Лаврентий Огнев
Эрик Фойгт: Холод не чувствуют дважды

Лаврентий Огнев

Эрик Фойгт: Холод не чувствуют дважды

Той, чьё имя здесь — Эваниэль.

А может, Эланор.

Пролог

(1 октября - 15 февраля 1962 года)

Старший следователь Эрик Фойгт сидел в любимом кожаном кресле и крепко сжимал в подрагивающих от бессильной злости руках свежую газету. «Снова. Вот уже третий раз за месяц», - хотел бы прорычать он, но был слишком деликатен для этого, даже будучи один в своем доме. Действительно, вот уже третья за этот промозглый осенний месяц авиакатастрофа. В этот раз довольно далеко – в более чем тысяче миль от Фенчерча, у самой границы колонии Вичвуд, что возле Аленваля, именно поэтому он узнал новость лишь из газет. Впрочем, Фойгт не сомневался, что не позже завтрашнего обеда, как только бюрократическая машина отработает, он получит вызов в Вичвуд. Ведь он принимал участие в безрезультатном расследовании обоих предыдущих случаев. Безрезультатном, конечно, лишь по его мнению. Официальной причиной было признано переутомление пилотов – эта версия всех устроила, никому не хотелось поднимать шум из-за двух старых «Дрэгонов», которых притащили сюда ещё в первые годы заселения колоний. Сейчас они оставались на службе, но использовались лишь в роли почтовых грузовиков. Крушения произошли ночью, во втором случае пилот в последний момент видел в воздухе перед носом самолета каких-то жутких тварей, о чем свидетельствовала запись на бортовом магнитофоне. В обоих случаях на самолетах были повреждения, будто от столкновения в воздухе. Несмотря на отчет следователя, в официальных выводах упоминалось лишь о повреждениях при столкновении с поверхностью. Но в этот раз Эрик Фойгт был уверен, что к его мнению прислушаются – дело пахло международным скандалом – мало того, что разбился целый «Дуглас ДС-3» с десятью пассажирами, так ещё это произошло в крайне неудачном месте, Аленваль город эльфийский, а эти надменные засранцы не упустят случая перемыть косточки «понаехавшим» людям. Чего стоил масштаб происшествия - для этих мест старый «Дуглас» был настоящим гигантом — до колоний ещё не добрались даже устаревающие поршневые флагманы вроде “Констеллейшн” или “ДС-6”.

***

После трех дней пути на тряском «Ленд Ровере» Эрик Фойгт чувствовал себя просто отвратно. Осень уже готовилась уступить власть зиме: он замерз, снова напоминала о себе старая рана, ужасно ныла спина. Он даже подумывал, что пора в очередной раз попробовать перебороть страх полета, но все равно не мог решиться. Уж лучше самому вести свой грузовичок сквозь леса и степи, по долинам рек и через горные перевалы, чем лететь в уютном салоне, но зависеть от незнакомого человека за штурвалом самолета. Он слишком много провел за штурвалом и готов был доверять лишь немногим известным ему пилотам.

Раньше гауптман Фойгт и сам был летчиком, до войны работал в Люфтганзе, в войну же стал пилотом Люфтваффе. Почти три года он летал на «Морском драконе» над холодными волнами Северного Моря и Бискайского Залива, спасая экипажи сбитых самолётов, пока, одним, не самым лучшим августовским днём сорок четвёртого года, удача не отвернулась от него.

Поздно вечером Эрик посадил свой гидроплан, чтобы подобрать очередной потерпевший бедствие экипаж, но взлететь снова ему уже не удалось – четвёрка противолодочных «Москито» выскочившая из-за низких облаков мгновенно разнесла его потрёпанный «BV.138» в пух и прах огнём своих шестифунтовок . Эрику повезло, он сумел дожить до рассвета, когда его чудом заметили с борта британского гидросамолета «Сандерленд», остальные же погибли в холодных водах Северного Моря.

Конец войны Фойгт встретил в лагере для военнопленных. После денацификации его освободили и он хотел вернуться домой в Германию. Но Фойгт был родом из Восточной Пруссии и его родной Алленштайн отошёл к Польше, а среди немцев ходили жуткие слухи об ужасах, сопровождавших депортацию. Спустя несколько месяцев поисков, он наконец, наткнулся на знакомого, и тот поведал Фойгту, что его отец погиб во время налёта американцев, а мать умерла от воспаления лёгких во время депортации.

Получилось, что и в родной стране он оказался лишним - военный лётчик, да ещё с изрядно пошатнувшимся после полусуточного купания в Северном море здоровьем, не был нужен нигде. Вернувшись в неприветливую, но все же приютившую его Великобританию, он осел в Скотстоне, предместье Глазго, где устроился на завод «Альбион» собирать задние мосты для грузовиков. Вскоре хмурого и неразговорчивого, но дотошного немца заметило руководство цеха, и он достиг вершины своей карьеры – стал инженером контроля качества, проверяя те же самые мосты.

***

Хотя люди основали первые колонии ещё в начале двадцатого века, они все равно оставались здесь чужаками - для эльфов и гномов это совсем небольшой срок, а именно они были представителями цивилизованного мира Альмарны, так они называют свой родной мир. Люди, конечно, здесь были и раньше, но, проводящие большую часть времени в бессмысленной вражде друг с другом, они наглухо застряли в раннем средневековье. С гномами отношения сложились сравнительно легко – те, все же, как и «новые» люди тяготеют к технике. Надменные эльфы же, хотя и куда больше дружат с магией, но технических новшеств уже не чураются. Одними из первых обитателей Альмарны, они научились получать удовольствие от полёта, а потом поняли и пользу воздушного транспорта. Так, что самолётов у них уже тогда было немало. Но ещё быстрее эльфы привыкли к автомобилям, на чем уже успели сделать немалое состояние самые проворные из гномов – к людям эльфы обращаться не любят, гномы тоже не вызывают приступов обожания, но всё же оба народа живут бок о бок с давних времен – и к гномам обращаются для обслуживания, а главное, для индивидуализации модной повозки. У обитателей горных районов в моде «Ленд Роверы», ГАЗы и «Джипы» с лебедками и на больших колесах, позволяющие неспешно проехать по любым буеракам. В долинах, где хорошие дороги между городами не редкость, любят большие седаны, последний писк моды – длинные приземистые «Кадиллаки» с огромными плавниками. Они появились на Земле два года назад и почти сразу их начали таскать на Альмарну, остроухие за ними чуть ли не в очередь вставали. Эльфы – ребята творческие, большая часть их машин – произведения искусства - расписные кузова, искусно отделанные салоны, даже у внедорожников. На их фоне голубой пикап Эрика смотрелся очень скромно, но сердцу и разуму следователя он был куда ближе и понятнее, чем эти непомерно раздутые баржи.

***

Эльфы уже узнали о катастрофе и принесли официальные соболезнования жителям Вичвуда, но не преминули напомнить, что давным-давно предупреждали об опасностях, подстерегающих отважных летающих людей, лишь только Солнце скроется за горизонтом. Вот только ничего действительно полезного они никогда не говорят, только грозят бедствиями и прочими «радостями» жизни.

***

За этот день Эрик Фойгт промерз насквозь на холодном ветру. Обломки «Дугласа» лежали в низине, на краю большого болота. Неприятное местечко – летом тучи комаров и липкий зной, осенью и зимой – промораживающая до костей сырость. И снова все те же повреждения, словно на лету самолет врезался в корову – самолет не разорвало на куски, пилоты сумели кое-как приземлить его на брюхо, но вмятины на крыше пилотской кабины жесткой посадкой не объяснить. Так же как и мятую верхнюю поверхность почти целой левой плоскости. К счастью, погибших лишь двое – молодые балбесы, слишком рано отстегнувшие привязные ремни. Остальные пассажиры отделались ушибами, а вот летчикам повезло меньше – множественные переломы. Эльфийский правитель сделал жест доброй воли – оба пилота взяты на лечение целителями. С ними необходимо поговорить, значит придется ехать в Аленваль, к эльфам. Эрику эта мысль не доставляла ни капли удовольствия, он предпочел бы остаться в своем уютном номере, сидеть возле камина с кружкой глинтвейна и хорошей книгой.

***

Эльфы навязали следователю сопровождающего, молодого (а с виду они все молодые), девяносто пятилетнего парня Мелароса, болтавшего без умолку обо всем подряд, но первые места в его программе занимали прекрасные эльфийские девы и не менее прекрасные американские автомобили. Меларос встретил Эрика у ворот Вичвуда. Дальнейший путь в восемьдесят миль до Аленваля они проделали на «Кадиллаке» эльфа, четырехдверном хардтоп-седане «Особой серии 60» цвета индиго. На его капоте красовался портрет черноволосой красавицы с удивительной глубины серыми глазами. Необычайно грациозная, она отличалась от могучих, но чаще угловатых равнинных эльфов редкой пышностью и округлостью форм. Про неё усталому Фойгту пришлось выслушать всё, и что зовут её Эваниэль, и что у них с Меларосом большая-пребольшая любовь, и что они хотят вскоре, лет через десять, пожениться, и что у них обязательно будет двое детей, мальчик и девочка, которая вырастет такой же красивой, как и её мать. Влюбленный строил планы как минимум лет на пятьсот! К середине пути у Эрика уши уже начинали сворачиваться в трубочку, и отчетливо сформировалось желание если не убить эльфа, этого не позволяло его воспитание, то хотя бы заклеить тому рот скотчем и насладиться благородным звуком V-образной восьмерки.

