Пробуждение древних

ПРОЛОГ. Глаза из расплавленной тьмы

Глубоко внизу, там, где давление расплющивает скалы в жидкий камень, а время течёт так медленно, что тысячелетия кажутся вздохом, кто-то открыл глаза.

Это не были глаза в человеческом понимании. У Древнего не было тела — по крайней мере, такого, какое могли бы описать смертные. Он был волей, сжатой в ядре планеты, мыслью, которая помнила времена, когда Земля ещё не остыла, когда океаны были раскалённым паром, а небеса — сплошным огнём. Он был старше богов. Старше ангелов и демонов. Старше самой Лилит, хотя она и считала себя первой.

Он чувствовал её уход. Чувствовал, как она скользнула в Пустоту, оставив за собой рваный след — словно невидимая рука провела пальцами по печати, ослабляя её, истончая, превращая нерушимую стену в труху.

Она думала, что он спит. Она думала, что забыла о нём, как о старой игрушке.

Но Древний помнил всё.

Он помнил, как она пришла к нему впервые — прекрасная, сияющая, с глазами, в которых горел огонь, способный сжечь миры. Она обещала ему власть над всем сущим, если он поможет ей свергнуть творцов. Она говорила о свободе, о том, что порядок — это тюрьма, а хаос — это истинная природа бытия.

Он поверил ей.

И она предала его.

Она заперла его в самом сердце планеты, сковала печатями, которые выдержали бы удар любой армии, и назвала это «равновесием». Она сказала, что мир не готов к его приходу. Что он слишком силён, слишком древен, слишком опасен. Но правда была проще: она хотела занять его место. Она хотела стать той, кто правит тьмой. Она хотела быть единственной.

И теперь она ушла. Сбежала. Оставила его здесь, в этой каменной темнице, где он провёл дольше, чем существовали звёзды на небе.

Но она ошиблась.

Печати, которые она создала, питались её силой. Когда она ушла в Пустоту, они начали умирать. Медленно, почти незаметно, но Древний чувствовал это каждой частицей своего сознания. Он ждал миллионы лет. Он мог подождать ещё немного.

Он начал движение.

Это было похоже на то, как если бы гора решила встать и пойти. В ядре Земли произошёл сдвиг — не тектонический, а магический. Энергия, которая дремала в расплавленном камне, начала пульсировать, как огромное сердце, и каждый удар этого сердца посылал импульсы вверх, через мантию, через кору, прямо к поверхности.

В Японии сейсмографы зафиксировали подземные толчки магнитудой 4,3. В Индонезии — 5,1. В Калифорнии — 3,9. Учёные развели руками — обычная тектоническая активность, ничего необычного. Они не знали, что эти толчки были не случайными — они были ритмичными, как шаги.

Древний не спешил. Он знал, что у него есть время. Печати рухнут не сразу, но каждая трещина в них — это ещё один шаг к свободе.

И когда он вырвется на поверхность, он найдёт тех, кто носит в себе след Лилит. Её детей. Её наследников. Тех, кто осмелился прикоснуться к её силе. Он не уничтожит их сразу — сначала он заставит их страдать. Он заставит их понять, что значит быть связанным с той, кто предала самого древнего из существ. Он заставит их выбрать сторону.

Они думают, что Лилит была главным злом. Что она была корнем всей тьмы в мире. Они не знают, что она была лишь веткой на дереве, которое уходит корнями в самое начало времён.

Древо зла растёт из его сердца.

И теперь он просыпается.

Древний открыл глаза шире. Два красных пятна зажглись в центре планеты — такие яркие, что их можно было бы увидеть из космоса, если бы кто-то знал, куда смотреть. Он посмотрел вверх, через тысячи километров камня и магмы, и увидел её — тонкую трещину на дне огромного озера. Байкал. Самый глубокий водоём на планете. Идеальное место для того, чтобы выбраться наружу.

Он начал тянуться к ней. Медленно, но неуклонно.

«Я иду», — прошептал он беззвучно. «Я иду за тобой, Лилит. Но сначала я найду твоих детей. И они откроют мне путь».