Виктор Рудаков
Абсолютное правосудие

Настоящим уведомляем…

Из официального сообщения

Робот-садовник завершил свою работу и подъехал к бакам для отходов. Послышалось легкое гудение систем очистки. Затем из робота выдвинулся биоразлагаемый пакет со скошенной травой, который рука-манипулятор отправила в специально предназначенный для этого бак. Завершив процедуру, робот въехал в открывшуюся в стене нишу и встал к зарядному механизму. Сразу после этого дверь-жалюзи закрыла вход в нишу так аккуратно, что со стороны её невозможно было заметить.

В доме приятно пахло кофе и свежей выпечкой. Владелец дома сидел за столом и наблюдал за тем, как робот косит траву на лужайке и стрижет кусты. Он неторопливо отхлебывал из чашки кофе без кофеина, наслаждаясь прекрасным летним утром. Возможно, он бы пил кофе с кофеином, но кофеин, как и абсолютное большинство других психоактивных веществ, был под запретом. Его распространение и употребление строго преследовалось по закону. Напротив владельца дома расположилась его супруга. Она предпочитала пить сок. Аппарат-ароматизатор, стоявший на столе, издавал запах свежей выпечки, так нравившийся хозяевам дома. Выпечку, равно как и хлеб, они не употребляли, так как это могло привести к нежелательному набору веса и снизить их рейтинг семьи, придерживающейся здорового образа жизни. Рейтинг этот был очень важен. Чем выше был рейтинг, тем ниже была стоимость медицинской страховки, отнимавшей почти четверть семейного бюджета.

Гражданская активность населения, выполнение обязательных требований и рекомендаций, соблюдение установленных ограничений отслеживались государственной лабораторией аналитических записей, которая в автоматическом режиме фиксировала всё происходящее, проводила обработку информации, её анализ, архивирование и дальнейшее хранение. Лаборатория, при выявлении тех или иных отклонений в поведении отдельных лиц или групп, передавала информацию Регулятору учитываемых категорий активности.

Позавтракав, семья переместилась на диван и включила телеприемник. Наступало время утренней патриотической передачи, пропуск просмотра которой мог привести к снижению рейтинга патриотической приверженности и, как следствие, к проблемам с продвижением по служебной лестнице и доступом к некоторым государственным услугам.

Они не так давно переехали в этот престижный район пригорода, заселенный исключительно государственными служащими. Право на проживание в этом районе имели только семьи с высокими показателями государственных контрольных рейтингов, чему новоиспеченные владельцы коттеджа полностью соответствовали. Они оба были благонадежны и ревностно служили государству. Их сын в прошлом году получил право на бесплатное обучение в государственном университете по специальности, выбранной ему Комиссией по распределению молодежи, чем и не преминул сразу воспользоваться. Он успешно выдержал экзамены по результатам первого курса обучения и, получив письменное разрешение родителей, отправился с друзьями-однокурсниками на недельный отдых на берегу рекомендованного к посещению туристами озера-курорта.

Не смотря на то, что супруги жили в дружбе и согласии и не имели между собой личных тайн, место службы каждого из них оставалось темой, строго запретной для обсуждения. Этот запрет был установлен государством. Нарушение запрета на разглашение информации о месте работы могло привести к потере должности и разрушению так тщательно оберегаемой ими стабильности.

Запрет на разглашение информации о месте работы и исполняемых обязанностях для государственных служащих был введен после принудительного прекращения личных контактов между населением, получающим государственные услуги, и государственными служащими, обеспечивающими их исполнение. Все заявления и обращения теперь подавались в центрах оказания услуг роботам-приемщикам. Результаты рассмотрения выдавались заявителю в виде сообщения на закрепленный за ним номер системы государственного обработки личных оповещений и сообщений. Если это требовалось, то заявителю оказывалась соответствующая государственная услуга.

После прекращения прямых контактов между заявителями и государственными служащими появилась возможность обезличить государственных служащих. Иными словами, государственный служащий превращался в составляющую государственного механизма, не имеющую фамилии, имени, отчества. Это было сделано, в первую очередь, в целях недопущения коррупционных сговоров. Кроме того, это позволило прекратить использование личных связей при продвижении по служебной лестнице. Теперь каждому вновь поступившему на государственную службу системой слежения, обработки, сортировки, охраны и контроля присваивался номер-идентификатор, который он использовал вместо своих личных данных. Документ, подписанный тем или иным служащим, содержал только номер-идентификатор лица, его подписавшего. Никаких личных и контактных данных. Никакой возможности прямого контакта. Любая попытка проникновения в систему или попытка выяснить у государственного служащего его номер в системе считалась актом подрыва государственной безопасности и каралась уголовным преследованием. Единственно возможный приговор для совершившего такое преступление – исключение из состава живущих. Владелец же скомпрометированного номера увольнялся из состава государственных служащих без права восстановления.