***

Польза от Мелароса все же была – к пилотам их пропустили без задержек и лишних формальностей. Опрос подтвердил догадки следователя – в этот раз они оба видели странных костлявых крылатых тварей, и оба утверждали, что столкнулись с одной из них. Самолет получил тяжелые повреждения, но управление полностью не потерял, благодаря чему удалось совершить посадку, пусть и весьма жесткую. Меларос сидел тихо все это время и лишь, когда командир самолета закончил свою речь о странном видении, тихо произнес «фестралы»…

***

Меларос не смог прояснить значение этого слова в полной мере. Из его объяснений выходило, что это какие-то подобия коня Пегаса, довольно безобидные крылатые лошадки, которых могут узреть лишь люди, видевшие чью-то мучительную смерть.

Это описание не помогло Эрику Фойгту в его расследовании, в расстроенных чувствах он вернулся в Вичвуд. Там его ждал срочный вызов от начальства из Фенчерча и требование отбросить предрассудки и возвращаться на самолете. Старый грузовой биплан «Де Хэвилленд Дрэгон» ждал мистера Фойгта на полосе Вичвудского аэродрома. Поборов страх, Эрик поднялся на борт самолета, где в кабине его уже ждал пилот. Полет в пассажирском салоне старого биплана его не радовал - он не мог следить за действиями пилота и постарался погрузиться в свои мысли. Он вспоминал свой последний полет, холодное Северное Море, английский гидросамолет, на который он смотрел одновременно с надеждой и страхом. Большую часть полета, он сидел, закрыв глаза, погруженный в собственные мысли. Когда он на мгновение отвлекся от тяжелых дум и взглянул в иллюминатор, в свете молнии мелькнул тощий черный силуэт лошади с перепончатыми крыльями. Раскат грома заглушил хлопок рвущегося перкаля, слившийся с треском ломающегося дерева и тяжелыми басами рвущихся как струны расчалок. Где-то внизу ревел потерявший винт, уходящий в разнос мотор. А старый «Дрэгон», лишившись правого нижнего крыла и стоявшего на нем мотора, закрутился в штопоре и врезался в землю, превратившись в груду обломков.

***

Из-за сильных морозов и метели, место крушения было обнаружено лишь через двадцать дней. Среди обломков самолета обнаружился металлический кейс, принадлежавший Эрику Фойгту. В его записях и было обнаружено многократно обведенное слово «фестралы». В этот раз комиссия по расследованию катастрофы обратилась за толкованием этого слова к эльфам и получила исчерпывающий ответ…

***

«15 февраля 1962 года

Распоряжение Управления воздушного транспорта Объединенных колоний Альмарны

Во избежание повторения аварийных ситуаций, на всех самолетах, осуществляющих полеты в ночное время, должны быть установлены погодные радары системы Генсаль, доработанные для определения наличия в воздушном пространстве перед летательным аппаратом средних и крупных мимикрирующих летающих животных, а также - отпугивающие амулеты.

Маршал Управления воздушного транспорта Антонио Альварес»

Глава 1. «Шаман Пузоглазка».

(28-31 июля 1985 года)

Основная часть как эльфийских, так и людских владений на Альмарне расположена в средней полосе, гномам по большому счету все равно где жить, было бы где копать - лишь только гоблины лезут на юг. Хотя некоторые говорят, что лезут они не на юг, а с юга. Но это все домыслы праздной публики, а Эрика Фойгта праздным назвать язык не повернется даже у самого невоспитанного гоблина - ведь не просто так его пять лет назад воскресил сам Великий Кувалдык! Он знал, что гоблины - древний народ, зародившийся под владычеством сил зла, но нашедший силы его отринуть. Издревле они, как и эльфы, жили повсеместно - от жарких и влажных южных земель до продуваемых ледяными ветрами островов Севера. Но эльфы никогда не были многочисленными, и со временем они оставили многие земли более плодовитым гоблинам.

Судьба Эрика складывалась на редкость необычным образом. После гибели в авиакатастрофе, он был оживлен. Быть оживленным на Альмарне – значило стать зомби. Не таким жестоким и мерзким, алчущим крови, сырого мяса и человеческих мозгов созданием, как описывают зомби авторы развлекательных жанров, но некоторые их черты всё же в себя вобравшим. Местных зомби создают гоблины, так они продлевают жизнь немногим выдающимся членам своего общества – деятелям искусства, ученым, но никогда – правителям. И крайне редко такой обряд совершают над представителями других рас: с гоблинами люди и гномы не столь дружны, а на эльфов с их бесконечно долгой жизнью гоблинская магия просто не действует. Вообще-то гоблины об Эрике и слыхом не слыхивали, но тут о нем позаботился тот самый зануда Меларос, который восемнадцать лет добивался этого. Он все эти годы отказывался подписывать разрешение на погребение и сохранял тело следователя в судебном морге. Он замучил до смертной тоски Управление межрасовых связей Альвенталии - они не могли просто отшить принца, как в свое время сделал приходящийся ему дядей король Алькенос, но и дать добро на такую операцию права не имели, и даже пытался добиться помощи от магов Генсальской академии - те просто не хотели ввязываться. Тогда положение спасла супруга Мелароса, Эваниэль - та самая девушка, что была когда-то изображена на капоте его «Кадиллака», она каким-то удивительным образом вышла на верховного шамана гоблинов, Великого Кувалдыка и рассказала ему историю погибшего следователя, сумев затронуть потаенную струну души сурового старца.

Нет, нынешний глава «Управления» не стал похож на гоблина. Те больше похожи на людей восточного типа - коренасты, широколицы, но отличаются светло-оливковым цветом кожи и довольно крупными острыми ушами. Его же кожа его приобрела сероватый оттенок, волосы и глаза выцвели, внешность навсегда застыла у отметки «сорок пять лет», изменились кулинарные пристрастия и обмен веществ, но в душе он остался все тем же аккуратным и деликатным человеком, с живым умом и редким умением находить правильное решение, даже если оно кажется совершенно невероятным и в этом наполненном магией мире.

Это лето выдалось жарким по-настоящему, такого пекла не было последние лет тридцать, уже неделю стрелка термометра упорно прикидывалась часовой и медленно ползла по направлению к цифре сорок пять... Народ наслаждался. Заводы и конторы закрывались уже к обеду и многочисленные горожане растекались по пляжам и барам. Жизнь казалась прекрасной.

Впрочем, сам герр Фойгт в данный момент явно придерживался иного мнения. Он предпочел бы праздно удалиться в холодильник или даже согласился бы застрять на одном из многочисленных перевалов Алых Гор, славящихся непредсказуемой, но всегда отвратительной погодой.

А ведь если зомби совершенно не чувствительны к холоду, то жара их буквально плавит, как кубик льда в бокале спритца. И пусть благодаря магии Фойгту не грозило банальное биологическое разложение, но зной все равно оставался его злейшим врагом. Его тело насыщено магией, которая сохраняет ткани нетленными и обновляет их из употребляемой пищи. Его сердце не бьется, кровеносная система стала гидравлической, а легкие помогают охлаждаться и говорить. Энергию же он получает от магического поля Альмарны - благодаря этому он не нуждается во сне для отдыха.

Под воздействием высокой температуры магические связи в нервных тканях истощались: мысли ворочались лениво, реакция становилась пугающе заторможенной, а мозг будто затягивало ментальной тиной. А становящаяся слишком текучей “зомбожижа”, как называют гоблины то, что теперь у него вместо крови, теряла давление, делая мышцы ватными и слабыми. Преодолевать этот жуткий дискомфорт и заставлять синапсы работать приходилось исключительно на старой доброй силе воли.

Тем временем, в окрестных барах уже выстроились очереди из желающих посидеть под кондиционером, холодные напитки стали дефицитом, а на пиво из холодильника глава администрации грозился ввести карточки.

- А теперь послушаем новинку этого сезона, горячий хит для горячего лета от парней из огненной Австралии, знающих толк в жаре - как только от таких слов не плавился радиоприемник и сам ведущий? Странно - аудитория радиостанции изнывала от зноя, но все равно жадно слушала зажигательные песни.

Это казалось издевательством - сначала горячие австралийцы Midnight Oil, потом The Doors с жаркой "Light my fire" - Эрик глубоко вздохнул, но вздох не принес ни капли прохлады и он не выдержал, поспешив покинуть стремительно терявшее уют заведение. И, как оказалось, вовремя - не успел он решить, в какую сторону отправиться вдоль по набережной - все же река дарила хоть какую-то прохладу, как раздался громкий всплеск, потом звук трескающегося льда - а вскоре в поле зрения влетел и источник этого шума, принеся с собой не просто прохладу, но едкий и ничуть не более приятный, чем адская жара, пронизывающий холод. Но благодаря ему и мозг, и тело следователя мгновенно сбросили изнуряющую влажную дрёму. Спустя минуту шум стих, оставив многочисленным зевакам странную картину - у покрывшегося инеем парапета, слегка накренившись на правый борт, стояла странная двухкорпусная летающая лодка - обледеневшая и абсолютно безжизненная на вид...

- Люди всегда остаются людьми – пронеслась в голове у Эрика мысль – набережная опустела за считанные мгновения, осталась лишь компашка вездесущих гоблинов, да несколько праздношатающихся гуляк, которым было решительно все равно, что происходит вокруг. И только Эрик Фойгт и трое дюжих коренастых гоблинских парней рванули к потерпевшему загадочное бедствие самолету, чтобы удостовериться, есть ли кто живой на борту.

