В.А Утро
В конце живых не останется

Пролог

— Милый, отнеси дедушке отвар.

Мама протянула мальчишке кружку. Он взял её и осторожно понёс. Дедушка, как всегда в последнее время, сидел на крылечке. Смотрел вдаль и о чём-то думал.

— Держи, дедушка.

Мальчик поставил кружку и уже собирался уходить.

— Послушай меня.

Дед посмотрел на внука и переставил кружку.

— Ты никак не запомнишь, что мне удобно, когда вещи слева.

Он улыбнулся и похлопал рядом с собой. Мальчик сел.

— Я расскажу тебе историю, к концу тех кто был там, умрут. Ты первый и последний, кто её услышит.

Его взгляд устремился вдаль.

— История долгая, но мне важно её рассказать. Так что слушай.

Он глубоко вдохнул и начал рассказ.

Глава 1

— Командир! Командир! — кричал на ходу разведчик — Восточники идут — упер руки в колени, отдышался — в сторону рудников!

— Хм, Как не вовремя. — Элиас оглядел команду.

Взгляды были обращены к нему. Грязные, измученные лица с надеждой смотрели на командира.

— Отходим в лес — он указал направление — маленькая группа, будет не заметна. Вперед!

Элиас выдвинулся первым. Взвод торопился, старался не шуметь, осенние листья хрустели под ногами. Хруст казался громом среди тишины. Ломались ветки, мечи ударялись об бедра. Каждый звук казался слишком громким.

Элиас оглянулся и посмотрел, на доверенный ему взвод. Увидел страх в глазах. Люди сжались, морщились от каждого шороха, кто-то дёргался.

— Парни в лесу, целый батальон нас не заметит. — повернулся вперед, притормозил и выставил щит — Выставить щиты засада!

Некоторые запаниковали. Первая стрела пробила грудь самого не расторопного солдата. Элиас на долю секунды оцепенел. — Сомкнуть ряды! — Крикнул кто-то другой. Командир мельком посмотрел на отряд. Один смотрит в лес. Другой жмется к середине. Другой же твердо держал щит и оружие.

— Так странно… сколько эмоций и желаний, но все делают что им сказано.

Принял стрелу на щит. Он снова посмотрел на отряд. Людей становилось все меньше. — Черт! Черт! — Рядом упало тело, боец телом принял стрелу предназначенную командиру. Элиас перестал понимать, слышать.

— Командир! — кто-то кричал, кто-то тянул его в центр под щиты. Элиас вынырнул из мыслей.

— В строй! Закрыть бреши! — поднял щит. Отряд сомкнулся возле него стеной. Последняя стрела ударила в щит. Огонь прекратился.

Командир поднял меч.

— Приготовится к столконовени!

Враг надвигался с возвышенности и ударил с фронта. Строй дрогнул. Один солдат упал. Новый отряд ударил слева, еще один справа. Дрогнувший строй перегруппировался и сомкнулся вокруг командира. Трещали шиты, гулкие лязги мечей, стоны людей, крики, боевой клич. Все смешалось, звучало одной симфонией.

Удар из-за спин товарищей, шаг назад, удар. Элиас смотрел. Круг смыкается, становится меньше с каждой минутой. Шансов нет. Услышал хрип позади, обернулся. Еще один пожертвовал собой ради него. С тыла, уже никого не осталось. Удар моргенштерна по шлему. Мир потемнел. Потух.

Элиас открыл глаза. Схватился за голову. Ужаснулся, шарахнулся назад. Элиас на четвереньках подполз к мёртвому солдату, который прикрыл его собой, и положил голову ему на грудь. Сидел так долго, хотел посмотреть на других, но вздрагивал и снова клал голову на грудь солдата.

Элиас приподнялся, взглянул на лицо — Спи солдат и прости, прости — всхлипнул — прости. — рукой осторожно прикрыл ему глаза. С трудом повернулся. — Я вас подвел. — достал меч, и начал копать землю.

Похоронив товарищей, Элиас, пошатываясь, побрёл в сторону лагеря.

Утро, Элиас взялся за голову и сморщился. Положил руку на глаза — Нет, нет, нет, нет. — Протер красные глаза — Должно быть не так… — шатаясь встал. Пошел в сторону лагера, съежившись, не поднимая глаз.

***

Командуйщий положил бумагу на стол — рассказывай, почему ты вернулся один — сел на стул лицом в сторону не смотря на допрашиваемого.

Элиас посмотрел на лицо, руки, бумагу командующего.

— Приговор вынесен, зачем это представление.

— Простая формальность, дезертир — произнес уже как приговор не выслушав рассказ, подписал бумагу. Встал и пошел на выход. Обернулся — Мне жаль солдат. — Элиас взглянул на это лицо. Шепотом сказал — не верю.

Суд прошел быстро. Формальные вопросы. Приговор. Цепи. Карета. Каторга.

Глава 2

Серые камни, серые лица. Яркое солнце не исправляло мрачной картины. Гул ударов по камню, жалобные стоны, падения замертво — всё это обычный день на «Руднике исправления».

Элиас смотрел на Стоуна. Тот слегка улыбался и бил киркой по камню. Отдача от ударов, дрожь от усталости.

— Хм, не сходится, — Элиас оперся на кирку.

Стоун повернулся:

— Я сегодня жив, работаю с товарищем, уже неплохо, — он улыбнулся и продолжил работу.

— Хотя бы придумай правдоподобные аргументы, — Элиас ухмыльнулся и ударил по камню.

— В чем плохи мои? Они мне нравятся, — Стоун взмахнул киркой.

