Вероника Захарова
Стеклянные шарики

Глава 1

— Я не давал своего разрешения меня снимать.

Дарий хмуро смотрел на фотографа, симпатичную невысокую женщину в просторном черном худи и темных джинсах. Длинные каштановые волосы были собраны в хвост. Она опустила камеру и подошла к инженеру, протянула руку.

— Добрый день, я Стефания, вас должны были предупредить обо мне. Вы же Дарий? Можно на ты?

Мужчина в некотором замешательстве пожал маленькую ладонь. Накануне ему сообщили, что на заброшенный завод, где он руководил обследованием перед реконструкцией, приедет фотограф. Для чего она будет снимать, он так и не понял, то ли для личной выставки, то ли по заказу руководства. Так или иначе, ему настоятельно рекомендовали ей не мешать и по возможности помочь. А Дария раздражала сама идея того, что на объекте будет находиться посторонний человек.

— Здравствуйте.

— Я могу продолжить съемку?

Он молча пожал плечами и отошел к группе рабочих. Стефания проводила его взглядом, отметила высокий рост, сухощавость фигуры, собранность движений.

Она навела камеру на живописный фасад в потеках, в пустых оконных проемах которого безмятежно шумели молодые березки.

— Этот завод ненамного старше меня, — усмехнулась женщина. Неторопливо двинулась вдоль окон с разбитыми стеклоблоками, остановилась перед обветшалым входом в подвал. Вытащила из рюкзака фонарь, посветила внутрь и вздрогнула от неожиданности. Из темноты на ступеньках высветилась пара светлых глаз. Стефания спустилась, нагнулась и взяла в руку два побитых светло-зеленых стеклянных шарика. «На заводе делали кинескопы», — вспомнила она. Окажись здесь маленькая Стефания, счастью не было бы предела. Взрослая Стефания широко улыбнулась, предвкушая охоту на эти сокровища. Свет в проеме закрыла темная фигура.

— Выйдите отсюда.

— Давай все-таки на ты.

Стефания спрятала шарики в карман, поднялась к инженеру. Он посторонился.

— Почему мне нельзя сюда?

Фотограф осмотрела мужчину, отметила следы работы на его спецовке.

— Этот участок еще не проверен, может обрушиться. Будете игнорировать технику безопасности, добьюсь запрета на съемку.

Губы женщины еле заметно поджались.

— Тогда могу я попросить тебя провести мне экскурсию по заводу, чтобы я поняла, где безопасно, а где нет?

— Не сейчас. Просто не заходите никуда. Тут на каждом шагу может быть опасно.

«Юркнет куда-нибудь, я ее потом не найду».

Стефания проводила Дария прищуренным взглядом и пошла дальше вдоль стены. Набрела на окно, у которого был завал строительного мусора, и залезла внутрь.

Она оказалась в большом помещении. Длинные ряды станков с шлифовальными кругами уходили вдаль, под потолком тянулись проржавевшие трубы, ветвились к станкам. Стефания осторожно пробралась по белой стеклянной пыли вглубь помещения. В полу цеха были небольшие прямоугольные бассейны, где под водой лежал толстый слой стеклянного шлака. Крупинки на дне блестели в тусклом свете, на поверхности расползлись радужные пятна. Женщина присела, поймала удачный кадр. Мрачно, удручающе, восхитительно. Сделала несколько снимков, затем подсветила особенно колоритный угол, запечатлела.

— Супер, — пробормотала она и встала, взглянула в окно, чтобы понять, откуда здесь встает солнце, — обязательно приду сюда утром.

По пути к выходу она любовалась обстановкой. Вышла из цеха и задумалась, куда идти дальше. Шагнула было в сторону основного прохода, но услышала голос Дария и направилась в коридор справа.

Завод создавал неоднозначное впечатление. Заброшенный, с темными потеками самых странных оттенков, полный огромных непонятных сооружений. И повсюду битое стекло. В стекле отражался искаженный свет, завод словно застыл в морозный день. Стефания навела камеру, но чувствовала себя растерянно.

— Ладно, у меня еще есть время, пока осмотрюсь.

День клонился к вечеру, пора было ехать домой. Она прошла через очередной цех к окну. И увидела во дворе инженера, который что-то измерял лазерной рулеткой.