На «капитанском мостике», в открытой кабине, живых не нашлось. Оба пилота - гоблины, были мертвы, их тела застыли в неестественных позах и, казалось, были проморожены насквозь, будто побывали в морозильной камере или на очень и очень большой высоте. Но последнего быть не могло, в этом герр Фойгт был уверен на все сто – древняя «Савойя-Маркетти С.55» выше пары-тройки тысяч метров в жизни не поднималась. Самолет был экзотикой даже во времена своего производства – в конце двадцатых, тогда, ещё будучи школьником, Эрик вместе с отцом видел прилетавшую из Италии эскадрилью Итало Бальбо, состоявшую целиком из этих необычных «летающих катамаранов». Катамараном это воздушное судно было весьма особенным – основные пассажирские отсеки были именно в поплавках. Туда серокожий, как и все зомби, следователь и отправил своих добровольных помощников.

Самолет принадлежал не людям, не эльфам и даже не гномам, а гоблинам. Ни первые, ни вторые, ни третьи не будут нанимать пилотов из этого необычного народа. У самих же гоблинов самолетов было хоть и немало, но, в основном, небольших. За исключением нескольких “Каталин”, летавших в Шаманате в ливрее одной из эльфийских авиалиний, старая «Савойя» была, пожалуй, самым крупным из них. Когда-то, она называлась «Рыжебородая Принцесса» и была гордостью пассажирской «Авиакомпании Объединенных Шахт», а до того, возможно, даже летала в эскадрилье Итало Бальбо. Ещё не так давно она считалась флагманом “Ликерийской морской авиакомпании”, но теперь она была весьма небрежно покрашена валиком в белый цвет. На носу - намалевано некогда гордое имя, «Шаман Пузоглазка», новые владельцы назвали её в честь первой женщины – шамана, достигшей высшего уровня магического искусства. Свое эксцентричное прозвище, ставшее со временем и ее духовным именем, та почтенная дама получила еще в юности из-за огромной сакральной татуировки на животе, где её собственный пупок был искусно обыгран как всевидящее око духа-покровителя. Впрочем, заслуженное имя не спасло самолет от катастрофы…

Итак, если в правом поплавке, кроме всякого гоблинского барахла, не было ничего, то в левом новоявленным спасателям повезло. Хотя, скорее, повезло обитателю, простите, обитательнице салона. Повезло, правда, относительно – ушибы покрывали почти всё тело несчастной девушки, левая рука была согнута под совершенно неестественным углом, лицо покрыто царапинами, левый глаз заплыл, скула под ним сильно рассечена – и это только то, что не скрывала одежда. Бледная от холода девица едва дышала, но все же была жива. И даже в таком виде она была чрезвычайно мила. Нет, не красавица с обложки «Elven Illustrated», бестселлера человеческих, и не только, городов, но очень хорошенькая и миловидная молодая девушка. Фигура с округлыми и весьма привлекательными формами, мягкие и очень правильные черты лица, длинные, слегка волнистые темно-русые волосы. Она явно принадлежала к человеческой расе, но, что интересно, Гайковерт и Жменохват посчитали девушку представителем гоблинского племени, несмотря на белокожесть, очень мягкие черты лица и вполне человеческие уши. Лишь Пародав мнения о девушке не составил – быстро оглядев ее, он рванул что есть мочи за врачом, позабыв даже об обещанной ему Жменохватом пинте эля… Молодой машинист парового крана за свои тридцать с небольшим лет успел повидать много несчастных случаев и знал, как ценна каждая секунда.

Но больше всего самолет интересовал, конечно, самого Эрика Фойгта. Он не видел таких машин много-много лет, что неудивительно – по данным Альмарнского Управления авиационной безопасности из двух доставленных на Альмарну “С.55” в живых числилась лишь одна, да и та не проходила контроль вот уже два десятка лет, с тех пор, как попала к последним владельцам. Старший следователь и, по совместительству, глава вышеупомянутого Управления ждал возможности начать официальное расследование. Прошел уже час – гоблинов с набережной сменили городские спасатели, увезшие единственную найденную пассажирку самолета в госпиталь. Набережную заполонили многочисленные представители гоблинской диаспоры, не хватало лишь консула Мардана Косоплёта, представителя Ликерийского Шаманата, главной государственной структуры гоблинов, некогда - просто объединения старейшин и шаманов разных племен. И без нерасторопного старого ворчуна Косоплёта начинать даже осмотр было нельзя – что бы не обнаружил герр Фойгт, это не будет принято гоблинами без высочайшего одобрения их заступника и благодетеля.

Мардан Косоплёт явился через три часа после крушения. За это время, пожалуй, можно было бы дойти пешком от северной окраины Фарадея до южной, и пусть гоблинскому посланнику нужно было одолеть путь втрое более короткий, но машин он не признавал и пешком ходил весьма неспешно – сказывался, более чем полуторавековой возраст. Все плохое уже случилось, считал он, и спешка была ни к чему. А идя неспешным шагом можно почувствовать, что чувствует и хочет сказать сама земля.

Эрик уже успел вызвать двух своих ассистентов, к моменту явления консула уже готовых приступить к осмотру «Пузоглазки» и связаться со своим коллегой и другом, постоянным представителем Альвентальской Короны при Управлении, Меларосом – тот, будучи созданием крайне любопытным, очень заинтересовался делом и обещал на следующий день прибыть в Фарадей.

С момента появления консула прошло немногим более десяти минут, как с формальностями было покончено и люди Фойгта приступили к осмотру. Косоплёт эти самые формальности не любил, но людей в своем деле понимающих уважал и даже искренне старался сильно не мешать, хотя положение обязывало его вникать в происходящее как можно сильнее. Осмотр, впрочем, дал немного. Самолет действительно перевозил лишь одного пассажира - судя по всему, девушка сопровождала некий груз, но сей груз бесследно исчез, оставив от себя лишь накладную, заполненную явно в спешке, корявым, но твердым почерком, но с безошибочным соответствием правописанию гоблинского извода верхнеэльфийского языка. Бумажка содержала две позиции…

«1. Спиктральный обарзец Ф. – 1 шт.

2. Устройствие сдерживаня – 1 шт.»

…и с указанным пунктом назначения – “Ельфейской акадэмой Магии” в Генсале, что ещё сильнее убеждало Эрика в том, что он не зря пригласил Мелароса участвовать в расследовании.

Вскоре, начал таять лед, окруживший самолет. К счастью, корпуса не получили повреждений – опасности затопления не было. Все емкости с жидкостями с салонах были обнаружены полопавшимися при замерзании содержимого – в основном это были бутылки с водой или «Слезой дракона», подававшейся пассажирам первого класса на гоблинских авиалиниях. Треснул так же и один из баков с топливом. Кроме этого и изрядного беспорядка в обоих пассажирских салонах летающая лодка выглядела практически целой, но вот исправной ли? Но это станет ясно лишь завтра – когда прибудет мощный кран и поднимет её на берег, дабы отвезти в особый ангар Фарадейского аэропорта, где и продолжится расследование.

***

Вечером, сидя дома в Фенчерче, ныне ставшем районом поглотившего окрестные городки Фарадея, в любимом кресле с бокалом «Слезы дракона» и банкой консервированных персиков, Эрик Фойгт никак не мог выгнать из головы странную мысль. По заключению медиков, оба пилота к моменту приземления, были мертвы около четверти часа. Но при этом самолет, не оборудованный даже простейшим автопилотом, если можно так выразиться в данной ситуации, САМ сравнительно благополучно приводнился на водную гладь Фарадей-ривер…

Телевизор не принес усталому зомби ни капли покоя – по местным каналам показывали всякую ерунду, регулярно прерывая спецвыпусками новостей то о жуткой жаре, то о сегодняшнем крушении. Лишь ближе к полуночи, на транслировавшемся по радиорелейной линии из Аленваля эльфоязычном канале он наткнулся на забавный комедийный фильм «Охотники за привидениями», за просмотром которого и провел время в своем любимом кресле, под конец погрузившись в собственные мысли и представляя, как полупрозрачный зеленый Лизун безупречно сажает Савойю на реку, попутно издеваясь над ошеломленными диспетчерами…

***

На следующий день, ровно в полдень, взлетно-посадочной полосы номер двенадцать Фарадейского аэропорта коснулся, сияя полированным алюминием, серебристый «Локхид L-749 Констеллейшн», флагман эльфийской авиакомпании «Эвани-Эйр», промчался по ней положенную милю и свернул к ангару номер «два нуля», принадлежащему Альмарнскому Управлению авиационной безопасности, где и благополучно остановился. Спустя десять минут из гаража при ангаре выехал сапфирового цвета трехдверный «Рейндж Ровер» с номерами, выданными властями эльфийских земель и, примерно через полчаса, Эрик Фойгт встречал дорогого друга возле считавшегося одним из лучших в городе ресторана «Клетка Фарадея».

