Таэн Ривз
Творческий календарь

Дело #47

Запах мастики въелся в кожу за двадцать три года работы. Я ловил себя на том, что могу определить возраст холста по тому, как пахнет его оборотная сторона — там, где пыль столетий смешивается с олифой и человеческим потом. Сегодня пахло особенно тяжело. Август стоял душный, липкий, как невысохший лак, и даже в глубине запасников, куда не проникали лучи московского солнца, воздух казался нагретым и недвижимым.

Я стоял перед картиной Васнецова, которую знал наизусть, как молитву или как собственное отражение в мутном зеркале музейного туалета. «Нищие певцы (Богомольцы)». Масло, холст. 100,5 × 163 см. Инвентарный номер Ж49. Поступила в фонды Вятского художественного музея имени В. М. и А. М. Васнецовых в Кирове в 1927 году из Государственного музейного фонда. Её история начиналась не здесь: Васнецов задумал этот сюжет ещё в юности, под впечатлением от вятских будней, от сцен, которые он видел своими глазами — нищие у церковных ворот, поющие духовные стихи, собирающие милостыню. В 1867 году он сделал акварельный набросок, а к полноценной работе приступил в начале 1870х. Картина впервые предстала перед публикой на выставке Общества поощрения художников — и была встречена с интересом: в ней видели не просто жанровую сценку, а глубокое, почти документальное свидетельство о жизни народа.

Я должен был снять сохранную опись, упаковать в транспортный щит и подписать акт передачи. Процедура, которую я проделывал сотни раз. Холсты умирают, когда их перевозят. Они дышат, они помнят температуру стен, к которым привыкли, и переезд для них — как клиническая смерть. Я должен был отправить её на смерть. Или, по крайней мере, на долгое забвение в провинциальной глуши, где за ней будут ухаживать не музеологи с сорокалетним стажем, а девчонки, только что окончившие культпросветучилище.