Алина Пальникова
Страх в доме

Глава 1

Дом пах старой бумагой, сыростью и чужой, давно оборвавшейся жизнью.Марк переступил порог, удерживая в руках последнюю коробку с вещами. Дверные петли издали протяжный, почти человеческий стон. Внутри было тихо, но эта тишина не успокаивала. Она давила на барабанные перепонки, словно тяжелая толща воды.Купив этот коттедж на окраине города за бесценок, Марк радовался сделке. Риелтор что-то мямлил про «сложную историю» прежних хозяев, но Марка, уставшего от долгов и шумного мегаполиса, это не волновало. Теперь, стоя в пустом темнеющем коридоре, он впервые засомневался.Солнце стремительно садилось за верхушки корабельных сосен, отбрасывая на облезлые стены длинные, уродливые тени. Марк поставил коробку на пол. Звук удара картона о паркет прозвучал неестественно громко и тут же утонул в углах дома.— Эй? — негромко позвал он сам не зная кого.Ответом ему был лишь треск остывающих половиц.Марк вздохнул, списав липкое чувство тревоги на обычную усталость после переезда. Он прошел на кухню, щелкнул выключателем — лампа под потолком тускло моргнула и загорелась желтоватым, болезненным светом. Вода из крана потекла со ржавым оттенком, издавая глухое бульканье глубоко в трубах.Ближе к полуночи Марк устроился в спальне на втором этаже. Из мебели здесь была только старая железная кровать, оставшаяся от прошлых жильцов. Он завернулся в плед, закрыл глаза и попытался уснуть.Именно тогда это и началось.Сначала раздался едва слышный звук. Шурх-шурх.Марк замер, перестав дышать. Звук шел от дальней стены, где обои отходили от старости, обнажая серую штукатурку. Шурх. Шурх. Скрип. Это не было похоже на мышей. Звук был слишком ритмичным, словно кто-то с той стороны стены медленно, с трудом вел ногтем по бетону.— Просто старый дом, — прошептал Марк в темноту. Голос прозвучал жалко.Звук мгновенно прекратился. Наступила абсолютная, звенящая тишина. Марк расслабил затекшие плечи и сделал глубокий вдох.И в этот же миг прямо у самого его изголовья, с обратной стороны стены, раздался отчетливый, тяжелый удар. Словно кто-то с силой впечатал в бетон раскрытую ладонь. От вибрации штукатурка за обоями посыпалась вниз с сухим шуршанием.Марк подскочил на кровати, сердце бешено заколотило в груди. Он судорожно нащупал телефон, включил фонарик и направил луч на стену.Обои в углу медленно, на пару сантиметров, оттопырились наружу, будто их что-то выталкивало изнутри стены. А затем из-за надорванного края показались кончики тонких, мертвенно-серых пальцев. Они судорожно цеплялись за бумагу, пытаясь разорвать ее шире.