимо фур. — Здесь выживают только те, кто умеет колоться или горчить. А от тебя пахнет… весной. Тебя съедят или растопчут.

Но Семя (которое теперь стало Ростком) только расправляло свои крошечные плечи. Оно еще не знало слова «яблоня», не знало вкуса своих будущих плодов, но внутри него уже жила генетическая память о великих садах. О том, что когда-то его предки кормили людей и дарили тень.