Григорий Кудряшов
Стёртая

Стёртая

Глава 1. Некролог

Сергей постоянно копается в сети. Когда ему скучно, он гуглит всё подряд: теории заговора, случайные интернет-штучки... Он даже своё имя искал, и имена всех знакомых, и так далее. Но вчера ночью он впервые загуглил имя своей жены. Нашёл кое-что, что не забудет никогда.

Первое, что ему выбило — был некролог. Конечно, он подумал, что это просто кто-то с таким же именем. Зовут её Даша, фамилия довольно распространённая... Не будет он её писать. Но всё равно кликнул на ссылку просто из любопытства, и у него чуть сердце не выскочило, когда увидел фотографию своей жены. Светлые волосы с выгоревшими прядями, тёмные глаза... И даты совпадали: 1992 — 2018.

Согласно этому некрологу, она умерла, когда ей было 26. Сергей встретил её, когда ей было 27.

— Не может быть, — прошептал он пересохшими губами, вглядываясь в экран. — Это просто кто-то, кто выглядит как она, с её именем и с её годом рождения...

Но в этот момент он уже понимал — совпадений слишком много. Когда прочитал сам некролог, сомнения развеялись окончательно. Там говорилось о её любви к лошадям, о волонтёрстве в благотворительной церкви, о её работе биологом-исследователем. Слишком много совпадений, это не могло быть случайностью. Даша действительно обожала лошадей, каждые выходные пропадала в конюшне за городом. И да, она работала в НИИ эпидемиологии, биологом. Про церковь он не знал, но... всё остальное сходилось до пугающей точности.

Смотрит: жена выходит из кухни и садится рядом.

— Что делаешь? — Спросила она.

На автомате Сергей резко прикрыл ноутбук.

— Ничего, — сказал он.

Потом, осознав, насколько подозрительно это выглядело, добавил:

— Искал тебе подарок на день рождения.

На её лице промелькнуло что-то странное, какая-то тень, которую он не мог распознать. Сергей испугался, что она не поверит, но Даша прищурилась и улыбнулась тёплой улыбкой, которую он так любил, с мелкими морщинками в уголках глаз.

— Так мило, — сказала она, придвигаясь к нему ближе.

Он сглотнул.

— Ага.

Она прижалась к нему, но Сергей чувствовал себя очень неуютно. Тепло её кожи больше не казалось привычным и родным. Наоборот, по спине пробежал холодок. Через несколько минут он отстранился.

— Мне что-то нехорошо, — соврал он. — Пойду лягу.

— А, ладно, — состроила она грустную мину.

Прежде чем она успела что-то сказать, он бросился наверх.

Как только оказался в кровати, открыл некролог. Уставился на изображение её лица. Это точно была она. Те же губы, те же глубокие тёмные глаза. Те же родинки на левой щеке — две маленькие точки, которые он целовал каждое утро. Не могло быть, чтобы это был кто-то другой. Он прокрутил вниз, просматривая другие результаты, и понял, что некоторые из них тоже были связаны с её смертью. Была мемориальная страница в Facebook. Друзья оставляли там сообщения, скорбя по ней. Имён он не узнал, но по постам было ясно, что они оплакивали её уже больше десяти лет. Даже университет, в котором она работала, опубликовал заявление с соболезнованиями. Он нашел его в архиве новостей. Там была та же фотография, что и в некрологе.

А потом он нашёл кое-что, от чего сердце ушло в пятки: новостную статью, затерянную в самом низу страницы поиска. Даша не просто умерла — её убили. Сергей уставился на экран, не веря глазам. Из статьи выхватывались отдельные фразы: «никаких признаков взлома», «частично расчленена», «убийца до сих пор на свободе». Но в статье не было её фотографии. Может, это была другая Даша? Должна быть другая! Его Даша, которая прямо сейчас сидит внизу и смотрит телевизор...

Донёсшийся скрип выдернул его из мыслей. Сергей застыл. Дверь в спальню медленно открылась. Даша странным образом застыла в дверном проёме. Свет в коридоре не горел, и её лицо терялось в тени.

— Э... Даша? — дрожал его голос.

— Я пришла проверить, как ты, — сказала она тихим, холодным голосом.

— С... спасибо, — он сунул телефон под подушку и откинулся на спинку кровати. — Мне лучше... Мне лучше, всё в порядке.

— Я рада это слышать, — её голос стал тише и тише.

Пока она укладывалась рядом с ним, Сергей старался сохранять спокойствие. А после, когда она начала его обнимать, он весь сжался от холода. От неё пахло знакомыми духами — лаванда и что-то цитрусовое, — но теперь этот запах казался кладбищенским, затхлым.

— Я тебя люблю, знаешь? — прошептала она, уютно устраиваясь рядом.

— Я тоже тебя люблю.

И вот он пишет... пишет это с телефона, пока Даша спит рядом. Сергей не знает, в безопасности ли он. Он не знает, с кем или с чем имеет дело. В голове рождаются безумные теории. Может, у Даши была сестра-близнец, которая умерла, и она заняла её место? Но он точно знал — Даша была единственным ребенком в семье. Или она какое-то жуткое существо из народных сказаний, убившее Дашу и принявшее её облик? Чем дальше тикает время, тем безумнее становятся догадки. Хотя ни одна из них не имеет смысла.

Он уверен лишь в одном: кто бы ни лежал сейчас рядом с ним, это не настоящая Даша.

Глава 2. Первая трещина

Утро встретило Сергея серым, безжизненным светом, сочившимся сквозь неплотно зашторенные окна. Он не спал почти всю ночь, лишь проваливался в какое-то липкое, тревожное забытьё, больше похожее на обморок, чем на сон. Проснулся он с чугунной головой и ощущением, что всё произошедшее вчера было лишь дурным сном. Повернулся на бок — половина кровати была пуста. Подушка Даши смята, одеяло отброшено. С кухни доносился привычный утренний шум: звон посуды, мерное гудение кофемашины.

Сергей сел на кровати и провел ладонями по лицу. Щетина кололась. Он чувствовал себя больным, разбитым. Телефон, всю ночь пролежавший под подушкой, казался горячим, радиоактивным. Он осторожно взял его и открыл историю браузера. Некролог всё еще был там. И статья. И мемориальная страница в фейсбуке. Значит, не приснилось. Всё реально.

— Доброе утро, — раздался голос от двери.

Сергей вздрогнул и чуть не выронил телефон. Даша стояла, прислонившись плечом к дверному косяку. На ней был его старый свитер, который она так любила надевать по утрам, волосы собраны в небрежный пучок, в руках — две дымящиеся чашки.

— Ты чего такой дерганый? — спросила она, чуть склонив голову набок. В ее голосе звучало искреннее участие, смешанное с легкой насмешкой.

— Плохо спал, — буркнул Сергей, стараясь не смотреть ей в глаза. Он боялся, что она увидит в них страх. Боялся, что она увидит в них знание.