Глава 1. Галстук и стойка регистрации

Я вошла в зал суда, и воздух ударил в лицо — спёртый, тяжёлый, пропитанный запахом старой бумаги, казённого лака и чужого напряжения. Туфли на высоком каблуке цокали по кафельному полу, и каждый шаг отдавался в груди уверенностью, которую я носила как вторую кожу. Я была Алисой. Мне было двадцать девять. И я контролировала всё — свою жизнь, свою работу, мужчин, которые попадались на моём пути. По крайней мере, я так думала.

Зал суда был тем местом, где я чувствовала себя как рыба в воде. Высокие потолки, деревянные панели на стенах, портреты Фемиды с завязанными глазами — всё это создавало атмосферу, в которой я могла дышать полной грудью. Здесь я была не просто женщиной. Здесь я была адвокатом. И я знала, что могу выиграть любое дело, если захочу. Я знала это так же уверенно, как знала, что моя помада всегда идеально подходит к цвету моего костюма.

Сегодняшнее заседание было рутинным. Бракоразводный процесс, раздел имущества, алименты. Моя клиентка — женщина лет сорока, с заплаканными глазами и дрожащими руками — сидела рядом со мной и сжимала сумочку так, будто от этого зависела её жизнь. Я положила ладонь на её руку и шепнула:

— Всё будет хорошо. Я не дам вас в обиду.

Она кивнула, но я видела, что она не верит. Она не знала, что я умею делать из воздуха аргументы, а из слабости — силу. Я умела играть. И сегодня я собиралась выиграть. Потому что я всегда выигрывала.

Судья вошёл, и все встали. Я поправила юбку, подтянула блузку и села, чувствуя, как на меня смотрят. Я знала, что выгляжу идеально — чёрный костюм от Armani, белая шёлковая блузка, туфли на высоких каблуках, которые делали мои ноги бесконечными. Мои волосы были собраны в строгий, но соблазнительный пучок, а на губах — яркая помада, которая придавала мне тот самый вид, от которого мужчины теряют дар речи, а женщины — уверенность в себе. Я знала, что моя внешность — это оружие, и я умела им пользоваться.

Когда я поднялась, чтобы представить свои доводы, я почувствовала на себе чей-то взгляд. Тяжёлый, изучающий, почти осязаемый. Я обернулась и увидела его. Он стоял у стойки регистрации, поправляя галстук — идеальный узел, ни одной складки, ни одной неровности. Сергей. Адвокат с безупречной репутацией и таким же безупречным костюмом, который сидел на нём как вторая кожа.

Он смотрел на меня сквозь очки в тонкой оправе, и я чувствовала, как его взгляд скользит по моему лицу, по моим рукам, по моим губам. Его глаза были серыми, почти стальными, и в них читалась та же уверенность, которую я носила в себе. Мы были одинаковыми. Мы были хищниками, которые встретились на одной территории.

Я не отвела взгляд. Я смотрела на него в ответ, и между нами пробежала искра — та самая, которую невозможно подделать, которая возникает только между двумя людьми, которые знают, что они хотят друг друга. Он улыбнулся — едва заметно, но я увидела эту улыбку. И внутри меня что-то дрогнуло.

Заседание длилось час. Я говорила, и мой голос звучал ровно, убедительно, с той лёгкой хрипотцой, которая появлялась у меня, когда я чувствовала, что победа близка. Я цитировала статьи, приводила аргументы, оперировала фактами. Моя клиентка сидела рядом, и я чувствовала, как её дыхание становится спокойнее с каждым моим словом.

Сергей возражал, но его возражения были скорее формальностью. Он знал, что я права. Он знал, что моя клиентка получит алименты. Но он продолжал играть, и я чувствовала, как между нами искрит — не как между противниками, а как между двумя людьми, которые знают, что они хотят друг друга.

В какой-то момент я поймала себя на том, что смотрю на его руки. Они лежали на столе — длинные пальцы, аккуратные ногти, никаких колец. Он жевал ручку, когда слушал судью, и это движение было таким естественным, таким человеческим, что я на секунду забыла, где нахожусь. Я представила, как эти руки касаются моей кожи, как они скользят по моему телу, и внутри меня разлился жар.

Я заставила себя отвести взгляд и сосредоточиться на деле. Я не могла позволить себе отвлекаться. Я была профессионалом. Но в глубине души я знала, что эта игра только начинается.

Когда заседание закончилось, я собрала документы и направилась к выходу. Моя клиентка что-то говорила мне, благодарила, но я почти не слышала её. Все мои мысли были о нём. Я чувствовала его взгляд на своей спине, и каждый шаг отдавался в груди.

— Алиса, — услышала я его голос.