В этот раз Эрика ждал сюрприз – под руку с Меларосом в зал вошла красивая пышная эльфийка с длинными черными волосами, его супруга Эваниэль. Следователь был очень рад встрече, но главное, в его мозгу сработал какой-то переключатель, а может быть вошли в зацепление две важных шестерни – он понял, что его смутило в виденной вчера девушке, пострадавшей при крушении летающей лодки! Глаза… Мимолетный расфокусированный взгляд раненой девушки, покинутый сознанием, так неумолимо напоминал взгляд искрящихся глаз довольной эльфийской девы, что у следователя похолодело внутри, но почти сразу же по его нутру начало разливаться какое-то очень домашнее и родное тепло. Наваждение улетучилось также быстро, как и пришло, оставив Эрика в легком замешательстве, впрочем, вида он совершенно не подал…

***

Название «Клетка Фарадея», пожалуй, готовит посетителя к убранству в стиле “лаборатория эксцентричного ученого”. Вернее, так в свое время думал Эрик Фойгт. Его эльфийский друг же тогда ещё не знал, кто такой этот Фарадей и за что его посадили в клетку. Его куда больше удивлял тот факт, что люди любили называть свои города в честь людей — ученых, политиков, знаменитостей. Тем более удивляла его традиция давать название в честь умерших людей — попробуйте представить себе Эрейнионбург или Феанор-сити — Мелароса коробило от такой мысли. Гибель эльфа, создания, продолжительность жизни которого не была ограничена естественными причинами, не подверженного ни одной серьезной болезни (по иронии судьбы, единственным исключением является банальная простуда) всегда становилась трагедией для его близких, а часто и для всего города — ведь эльфы медленно взрослеют, у них поздно рождаются дети, да и их самих не так много, как людей, гномов и, тем более, гоблинов. Со временем, Меларос, конечно, к этой традиции привык, и частенько заходя на посадку в каком-нибудь Леннонграде или Моррисоне, шутил, что по карте теперь можно изучать историю человеческой цивилизации.

И все же интерьер ресторана был совершенно традиционен, в английском понимании этого слова: отделанные деревом стены, тяжелая дубовая мебель, ряд уютных кабинок-купе, где можно было собраться узким кругом и обсудить важные дела, не боясь быть побеспокоенными шумной компанией за соседним столиком. О физике, как науке, здесь не напоминало ничего. Клеткой Фарадея было само помещение — стены и перекрытия первого этажа трехэтажного здания были пронизаны медными прутьями, которые, пересекаясь друг с другом, образовывали ту самую клетку — в помещении не принимали теле и радиоприемники и, что самое приятное, не работали вошедшие в последние годы в моду переносные ультракоротковолновые радиостанции, наполнявшие треском и шорохом атмосферу многих других общественных заведений в крупных городах этого мира. Эти станции работали на частотах, близких к возможному на Альмерне пределу - 167.5 МГц. Начиная с этой частоты и почти до невероятных 17 ГГц любой сигнал вступал в резонанс с магическим полем и искажался до неузнаваемости. В тишине и уюте одной из таких кабинок они могли бы за дружеской беседой провести не один час, но не в этот раз — Меларос сгорал от любопытства, да и Эрику не терпелось вернуться к расследованию. Поэтому, по завершении трапезы, прекрасно понимая настроение мужчин, Эваниэль укатила под предлогом необходимости навестить подругу, оставив их заниматься любимым делом.

***

В ангаре царила духота и стоял крепкий запах авиационного бензина. «Савойя» была водружена на стапель, с центральной части правого фюзеляжа снята обшивка — именно там лопнул топливный бак, и запах протекшего топлива уже успел пропитать все вокруг. Если бы ангар не отражал солнечные лучи – внутри, пожалуй, было бы лишь немногим прохладнее, чем у гнома в кузнице, хотя в ангаре пахло все же ощутимо приятнее!

Однако ответов изучение поврежденной машины не дало, скорее прибавило вопросов. Все указывало лишь на сильнейшее и очень скоротечное охлаждение с эпицентром внутри левой пассажирской кабины. И никаких намеков на его причину. Температура меньше, чем за минуту снизилась примерно до минус восьмидесяти градусов Цельсия — так высоко и, главное, так быстро, чтобы это снижение могло быть естественным, забраться «Савойя» не смогла бы. Да и, пожалуй, ни один самолет на Альмарне не смог бы — так уж сложилось, что авиация здесь застряла на уровне пятидесятых годов двадцатого века — эпоха поршневых двигателей, здесь так и не закончилась. Не было необходимости в более крупных и быстрых лайнерах, не было смысла создавать и требующуюся для реактивных машин инфраструктуру. Турбовинтовые и реактивные самолеты оставались непривычными, а потому присутствовали в единичных экземплярах.

***

Изрядно провоняв за два часа бензином, Эрик и Меларос решили направить свои стопы в госпиталь, пообщаться с единственным свидетелем событий, произошедших на борту «Шамана Пузоглазки» - по сообщению врачей, девушка уже пришла в себя и может принять посетителей.

- Прошу, проходите в палату номер одиннадцать, сэр Меларос, - расплылась в подобострастной улыбке медсестра на ресепшн, - добро пожаловать, мистер Фойгт!

- Эрион, ты не представляешь, как меня бесят эти приторные улыбки, до сих не могу привыкнуть. Мы, конечно, довольно высокомерный народ, по мнению многих, но не до такой же степени? - уже потом тихо произнес Меларос. Он почти всегда называл друга этой эльфийской формой имени. Оно напоминало ему о витязе давних эпох - Эрейниона Гил-Гэлада, самого спокойного и доброжелательного из владык древности.

- Дорогой друг, при всем уважении, до людей в этой дисциплине вам далеко. И при этом они куда разнообразнее вас, эльфов!

Эльф задумался, да так крепко, что молчал до самой палаты. От размышлений его отвлек вежливый стук Эрика и тихое «входите» из-за двери.

***

- Разрешите представиться, Эрик Фойгт, глава Управления авиационной безопасности Альмарны, а это Меларос, официальный представитель Альвентальской Короны при Управлении, - Эрик как всегда вежливо и неторопливо обозначил себя и коллегу.

Лежавшая на кровати изрядно забинтованная, но все же весьма миловидная девица попыталась кивком головы изобразить поклон, что получилось не очень успешно, тоже представилась:

- Алиса. Алиса Ветрогляд, я дочь почтенного Дроммеля Ветрогляда, представителя Ликерийского Шаманата в Альмарнском Совете Магов, - к счастью для Эрика это ему ничего не говорило, Меларос же, выглядел ошарашенным...

- Алиса, простите мое любопытство, но вы ведь не гоблин? – как ни странно, но этот вопрос вылетел из уст герра Фойгта…

- Да, господин Фойгт, я не гоблин. Я приемная дочь почтенного Дроммеля, меня удочерили, когда мне было пятнадцать лет, мои родители рано погибли…и тоже в авиакатастрофе. Может быть вы слышали, почтовый самолет «Почтмейстер фон Губвиг» столкнулся с фестралом, хотя, много лет прошло…

- Алиса, я помню эту катастрофу, я расследовал её, но простите, это же было в шестьдесят втором году? Вы ведь и не эльфийка?

- Пожалуй, не совсем, - загадочно улыбнулась Алиса, - я понимаю, что не очень похожа на картинку из «Эльвен Иллюстрейтед», но я и не человек, в вашем понимании этого слова. Но вы ведь не ради этого пришли, ваши вопросы куда серьезнее. И не просто так здесь почтенный Меларос. И тем более неспроста к нам сейчас присоединиться леди Эваниэль, верно?

- Эваниэль? – наконец подал голос все ещё удивленный эльф. Распахнувшаяся дверь была ему ответом.

- Да, Эваниэль, мой милый. Леди Винтона попросила меня присоединиться к вам и вашей квиэли, - грациозно вплыла в палату супруга Мелароса.

- Леди Эваниэль, я очень рада с вами познакомиться, - промолвила забинтованная девушка.

- Я была бы счастлива, чтобы наше знакомство произошло при других обстоятельствах, дорогая Алиса, и все же очень рада встрече.

- Я вас почувствовала, значит, вы тоже квиэль?

- Все верно, моя дорогая Алиса, и как вы понимаете, здесь я по долгу службы.

- Эви, мы же просто расследуем авиационное происшествие, не так ли? – Меларос закончил округлять в глазах нули, но до конца в себя ещё не пришел…

- Алиса, вы меня запутали, да и Мелароса, кажется тоже, - вмешался Эрик, - да и леди Эваниэль ясности не добавляет. Что вообще происходит? И леди Винтона, это же верховный маг Академии, верно?

- Мельдо Эрион, - начала Эваниэль, - у нас проблемы. Большие проблемы. Это касается того, что было на борту «Пузоглазки» и если мы ЭТО не обнаружим, ещё не известно, чем оно нам грозит…

- Леди Эваниэль, - соблюдая официоз обратился Эрик, - для меня это что-то новое. Что значит квиэль? Насколько я знаю староэльфийский, это значит “несущая покой”.

- Квиэли, как их называют люди - эмпаты, а гоблины зовут няшами, как считают в Академии, это надрасовая группа. Вот только среди её представителей нет мужчин. Как правило, квиэли не считаются общепризнанными красавицами, но, кто бы их ни увидел, находят их чрезвычайно миловидными и уютными. Это своего рода магия, но непроизвольная. Их воспринимают добрыми и благородными созданиями, и, обычно они именно такие. И верные тем, кого уважают. Поэтому, иногда, и берут на себя непосильную ношу, Алиса. И лишь немногие видят их такими, какие они есть, милый Меларос, как ты, например.

- Но ты же эльфийка? А Алиса явно человеческое дитя.

- А моя сестра Кермина тоже квиэль, но по рождению — гоблинша. Она меня почувствовала, и спасла из-под обломков, - вмешалась Алиса, - так вот, Кермину считают красивой даже люди, хотя вы знаете, как они обычно о гоблинах отзываются. Я не слышала, пожалуй, только о квиэлях, рожденных у орков, но там, уж простите, ничего доброго не рождается. Правда и у гномов они чрезвычайная редкость — возможно потому, что гномы просто очень не любят, когда их называют “милыми”.

