Деми К. Саат
Апдейт

Предисловие

Вам не кажется, что от фразы “для того, чтобы начать подниматься на поверхность, нужно сначала достигнуть самого дна” попахивает ошибкой выжившего? Мы слышим ее только от тех, кто смог выбраться и совсем не обращаем внимания на истории тех, кто достигнув того самого дна, обнаружил, что вместо твердой почвы, его ждали зыбучие пески.

Я немного по-барахталась прежде чем они меня поглотили. Вместе со всем говном, что я натворила за последнее время. Конечно, я немного драматизирую и узнав в чем дело, вы скажете что не такая уж это и проблема и через пару лет я обо всем забуду, но прошу не обесценивать мои чувства, ведь я искренне считаю, что всё кончено. Ну потому-что, объективно, кто в здравом уме захочет жить эту жизнь без Киллиана Девиса после того, как он у вас уже был?

Так что, если вам нужен мастер-класс на тему “как испортить лучшее, что было в вашей жизни”, можете использовать мою историю как наглядное пособие.

С любовью, Эмма Эванс.

Глава 1

За два месяца до “предисловия”.

Я смотрю в экран своего ноутбука, сверяясь с расписанием первого школьного дня выпускного года, который стартует прямо завтра. Удивительным образом оно будет вмещать в себя все то, что обязательно должно ярким пятном осветить мое резюме при поступлении в колледж - руководство школьной газетой, тренировки по легкой атлетике и игру на скрипке в школьном оркестре.

А чтобы не оставлять личную жизнь «за бортом», в этом году я также планирую активно посещать вечеринки, встречаться с парнями и… мда, сколько там часов в сутках?

- Улыбаешься так, будто мистер Шефилд вместо расписания прислал тебе свои нюдсы. - доносится низкий голос Киллиана, развалившегося на моей кровати.

Я оттолкнулась от стола и покрутившись на кресле повернулась лицом к нему. Темные волосы растрепались, белая футболка задирается каждый раз, когда он подбрасывает и ловит мячик для тенниса, который взял на моей тумбочке. А на лице расслабленная улыбка, которая успела разбить немало сердец. Мой лучший друг, также известный как “первый” или “парень номер один”, квотербек, капитан школьной команды по футболу и мистер популярность, как обычно занят своим самым любимым делом - осуждением моего образа жизни.

- Я была бы не против его нюдсов.

Киллиан сморщил свое лицо и, лениво встав с кровати, направился прямиком ко мне. Схватив сразу за оба запясться, он выдернул меня из кресла и сам тут же занял мое место.

- Эй! - запротестовала я.

- Погоди принцесса, - сказал он, заходя в свой личный кабинет на моем ноутбуке, - Дай посмотрю, что там у меня.

Погоди принцесса, - сказал он, заходя в свой личный кабинет на моем ноутбуке, - Дай посмотрю, что там у меня.

- Минимальное количество классных и максимальное количество тренировочных часов.

- Надо же! - восторженно сказал он, тыкнув пальцем в экран, - Ты права!

Не нужно быть особо сообразительной, для того чтобы понять что для будущего профессионального спортсмена нет ничего важнее тренировок. К тому же, с учетом успеваемости по остальным предметам, для Киллиана это единственный вариант поступить в колледж.

Мы переехали в дом по соседству от него, когда мне было около двух лет. Они с матерью жили на полном обеспечении её родителей. К сожалению бабушки и дедушки Кила не стало, когда ему было четыре года и они остались вдвоем. Тетя Адель так и не смогла самостоятельно встать на ноги. Единственное, что уберегло её от того, чтобы заложить дом, факт того, что по наследству он достался Киллиану напрямую. Нужно ли говорить, что мать особо не заботилась о его благополучии? Он просыпался рано утром и перелезал через окно в мою комнату, расположенную прямо напротив его. Она никогда за ним не приходила. Мы весь день проводили вместе, он ел у нас, спал у нас, моя мама заботилась о нем, когда он простывал, а в особо темные дни, когда очередной ухажер Адель поднимал на него руку, мы забирали его до тех пор, пока она не протрезвеет и не выгонит всех посторонних из дома. Единственное, что могло привести ее в чувства, это угроза в очередной раз вызвать социальные службы. И хоть теперь Киллиан достаточно взрослый и грозный, для того чтобы не бояться находиться у себя дома и не быть грушей для битья, он продолжает проводить все свободное время на моей кровати, за моим столом и у моего телевизора.

Его телефон пиликнул, оповестив о поступлении очередного сообщения. Сотый раз за сегодняшний вечер.

- Кто там такой неугомонный? - спросила я, махнув головой.

- Шеннон настойчиво уговаривает прийти к ней. Говорит, что привезла мне из Парижа особенной подарок и вручить его нужно именно сегодня.

- Это она так завуалированно приглашает тебя на секс?

- Ну почему завуалированно. Здесь есть несколько сообщений с подробным описанием того, что она мечтает для меня сегодня сделать. - он повернул телефон экраном ко мне, - Хочешь посмотреть?

- Фу! - я оттолкнула телефон рукой, - Ты ужасен.

Киллиан засмеялся в голос и заблокировав телефон махнул головой в сторону моей библиотеки.

- Меня осуждает человек, читающий порно книги.

- Эй, не нужно трогать мои книги. - сказала я и бросила на него псевдо-гневный взгляд.