Я остановилась и повернулась. Он стоял в нескольких шагах от меня, и его улыбка была такой же идеальной, как и его галстук. Теперь, когда мы были ближе, я могла разглядеть его лучше: лёгкая щетина на подбородке, морщинки у глаз, которые появлялись, когда он улыбался, и тот самый запах — древесный, с нотками цитруса и чего-то тёплого, что заставляло меня хотеть вдохнуть его глубже.

— Вы сегодня особенно убедительны, — сказал он. — Ваша клиентка получит алименты, это ясно. Но я предлагаю мировую.

Я прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Его голос — низкий, с хрипотцой — действовал на меня как вибратор, посылая волны тепла прямо в низ живота. Я чувствовала, как моя кожа покрывается мурашками, и я знала, что он это видит.

— Мировая? — переспросила я, наклоняясь к нему через стол. — Вы уверены, что это будет… выгодно для всех?

Он улыбнулся, и я увидела тень желания в его глазах. Он смотрел на меня так, будто хотел раздеть меня взглядом, но делал это с такой элегантностью, что я почти не возражала. Я чувствовала, как его взгляд скользит по моей шее, по ключицам, по вырезу блузки, и я знала, что он видит всё, что я хочу ему показать.

— Завтра, в ресторане, в восемь, — сказал он. — Приходите без документов.

Я кивнула, чувствуя, как между ног становится влажно. Без документов — значит, он хочет не переговоров. Он хочет меня. И я хотела его. Я хотела его так, что у меня перехватывало дыхание.

Я вышла из здания суда, и солнечный свет ударил в лицо. Я остановилась на секунду, закрыла глаза и позволила себе улыбнуться. Внутри меня разливалось странное тепло, которое я не могла объяснить. Это было не просто возбуждение. Это было предвкушение. Я знала, что завтрашний вечер станет началом чего-то нового. И я была готова.

Вечером я сидела в своей квартире и смотрела на красное платье, которое висело на дверце шкафа. Оно было идеальным — с разрезом до бедра, с глубоким вырезом, с тканью, которая струилась, как вода. Я выбрала его не случайно. Я знала, что Сергей будет смотреть на меня, и я хотела, чтобы его взгляд задержался на мне дольше, чем на ком-либо другом.

Я подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Мои волосы были распущены, спадали на плечи мягкими волнами. На губах — яркая помада, в глазах — огонь, который я не могла погасить. Я улыбнулась своему отражению и прошептала:

— Завтра будет интересно.

Телефон завибрировал, и я увидела сообщение от Марины: «Как прошёл суд? Ты сегодня огонь?» Я улыбнулась и ответила: «Огонь. И завтра будет продолжение». Она написала: «Неугомонная ночь?» Я ответила: «Надеюсь».

Я подошла к платью, провела пальцами по ткани и почувствовала, как внутри меня разливается предвкушение. Я знала, что завтрашний вечер станет началом новой главы в моей жизни. И я была готова к тому, что она будет полна неожиданностей.

Когда я пришла в ресторан, я увидела, что он сидит не один. Рядом с ним сидела высокая блондинка в деловом костюме, с холодным взглядом и с папкой документов в руках. Сергей поднялся, когда я подошла, и улыбнулся.

— Алиса, — сказал он, — это моя партнёрша. Она будет вести протокол.

Я замерла на мгновение, но моя улыбка не дрогнула. Я села напротив них и чувствовала, как внутри меня разливается холодная ярость. «Значит, игра продолжается», — подумала я. — «И я её выиграю».

Я чувствовала, как его взгляд скользит по моему телу, и я знала, что он тоже играет. Но я была Алисой. И я не проигрывала.

Глава 2. Партнёрша – не помеха

Я опустилась на стул, поправила вырез красного платья и улыбнулась блондинке той самой улыбкой, которую приберегала для особых случаев. Она была холодной, но вежливой, и я чувствовала, как её взгляд скользит по моему платью, по моим рукам, по моим губам. Она оценивала меня — и я позволяла ей это делать. Я знала, что выгляжу на все сто. Я знала, что моё платье, мои волосы, моя улыбка — всё было идеальным. Я была Алисой, и я никогда не проигрывала. По крайней мере, я так думала.

Ресторан был дорогим. Белые скатерти, хрустальные бокалы, приглушённый свет, который падал на столы мягкими золотыми пятнами. Запах дорогого парфюма смешивался с ароматом свежей выпечки и чего-то тёплого, что исходило от кухни. Я чувствовала себя как дома. Я любила такие места — они напоминали мне о том, что я могу позволить себе всё, что захочу. И сегодня я хотела его.

Но этот вечер начался не так, как я планировала. Когда я вошла в зал, я уже видела, что он не один. Рядом с ним сидела блондинка. Высокая, стройная, с идеальной осанкой и безупречным макияжем. Она была одета в строгий деловой костюм, который подчёркивал её фигуру, но не делал её сексуальной — только деловой. Холодной. Недоступной. Она держала в руках папку с документами и смотрела на меня так, будто я была незваным гостем на её территории.