— Дарий!

Ее голос звонко прозвучал в тишине покинутой промзоны.

Он недоуменно оглянулся.

— Я здесь, в окне!

Стефания помахала рукой, и Дарий ее заметил. Даже на расстоянии она увидела, как нахмурились его брови и сердито сверкнули глаза.

— Выходи оттуда!

— Ага… — она тихонько улыбнулась, — таки перешел на ты.

Они стояли на парковке около своих машин.

— Я же просил не заходить внутрь.

— Я не заходила, я залезла, — ухмыльнулась женщина, — всего хорошего, до завтра!

Она уехала, и мужчина невольно отметил наступившую тишину.

Глава 2

Стефания жила в небольшой квартире на окраине города. Минимум вещей и мебели, но много бытовой техники. Норка одинокой счастливой лисицы средних лет. После не очень удачных отношений она построила закрытый мир — место, где могла быть собой после общения с людьми.

Женщина включила музыку и села с чашкой кофе к окну. С улыбкой вспоминала прошлый день. Она была уже мысленно на заводе, прикидывала, откуда начнет сегодня свой путь. Только бы на Дария не наткнуться.

— Надо разузнать план реконструкции, так его будет проще избегать, — обратилась она к чахоточному гибискусу на подоконнике. Задумчиво изучила собеседника, убрала засохшие листья и пообещала себе купить наконец подкормку для растений. И тут же забыла об этом.

Дарий методично собирался на объект. Он снимал квартиру в маленьком поселке недалеко от завода у бывшего заводчанина. Мужчина продумывал задачи, какие ему предстояло выполнить, вспомнил о женщине, за которую ему теперь придется нести ответственность, нахмурился. Перед глазами возникла ее ухмылка, он тряхнул головой.

Последние десять лет своей жизни Дарий посвятил восстановлению различных объектов, от детских садов до крупных производств. Жил постоянно в разъездах, в свою квартиру в соседнем регионе приезжал лишь раз в несколько месяцев. Каждый объект для него был покинутым ребенком, которому он помогал встать на ноги и начать новую жизнь. Был он и женат когда-то, но без драмы разошелся с женой. Ну вот, все собрано, можно выезжать.

Стефания приехала на завод рано, на территории был только сторож. Она вышла из машины и окинула взглядом громадное здание.

— Начну с шлифовального цеха.

Вчера вечером она немного изучила планы территории, и теперь чуть лучше ориентировалась в помещениях. Однако не рискнула искать нужное место изнутри, подошла к знакомому окну снаружи. Залюбовалась игрой света утреннего солнца в осколках стеклоблоков. Навела камеру, сфотографировала.

Внутри яркий свет рассеивался, мутное стекло создавало впечатление аквариума. Сочетание яркого света из пролома и зеленоватых теней завораживало. Стефания надела маску, спустилась вниз и сделала несколько кадров бликов на стеклянной пыли, резких полос освещенных солнцем ржавых труб на фоне полумрака. Забралась на подоконник рядом и сняла цех от угла вглубь.

— Стефания!

От неожиданности женщина чуть не выронила из рук камеру, проматерилась себе под нос.

Дарий влез через окно и перегнулся, держась за раму. Чуть громче, чем следует, произнес:

— Тут дышать нельзя, не то, что ходить.

С беспокойством следил, как она сползает с подоконника.

— Доброе утро! Я же в маске.

Стефания показательно осторожно дошла до окна, где он стоял. Остановилась и снизу вверх устремила на него взор.

Дарий протянул ей руку помочь взобраться, затем развернулся и спустился наружу. Женщина закатила глаза и последовала за ним.

— Так ты проведешь мне экскурсию? — в надежде на отказ спросила она.

— Через полчаса, жди меня в фойе.

«Ишь, ты». Стефания неодобрительно глядела ему в спину.

— Так, у меня есть полчаса.

Лезть обратно она не решилась, немного подумала и отправилась дальше вдоль стены. Вскоре густые кусты преградили ей путь, пришлось вернуться обратно к входу. Вошла в фойе и застыла в восхищении. Сломанный турникет висел под идеально ровным прямым углом. Гранитные полы потрескались восточным узором, на стенах среди потеков гордо висели рамки с бесцветными фотографиями передовиков. Рядом находилось мозаичное панно с зияющими пустотами, на нем остались видны лишь красивые мужские руки, которые тянулись к солнцу. Стефания взяла в руки фотоаппарат.

