Кати Зафт
Там, где цветут цветы

Тем, кто создает красоту, несмотря на...

Вы когда-нибудь наблюдали за бабочкой? Видели, как они порхают? В их движениях нет ни хаоса, ни спешки. Кажется, они созданы, чтобы наслаждаться жизнью, — такие беззаботные, без всяких хлопот.

Взгляните на бабочку-махаона — насколько она прекрасна. Словно художник кистью выводил узоры на её ярко-жёлтых крыльях. Будто нарочно обводил контуры и добавил штрих — тонкие нежные хвостики на каждом крылышке. А в конце, чтобы махаона не спутать ни с кем, поставил на кончиках крыльев отличительный «глазок».

Движения её крыльев так нежны, что мы не улавливаем даже лёгкого дуновения ветерка.

Вот и наша бабочка — Тихоня — никогда не торопилась. Она наслаждалась красотой каждого цветка, на который присаживалась. И она не могла говорить. У неё вместо ротика был тонкий хоботок — им можно было пить нектар и росу, но нельзя было вымолвить ни звука. Зато слышала Тихоня всё, что говорилось вокруг.

Как-то после полудня на лугу у опушки леса собралось несколько назойливых мух. Они облюбовали куст крапивы и теперь сидели на его листьях, довольно потирая лапки — переваривали всё, чем успели поживиться на задворках человеческого жилья.

Рядом с ними хлопотали жуки-дровосеки: они старательно превращали старый пень в труху, деловито поскрипывая челюстями.

Неподалёку деловито гудели пчёлы — они искали дуплистое дерево для нового роя, а кое-кто из них уже успел собрать первую пыльцу и прилипнуть к цветку иван-чая.

А чуть в стороне, у старой ивы, сновали осы. Они только начали продумывать план строительства гнезда и озабоченно кружили над трещиной в коре.

Над самым кустом крапивы вились комары. Они пытались вытеснить из тени мелких мошек, которые искали прохладу под широкими листьями.

И среди этой обыденной жизненной суеты мир вдруг на секунду замер. Казалось, даже всё вокруг замолкло, потому что все взоры были направлены на прекрасное создание — бабочку-махаона. Это Тихоня порхала над полянкой, плавно снижаясь. От её ярко-жёлтых крыльев отливали блики солнца, будто солнышко ласкало её крылышки. Цветы, которые до этого наслаждались солнечным теплом, замерли, ожидая, что это чудесное создание выберет именно их для приземления.

– Ах, какая красавица! – воскликнул иван-чай, прервав этот миг замирания.

– Ты великолепна! – вторила герань.

– Лети к нам!

– Нет, лети к нам! – наперебой спорили цветы на лесной опушке.

– Здравствуй, Тихоня! – здоровались с ней пчёлы.

– Рады приветствовать вас, госпожа красавица! – говорили жуки-дровосеки.

Тихоня порхала с цветочка на цветочек. Она ведь была безмолвна и здоровалась иначе. Она изо всех сил взмахивала крыльями, чтобы в этом танце показать, как рада всем.

– Вот зазнайка! – причитала одна из назойливых мух, потирая своё жирное брюшко.

– Она никогда не здоровается! – вторила ей самая толстая мошка.

– Так она ж зазнайка! – пропищал один из комаров.

– Ох, какая высокомерная. Даже не посмотрела в нашу сторону! – зло ответила муха.

Куст крапивы на миг шелохнулся от ветра, будто хотел скинуть всех этих незваных гостей.