Мягкий Роман
Лотос. Част вторая. Новый дом.

Лотос. Часть вторая.

Новый дом.

Глава 1

Прошло пять лет. Я всё ещё не знал, зачем просыпаюсь по утрам. Голова болела реже, но пустота стала привычкой. Я жил на военную пенсию. Снимал дешёвую комнату на окраине, работал сторожем на складе — спокойная работа без вопросов.

Иногда я выходил на ночную смену и смотрел на пустой двор, сжимая в кармане сухой лепесток лотоса. Шесть трупов. Шесть выстрелов. Меня искали, но не очень активно. Мафия боялась Лотоса. Они не знали, кто я и где я, но имя, оставленное на груди каждого убитого, заставляло их вздрагивать по ночам. А полиция не любила мафию. Дело не закрыто, но никто не спешил его раскрывать.

Народная благодарность — штука тихая. Папка с моим именем пылится в архиве. Так что меня искали — но без огонька. Я привык оглядываться, но не потому, что боялся петли. А потому, что привычка осталась.

Звонок от адвоката застал меня врасплох. Я не знал никакого дяди. Ну, слышал краем уха, есть какой-то родственник со стороны матери, давно потерявший связь с семьёй. Адвокат назвал моё имя, фамилию, сказал, что получил данные через старые документы дяди — тот хранил выписки из церковных книг и запросы в военный архив. Отыскал он меня быстро. Слишком быстро для человека, который просто исполняет волю умершего.

— Приезжайте хотя бы посмотреть, — сказал он. — Потом решите.

Я положил трубку и посмотрел в окно. За ним был тот же двор, что и вчера. И месяц назад. И год. Ничего не менялось. И я — тоже. Я не знал, зачем мне ехать. Но я понял: если я останусь, я просто сгнию здесь. Я собрал походный военный мешок. Взял сухой цветок лотоса. И вышел. Не оглядываясь. Как будто знал, что назад дороги нет.

---

Глава 2

Это был маленький городок в предместье. Не город, так — местечко. Бетон и асфальт остались в прошлом. Здесь всё было по-другому. Воздух другой. Люди другие. Я привык к одному, а здесь — совсем другое. Не лучше и не хуже. Просто другое.

Подойдя к двери старого дома, я услышал женский голос. Он был низким, чуть хрипловатым — и в нём было что-то такое, от чего я остановился. Она смеялась. Задорно, свободно, как будто не знала, что такое грусть. Я замер на пороге, слушая этот звук. Потом голос стих, и я услышал шаги. Дверь открылась.

Она стояла передо мной. Молодая, лет двадцати пяти, с тёмными волосами, небрежно собранными в узел, и глазами, в которых одновременно читались усталость и озорство. На губах играла лёгкая улыбка. Она смотрела на меня спокойно, но в её взгляде было что-то цепкое, что заставляло чувствовать себя замеченным.

— А вы, видно, тот самый племянник, — сказала она. — Дядя много о вас рассказывал.

— Я не знаю, кто ты, — ответил я, чувствуя, как пустота внутри начинает шевелиться.

Она усмехнулась. — Розалия. Приятно познакомиться.

Она помедлила, оглядела меня с ног до головы, и в её глазах мелькнул вопрос. — И как мне вас называть, господин, хозяин или...

— Для тебя я Лотос. Для людей — синьёр.

Она подняла бровь. Задержала взгляд на моём лице чуть дольше, чем требовали приличия. Потом улыбнулась — не так, как до этого. Медленнее. Будто пробуя что-то на вкус.