- Наверное ты прочла такое огромное разнообразие постельных сцен, что твое воображение окажется намного опытнее моего, хотя я постоянно занимаюсь сексом, а ты, на удивление выросла невероятной ханжой.

- Ах ты! - крикнула я, накинувшись на него и пытаясь ущипнуть за бока. Он увернулся, подхватил меня на руки и швырнул на кровать. Затем сам завалился сверху и пригвоздил руками к кровати, не давая возможности пошевелиться.

- Тебе нужно запомнить, принцесса, что нельзя начинать войну, когда у тебя нет шансов на победу. - сказал он, широко улыбаясь.

- Ты выиграл бой, а не войну. - ответила я, - А теперь слезь с меня, иначе я расскажу Гаррету, что это ты поцарапал его машину.

- Не брезгуешь подлыми методами?

- Ты втянул в разборки святое - мои книги. И теперь я способна на все.

После секундного молчания мы оба разразились хохотом и он наконец отпустил меня. Мы молча развалились на кровати рядом друг с другом и смотря в потолок задумались каждый о своем.

Завтра наступит первый день последнего года в школе и у меня на него большие планы. От мысли об этом в груди вырос ком, мешающий дышать. Все, о чем я могу думать: Киллиан, по большому счету, прав. Какой бы раскрепощенной и открытой в плане секса я не была в своей голове, на деле у меня с этим большие, размером с марс, проблемы.

Объективно говоря, я достаточно привлекательная девушка и никогда не страдала от отсутствия внимания со стороны противоположного пола. У меня длинные, красивые светлые волосы, в которые я вкладываю много сил и времени, темные глаза, подтянутая спортом фигура. Смотря на себя в зеркало, я и сама нахожу себя довольно таки сексуальной. Но даже с учетом уверенности в себе, я не могу заняться сексом с мужчиной. Хотя очень этого хочу.

Об этой проблеме не знает даже Киллиан, единственный человек, который, казалось бы, знает про меня все. Он уверен, что я лишилась девственности с Николасом, парнем с которым мы встречались почти весь предыдущий год и разбежались прямо перед летними каникулами. Я сказала Килу, что мы поругались из-за отъезда Ника на целых три месяца, но на самом деле, я просто хотела прекратить морочить парню голову. Ведь он ждал меня почти год, а я так и не позволила нам дойти дальше петтинга. Меня никто не обижал, никто не делал мне больно, я испытываю сексуальное влечение, к тому же у меня достаточно высокий уровень либидо, но мое тело отказывается мне подчиняться, когда я оказываюсь в постели с другим человеком. В чем суть проблемы, спросите вы?

«Никогда не доверяй мужчинам, Эмма» - ключевая установка, которую моя мать вложила мне в голову. Сейчас она находится в счастливом браке номер три с прекрасным Гарретом, который любит и заботится о ней, а я разгребаю с психологом последствия двух ее предыдущих разводов. Разгребаю и злюсь. Ведь до прошлого года и отношений с Ником, я не думала что у меня есть какие то проблемы. Но вот мы подступаем к тому, чтобы я впустила в свое тело чужеродный и привлекательный предмет моего воздыхания, а меня сковывает дикий страх и в голове на повторе звенят слова «не доверяй». Очень романтично. Вообще то это был день, когда я собиралась лишиться девственности.

Потом был Тревис, тестовый парень, отношения с которым я завязала этим летом. Он приехал на пару месяцев, к своим родственникам и мы познакомились на пляже. Я решила, что он идеальный вариант, чтобы попрактиковаться и мне дико хотелось заняться с ним сексом в кабинке для переодеваний, меня даже не смущало то, что это не особо романтично. Но как только я поняла, что кончики пальцев покалывает не от сексуального возбуждения, а от скорого приближения панической атаки, пришлось все прекратить. Наверное, он считает, что я нарочно продинамила его и никогда не узнает, что я хотела того секса еще больше, чем он. Чем я прогневала богов, что мне досталось высокое либидо и патологическая неспособность переспать с кем-то? Добавьте туда еще обильное количество сцен 18+ в моих любимых книгах и поймете уровень стресса в котором я живу. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

Поэтому я твердо решила, что за этот учебный год проблема отсутствия секса в моей жизни, обязательно должна быть решена.

- Принцесса, что такое?

Слова Киллиана вырвали меня из глубоких рассуждений. Мы все еще лежали на кровати, но теперь он нахмурившись смотрел на меня.

- Не пора ли тебе идти за твоим французским подарком? - уточнила я.

- Нет. Я не хочу французский подарок, я хочу знать что тебя расстроило.

- С чего ты взял, что я расстроилась?

- У тебя такая физиономия...

Я фыркнула, а он лег на бок, повернувшись ко мне и одним движением подтянул меня к себе так, что мое плечо оказалось прижато к его груди.

- Просто задумалась о том, что это последний год в школе и как-то стало грустно. - наконец сказала я.

Кил внимательнее всмотрелся в моё лицо и спокойно заявил:

- Я сделаю вид, что поверил в твой ответ, а ты в следующий раз постарайся придумать что-то более правдоподобное.

Я засмеялась, тоже повернулась к нему и обняв, уткнулась лицом в его грудь.

- Ты же знаешь, что можешь рассказать мне что угодно? - продолжил он, - Я сделаю всё ради тебя. Ты мой самый близкий человек, Эмма.

Ох, Киллиан… с этой проблемой, к сожалению, ты никак не сможешь мне помочь.