Август Лок
Праздник Домашнего Пирога

Глава

Дариус Симонс не любил просыпаться по понедельникам. В остальные дни, впрочем, тоже, но понедельники расстраивали нервного пожилого мужчину особенно сильно. Все несовершенство мира, все недочеты, допущенные природой и человечеством, обрушивались на его бедную голову и слабое сердце, заставляя жалеть о невозможности исправить все и сразу.

Последний понедельник своей жизни мистер Симонс начал со стакана воды и закономерно расстроился. Доктор прописал пить больше жидкости, и как сознательный (если не сказать "мнительный") человек, Дариус неукоснительно это предписание соблюдал. Однако, за ночь жидкость, оставленная на прикроватном столике, запылилась, нагрелась до комнатной температуры, выделила странный белесый осадок и больше не казалась благословенной живительной влагой. Тапочки, напротив, на сквозняке, гуляющем по полу каждой угловой квартиры в старом районе города, стали практически ледяными на ощупь, что совершенно недопустимо для свеженагретого под одеялом пожилого человека.

Капающий кран, неуловимая скрипящая досточка в прихожей, агрессивная соседская собачонка, мусор на тротуаре — все сливалось в привычный калейдоскоп мелких неурядиц и обидных несовершенств. Привычный, но от того не менее огорчительный. В юности, когда волосы на голове мистера Симонса еще присутствовали, а очки отсутствовали, он еще пытался как-то повлиять на окружающий мир и привести его в соответствие с собственными представлениями о прекрасном. Однако задача оказалась настолько необъятной, что заставляла вспомнить замученного бессмысленным трудом Сизифа. Теперь мужчина только вздыхал, замечая очередную трещину в божьем творении и привычно проглатывал недовольство.

До самого обеда понедельник шел своим чередом, наполненный бесчисленными отчетами, невкусным кофе из автомата и бестактными намеками коллег, что пора бы и на пенсию, раз дебет с кредитом не сходится. Дариус глотал то горькую черную жижу, то таблетки от давления, неловко отшучивался и беззлобно ворчал. Паршивое настроение давно стало нормой, а рутинная работа позволяла не только оплачивать счета, но и проматывать время от пробуждения до засыпания. Там, во снах, мистера Симонса ждал другой, куда более совершенный мир, созданный несравнимо более талантливым и вдумчивым демиургом. На контрасте мелкие недочеты вселенной ощущались острее и воспринимались болезненнее.

Сразу после полудня офисный курьер разнес по рабочим местам корпоративную почту и невкусный холодный завтрак. Дариус Симонс воззрился на неподписанный белый конверт с легким раздражением. Реклама, опять реклама! Даже здесь его умудрились достать! Если бы без пяти минут пенсионер мог на мгновение заглянуть в будущее, он бы сжёг загадочную почту вместе с карточкой внутри. Но ясновидение — дар до обидного редкий, а потому мужчина достал открытку и принялся читать аккуратные строчки, написанные от руки старательным каллиграфом. Карточка оказалась приглашением на Праздник Домашнего Пирога. Именно так. Всё с большой буквы. После заверений в бесконечной радости от присутствия дорогого гостя сразу следовали требования к туалету, прическе и даже парфюму. По всему выходило, что мероприятие намечается в высшей степени изысканное, а публика будет настолько близка к совершенству, насколько это вообще возможно.

Сердце тревожно кольнуло, но мистер Симонс списал неприятное ощущение на привычный страх перед разочарованием, и не стал обращать внимания. К вечеру пятницы он планировал быть свежим, бодрым и с ароматным пирогом во рту. Времени оставалось совсем немного, но если праздник окажется хоть чуточку так же прекрасен, как в его снах, то никаких усилий не жалко! Мужчина перевернул карточку и обнаружил координаты, которые следовало вбить в навигатор машины. Проклятые технологии! Дариус вздохнул и позвонил своему парикмахеру.