Джон Запретный
Запретный плод

Идеальный квартет

Свет в ресторане «Марсель» горел теплым, почти янтарным огнем. Он падал на белые скатерти, на отполированные бокалы, на лица посетителей, делая их моложе и значительнее, чем они были на самом деле. Алиса сидела за угловым столиком, спиной к окну, и смотрела на приборы, разложенные с хирургической точностью. Две вилки, нож, ложка. Слева направо. Как учила мать. Хотя мать учила не этому. Мать учила, что стабильность — это единственное, что имеет значение.

— Ты сегодня тихая, — заметил Марк, не отрываясь от телефона. Его большой палец лениво скроллил ленту новостей. — Переживаешь из-за работы?

— Нет, все в порядке, — ответила Алиса, поправляя и без того идеально лежащую салфетку. — Просто хочу, чтобы вечер прошел хорошо.

Марк поднял взгляд, улыбнулся. Улыбка у него была спокойная, как у человека, который никогда не сомневался в завтрашнем дне. Он взял ее руку со скатерти и сжал чуть крепче, чем обычно.

— Это же годовщина, а не экзамен, — сказал он. — Расслабься. Дэн с Кирой снова опоздают, и мы будем сидеть как идиоты.

Алиса улыбнулась в ответ — послушно, ровно. Ей хотелось верить, что это правда: расслабься. Но за последние несколько месяцев слово «расслабиться» стало для нее синонимом чего-то запретного. Она не умела расслабляться. Даже когда спала.

— Давай проверим, — предложила она, чтобы что-то сказать. — Может, они уже на парковке.

Марк отвлекся на экран. Пальцы снова задвигались. Алиса скользнула взглядом по залу. Пары, семьи, одинокие посетители с бокалами вина. Везде разговоры, смех, звон приборов. Она вдруг поймала себя на мысли, что все эти люди кажутся ей декорациями. Словно она смотрит кино со стороны.

Это чувство пришло к ней не впервые. Оно появлялось в самые неподходящие моменты — на совещаниях, в метро, рядом с Марком. Тупая, ноющая отстраненность. Будто она забыла, зачем находится здесь. Будто жизнь, которую она так старательно строила, — всего лишь красивый фасад.

Она тряхнула головой, отгоняя наваждение.

— Пришли, — сказал Марк, глядя через ее плечо. — Наконец-то.

Алиса обернулась.

Кира появилась первой. Она не вошла — вплыла, как маленькая яркая птица, залетевшая из тропиков в пасмурный город. Платье цвета фуксии, босоножки на высокой шпильке, волосы собраны в небрежный, но наверняка продуманный пучок. За ней, чуть отставая, шел Дэн. Высокий, в простой черной футболке и джинсах, но даже в этом смотрелся так, будто только что сошел со съемочной площадки. У него была привычка держать руки в карманах, из-за чего плечи казались шире, а походка — ленивой.

— Ну наконец-то! — Кира чмокнула Алису в щеку, оставив на коже запах сладких духов. — Прости, это я виновата. Выбирала наряд, чтобы не выглядеть серой мышью рядом с вашей идеальной парой.

— Это ты-то серая мышь? — хмыкнул Дэн, придвигая стул. — Ну да, конечно.

Он коротко обнял Марка — по-мужски, хлопнув по спине. Затем повернулся к Алисе. Взгляд у него был прямой, оценивающий, но без наглости. Просто внимательный.

— Привет, Алис. Давно не виделись.

— Привет, — ответила она, и ей вдруг стало неловко. Он назвал ее «Алис». Так не называл никто.