Константин Воробьев
Внутренний разум: Прошедшая кровь

Глава первая «Конец старых времён»

Вспышка молнии пронеслась по небу, осветив серые улицы Лоуренса, но погасла, как свеча от малейшего ветра. Впереди удалялись два огонька, покидая территорию безумия — это был автомобиль Марка. Чарли стоял у крыльца психиатрической больницы и смотрел ему вслед, дожидаясь новой встречи.

Проезжающий мимо старый «Мерседес» завернул к воротам и остановился перед входом в лечебницу. Двигатель заглох, из машины вышли двое мужчин: первым оказался бывший сосед Чарли — существо в обличье человека, получившее свободу воли. Лицо второго Чарли не узнал, хотя в глубине воспоминаний что-то пробудилось и сразу затихло.

— А это кто? — спросил Чарли.

— Это Джерри Грайс, ты ведь встречал его пару месяцев назад, — ответил Фрэнк, придерживая дверцу автомобиля.

— Правда? — всматривался в его лицо Чарли. — Ну, так мы быстрее справимся, костюмы у тебя?

Фрэнк потянулся в салон автомобиля и с заднего сиденья достал большой пакет с жёлтыми резиновыми комбинезонами.

— Как ты и просил, — бросил он их на капот. — Еще я взял очиститель, чтобы наверняка не оставить следов.

— Тогда за дело, надо управиться до захода солнца.

***

Надев костюм, Джерри, шагая рядом с Фрэнком, вошёл в кабинет главного врача. Переступив медсестру у входа, они увидели лежавшее на полу бездыханное тело доктора, с отверстием от пули в затылке. Перевернув его, Джерри пристально осматривал засохшую рану.

— Что ты делаешь? — воскликнул Фрэнк. — Мы же торопимся.

— Мало ли что, лучше убедиться. Мы же не хотим, чтобы он вернулся?

Джерри повернул голову, глядя на Фрэнка. Он стоял позади, у шкафа с медикаментами, и, вдумываясь в его слова, разминал пальцы рук. Хруст костей отчётливо разносился по комнате, возможно, даже доносился до Чарли.

— Ты прав, но не будем медлить, — отводя взгляд, ответил Фрэнк.

— Тоже верно… ладно, вроде всё нормально. Ты бери за ноги, потащим его к твоей машине.

— Стой, — возмутился Фрэнк. — Он же весь в крови, мне потом весь день её отмывать.

— И что? Ты хочешь его здесь оставить?

Фрэнк, блеснув раздражённым взглядом, прикинул варианты в голове. Машина у них была одна, и каждая минута, проведённая здесь, ставила их под угрозу. А вдруг у какой-то многодетной матери запланирована встреча с больным сыном или обычный, рядом живущий старик, услышав выстрелы, позвонил офицеру. Приняв обстоятельства, Фрэнк нехотя подошёл к телу. Схватив за ноги, они приподняли его, оторвав от спекшейся крови. Осторожно перешагнув лужу крови, они направились вдоль коридора.

***

Чарли, отмывая разбрызганную кровь медсестры, вылетевшую вместе с пулей и оставшуюся на стене, не мог перестать размышлять о сущности своей природы: неужели раньше в его теле была другая личность? Его воспоминания и чувства — это отголоски прошлой жизни, которую он отнял. Он лишь раб, служивший своему хозяину, но получивший нечто большее, чем просто существование. Благодаря Марку он обрёл того, чего у него не было на протяжении всей жизни — друга, принявшего его таким, каким он является. Чарли, продолжая оттирать пятна на светло-голубой стене, услышал эхом доносящиеся шаги, прервавшие его размышления.

— Помощь нужна? — прокричал Фрэнк.

— Не помешала бы, а где Джерри?

— Он решил сначала увезти доктора, места в машине не так много. Так чем помочь?

— Отмой эту стену, я пока в комнате разберусь, — протянул тряпку Чарли.

Сняв испачканные перчатки и протерев запотевшее лицо, Чарли зашёл в комнату. У порога в окровавленном белом халате лежала медсестра. Воспоминания Чарли вновь пробудились: она была первой, кого он увидел после рождения в этом теле. В тот день он проснулся в углу комнаты, а перед ним стояла всё в той же форме медсестра. Она пыталась объяснить смысл его бытия, рассказав о намерениях доктора. Чарли казалось это полной чушью, но разум был под контролем и каждое неповиновение мгновенно пресекалось. Только при разговоре с Марком он впервые смог переступить грань дозволенного.