- Мельдо Эрион, попробую вам объяснить, - снова взяла слово Эваниэль, - иногда на Альмарне рождаются девушки со особенными магическими способностями. Да, магия и так присуща некоторым обитателям этого мира, но способности квиэлей иные. Мы редко можем сотворить что-то осязаемое, тем более совершенно бестолковы в боевой или экспериментальной магии. Но мы чувствуем друг друга, очень хорошо понимаем собеседника — мы идеальные дипломаты этого мира. Не все из нас выбирают этот путь, далеко не все, но, если ваш друг или спутник жизни — квиэль, вы можете быть уверены в ней больше, чем в самом себе. Правда, не всегда ваше с ней мнение о том, что для вас лучше, совпадает.

- Сколько же всего нового узнаю я практически каждый день моей жизни здесь! Какие ещё сюрпризы несет нам Альмарна?

- Фантом. - хором воскликнули девушки.

- «Шаман Пузоглазка» должна была доставить фантома по имени Полюс в магическую академию Генсаля, но, очевидно, что-то пошло не так и теперь наша общая, обратите внимание, задача — разобраться с этим и я уверена, что мой дорогой супруг и уважаемый герр Фойгт, не откажут нам в помощи в поисках Полюса и доставке его в Генсальскую Башню.

- Разве я могу вам отказать, тем более, когда интересы Управления совпадают с интересами леди Винтоны, ну, а Меларос согласен по умолчанию, я полагаю, - эльф, все ещё растерянно, покивал головой.

***

Два дня спустя, врачи поддались на уговоры и выписали юную леди Ветрогляд, впрочем, оставив на её теле изрядную часть бинтов и повязок. В тот же день, «Конни», взяв двух пассажиров вылетела в Аленваль…

Глава 2. Каждый охотник желает знать где сидит фантом.

(1-3 августа 1985 года)

«Фонтом – ивление бестилеснае, всигда превязаное к аднаму месту, или придмету. Вроде призрока, но если призрок был жевым пока ни здох, то фонтом не жыл никагда. Абычна он – параждение ельфоф!» - гласил «Ностоясчий учебнег гоблинской магии великаго Пигведрамга», по словам Алисы, очень грамотная книга, но, по мнению Эрика, крайне трудная для восприятия из-за довольно грубого академического языка почтенного мага и норм орфографии, к которым Эрик до сих пор еще до конца не привык.

Эльфийский же вариант, описанный в научном труде леди Элизиэль оказался куда как понятнее, не смотря на больший объем повествования – книга, отпечатанная в типографии в самом Генсале, насчитывала более тысячи страниц, пусть и изрядно разбавленных иллюстрациями.

«Цель настоящего исследования – редкое явление, получившее название «фантом», одновременно завораживающее и пугающее, ужасно опасное и удивительно спасительное. Бестелесный дух, дух места или предмета, ставший сильнее своего вместилища, результат одушевления близких и дорогих сердцу вещей – таков фантом. Мы дали жизнь многим из них, а в этом исследовании – постараемся узнать, как с ними взаимодействовать».

Исследование тянуло как минимум на кандидатскую, если бы у магов были бы такие научные степени, но все же оно в больше касалось истории явления и причин появления фантомов, нежели последнего и самого важного пункта – взаимодействия. О нем должна была повествовать вторая часть научного труда, для завершения которого леди Элизиэль и ждала необычного гостя. Прежде не удавалось уговорить фантома «погостить» где бы то ни было, не говоря уже об изучении в магической академии, и на Полюса возлагались очень большие надежды.

- Дорогая моя, а не навестить ли нам леди Элизиэль? – изучив картинки подал голос Меларос.

- Есть одна проблема, мы не знаем, где она… Она должна была лететь на том же самолете, но Алиса говорит, что Элизиэль доставила сосуд с фантомом, и попросила Алису, доставить его самостоятельно, сказав, что у неё есть ещё одно важное дело, - как ни в чем не бывало ответила Эваниэль. Алиса же слегка зарумянилась и смущенно захлопала ресницами свободного от бинтов глаза.

- Эви, а может быть есть что-то ещё, что нам с мельдо Эрионом нужно знать? – в глазах Мелароса читалась смесь обиды и удивления.

- Нет, любовь моя, больше ничего. Мы пока сами больше не знаем – да и про исчезновение Элизиэль я знаю лишь потому, что она и её сестра Аниэль мои давние подруги. Официально её никто пока не ищет. Только Ани себе места не находит вот уже месяц, так что надо бы нам её навестить, она живет в усадьбе рядом с Аленвалем.

- Прости, Эви, я начал думать…

- Лучший способ заткнуть мужчину – поцеловать его! – улыбнулась Эваниэль, осуществив озвученное, - а теперь – поехали!

***

- Мне кажется, это было не очень вежливо – Аниэль все время плакала, а мы с тобой целовались! – опечалился после встречи с сестрой Элизиэль Меларос – по его мнению супруга слишком увлеклась «лучшим способом»

- Если бы ты не пытался так много говорить, мне не пришлось бы этого делать. Учись у Эриона, он куда тактичнее тебя и не такой любопытный – с укоризной ответила Эваниэль.

- Простите, но мне, как следователю, любопытство как раз положено. Вот только нет смысла пытаться что-то вытянуть из человека, который почти ничего не знает, мой дорогой друг – судя по этим словам, он был скорее на стороне девушки.

И лишь Алиса не сказала после беседы ничего. Ей просто было очень жаль Аниэль, та была очень привязана к Элизиэль и чувствовала, что сестра попала в беду.

Эльфы всегда чувствуют, что происходит с близкими. Аниэль мучилась и переживала весь последний месяц. Но квиэли чувствуют друг друга ещё сильнее, и Эваниэль с самого начала понимала, что её подруга очень рискует. Ещё год назад, когда отважная исследовательница отправлялась в путь, Эви отговаривала её, хоть и понимала, что это тщетно. И потом весь год жадно ловила любые новости от Элизиэль. Ани не понимала её беспокойство все это время, и тем тяжелее ей приходилось сейчас – она корила себя за то, что не прислушалась к переживаниям подруги, не отговорила сестру от поездки…

К сожалению, Эрик был прав – ничего нового от Аниэль они не узнали. А дальше? Даже если их примут в Генсале, многое ли им позволят узнать? Но без посещения этого закрытого уголка, заповедника древних знаний, дальше было не продвинуться. Нет смысла лететь к гоблинам, не зная, куда именно лететь. Ведь только маг-куратор Элизиэль мог открыть неизвестные друзьям подробности. И этот вариант оставался единственным – даже Алиса мало что знала о возложенной на неё миссии – на тот момент она лишь сопровождала фантома.

***

До Генсаля, маленького эльфийского городка, спрятавшегося под сенью леса путь был не слишком далек – три с половиной сотни миль, и ещё чуть больше полста вниз по течению реки Каранс. Вот только аэродрома в тех краях не было, единственным способом добраться по воздуху - было лететь на гидроплане, как и планировали гоблины. Гидроплан взять было негде, но оставался другой путь – автомобильная дорога не доходила до Генсаля всего на полсотни миль, заканчиваясь в людском городе Корленбурге, что стоит на левом берегу Каранс, выше по течению. Так уж повелось, что обитатели Генсаля всегда были большими поклонниками уединения и от строительства моста категорически отказались. Но в районе Корленбурга река была ещё довольно мелководна и неширока – что позволяло конному путнику пересечь её вброд и по низкому песчаному берегу доскакать до старой створной башни у излучины, от которой начиналась мощеная булыжниками древняя дорога.

Неторопливый путешественник, коли судьба занесет его в те края, всегда может доплыть до Столицы Древних Знаний (как вещал презренный рекламный буклет) на лодке-плоскодонке (в том же буклете гордо называемой комфортабельной яхтой) примерно за один день. Одна корленбургская туристическая фирма хотела запустить скоростной водометный катер, не боящийся местных мелководий, но после того, как за день до запуска маршрута оказалось, что любой взошедший на борт начинал вместо разговора изъясняться исключительно оперным пением, коммерсанты поняли тонкий эльфийский намек и от проекта отказались, направив катер в противоположную сторону – к стоящему на берегу горного озера, из которого очень плавно спускалась река, гномьему порту Цугундеру. На самом деле, горным оно могло называться с натяжкой, ибо лежало меж двух холмов, но гномам это объяснять никто не решался.

Меларосу отличным выходом виделась поездка на автомобиле. Приключения он всегда любил да поторопиться стоило: не терять же лишний день на «комфортабельной яхте». Что до брода – у него было припасено отличное, по его собственному мнению, решение – выкатить из гаража свой старый добрый охотничий «Ленд Ровер второй серии», оборудованный большими шинами и лебедкой - машину, разменявшую уже второй десяток лет, неторопливую, но верную.

Под охотой Меларос подразумевал фотоохоту. По мнению многих отпрысков аристократических семей занятие более чем достойное! Именно поэтому в багажнике “Ленд Ровера” располагался не сейф с ружьями, а кофр с “Хассельбладом” и многочисленными принадлежностями. Настоящая же охота практиковалась в последние столетия как способ добычи пропитания, пусть даже под ним подразумевались изысканные деликатесы для званого ужина. Но никак не для развлечения.

Первая половина пути показала правоту эльфа – узкая асфальтовая дорога пролегала через чудесный лес, наполненный птичьим пением, иногда выскакивала на берег какой-нибудь речки, вскоре пересекая её живописным ажурным мостом, взбиралась на холмы и спускалась в низины. Теплая погода и запах эльфийских сосен провоцировали открыть окна и, даже, пожалуй, отвинтить крышу. Скорость в сорок пять миль в час позволила насладиться окружающими красотами и при этом успеть в Корленбург до наступления темноты.