Дарий спустился по мраморной лестнице со второго этажа и остановился около женщины. Она растянулась на полу, снимала лестницу и заодно инженера, который навис над ней бетонным колоссом в своей серой спецовке. Поднялась, безуспешно отряхнулась.

— Хорошая спецовка, мне тоже такая нужна.

Она потянулась к рукаву, а мужчина непроизвольно отдернул руку и покраснел. Буркнул:

— Пошли.

Повел ее наверх к административным помещениям, щедрым взмахом руки разрешил:

— Можешь снимать здесь.

Стефания насмешливо перевела на него взгляд:

— Это что, вся экскурсия?

— Это то, где тебе безопасно находиться.

Она обвела взглядом недлинный коридор с шестью дверями, еле заметно кивая. Сделала шаг назад, одной рукой придержала камеру и отвесила инженеру поясной поклон.

— Большое спасибо!

Дарий кисло глянул на нее и спустился вниз.

— Что ж…

Она прошлась по комнатам, сняла следы рабочего процесса — старые телефоны, матричные принтеры с широкими рулонами пожелтевшей бумаги, массивные компьютеры с маленькими зелеными мониторами. На столах — окурки, газеты с мотивирующими заголовками, пыльные журналы, заполненные аккуратным круглым почерком. Разбитая чашка с цветочками, посеревший синий халат, жестяные коробочки…

Стефания открыла одну из них. На дне ее болтались какие-то мелкие детали и три стеклянных шарика.

— Юху!

Она положила добычу в карман рюкзака.

— Ладно, сюда стоило зайти.

Женщина сделала еще несколько снимков в других кабинетах и спустилась в фойе. Инженера рядом не было, так что она решительно направилась в сторону коридора, на стене которого покосилась вывеска «Плавильный цех» со стрелкой. Вскоре она увидела высокий проем, сделала шаг внутрь, и у нее захватило дух.

Посередине темного необъятного пространства находилась величественная печь величиной с двухэтажный дом. Стефания потрясенно уставилась на молчаливого исполина. Пришла в себя и не спеша начала изучать помещение. По стенам и под потолком вились металлические лестницы, от них к центру шли переходы. В глубине цеха находились ржавые аппараты и конвейеры. Женщина приблизилась к печи, завороженно обежала взглядом ее бока. Металлическая ржавая обшивка обвалилась, обнажила большие кирпичи. Черные дыры разного размера и на разной высоте мерещились мертвым лицом. Стефании стало жутко. Она села на часть разрушенного конвейера, бездумно уставилась в темноту.

Если шлифовальный цех вызывал восхищение своей хрупкой полупрозрачностью, то плавильный давил своей мощью.

— Так не пойдет, надо взять верх над этим помещением.

Она внимательно посмотрела на лестницы.

— В прямом смысле этого слова!

Скинула оцепенение и уверенно двинулась к дальнему краю стены, где начинались ступени.

***

Дарий с прорабом обходил территорию вокруг завода, как вдруг из плавильного цеха послышались неясные звуки. Как будто мерно заработал какой-то агрегат, которого там быть не должно. Мужчины остановились, переглянулись.

— Что это?

Прораб, пожилой невысокий мужчина, недоуменно смотрел на инженера. Взгляд Дария метался по стенам. Он двинулся к окну, вслушиваясь в как будто знакомый ритм. Около окна звук изменился, послышались высокие рваные ноты.

— Это же… — Прораб круглыми глазами уставился на инженера, — «Нирвана»…

Сейчас и Дарий узнал известную композицию.

— Но откуда?...

У Дария напряглась челюсть.

— С-с-стефания… — прошипел он.

— Кто?

— Фотограф, я тебе о ней говорил же. Иди дальше, я ее выведу оттуда и догоню тебя.

Дарий угрюмо чеканил шаг в сторону бокового входа в цех. Он определенно точно указал ей, где она может находиться, но, конечно же, она его не послушалась. В голове мелькнуло, что возможно проще будет брать ее с собой, но такая перспектива удручала.