Спустя два часа, когда Джерри вернулся, они прибрали каждый след своего пребывания в больнице. Чарли, затащив тело медсестры в салон автомобиля, попрощался с уезжающими товарищами. Прежде чем уйти, он оглянулся назад: абсолютная тишина поселилась в стенах здания, оставив в них только ужас и боль погибших людей. Развернувшись, Чарли покинул старый дом, ступая по залитой дождём дороге.

***

Ветер, словно зверь, скрежетал по крышам домов. Небо, покрытое темной насыпью, становилось чернее самой ночи. Джерри, сидящий на кожаном кресле, скрестив руки, смотрел на постер «Люди в чёрном», висящий на стене.

— Дэвид… — прошептал Джерри. — Б удьте готовы ровно вдвенадцать часов, вы должны ?сделать всё, как мы планировали, ясно

— Да, сделаем как положено, — ответил Дэвид.

— Тогда можешь идти…

Выйдя из кабинета, Дэвид захлопнул дверь. Джерри, схватившись за голову, начал дышать, как при сильнейшей панике. Подняв кулак, он ударил по столу. Щепки разлетелись по полу, а на месте удара образовалась трещина, расколовшая стол посередине. Сжав ладонь от боли, Джерри, не изменившись в лице, вправил вывихнутый средний палец. Его карие глаза, сверкнувшие в свете фонаря, покраснели, но, моргнув, вновь стали прежними. Отодвинув кресло, он подошёл к двери и, выключив свет, покинул комнату, окружённую мраком.

Глава вторая «Двенадцать»

Марк, принимая прохладный душ после возвращения домой, не мог избавиться от мыслей, заполонивших его голову. Выключив воду, он взял полотенце, лежавшее на стиральной машине, и вышел из душевой. Вытирая промокшее лицо, Марк прошёл в гостиную. Взглянув на часы, показывающие ровно одиннадцать, он подошёл к кухонному столу, на котором стоял остывший кофе. Сделав пару глотков, Марк чуть не выронил стакан от раздавшихся ударов в дверь. Подойдя к выходу и отперев замок, он увидел на пороге промокшего Чарли.

— Привет, можно войти?

— Конечно, заходи.

Чарли вошёл в дом, стряхивая мокрые длинные волосы. Капли с них падали на деревянный паркет, оставляя блеклые следы. Закрыв дверь, Марк поставил кружку на комод, рядом с недавно прочитанной газетой за семнадцатое сентября.

— Так вы закончили? — спросил Марк.

— Да, больше никаких следов, не переживай.

Слегка кивнув и позабыв о своем кофе, Марк направился к телевизору, присев на белый старый диван, жесткий, как табурет.

— Слушай, Чарли… Все, что ты говорил, это правда или ложь? Твоя история о детстве, слухи о больнице это все, чтобы меня заманить?

Чарли подсел к Марку, взглядом зацепив тикающие настенные часы, стрелки которых достигли одиннадцати двадцати.

— Нет, мой дед… то есть дед Чарли, по-настоящему погиб. А слухи о больнице это ложь, но они нужны были, чтобы ты узнал правду, а не пошёл на верную гибель.

— Правду? Разве тобой не управляли?

— Я сказал это не под контролем доктора. Тогда я впервые смог пойти против его воли. Мне не хотелось быть его куклой, поэтому я думал, что ты сможешь мне помочь, и, как видишь, я был прав.

Марк слегка ухмыльнулся, ведь сам Чарли сегодня спас его жизнь. Да и не только сегодня, само появление Чарли стало для Марка спасением от одиночества и отчаяния, ставшего частью его самого.

— А твой близкий друг в лечебнице, это…

— Да, тогда доктор узнал о моей выходке и приказал тебя привести, ведь ты узнал слишком многое, что делало тебя угрозой для его планов.

«Планов» — подумал Марк. Неужели он действительно хотел изменить нас? Сделать лучше, но ценой рабства в системе, ставшей новой эпохой будущего мира. Но откуда он взялся и какова была его цель изначально?

— Слушай, а ты не хочешь завтра съездить в Канзас-Сити? — спросил Чарли. — Я там давно не бывал и хочу больше вспомнить о жизни Чарли.