***

В другой раз каждый из них остался бы подольше понежиться в уютной постели гостиничного номера, но сколь хороши ни были бы номера в одноименном городу отеле, уже в десять часов (очень рано для эльфов!) нежно-желтый, с жемчужно-белой крышей, «Ленд Ровер» покинул Корленбург.

Асфальт кончился через милю, грунтовая дорога быстро сменилась проселком, стремившимся спрятаться средь зелени леса, но вскоре путь выскочил на высокий берег Каранс и понес машину к броду. Спустя миль пять, дорога вильнула в сторону чтобы обратным поворотом выйти на усеянный галькой пляж – здесь и начинался тот самый брод. Дальнейшее изрядно развлекло Алису: Меларос извлек из багажника приготовленный для таких случаев складной шест с мерными отметками и кусок прочной эльфийской веревки, привязал конец к бамперу машины и отправился пешком через реку, промеряя глубину впереди себя. Для Эваниэли и Эрика эта манипуляция была сама собой разумеющейся – супруга разделяла почти все увлечения мужа, включая и его любовь забираться на автомобиле туда, куда и на своих двоих не очень-то хочется. А Эрику доводилось участвовать в таких приключениях по долгу службы (нельзя сказать, что он был против, но и такого дикого восторга, коим светились глаза его друга не испытывал). Ну а Алиса сидела с широко открытыми глазами, позабыв даже моргать – действия Мелароса выглядели как самая настоящая магия!

Через двадцать минут, эльф вернулся, снова обулся и, усевшись на водительской место продолжил колдовство: сначала в ход пошла желтая рукоятка – с глухим звуком зацепились шестерни подключения передних колес, потом красная – для более устойчивого движения Меларос включил пониженную передачу, щелкнул тумблер выключения фар, чтобы они не лопнуть от соприкосновения с холодной водой и выждал пару минут, дав им остыть. Даже за рулем старого внедорожника он оставался настоящим Пилотом.

И вот, настал момент – сыто урча дизелем, смешной щекастый автомобиль не спеша пополз к воде. Пара мгновений, и вот он уже в воде всеми четырьмя колесами, спустя ещё несколько – широким бампером поднимает волну достойную небольшого катера. Эви выбирает веревку, помогая супругу держать курс по промеренному пути, машина неторопливо ползет к середине реки. Каранс – река широкая, на мелководье она распростерлась больше, чем на треть мили. Но только через полторы сотни ярдов дно начинает понемногу понижаться. Вот уже бурун перед вертикальным носом начинает захлестывать запасное колесо на капоте, но за бампером вода немного отступает, и вот уже не доходит даже до порогов.

Но какой бы мелкой река ни была, для машины и особенно её экипажа брод всё же оставался серьёзным испытанием. «Ленд Ровер» добрался уже почти до середины Каранс, когда Алиса сменила удивление на испуг. Вода начала заливать пол — увы, герметичность никогда не входила в объёмистый список достоинств этих внедорожников. Почувствовав ногами прохладную влагу, девушка издала пронзительный вопль и проворно сгруппировалась на холодных коленях почтенного мельдо Эриона. Она заключила следователя в прочные и тёплые объятия, невольно дрожа от страха и явно боясь, что её отпустят.

— Алиса, не бойтесь, мы не утонем и даже не заглохнем, но, возможно, слегка промокнем, — спокойно произнёс Эрик. — Видите трубку, идущую от крыла к крыше? Это воздухозаборник. Пока он над водой, мы будем ехать, даже если моему другу придётся надеть маску для подводного плавания.

Эти слова ободрили девушку, она затихла и перестала дрожать, но Эрика на всякий случай не выпустила. Сам Фойгт в этот момент тоже испытывал необычные ощущения. «Зомбожижа» в его жилах будто подпитывалась живым теплом Алисы, но не теряла плотности, как от уличного зноя. Напротив, она активно вбирала ману Альмарны и наполняла тело суррогатом настоящей жизни.

«Всё правильно, покойники всегда всплывают — будет девушке хороший спасательный круг», — иронично подумал, но вслух говорить не стал Фойгт.

- Алиса, солнышко, мельдо Эрион прав, все будет хорошо. Мой дорогой Меларос уже не первый раз пытается утопить машину, но она упорно отказывается его слушать! Верно, любимый мой? – на вопрос супруги тот лишь что-то невнятно пробурчал, сосредоточенно уставившись на приближающийся уже песчаный берег.

И вот, все страхи позади – желтый «Ленди» стоит на мягком песочке, из него струями вытекает набравшаяся вода, кажется ещё минута, и он начнёт отряхиваться как большой лохматый пес после купания. Мягко тарахтит мотор, а Алиса, наконец отпустившая Эрика, обнимает машину за самое удобное для этого место – капот и запаску. Она теперь счастлива и ей самой смешно, зачем же она боялась, ведь это так весело! Но все же и мокро – этим летом Каранс поднялась чуть выше обычного и отправила обувь путников сушиться!

После краткой сушки под полуденным солнцем, компания тронулась в дальнейший путь. Туфли болтались, привязанные к багажной лесенке и постепенно теряли влагу, а смешной внедорожник, плавно покачиваясь на волнах влажного песка, катился вдоль берега, с каждой минутой все приближаясь к цели – Великой Академии Магии Генсаля.

Поездка оказалась очень приятной — погода выдалась замечательная, день был солнечный и в меру жаркий, за окном, один за одним, сменялись прекрасные виды, и даже периодически попадавшиеся мелкие лужи с чистой водой, не пугали, а скорее забавляли уже успокоившуюся мисс Ветрогляд. Девушки смеялись, Меларос с перебравшимся на переднее сиденье Эриком вели великосветскую беседу об измельчании современных внедорожников («А японцы-то уже спереди независимые подвески ставить собираются! Русские так вовсе на своей «Лада Нива» несущий кузов сделали! Неужели и «Ленд Ровер» до этого докатится?»). Вот уже река начинает плавный поначалу поворот, переходящий в стремительный изгиб. Нужно лишь взобраться с пляжа на ставший крутым известняковый берег и можно прибавить ход – и если повезет, поспеть к четырем часам, к обеду. Пляж у излучины стал уже, и в ветреные дни его захлестывала низкая речная волна, местами порождая мелкие прудики. Из некоторых узенькими ручейками вода стекала назад в Каранс, а иные оставались до тех пор, пока солнце не делало свою жаркую работу. Один из таких прудов и расположился наглейшим образом прямо на пути, заставляя прижаться к кромке воды, но даже так, правые колеса должны были пройти по краю зловредной лужи.

И эту зловредность «лужа» решила оправдать – быть может, будь Меларос менее осторожным водителем и не сбавь он скорость заранее, проблемы бы и не случилось, но на десяти милях в час «Ленд Ровер» начал слегка крениться вправо и быстро потерял ход – под тонким слоем песка оказалась размокшая глина. Ни первая пониженная передача, ни раскачка не помогли – машина двигалась на полметра вперед-назад, но вместо того, чтобы пробить колею и выбраться из ловушки, только сильнее кренилась, прорезая глину зубастыми покрышками…

Случилось то, что случается иногда со всеми адептами внедорожной езды вне зависимости от опыта и уровня подготовки — они застряли. При определенной склонности, с опытом приходит умение получать от этого удовольствие, но это, пожалуй, относится к тем, кто съезжает с дороги ради удовольствия и в компании таких же веселых ребят. То есть явно не наш случай! Наши герои спешили и никакого наслаждения в процессе откапывания машины не получали. Якорь, за который цеплялся трос лебедки постоянно вырывало из песка, сендтраки - специальные металлические мостки, которые подкладывают под забуксовавшее колесо — погружались в глину под тяжестью внедорожника, грязь, летящая из-под колес, забрызгивала всё и всех вокруг. За два часа мучений «Ленд Ровер» продвинулся лишь на ярд. Но этого ярда все же хватило, чтобы трос, наконец, дотянулся до твердого места. Меларосу и Эрику пришлось изрядно попотеть (в переносном смысле, конечно, эльфы потеть не любят, а зомби – не умеют), забивая якорь в суглинок, но результат того стоил – раскидав в стороны ещё больше глинистой грязи и изрядно надымив, под овации пары глиняных элементалей, в контурах которых смутно угадывались две квиэли, «Ленди» сделал последний рывок и вырвался на волю.

Глава 3. Эланор и «Элалин».

(3-4 августа 1985 года)

В семь часов вечера, под бой часов, через арку Чужеземных Ворот города Генсаля влетел, раскидывая комья грязи, неясного цвета, марки и модели самодвижущийся экипаж с четырьмя чумазыми личностями внутри, лихо пронесся по широкой булыжной мостовой центральной улицы, свернул в неприметный извилистый проулок и затормозил у заведения с говорящим названием «Гостевой дом Академии». Остановка в гостинице была запланирована на обратном пути, но непотребный вид всех членов компании и естественное желание привести себя в вид потребный не оставляли другого выбора. Вот только с машиной вышла накладка — специальной автомойки не нашлось по причине скудности автопарка в консервативном городке, а гоблины, вызванные управляющим гостиницей, заявили, что при всем почтении к дочери уважаемого Дроммеля и её спутникам «быстрее, чем к утру машина отчистить не смогу». К счастью, Меларос сумел договориться с Алинасом, таково было имя управляющего, и одолжить его «Ситроен Мехари» - маленький открытый джипчик ярко-зеленого цвета.