Внутри цеха музыка звучала отчетливее, но все равно еще с расстояния, как будто… Как будто сверху. Мужчина недоверчиво начал шарить взглядом под потолком. Не сразу увидел маленькую фигурку над печью. У Дария похолодело внутри, он бросился к лестнице.

Стефания, качая головой в ритм музыки, прикидывала следующий кадр. Она уже сняла цех сверху с угла, конвейеры, аппараты, яркий свет, что лился из окон и терялся в глубине. Отважилась и подобралась по металлическим переходам к печи. Свесилась над огромной печью выбрать кадр, но никак не могла поймать нужный ракурс. Она отошла немного в сторону, навела камеру и сделала серию снимков, в надежде, что хоть один выйдет таким, как надо. Застыла в задумчивости и вдруг поняла, что музыка смолкла.

Она обернулась к лестнице, где оставила колонку, и отшатнулась, к ней из полумрака быстро приближалась зловещая тень. Тень сформировалась в разгневанного Дария. Стефания навела на него камеру и ослепила вспышкой.

— Прекрасно… Ты очень фотогеничен.

Инженер подошел к ней, раздраженно взял за запястье и повел спускаться. По пути едва успела подхватить колонку, руки оказались заняты, она запнулась и впечаталась колонкой в спину Дария. Спина окаменела безмолвным матом. Стефания кое-как вслед за инженером спустилась по лестнице и вышла наружу. Яркое весеннее солнце ослепило ее.

Дарий начал было возмущенную тираду.

— Если будешь нарушать технику безопасности, я запрещу тебе заходить в цеха.

На женщину накатилась усталость, она села на ступеньку. Инженер замолчал, вспомнил про прораба.

— Можешь пойти со мной, я сейчас буду осматривать территорию за основным зданием.

Стефания хитро взглянула на него снизу вверх.

— Разрешишь себя сфотографировать?

— Я не торгуюсь, или идешь со мной, или покинь территорию.

Женщина громко вздохнула и поднялась.

— Пойду с тобой, начальник.

Прораб удивленно смотрел издалека на несхожую парочку. Инженер был мрачен, взгляд устремлен вдаль, женщина беспечно рассматривала здания, шла легко.

Дарий коротко представил их друг другу. Прораб благодушно спросил:

— Так это ваша музыка звучала в цеху?

— Ага, — улыбнулась она.

— Я тоже любитель послушать «Нирвану», — доверительно поделился немолодой мужчина.

— Я рада тут встретить хоть одного единомышленника, — в тон ему сообщила Стефания.

Инженер вмешался:

— Давай продолжим, надо еще территорию вокруг котельной осмотреть.

— А не поможете ли вы нам? — неожиданно предложил фотографу прораб, — мы, конечно, сами можем сфотографировать местность, но ваши снимки будут качественнее.

Стефания не смогла отказать любителю «Нирваны». Да и Дарий перестанет ворчать.

— Конечно!

Они прошлись вокруг старых зданий, мужчины обсуждали технические детали, женщина фотографировала все подряд.

Стефания уже выдохлась, когда экскурсия завершилась у входа на завод.

— Пообедаете с нами? Тут недалеко неплохое кафе есть.

— Хорошо! Заодно посмотрите фото.

В кафе было тихо и чисто, пахло вкусно. Расселись группами, Стефания села с прорабом и Дарием. Приговорила порцию пюре с курицей, завершила трапезу крепким чаем с булочкой, затем достала из рюкзака планшет и перекинула на него фотографии. Нашла серию фото с местности и передала планшет мужчинам.

Они просмотрели фотографии, негромко комментируя, и прораб отошел к другому столу. Инженер продолжил листать фотографии. Наткнулся на снимки себя в плавильном цехе, поджал губы. «Ну да, очень фотогеничен». На кадрах его лицо выглядело злым и некрасивым, Дарий спешил пролистать их, но остановился.

— Что это?...

— Что?

Стефания оторвалась от телефона и посмотрела на мужчину. Он сосредоточенно рассматривал фотографии. Женщина встала за его спиной.

— Я ничего не вижу.

— Лестницы как будто перекошены.

