Илона Хабирова
Маскарад

Глава 1. Одно дыхание на двоих

Музыка разливалась по саду мягко и глубоко, переплетаясь с тихим шелестом падающего снега. Площадка была выложена тёмным камнем и окружена высокими арками, увитыми красными розами. Лепестки, тяжёлые от холода, едва заметно дрожали от ветра, а на их краях ложился тонкий иней. Фонари давали тёплый свет, и в нём снег казался золотистым, медленно опускаясь на плечи, на волосы, на подолы платьев.

Среди множества пар они танцевали в центре, он держал её уверенно, спокойно, без лишних движений. Ладонь лежала на её талии поверх плотной ткани — красной, глубокой, как тёмное вино. Платье было закрытым, длинные рукава, перчатки, высокая линия шеи, мягкие складки, струящиеся вниз. Ни одного открытого участка кожи — и всё равно он чувствовал её слишком хорошо, будто каждое движение отзывалось в нём.

Её рука в его холодной от снега, но живой. Он сжал её пальцы чуть крепче, и она ответила тем же, не отводя взгляда, они давно привыкли к этому. К близости, к тому, как легко находят друг друга среди любого шума, он всегда вел, её шаги были точными, мягкими, почти невесомыми. Она двигалась вместе с ним, без сопротивления, словно знала каждый его следующий жест заранее. Платье скользило по камню, собирая на себя снежинки, которые таяли, оставляя тёмные следы на ткани.

Снег ложился на её волосы, запутывался в чёрных прядях. Он смотрел на это — и не отводил взгляда, её маска, красная, с камнями, мягко переливалась в свете фонарей. Камни ловили каждый блик и возвращали его обратно, создавая тихое, почти живое мерцание, он провёл её в повороте, и ткань платья мягко развернулась вокруг неё, на мгновение скрывая её силуэт, а затем снова открывая. Его рука уверенно вернулась на её талию, притягивая ближе, теперь расстояние между ними почти исчезло. Он чувствовал её дыхание — спокойное, ровное, тёплое, несмотря на холод вокруг. — Тебе идёт, — тихо сказал он, склоняясь ближе. — Что именно? — она слегка приподняла подбородок, глядя на него из-под маски. — Всё. Она улыбнулась. Не резко, не широко — мягко, как делала всегда, когда слышала от него что-то искреннее. — Ты говоришь это каждый раз. — И каждый раз это правда. Он не отвёл взгляда.

Его ладонь на её спине медленно скользнула чуть выше, остановилась между лопаток. Он прижал её к себе сильнее — не резко, не грубо, а так, будто это было естественным продолжением танца, она не возражала, наоборот её рука чуть крепче легла на его плечо.

Снег продолжал падать, касаясь их, тая от тепла, музыка изменилась — стала медленнее, глубже. Шаги стали плавнее, движения тише, он вёл её осторожно, почти бережно, как будто каждый поворот имел значение, её подол коснулся его ноги, и он машинально придержал ткань, чтобы она не запуталась. Пальцы на секунду коснулись края платья, затем вернулись на её талию, он знал каждую деталь. Каждую линию. Каждое движение.

Она слегка склонила голову, и несколько снежинок соскользнули с её волос на плечо. Он заметил это и, не думая, осторожно коснулся её плеча, будто стряхивая их, хотя они уже растаяли, она посмотрела на него внимательнее. — Ты сейчас серьёзен или просто делаешь вид? — тихо спросила она. — Я всегда серьёзен, — ответил он, и в голосе мелькнула тень улыбки. Она тихо рассмеялась.

Этот звук растворился в музыке, но он услышал его отчётливо и ответил лёгким движением — повёл её в новый поворот, чуть быстрее, чуть смелее, возвращая в центр движения, её шаги не сбились, она шла за ним так, будто между ними не было расстояния вовсе.

Музыка начала затихать, пары вокруг замедлялись, отпускали друг друга, делали шаг назад, но он не спешил, его рука всё ещё держала её за спину, не давая отстраниться, когда последние ноты растворились в холодном воздухе, он сделал последний шаг, остановив их движение, она осталась рядом, он не отпустил её сразу, только посмотрел — внимательно, спокойно, его губы коснулись её губ мягко, без спешки, но уверенно, она ответила так же спокойно, он отстранился и, почти касаясь губ, тихо сказал: — Я люблю тебя. Притянул к себе, прижимая так, будто этого было недостаточно, её руки мягко сомкнулись у него за спиной. — Я тоже тебя люблю.

Снег продолжал падать, музыка сменилась новой, голоса вокруг стали громче, люди снова двигались, смеялись, разговаривали, но для них всё это исчезло, они стояли в центре, среди света, роз и падающего снега и в этом моменте было всё, что им было нужно.