— Алиса, — сказал Сергей, поднимаясь, когда я подошла к столу. — Это моя партнёрша, Оксана. Она будет вести протокол нашего разговора.

Я замерла на мгновение, но моя улыбка не дрогнула. «Протокол», — подумала я. — «Он привёл её, чтобы проверить меня. Он хочет увидеть, как я реагирую на препятствия». Я села напротив них и чувствовала, как внутри меня разливается холодная ярость. Но я не показала этого. Я улыбнулась ещё шире и протянула руку блондинке.

— Очень приятно, Оксана, — сказала я. — Вы, наверное, будете записывать каждое моё слово?

Она холодно кивнула, но не взяла мою руку. Она просто посмотрела на меня и сказала:

— Я здесь, чтобы убедиться, что переговоры пройдут в соответствии с правилами.

Я улыбнулась ещё шире. «Правила», — подумала я. — «Она не знает, что для меня правила существуют только для того, чтобы их нарушать».

Я чувствовала, как её взгляд скользит по моему платью, по моим рукам, по моим губам. Она оценивала меня — и я позволяла ей это делать. Я знала, что выгляжу на все сто. Я знала, что моё платье, мои волосы, моя улыбка — всё было идеальным. Я была Алисой, и я никогда не проигрывала. По крайней мере, я так думала.

Сергей сидел напротив меня, и я видела, как его глаза скользят по моему лицу, по моей шее, по вырезу платья. Он смотрел на меня так, будто хотел раздеть меня взглядом, но делал это с такой элегантностью, что я почти не возражала. Он был идеальным — его костюм, его галстук, его очки в тонкой оправе. Он был как дорогая машина, которую хочется разобрать на части, чтобы понять, как она работает.

— Итак, — сказал я, делая глоток воды и откидываясь на спинку стула. — Какие у нас планы на сегодня? Мы будем обсуждать дело, или это просто ужин с протоколом?

Сергей улыбнулся, и я увидела, как его глаза загорелись.

— Мы обсудим условия, — сказал он. — Но я хочу, чтобы ты знала: я не собираюсь уступать просто так.

— Я и не ждала, что ты уступишь, — ответила я. — Это было бы слишком скучно.

Я чувствовала, как между нами искрит. Оксана сидела молча и записывала что-то в блокнот. Она явно чувствовала себя лишней, но не показывала этого. Она была профессионалом. Но я видела, как её пальцы сжимают ручку, как она смотрит на меня с лёгким раздражением.

Я решила разыграть спектакль. Я подозвала официанта и заказала бутылку «Совиньона» — самого дорогого, которое было в меню. Я знала, что Сергей оценит этот жест. Я знала, что он любит хорошее вино. И я хотела показать ему, что я не просто адвокат — я женщина, которая знает, как жить.

— Я думаю, нам нужно расслабиться, — сказала я, когда официант принёс вино. — Переговоры — это всегда напряжение. А мы сегодня в ресторане, а не в суде.

Оксана подняла бровь.

— Мы здесь для работы, — сказала она.

— А я здесь для того, чтобы получать удовольствие, — ответила я, делая глоток вина. — И я хочу, чтобы Сергей тоже получал удовольствие.

Я посмотрела на него, и он улыбнулся. Его улыбка была такой же идеальной, как и всё в нём. Я чувствовала, как внутри меня разливается тепло, которое я не могла контролировать.

— Оксана, — сказала я, поворачиваясь к ней. — Вы тоже адвокат?

— Да, — сказала она, и в её голосе была сталь. — Я специализируюсь на бракоразводных процессах.

— О, это интересно, — сказала я, делая ещё один глоток вина. — Тогда вы, наверное, знаете, что брак — это контракт, который можно разорвать в любой момент. Но иногда контракты бывают такими, что их не хочется разрывать.

Я посмотрела на Сергея, и он понял, что я говорю о нас. Он улыбнулся, и в его улыбке было столько тепла, что я почувствовала, как внутри меня разливается жар. Я чувствовала, как его взгляд скользит по моему телу, как он задерживается на моей шее, на моих губах. Я знала, что я выигрываю.

— А вы, Алиса, — сказала Оксана, — вы когда-нибудь были замужем?

Я улыбнулась. Она пыталась меня задеть. Она пыталась показать, что я не в её лиге.

— Нет, — сказала я. — Я слишком люблю свою свободу. И я слишком люблю выбирать, с кем мне быть.

Я посмотрела на Сергея, и он понял, что я говорю о нём. Он улыбнулся, и я увидела, как его глаза загорелись.

— Свобода — это хорошо, — сказал он. — Но иногда стоит рискнуть.

— Я всегда рискую, — ответила я. — Но только когда знаю, что могу выиграть.

Я чувствовала, как напряжение между нами растёт. Оксана заёрзала на стуле. Она явно чувствовала себя лишней. Она посмотрела на Сергея, потом на меня, и я видела, как она пытается понять, что происходит между нами. Она не могла этого понять. Она не знала, что мы играем в игру, в которой нет правил.

Я рассказала анекдот. О бракоразводном адвокате и контракте с дьяволом. Я рассказывала его с такой интонацией, что Сергей засмеялся, а Оксана только сухо улыбнулась. Она не понимала юмора. Она была здесь для того, чтобы контролировать, а не для того, чтобы наслаждаться.

— А вы, — сказала я, поворачиваясь к ней, — вы, наверное, видите много разводов. Это не утомляет?

— Это моя работа, — сказала она. — Я не позволяю эмоциям вмешиваться в процесс.

— А я позволяю, — сказала я, делая глоток вина. — Потому что эмоции — это то, что делает нас людьми. И иногда они помогают нам выигрывать.

Я посмотрела на Сергея, и он кивнул. Я знала, что он понимает меня. Я знала, что он тоже играет.

Оксана заёрзала снова. Она явно чувствовала себя лишней. Она посмотрела на Сергея, потом на меня, и я видела, как она пытается понять, что происходит между нами. Она не могла этого понять. Она не знала, что мы играем в игру, в которой нет правил.

— Извините, — сказала она, вставая. — У меня срочный звонок. Я оставлю вас.

Она вышла, и я осталась одна с Сергеем. Мы смотрели друг на друга, и я чувствовала, как между нами искрит. Воздух был тяжёлым, как перед грозой. Я взяла бокал, сделала ещё один глоток и почувствовала, как вино разливается по телу, согревая меня изнутри.

— Ты её подослал, чтобы проверить меня? — спросила я, наклоняясь к нему через стол.

Он улыбнулся, и я увидела, как его глаза загорелись.

— Проверить, насколько ты хочешь меня, — сказал он.

— Я хочу тебя, — прошептала я, — но на своих условиях. И первое условие — ты снимаешь пиджак.

Он засмеялся, но послушно снял пиджак и повесил его на спинку стула. Я смотрела на него, и внутри меня разливалось торжество. Я выиграла этот раунд. Его рубашка была белой, идеально выглаженной, и я видела, как его мышцы перекатываются под тканью. Он был красивым. Он был моим.

Но в этот момент зазвонил его телефон. Он взглянул на экран, и его лицо изменилось. Он стал серьёзным, почти виноватым.

— Извини, — сказал он, вставая. — У меня семейные проблемы. Бывшая жена. Я должен идти.

Он ушёл, оставив меня с недопитым вином, с красным платьем и с чувством, что я только что проиграла. Я сидела за столом, сжимая бокал, и чувствовала, как внутри меня закипает ярость. Я не привыкла проигрывать. Я не привыкла, чтобы меня оставляли. Но этот вечер был ещё не закончен. Я знала, что вернусь. И я знала, что он тоже вернётся.

Я допила вино, взяла сумочку и вышла из ресторана. Ночь была тёплой, и ветер играл с моими волосами. Я шла по улице и думала о нём — о его глазах, о его улыбке, о его руках. Я думала о том, что наша игра только начинается.

Когда я вернулась домой, я села на диван и уставилась в стену. В моей голове крутились мысли о нём, о том, что он сделал, о том, что я чувствую. Я не могла понять, почему он ушёл. Я не могла понять, почему я так злюсь. Но я знала одно: я не сдамся.

Телефон зазвонил, и я увидела на экране имя Марины.

— Привет, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Как прошло? — спросила она. — Ты его соблазнила?

— Почти, — сказала я. — Но он ушёл. Бывшая жена.

Марина засмеялась.

— Это классика, — сказала она. — Но ты не сдавайся. Мы, женщины, сильнее.

— Я знаю, — сказала я, чувствуя, как внутри меня разливается решимость. — Я не сдамся.

Мы поговорили ещё несколько минут, и я повесила трубку. Я подошла к окну и посмотрела на город, который сиял огнями. Внутри меня закипала решимость. Я знала, что завтра я сделаю шаг, который изменит всё. Я знала, что я найду его, даже если для этого мне придётся лететь в Турцию.

Я подошла к шкафу и достала свой самый короткий костюм. Я знала, что завтра я приду в его офис и покажу ему, что он ошибся, когда ушёл. Я улыбнулась своему отражению и прошептала:

— Завтра будет новый день.

И я знала, что он будет таким же неугомонным, как все наши ночи.

Глава 3. Бывшая жена – непр