— Говорить можно не только словами, — Элиас вытер пот со лба.

Стоун повернулся всем телом и заинтересованно спросил:

— Очень любопытно, а как еще?

Элиас не ответил.

После тяжелого дня наступил долгожданный вечер. И возможность немного расслабиться. Все собрались поесть. Столовая, если ее можно так назвать, — просто подобие столов на открытом месте.

— Вот видишь, я же говорил, все неплохо! — Стоун поднял миску и отхлебнул бульон. — Едим в компании и отдыхаем.

— Хм, да, кругом одна радость, — огрызнулся уставший Элиас.

Послышался шум. Их привлек крайний стол. Парень, сидевший в углу, смотрел в миску.

— Помои моих лошадей пахли аппетитнее, и запах потного, грязного люда напрочь отбивает желание есть! — Опальный дворянин окинул столовую взглядом. — Не то что есть, жить!

— Заткнись уже, хвост кончай! — Крупный мужчина, покрытый шрамами, ударил кулаком по столу.

— Ты каждый день ноешь и ноешь, дворяньчик.

Дворянин презрительно оглядел груду мышц по прозвищу Стена. Скорчил гримасу, словно заметил на ботинке дерьмо.

— Опять ты, смерд, — он задрал подбородок, — ты не достоин разговора, — дворянин отмахнулся от Стены.

К столу Стены подошел монах, укоризненно поглядел на обоих.

— Акститесь, — причитал монах.

Элиас внимательно смотрел на эту сцену. Жила на лбу здоровяка вздулась, рука дворянина чуть дрожала, глаза бегали, монах переводил взгляд со Стены на дворянина.

Монах замахал руками, встал рядом.

— Дети мои, мы все братья. Оставим же дрязги. — Он сжался под свирепым взглядом Стены.

— Сядь. Удружи старому монаху, — улыбнулся Стене.

Стена посмотрел монаху в глаза, нахмурился. Опустился на стул. Дворянин отвернул лицо.

Монах отряхнул старую робу, присел рядом со Стеной.

Стоун растерялся. Тревожно улыбнулся. Поднялся и направился в сторону спорщиков.

— Постой, Стоун, драки не будет, просто спускают пар.

— Надо помирить, возможно, и подружить получится.

Стоун продолжил идти. Элиас встал, сделал долгий выдох и пошел за Стоуном.

Они подошли к столу. Стоун кивнул в знак приветствия. Дворянин, сидевший поодаль, и Стена уставились на них.

— А ты что улыбаешься, рожа лошадиная? — Стена плюнул Стоуну под ноги. — По зубам решил получить?

— Нет, я просто рад знакомству с такими, эээ… — приподнял голову, на секунду задумался. — Интересными людьми.

Дворянин, как ни странно, в более-менее чистой робе, принял это за оскорбление. Его отвлек Элиас, спокойно севший напротив Стены. Стоун сел рядом с Элиасом.

— Ты зол и хочешь уйти? — Элиас зачерпнул ложку.

— Конечно! Конь ты беззубый!

Стена не привстал, не сжал кулаки. Не насупился.

— Хм, хорошо, спасибо, что не против. — Элиас продолжил есть.

Стена смутился. Все молча глазели друг на друга. Тишину нарушил монах. Встал, откашлялся.

— Дети мои, вы за одним столом. — Перевел взгляд на дворянина. — И вы, сударь, не откажите старому монаху, сядьте к нам.

Дворянин встал, скривил лицо. Поставил стул чуть ближе к остальным.

От скуки никто не сопротивлялся, да и монах всё же. Можно и не верить в бога, но на всякий случай к служителю церкви надо проявить уважение.

Всё это время на свободной стороне стола молча сидела девушка. В странной компании ее даже не заметили.

— Примиритесь, мы тут, — шмыгнул носом, — умрем все, не время препираться. — Посмотрел на пальцы, которые попривычнее хотели принять символ бога. — Бог отвернулся от нас, но культуру никто не отменял. — Положил руку под голову и думал о своем.

Стоун округлил глаза. Стена посмотрел на монаха, на остальных и так по кругу. Дворянин приподнял бровь. Элиас скучающе всех оглядел. Молчание длилось пару минут.

— Копыто мне в рот, ты же монах? — почесал затылок. Больше не нашел слов. Компания утихла и наконец заметила девушку за столом.

Все уставились на девушку. Мечтательный взгляд, нелепая прическа.

— А ты что за пони внезапный? — удивленно Стена потерянно смотрел на нее.

Девушка приложила палец к губам:

— Сегодня хочу быть, ммм… — Наклонила голову влево, потом вправо. — Да, сегодня буду Амелией. — Захлопала ресницами и уставилась вдаль.

— Привет! Рад знакомству, Амелия! — Глаза Стоуна засияли.

— Так, стоп, простолюдины. — Двумя пальцами взялся за переносицу. — Сегодня Амелия, а завтра? И что ты тут делаешь? — Перевел взгляд на девушку.

От удивления Стена пропустил оскорбление.

— Что, что тебе надо, дочь моя? — заикаясь, произнес монах.

В ее жестах нет логики, в мимике — сумбур. Но глаза… глаза следят за всем, будто невзначай. Слишком внимательно.

— Хм, непонятно и интригующе, — тихо сказал Элиас.

— Сколько вопросов, — удивилась девушка. — Почему я должна носить одно имя всегда?

— Это странно? Я тут потому, что пришла сюда. — Мечтательно взглянула вверх. — Точно, пришла потому, что тут бурный разговор.

— Здорово, Амелия, рад, что у нас за ужином еще один компаньон!

Ужин прошел тихо.