Шустрая машинка быстро домчала друзей до Врат Академии, возле которых располагалась небольшая и практически пустая парковка. На территории академии принято было появляться своим ходом, но, к удивлению Эрика, на дороге, проходящей сквозь Врата, явственно просматривались следы чего-то внедорожного. Оное и не замедлило показаться – возле одного из многочисленных строений с надписью: «Лаборатория Мехмагии. Рук.: проф. Эланор» стояло очень изысканное произведение на тему «ЗиЛ-130» - высокая полноприводная машина с двойной кабиной, кузовом в стиле американских пикапов «Степсайд» и двумя высокими хромированными выхлопными трубами, выкрашенная на эльфийский манер – на этот раз цвета «электрик» и с бегущим единорогом на боковинах. Капот сего чуда был открыт и из-под него торчала довольно пышная девичья пятая точка, одетая в джинсовый комбинезон. Спустя минуту показалась копна длинных черных волос, девушка развернулась в сторону идущей компании, и с радостным криком «Эви! Привет! Тащи сюда своего мужа и друзей! Я вам такое покажу!» принялась размахивать гаечным ключом. «На дюйм с четвертью», меланхолично заключил герр Фойгт.

-Это Эланор, моя старшая сестра, - слегка смущенно произнесла Эваниэль, - она немного шумная, но очень славная.

Вблизи данная особа оказалась изрядно перемазанной моторным маслом, а в карманах её комбинезона звенели болты и гайки. Тем не менее, внешне девушка была крайне мила, и точь-в-точь походила на свою сестру.

Оборвав помпезную церемонию приветствия и не принимая доводы о том, что друзьям надо срочно попасть в библиотеку Академии, Эланор принялась рассказывать о своем новом проекте:

- Эльфы всегда были слишком консервативны, и всю технику мы покупаем у людей или, страшно сказать, у гномов! Нам нужен свой автомобиль! Чтобы ездить в гости к друзьям, чтобы привезти угощение на пикник в лесу, даже чтобы дом построить – нужен автомобиль. Полтора года назад мы с Линдис уговорили леди Винтону дать разрешение на экспериментальный проект! И вот – мы взяли за основу старую пожарную машину – она достаточно красива для наших целей, заказали гномам из Цугундера новый кузов, а всю начинку делаем сами!

- Начинку? – попытался удивиться Меларос

- Начинку! В смысле двигатель, коробку скоростей, управление, тормоза – мы считаем, что именно это делает автомобиль тем, чем он является. Кабину и кузов можно всегда заказать любые, а вот начинку так легко не сделать! Вот смотрите! Мы решили, что бензиновый двигатель – это пережиток старины! Но обычный четырехтактный дизельный двигатель слишком тяжелый и большой. И мы придумали! Нам мистер Брэнниган в пабе рассказал о старом английском двухтактном дизель-моторе по прозвищу «тарахтелка», в котором было три цилиндра и шесть поршней. Он даже нарисовал нам схему его работы! Но, если честно, это не помогло. Мы с Линни полгода просидели над учебниками, чтобы суметь рассчитать, как он должен работать, но все зря. Только когда мистер Брэнниган увидел нас в пабе печальными и заплаканными, на следующий день дал нам для изучения запасной мотор от своего автобуса «Коммер», как он сказал – он настолько надежный, что замена ему вряд ли понадобится раньше, чем мы научимся делать свои. Мы его полностью разобрали! И даже сумели собрать!

Эланор глотнула газировки, перевела дыхание и продолжила свой монолог…

- Мы с Линдис провели ещё полгода, но наконец, придумали, как нам сделать двигатель! Нам хотелось, чтобы наша машина была более быстрой, чем автобус мистера Брэннигана, поэтому мы добавили ещё цилиндр и немного увеличили объем двигателя! У нас получилось почти пять литров и почти две сотни лошадиных сил! Ну, сто восемьдесят с четырех и семи десятых, если точнее… - засмущалась она, её щёки покрылись румянцем, - Неделю назад мы первый раз ездили кататься! Но впереди ещё много работы – на малых оборотах наш «Элалин», мы его так назвали, плохо едет и дергается, не хватает мощности. А когда мы попробовали посильнее его раскрутить – сломалась коробка скоростей, не выдержала. Но это не страшно, мы хотим и коробку свою создать, автоматическую и быструю, как новая четырехступенчатая «ZF» на «Рейндж-Ровере»!

Меларос и Эваниэль были ошарашены её напором, Алиса уже даже не пыталась понять, что ей рассказывают, а вот Эрика творение эльфийских дев порядком заинтересовало. Последние несколько минут он нарезал круги возле мотора и Эланор, пока, наконец, не решился задать вопрос:

- Милая леди, позвольте поинтересоваться, а почему у вас радиатор позади мотора и такой маленький?

- Я не столь официозна, как моя дорогая сестра, называйте меня просто мисс Эланор, - заулыбалась она, - А радиатор - это наша хитрость, мистер Фойгт, мы решили отказаться от водяного охлаждения и использовать масляное. И не волнуйтесь, перегрев не страшен – поршни и гильзы цилиндров покрыты слоем мифрила и не только они - коленчатый вал и его вкладыши тоже – этому мотору не страшны ни жар, ни нагрузка, ни износ!

В этот момент из лаборатории вышла ещё одна одетая в комбинезон эльфийка, в отличии от Эланор, рыженькая и худенькая.

- Привет, я Линдис! А эта скромница забыла сказать, что мифрилом покрыты рама, мосты и почти все шестерни в нашем «Элалине» - эта машина будет вечной, как и другие творения эльфийских мастеров!

Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы – Эваниэль закрыла лицо руками, а Меларос начал бормотать «Мифрилованная рама, да вместо этой машины можно было купить два десятка таких, тут ведь килограмм пятнадцать мифрила…». К мифрилу, волшебному металлу с удивительными свойствами многие эльфы относятся очень трепетно из-за его редкости и красоты получающихся из него изделий.

- Милые друзья, мне кажется, вы переобщались с гномами, - рассмеялась Алиса, - смотрите, зато какая красивая машина получилась!

-Тише Алиса, ты, конечно права, но посмотрите, как оживился наш мельдо Эрион, - обратила внимание Эви, - обычно так увлекает его лишь работа.

А «мельдо» тем временем обсуждал с изобретательницами особенности наддува и свою службу на самолете «Морской дракон», оснащенном похожими моторами.

- А если поставить турбину? Мы ведь добавим тяги на низкой скорости! – предлагала Эланор.

- К сожалению, это не поможет, прекрасная госпожа, простите, мисс Эланор, на низких оборотах давление выхлопных газов будет недостаточным и силы турбины не хватит. А вот если попробовать пойти путем Нэйпира, поставить компрессор побольше и приводить его от вала через гидромуфту, но при этом турбину заставить вращать этот же самый компрессор. Тогда на низких оборотах у вас будет достаточно воздуха и мотор не будет задыхаться, на средних вы не будете тратить мощность на продувку, а на высоких – турбина добавит ещё немного мощности мотору.

- Мельдо Эрион, ваша идея гениальна, мы закажем большой компрессор, а остальное можно будет купить на автосервисе в Корленбурге!

- Для вас просто Эрик, мисс Эланор, - лицо зомби посветлело, будь он жив в полном смысле этого слова, он просто бы горел румянцем, - Я думаю, и турбина и компрессор на первое время вам подойдет от “Детройт Дизеля”.

- Какое же чудо, что вы мне повстречались, - от радости габаритная эльфийка сжала сухопарого следователя в своих крепких объятиях, - теперь мы скорее закончим «Элалин» и отправимся в путешествие, о котором давно мечтали!

- О, вы планируете путешествие? – вернее так – «О, вы планируете путе...» - вопрос Эрика повис в воздухе, ибо Меларос потащил друга в сторону от милого эльфийского создания – дела не терпят отлагательств. «Пятнадцать килограмм мифрила, какое расточительство!», бурчал себе при этом под нос эльф.

Впрочем, хладнокровный зомби быстро взял свои чувства под контроль, что значило «попытался убедить себя в том, что ничего необычного с ним не произошло» и вернулся мыслями к расследованию, хотя нет-нет, а среди гоблинов, самолетов, квиэлей и фантомов в его голове проскакивало милое личико и копна черных волос.

***

Как оказалось, торопились они зря – ожидание в приемном зале затянулось на долгих полчаса, хотя по всем правилам, время встреч и было окончено – для Мелароса и Эваниэль сделали исключение. Стоит отметить, что при всей важности дела и уважении к участвующим в нем, без эльфийского участия продвигалось бы оно значительно медленнее – эльфы неохотно делятся своими тайнами (а к тайнам они относят многое) с представителями других рас и, несмотря на устоявшиеся дружеские отношения с людьми, пожалуй, именно Меларос стал пионером межрасового сотрудничества на Альмарне. Но межрасовые отношения отнюдь не тоже самое, что внутрирасовые. Кому-то дают одно, кому-то другое.

- Леди Эваниэль, леди Алиса, мистер Фойгт, рад встрече с вами! И да, Меларос, я по-прежнему считаю вас пустым местом, – начал свою приветственную речь высокий долговязый и ужасно хмурый эльф в темном плаще, - итак, мое имя Дарми́н. Я не разделяю ваших опасений по поводу судьбы Элизиэль, куда большее беспокойство у меня вызывает исчезновение фантома. И, по моему мнению, а оно, как правило оказывается верным, если вы подождете, то через некоторое время Элизиэль прибудет вместе с Полюсом.

- И я тоже рад тебя видеть, Да́рмин Унылый, ты ничуть не изменился, - не сдержался Меларос, - и как обычно, ты ошибаешься. Слишком странные вещи происходят.