— Ты ведь знаешь, я только буду рад. Можем даже по пути заехать в «Fox’s Den». Я там не был, но многие хвалят их фирменные хот-доги.

Глядя на Марка, улыбка Чарли хоть и была натянутой от усталости, но была по-настоящему искренней. Он никогда прежде не испытывал настоящей радости, это одновременно его пугало и давало знак, что он не бездушный паразит в теле человека. Поднявшись после секунды молчания, Марк подошёл к столу, на котором лежала завернутая в упаковку лазанья, оставленная вчера утром.

— Ты не голоден? У меня тут осталась лазанья. Но не гарантирую, что она свежая.

— Мой желудок выдержит, — усмехнулся Чарли.

Вытащив лазанью из пакета, Марк поставил ее в духовку, повернув тумблер на сто шестьдесят градусов. Посмотрев на часы, Марк включил таймер на пятнадцать минут, чтобы лазанья была готова ровно в двенадцать часов.

— Получается, вы можете есть любую пищу и чувствовать ее вкус? — поинтересовался Марк.

— Да, причем даже испорченная еда не вредит нашему организму.

Прислонившись к подоконнику, Марк медленно провел пальцем по влажному окну. Снаружи виднелись дальние огни мчавшихся машин и опадающие листья деревьев, парящие на ветру.

— А ты… помнишь жизнь настоящего Чарли?

— Только фрагментами. В основном это самые важные воспоминания, лежавшие в основе личности человека. Поэтому многие вещи для меня в новинку, как, например, кино или чувства людей.

Теперь Марк смотрел на Чарли совсем по-другому, он перестал быть серой загадкой и обрёл нечто новое, изменившее его внутренний мир. Таймер на духовке приближался к оставшимся пяти минутам. Марк, заметив возле выхода забытую кружку с кофе, пошагал к двери. Часы тикали, секунда за секундой, отбивая ритм, как падающая капля дождя. Дойдя до порога,

Марк взял стакан. Подняв голову, в окне он заметил неподвижный темный силуэт под фонарным столбом, смотрящий в его сторону.

— Чарли, — отозвался Марк. — За нами кто-то следит.

Молча поднявшись с дивана, Чарли пошагал к Марку. Он отодвинул штору с другой стороны окна и увидел тот же силуэт. Моросящий дождь мешал разглядеть лицо незнакомца, размывая контуры лица.

— Направляйся в спальню, — произнёс Чарли, не отрывая глаз от окна.

Марк, посмотрев на напряжённое лицо Чарли, сделал шаг назад. Он уже был готов идти в спальню, как сказал ему Чарли, но свет в доме в одно мгновение погас. Как и фонарный столб, растворил неизвестную фигуру в темноте.

Прозвучал раскат грома, а за ним входная дверь распахнулась, врезавшись в стену. Дверной замок вырвало из стены, и он с грохотом отлетел в сторону гостиной. В дом вошли трое мужчин в черных дождевиках. Один из них набросился на Марка, повалив его на пол. Чарли подбежал к Марку, но двое других удержали его, вцепившись за плечи. Первый заломил руки, а второй начал поворачивать ему голову, пытаясь свернуть шею. Кряхтя, Чарли пытался сопротивляться, но один из них пнул его по ноге, и он свалился на колени. Глаза Чарли стали красными, а рот словно растянулся настоящей пастью зверя. Он мельком взглянул на Марка, словно приняв свой последний вдох.

Глава третья «Волк среди овец»

Громкий свист раздался со стороны входа: удерживающий Чарли мужчина свалился на пол с простреленным виском. Чарли вырвался из рук нападавшего и, схватив его за голову, переломил шейные позвонки. Парень, державший Марка, помчался к окну на кухне, но поймал пулю себе в спину.  Поднявшись, Марк увидел стоявшую в дверном проеме Лидию Томпсон в красном промокшем пальто. В руках она держала Glock 43X, — когда Марк только устроился на охранное предприятие, это было его первое выданное оружие.

— Вы в порядке? — подошла Лидия, убирая пистолет за спину.

— В полном, спасибо за помощь, — разминал шею Чарли.

Лидия подошла к Марку и протянула ему руку. Он, недолго думая, поднялся и, неловко на нее поглядывая, направился к Чарли.

— Ты их знаешь? — спросил Марк.