Ирина Бовдур
Алло, Фрейд на связи: как основатель психоанализа наводил порядок в современном офисе

Пролог. Реинкарнация в open-space

Зигмунд Фрейд поправил круглые очки, стряхнул невидимый пепел с безупречного лацкана своего сюртука и со вздохом посмотрел на прямоугольный кусок пластика, который его новые коллеги уважительно называли «ноутбуком».

Вена конца девятнадцатого века осталась где-то в чертогах его бессознательного. На дворе стоял двадцать первый век, а сам основатель психоанализа каким-то мистическим образом оказался заперт в стеклянном кубе на 14-м этаже бизнес-центра, в должности — упаси его Эрос — корпоративного психолога и HR-консультанта.

Вокруг него кипела жизнь, которую он, признаться, понимал с трудом.

— Зигмунд Сигизмундович, — в кабинет заглянула молодая девушка с взъерошенным пучком на голове и огромным бумажным стаканом кофе. На её бейджике значилось «Алёна, HR-Generalist». — У нас ЧП в отделе продаж. Тимлид Антон опять саботирует сдачу отчетов. Напишите ему в Телеграм, ну или... я не знаю, проведите с ним сессию. Мы горим по KPI!

Фрейд медленно выпрямил спину, сплел пальцы рук в замок и посмотрел на Алёну своим фирменным, пронизывающим насквозь взглядом, от которого венские графини обычно начинали плакать и вспоминать детские обиды на отцов.

— Дитя мое, — мягко, с легким австрийским акцентом произнес он. — Ваш Антон саботирует не отчеты. Он саботирует фигуру доминирующего отца в лице генерального директора. Его нежелание заполнять таблицы в Excel — это чистейшее вытеснение либидо в деструктивный протест. А то, что вы называете «горим по KPI», с точки зрения психоанализа — лишь коллективный страх кастрации перед лицом грядущего годового аудита.

Алёна моргнула. Стаканчик с латте на кокосовом молоке слегка дрогнул в её руке.

— Э-э-э... — протянула она. — Так ему и передать в рабочем чате?

— Передайте ему, — Фрейд многозначительно указал на кожаную кушетку, которую он с боем выбил у завхоза вместо ортопедического кресла. — Что я жду его в пять вечера. И пусть не берет с собой свой «ноутбук». Его Супер-Эго сегодня будет разговаривать со мной.

Фрейд закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Он еще не знал, что такое «дедлайн», «скрининг по STAR» и «командный синк», но он точно знал: механизмы человеческой психики не меняются. И если этот современный офис думает, что управляет процессами с помощью графиков и KPI, то Зигмунд Фрейд готов доказать им, что на самом деле их бизнесом управляет Его Величество Бессознательное.

Глава 1. Синдром самозванца и кокосовое молоко

Антон, ведущий разработчик и по совместительству тимлид отдела интеграции, вошел в кабинет психолога с таким видом, словно шел на плаху. В руках он сжимал ультрабук, как щит от ударов судьбы.

— Садитесь, Антон, — Фрейд жестом указал на кушетку. — И оставьте ваш электронный костыль на столе. Здесь он вам не понадобится.

Антон нерешительно присел на край кушетки, вытянув ноги.

— Зигмунд Сигизмундович, у меня мало времени, через 40 минут синк с инвесторами… Я вообще не знаю, зачем Алёна меня сюда отправила. У меня просто… ну, стресс. Выгорание. Я не справляюсь.

Фрейд достал из кармана блокнот в кожаном переплете и перьевую ручку. Повертев ее в пальцах, он внимательно посмотрел на молодого человека.

— Выгорание — это модный термин, которым ваше поколение маскирует глубокий внутренний конфликт. Расскажите мне, что именно вы чувствуете, когда открываете код вашего проекта?