Она потянулась над Дарием к экрану увеличить фото. Мужчина незаметно отодвинулся.

— И что это означает?

Инженер задумчиво потер рукой челюсть.

— Возможно просто ослабли крепления, но может быть и так, что фундамент просел, — обернулся к женщине, — я запрещаю тебе туда заходить.

Стефания расстроилась:

— Ну вот! Давай тогда сходим туда вместе! Я не успела поискать шарики.

— Какие шарики?

Она вытащила из кармана куртки свою первую находку. Дарий выразительно взглянул на ее ладонь:

— Боже…

Женщина обиженно спрятала драгоценность в карман. Мужчина продолжил:

— Вечером схожу туда. Пока надо будет другие помещения осмотреть.

— Я с тобой! Могу поснимать, что будет нужно.

Инженер поджал губы, но не возразил.

По возвращении на завод, он выдал фотографу каску и строго-настрого запретил заходить в цеха без нее. Вместе с группой специалистов они обошли вакуумный цех и склад готовой продукции. Стефания снимала то, что просили, забиралась для этого на конвейеры, приборы и ящики. Время от времени женщина отходила и фотографировала для себя, гуляла по территории, делала заметки, Дарий вынужденно следил за ней краем глаза. Так прошло часа три. Стефания устала и спросила:

— Здесь есть какая-нибудь комната отдыха, вагончик, палатка, шалаш? Коврик тоже подойдет.

— В фойе, слева от входа комната охраны, мы переделали ее под комнату отдыха.

— Ага. Ну, я буду там.

Женщина развернулась и направилась к выходу. Инженер облегченно двинулся к рабочей группе.

Стефания уверенно прошла несколько коридоров и замедлила шаг.

— Куда идти-то?... Где это чертово фойе?..

***

Дарий стоял в пустой комнате отдыха и с досадой думал, что не может закрыть объект для посторонних. Собрался было выйти, но тут в дверь ввалилась припыленная Стефания.

— Где ты была?

— Вот честно, я изо всех сил шла сюда.

Женщина сняла каску, свалилась на диванчик, откинула голову и закрыла глаза.

— В плавильный цех не идешь?

— Иду. Дай мне перезагрузиться.

Стефания достала из кармана наушники, вставила в уши и разлепила глаза. Выбрала нужный плейлист на телефоне и со вздохом снова откинула голову на спинку дивана. Дарий бесцельно постоял и сел рядом. Спустя малое время тело женщины расслабилось, рука соскользнула, коснулась инженера. Тот неловко повернул голову, посмотрел на нее. В волосах какой-то мусор, на руке свежая царапина. Мужчина отвернулся и закрыл глаза.

Стефания проснулась, сняла наушники и бодро потянулась, только тогда заметила Дария рядом с собой. Он тоже открыл глаза и посмотрел на часы.

— Идем, а то скоро совсем стемнеет.

В коридорах было уже темно, они достали фонарики. Два луча, один мощный и прицельный, другой слабый и скачущий, рассеивали тьму. Дошли до плавильного цеха, луч фонаря Стефании высветил что-то блестящее на полу, и она устремилась туда. Инженер уже подходил к лестнице, когда за его спиной раздалось короткое нецензурное слово. Развернулся, направил фонарь на спутницу, встающую с пола.

— Ты же взрослая женщина, не можешь быть осторожнее?

— Отстань.

Дарий хотел ответить, но промолчал. Снова повернулся к лестнице, осветил ее фонарем.

— Сейчас не видно ничего, приду сюда днем.

— Давай я хотя бы фото сделаю. Со вспышкой что-то да будет видно.

Инженер пожал плечами:

— Давай, раз уж ты тут. Начни отсюда.

Когда все лестницы были сняты, женщина сказала:

— Дай мне свой номер телефона, я пришлю тебе фотографии.

Выбрались из цеха и пошли к парковке.

— Кстати, завтра же выходной, на заводе кто-нибудь будет?

— Я буду.

— Не отдыхаешь?

— Ты тоже, как я вижу, отдыхать не собираешься.

— А что, чем тут не отдых? — в голосе Стефании звучал подъем, — свежий воздух и физическая нагрузка.

— Лучший отдых — смена деятельности.

— До завтра, начальник!