Андрей Маликов
Безликий охотник

Глава 1

Седло снова было его проклятием. Март уже сбился со счёта, в который раз он менял положение, пытаясь унять ноющую боль в пояснице, но всё было тщетно. Мышастый конь под ним — смирный, с ленивым взглядом — казалось, нарочно перебирал ногами так, чтобы каждый шаг отдавался в позвоночнике саднящим эхом. Юноша скрипнул зубами и мысленно проклял тот день, когда впервые сел верхом.

Он покосился на Шухрага. Тролль ехал чуть впереди и левее, приподняв маску Безликих, и с невозмутимым видом хрумкал сухари из подсумка — так, словно сидел не в седле, а в удобном кресле у очага.

«У него-то, небось, зад деревянный», — подумал Март с лёгкой завистью.

Шухраг же, заметив его взгляд, широко улыбнулся, почти по-детски.

— Будешь, дрруг Маррт? — он качнул подсумком, предлагая сухари, неверно истолковав внимание товарища.

Юноша покачал головой. Есть не хотелось. Но отчего-то стало чуточку легче.

Из наплечной сумки, притороченной к седлу так, чтобы не болталась на скаку, высунулась круглая, покрытая серебристым пухом морда. Котёнок ирбиса недовольно фыркнул, словно осуждая хозяина за неумение держаться в седле, и тут же снова нырнул внутрь. Март инстинктивно потянулся погладить зверя, но пальцы наткнулись на тугую повязку, охватывавшую заднюю лапку, — Элира вчера перевязала вывих, наказав не тревожить сустав лишний раз. Котёнок дёрнулся и тихо, обиженно мяукнул.

— Прости, — растерянно пробормотал Март. — Я забыл.

Он усмехнулся про себя, вспомнив, как этим утром забирал зверя у девушки. Элира встретила его на пороге, уже одетая в дорожный плащ, и, прежде чем передать котёнка, строго велела: «Не корми его с рук, он потом начинает кусаться. И не давай сырого мяса — с животом будет маяться. Лапу не тревожь, повязку я сменила, но до конца ещё не зажило». Март кивал, чувствуя себя так, будто ему вручали не потрёпанного зверя с повреждённой лапой, а по меньшей мере, какую-нибудь герцогскую реликвию. Элира ещё раз погладила котёнка по голове, шепнула что-то ласковое и, уже повернувшись, чтобы уйти, добавила через плечо: «Береги его, Март. И себя тоже — хотя бы иногда». Он хотел ответить что-то остроумное, но не успел — дверь уже закрылась.

Впереди, во главе отряда, ехал Ардаль. Его спина, как всегда, была пряма, словно под латами скрывалось копьё, а движения — скупы и точны. Рядом с ним, размеренно покачиваясь в седле, двигался Морган — правая рука сына барона и вездесущий спутник. Он держался чуть позади, бросая короткие взгляды по сторонам. А вот Ферон…

Март невольно задержал взгляд на рыжем мечнике. Тот ехал чуть поодаль от остальных, поигрывая желваками, и вид имел самый беззаботный — но Март уже научился не доверять этой показной расслабленности. На этот раз Ферон был в отряде — в отличие от предыдущего, когда они сопровождали карету, он остался в Локарасе. Почему? И что изменилось теперь?

И главное — зачем он напал на Марта у бараков? Этот вопрос всё никак не покидал его голову.

Тот бой случился накануне. Март возвращался из дома Элиры, когда Ферон вынырнул из дверного проёма и обрушился на него без явных на то причин. Если бы не Ардаль, неизвестно, чем бы всё тогда закончилось, но юноша прекрасно помнил ту, обуявшую его ярость. Не появись сын барона в последний момент, он, наверное, убил бы Ферона. И от этих дум на душе становилось гадко. «Это совсем на меня не похоже», — пытался Март оправдать себя и свой гнев, но получалось плохо, ибо в памяти были свежи образы, которые услужливо рисовало воображение: рыжеволосый лежит в пыли, в луже собственной крови.