Tatjana Vselennaya
Сказки о пластиковом чуде и ворованной энергии

Сказка о пластиковом чуде, божьей коровке и двух полях, ставших одним

Жила-была Татьяна Фионова. Светлая головой, твёрдая сердцем, но в ту пору — словно в тумане. А в тумане том рыскали двое недобрых парней: один за ней шёл по пятам, другой — издалека нити плёл. Они не любили Таню, а хотели силу её выпить, мысли спутать, покой отнять. Таня ставила защиты — и ниточки, и травы, и поездки к родной земле. Но те парни оказались хитры: один из них сам с той же земли был и словно выталкивал её прочь. Тогда, в час отчаяния, написала Таня Роме Гладышеву — своему бывшему мужу, с которым пять лет как разошлись и даже не говорили толком. А он в последнее время вдруг стал ей «добрых утр» посылать да с праздниками поздравлять. Таня отвечала скупо, но теперь поняла: это неспроста. И сказала она ему прямо:

— Рома, встань в моё семантическое поле, а я встану в твоё. Будем друг другу щитом.

Рома не стал кочевряжиться, ответил: «Буду».

И встали они плечом к плечу, хоть и в разных городах. А наутро идёт Таня по улице — и видит: валяется на асфальте пластиковая бутылочка из-под йогурта «Чудо». На ней наклейка яркая, от жвачки Love is…, и написано: «…НЕ СПОРИТЬ О ВКУСАХ». Таня усмехнулась, подняла, хотела выбросить, да глянула в лужу рядом. А в луже — сердечко живое, переливчатое, и внутри него чёрненькое масляное пятнышко, точь-в-точь логотип «Роснефти»: заправка-то та самая рядом стояла. Таня достала телефон, сфотографировала эту находку. А когда стала разглядывать снимок, ахнула: рядом с бутылочкой, на зелёной травинке, сидит божья коровка — красная, в чёрных точках, как живой оберег. И тут Таня поняла: это не просто совпадение. Это сам Бог велел, чтоб всё так случилось. Он встал на защиту, подал знак: бутылочка «Чудо» — чудо свершилось, «…Не спорить о вкусах» — они с Ромой теперь пара в поле, сердечко с чёрным — защита несокрушимая, а божья коровка — прямое благословение свыше. И с той поры те двое парней, что зло творили, словно след потеряли. Отступили, сгинули, потому что против двух сердец, вставших в одно поле, никакое зло не устоит. Танино поле стало крепким, как камень, и Ромино поле наполнилось силой. Они стали сильными каждый сам по себе, но вместе — ещё сильнее. А те двое, которые не только сами вредили, но и других на Татьяну с Ромой натравливали, — в их жизни вдруг всё пошло наперекосяк. У них дела рухнули, здоровье пошатнулось, друзья отвернулись. Но Таня не стала злорадствовать. Она лишь перекрестилась и сказала: