Владимир Колганов
Марин и город мечты

1. Роль женщины в политике

Вскоре после того, как наш самолёт приземлился в аэропорту Орли, мы с Лилу стали невольными участниками акции протеста. Шоссе было перекрыто тракторами и бульдозерами, они двигались в сторону Парижа, а мы вынуждены будем следовать за ними, если не найдём другого пути. В Лос-Анжелесе бывают автомобильные пробки, но такого безобразия там нет.

Лилу, глядя на карту, посоветовала около Рюмжи свернуть на трассу, которая кольцом охватывает Париж. К счастью, до Шуази-ла-Руа протестующие ещё не добрались и через полчаса мы подъехали к отелю «Бристоль», где забронировали номер на двоих.

Я поинтересовался у портье:

– Не знаете, чем вызваны протесты фермеров?

– Так ведь руководство Евросоюза им подкузьмило! Заключили с латиноамериканцами соглашение о поставках более дешёвой сельскохозяйственной продукции. Нам-то хорошо, если подешевеют манго и говядина, а вот фермерам грозит банкротство.

И здесь власть имущие навязывают свои решения, не считаясь с интересами тех людей, что трудятся на полях и плантациях, по мере сил способствуют процветанию страны. Ещё хуже, если богатый человек, прикрываясь лозунгами типа «Да здравствует полная свобода в интернете!», допускает распространение лживой информации. А уж если владелец популярного интернет-ресурса, вроде бы сам не желая того, помогает террористам и мошенникам – этому не может быть никакого оправдания. Так действует Павел Дуров, давно пора покончить с его всевластием! Но сколько ещё таких, что нажили миллиардные состояния и творят всё, что только в их дурную голову придёт!

Когда сказал об этом Лилу, она возразила:

– Не вижу ничего плохого в том, что люди общаются друг с другом через интернет, даже если сидят у компьютера часами.

– Ну да, вместо того, чтобы читать хорошие книги и смотреть хорошие фильмы...

– Проблема в том, что такие книги больше никто не пишет, а фильмы не снимают, – потом улыбнулась: – Надежда только на тебя!

– Книг я уже много написал, но толку, похоже, никакого. А вот хороший фильм попробую снять, есть кое-какие задумки.

– Если такой же, как «Покаянные сны», то это будет наверняка шедевр!

До «шедевра» ещё очень далеко, а пока мы решили побродить по городу. Надо набраться новых впечатлений, ведь если напишу сценарий, местом действия фильма непременно должен стать Париж. Так мы вышли на площадь Шарля де Голля, где оппозиция проводила митинг. На импровизированной сцене я увидел Марин Ле Пен – всегда симпатизировал ей как политику, восхищался её энергией и отвагой в борьбе. Всегда идёт напролом к желанной цели, да и женщина весьма привлекательная несмотря на то, что ей уже не тридцать лет.

Когда-то, лет десять прошло с тех пор, она, единственная среди французских, да, пожалуй, среди всех европейских политиков, выступала за углубление отношений между Францией и Россией. Помнится, в одном из интервью российской газете сказала, что нас исторически связывает дружба, и со многих точек зрения, геополитических, стратегических и прочих, у нас есть все основания поддерживать и развивать эти отношения. А ещё выразила озабоченность политикой правительства, мол, Франция не должна подчиняться логике холодной войны, которая была навязана Соединёнными Штатами и Евросоюзом.

На мой взгляд, всё правильно сказала. Экономика, культура, всё должно подталкивать нас к сближению, мы должны поддерживать отношения между нашими странами и развивать их. Ну а Франция должна быть свободной, независимой страной, которая не принимает приказов ни от кого – ни от Вашингтона, ни от Брюсселя, ни от кого-либо еще.

Примерно так же доходчиво Марин объясняла журналистам политическую направленность партии, которую она возглавляет. Разделение на правых и левых, по её мнению, больше не имеет политического смысла. Вот и партия «Национальное объединение» с недавнего времени объединяет избирателей разных политических взглядов, недовольных правлением «жирных котов», которые не считаются с интересами простых людей. Тем самым «Национальное объединение» создаёт проблему для власти, и поэтому руководство и сторонников её партии называли то крайне левыми, то крайне правыми, то ярыми националистами.

Последний из этих «жупелов» возник только потому, что была искажена позиция партии по вопросу иммиграции. По мнению Марин, иммиграция используется для снижения уровня оплаты труда французов – если мигранты готовы работать чуть ли не за гроши, то с какой стати работодатели должны платить достойную зарплату французам?

После начала гражданской войны в Сирии Европу заполонили сирийцы, к которым присоединились иракцы, затем в Евросоюз потянулись жители Ирана – никому не хочется гибнуть под американскими бомбами. А недавно началось нашествие марокканцев, они силой прорывались в Испанию через пограничные кордоны.

Есть более страшные последствия неконтролируемой миграции – огромную опасность представляет собой проникновение на территорию Шенгенской зоны террористов, смешавшихся с толпою беженцев. Французы не раз погибали от их рук.

А вот как Марин понимала суть своей борьбы с власть имущими. Единственное, что имеет политический смысл, это противостояние тех, кто стремится к суверенитету и к демократии, и тех, кто хочет передать все вопросы суверенитета наднациональной невыборной организации, которая решает всё, не учитывая мнения французов. Евросоюз – это своеобразная разновидность олигархии. При потворстве национальных элит он присвоил себе право принимать любые решения, ни за что не отвечая. Марин считает, что Евросоюз разрушается сам собой, он подобен лучу света, возникшему от сияния звезды и преодолевающему космическое пространство, а вот звезда уже мертва. Марин права – Европа переживает тяжёлые времена, поскольку руководители ряда государств способны на всё что угодно, чтобы только не дать развалиться этому удобному для них зданию.

А вот гениально простой, но всеобъемлющий тезис из её интервью – французы должны наконец-то понять, что власть – это они. Именно они должны принимать решения, а не бездарные чинуши, окопавшиеся в Брюсселе.

Через пять лет она не изменила своей политической позиции, но в её речах и интервью появились более точные формулировки и много конкретных предложений. К примеру, она заявляла о необходимости возвращения к концепции, отстаиваемой в свое время генералом де Голлем: «Если вы хотите, чтобы народы объединились, вы должны уважать их как личность, вы должны научить их объединить определенные компетенции, оставаясь при этом независимыми для всего остального». По мнению Ле Пен, другого пути у Франции нет и не будет.

Обращала она внимание французов и на политизацию судебной системы, выражавшуюся в том, что власть имущим прощали то, за что представитель оппозиции наверняка получил бы тюремный срок.

И снова Марин говорила о нашей стране в интервью российской газете: «Никто не может игнорировать роль и место России в мировом порядке. Она занимает важное место и остаётся ведущим голосом в многополярном мире, голосом, который регулирует международные отношения и геополитику. Я верю в достоинства диалога, спокойной и конструктивной дипломатии, особенно с вашей великой страной, с которой у нас давние отношения, и которая, по мнению генерала де Голля, участвовала в создании баланса между Европой и местом Европы в мире».

А вот что говорила Марин о демократии, которую Соединённые Штаты упорно продвигают на восток: «Основой демократии является международное право, но сейчас ему на смену пришли интересы и воля определенных держав и организаций во главе с США и НАТО. Мы должны вернуться на путь разума, мудрости и равновесия».

И снова в её речах ставится вопрос о недопустимости неконтролируемой иммиграции: «Нелегальные иммигранты не должны приезжать во Францию и получать пособия и бесплатное медицинское обслуживание. Франция сама должна решать – кто может въезжать на её территорию, но брюссельские политики с нашим мнением не хотят считаться».

Есть только один способ изменить политику страны – занять пост президента Франции, а для этого надо одержать победу на грядущих выборах.

2. Идём на вы!

А что, если предложить Марин роль в моём новом фильме. Это должна быть семейная драма с прозрачным намёком на то, что происходит в политической жизни страны. Лилу сыграет дочь, а муж по характеру и умственным способностям точь-в точь президент Макрон.

Не знаю, какая из Марин актриса, но, если в каких-то эпизодах не справится с ролью, можно сделать так – Лилу с моей помощью перевоплотится в её образ и наверняка сыграет так, что зрители будут в восторге. Важно, чтобы члены съёмочной группы не догадались о подлоге, и ещё надо добиться согласия Марин на этот трюк – объясню ей, что воспользовался помощью компьютерной графики или нейросетей.

Зачем такие сложности, если роль можно поручить опытной актрисе? Во-первых, это будет завуалированная сатира на Макрона, поэтому не всякая актриса согласится, а во-вторых, исполнительница роли заботливой матери, которая тянет всю семью, не рассчитывая на помощь нерадивого мужа, вызовет симпатию даже у французов, никогда не голосовавших за Марин на выборах. Ну а политической агитацией пусть сама занимается, тут я ей не помощник.

Я сразу стал сочинять диалоги – это моя обычная метода при написании романов. Сюжет сам будет развиваться исходя из логики того, о чём говорят персонажи, а когда зайдёт в тупик, тут уж мне придётся поднапрячься или ждать, когда снова в голове родится гениальная идея. Вот и теперь неясно, что будет в сценарии помимо семейных дрязг – вероятно, придётся в число персонажей ввести любовницу мужа, а ещё лучше, если это будет мужик, либо попеременно то и другое. Любовница время от времени будет издеваться над ним, а мужик успокаивать, слёзы утирать, – это как бы две ипостасти его жены, вместе они будут в нос запихивать белый порошок. Фу, какая гадость! А в итоге получается что-то вроде четырёхугольника с весьма непростыми взаимоотношениями между «углами».

Надо бы ещё подыскать актёра на роль мужа. Даниэ́ль Отёй мог бы с блеском справиться в лучшие свои годы, а теперь – не уверен. К тому же он был любимцем публики, а здесь это ни к чему. По той же причине Жан Рено тоже не годится. Тогда Франсуа Клюзе – хороший актёр, вполне может сыграть невзрачную личность. Или Жан Жюарден, он на Макрона немного похож, хотя старше лет на десять.