- Тебе даже свой собственный нос кажется странным делом, Меларос Восторженный, - Дармин аж скривился, от обращения Мелароса, - если бы не леди Винтона, я бы дал вам от ворот поворот. Это внутреннее дело Генсаля, а не твоё. С самолетом всё и так понятно – гоблины летать отродясь не умели, я понимаю уважаемого Эриона, он должен провести расследование, но зачем ты втягиваешь его в дела эльфов?

«Восторженный» успел лишь слегка приоткрыть рот, чтобы парировать собеседника, но был жестоко оборван:

- Я уделю вам только один день. Завтра жду вас в девять часов в этом зале. И буду счастлив решить все вопросы как можно скорее. До встречи.

На этой фразе «черный плащ» развернулся и быстрым шагом задрав нос покинул зал.

***

Дорога в гостиницу заняла совсем немного времени. Эрик слегка был расстроен тем, что на обратном пути не встретил возле «Элалина» его создательниц, и пребывал в немалом удивлении от собственной эмоциональности. Ему было очень любопытно спросить друга о том, что связывало его с Дармином и отчего они испытывали такую сильную неприязнь друг к другу. Если быть откровенным, Эрик никогда не встречал неприязненных отношений между эльфами и виденная им сцена его смущала. Он хотел побеседовать с Меларосом наедине, но у мисс Ветрогляд соотношение смущения и любопытства оказалось несколько иным, и она, мило улыбаясь, раскрутила того на рассказ. Тем временем Эви то смущенно краснела, то не менее смущенно улыбалась.

- Друзья мои, если кратко, то я увел у него девушку. Вернее, он так считает, - в голосе Мелароса звучала не столько неприязнь, сколько некоторого рода сочувствие, - ведь она не отвечала ему взаимностью. Как вы поняли, речь идет, о моей прекрасной Эви.

- История приключилась, на самом деле, весьма глупая. Это было шестьдесят два года назад. Я тогда был совсем юным повесой, а Эваниэль уже стала серьезной девушкой, думающей о своем будущем. Как раз в те годы мы от изучения людей с Земли перешли к налаживанию контакта с ними и к нам стали поступать первые механические изобретения. Тогда самым шиком у эльфийской молодежи считалось иметь мотоцикл. А надо сказать, мы с Эви дружили с раннего моего детства, но мотоцикл был у её старшей сестренки Эланор, и я больше времени, если быть честным, проводил с ней и её металлическим конем. Она уже закончила обучение и впереди у неё было несколько беззаботных лет перед тем, как она должна была начать второй этап учебы, чтобы стать… Пожалуй, самое подходящее слово – политиком, но все же у эльфов это называют просто «общественной деятельностью».

- Дело в том, что мой дорогой папа перепутал наши с Элли стремления, – вступила в разговор Эваниэль, – ей уже тогда больше нравилось ковыряться с железками, чем даже кататься на них, не говоря уже о работе на пользу общества!

- Тем не менее, пока Эви не отправилась в Генсаль, наше времяпрепровождение сводилось к тому, что мы с её сестрой почти весь день налаживали её капризную игрушку, а вечером, втроём ехали кататься. А по выходным, когда почтенный Эрминион забирал Эланор и как это называется у нас, «вводил в общество», мы с Эви гуляли, ездили купаться и просто счастливо проводили время.

- Но вот, осенью моя милая подруга уехала постигать искусство дипломатии и сопутствующие науки, а я тихо скучал в Аленвале – как оказалось даже мотоцикл не приносил мне радости в отсутствие прелестной девы, не могла скрасить мои дни и весёлая хохотушка Эланор, коли мне больше по душе была её нежная и задумчивая сестра.

Тем временем, Эрик уже не столько слушал рассказ, сколько погрузился в свои мысли… Сначала он подумал и красавице Эланор, но потом пришли воспоминания давних лет. Он вспомнил родной Алленштайн, вспомнил свой дом, вспомнил Катерину, дочку булочника с соседней улицы. Полненькая смешливая блондинка, ей, пожалуй, не доставало изящества Эланор, и всё же она была довольно мила. Но с началом войны встречи стали реже, после, какое-то время, они ещё писали друг другу, и в последнем письме, незадолго до рокового вылета Эрика, Катерина просила забыть её…

- Меня хватило на пару месяцев, - продолжал Меларос, - и я решил поехать в Генсаль. Тогда расстояния казались куда больше, на лошади я добирался бы, пожалуй, недели две. Но я не мог не рассказать о своей затее Эланор и мы вдвоём решились поехать на мотоцикле. А ведь таких хороших дорог в ту пору ещё не было и многих городов на пути тоже. Приключение было отчаянным, но под конец пятого дня пути, измученные и перемазанные в масле, мы прибыли в Академию. Но милой Эви там уже не было – буквально за пару дней до этого, она и трое её соучениц отправились в Цугундер знакомиться с обычаями гномов.

- Столь долгих и дальних «механических», как тогда говорили, путешествий до нас ещё никто не предпринимал, и сама леди Винтона предложила нам остаться погостить в Генсале до возвращения делегации, чтобы познакомиться с новинкой техники, и чтобы я мог встретиться с любимой. Именно тогда мы и познакомились с Дармином. Мы даже успели немного подружиться. Я рассказывал ему о своей возлюбленной, а он о своей, и мы оба даже и не думали, что говорим об одной и той же девушке – да и к тому же этот болван, как оказалось, был уверен, что я влюблен в Эланор… Ну а, когда Эви вернулась и приветствовала меня нежным поцелуем, бедняга был шокирован. Вечером того дня мы с ним разругались вдрызг и, каюсь, подрались. Вот, пожалуй, и вся история. С тех пор мы периодически сталкиваемся и вечно пикируемся.

- А самое милое в этой истории, - задумчиво промолвило «яблоко раздора», - что я даже и не подозревала о том, что несчастный Дармин в меня влюблен.

***

Поздно вечером, когда друзья уже разошлись по номерам, покой городских улиц нарушил утробный рык двухтактного дизеля. Промчав по тряской брусчатке, «Элалин», взвизгнув тормозами, остановился возле «Гостевого дома».

К большому огорчению Эланор, на её зов ( управляющий гостиницы очень просил её не будить постояльцев, которые все же сумели не быть разбуженными ревом мотора и вынужден был показать номера, где остановилась компания) откликнулись только Эрик и Алиса – эльфийская пара уединилась в своем номере и упорно не реагировала на внешние раздражители. Впрочем, и Алиса вскоре скрылась под предлогом необходимости совершить особый гоблинский ритуал в честь Великого Кувалдыка...

- Конечно, мисс Алиса, я уважаю религиозные традиции, эльфийские традиции тоже весьма сложны и многогранны, - учтиво ответила Эланор, с трудом скрывая удовольствие от такого хода событий, - жаль, что вы не сможете присоединиться к поездке на «Элалине». Мистер Фойгт, я надеюсь, что, хотя бы вы сможете составить мне компанию – Линни сегодня работает над своей диссертацией о «способах повышения ресурса механических систем традиционными эльфийскими методами» - она придумала покрыть мифрилом все трущиеся и ржавеющие детали машины.

- Конечно, леди Эланор, мне доставит удовольствие увидеть «Элалин» в действии! – ответствовал следователь, - У вас получилась прекрасная машина!

- Тогда приглашаю вас на борт!

Когда Эрик заглянул внутрь кабины то с его уст сорвался возглас удивления - вместо утилитарной кабины грузовика, его глазам предстал салон, по роскоши не уступающий «Роллс-Ройсу» или «Кадиллаку», но не потерявший при этом практичности: полированный металл многослойной окраски с инкрустацией на передней панели, с россыпью приборов, контролирующих все важные параметры автомобиля, два трехместных мягких дивана кремовой кожи с подлокотниками, кожаные же дверные карты и даже такие модные новинки, как проигрыватель компакт-дисков, кондиционер и электрические стеклоподъемники!

Мягко щелкнули дверцы, взревел мотор, трубы испустили клубы черного дыма и «Элалин» мягко покатил по в сторону выезда из городка. Тем не менее внутри кабины от грозного рева оставалось лишь утробное урчание большого и сытого кота, да легкое сопение нагнетателя – можно было говорить, не повышая голоса, чем и воспользовалась эльфийская мастерица. Машина катилась вдоль реки Каранс, Эланор с гордостью рассказывала о том, как они с Линдис создавали свой пикап, а Эрик получил возможность разглядеть взволновавшую его девушку поближе. Выглядела она в этот раз куда эффектнее, чем при первой встрече – этакая «девушка с Дикого Запада» в облегающих джинсах и клетчатой рубашке, завязанной узелком у талии, её волнистые волосы ниспадали аж до самой поверхности сиденья. Несмотря на одеяние в человеческом стиле, спутать эльфийку с человеческой девушкой было решительно невозможно – даже не острые уши и эльфийские украшения выдавали её, а удивительное для девушки немалых габаритов изящество и свойственный лишь эльфам взгляд, одновременно сочетающий наивность ребенка и мудрость веков.

В какой-то момент, Эланор поймала себя на мысли о том, что под взглядом зомби её рассказ о машине прервался, и они смотрят друг на друга, не отводя глаз. Она остановила машину у песчаного пляжа, где взошедшая полная луна-Аления высвечивала дорожку на водной ряби от самого берега.

- Эрик, смотрите, какая прекрасная лунная дорожка, давайте погуляем по пляжу, - только и нашлась произнести девушка.

Предлагать дважды не пришлось…

- Отражение Алении в водах Каранс великолепно, но ему далеко до вас, Эланор, - помогая эльфийке выйти из кабины, решился сказать Эрик. Он чувствовал себя неловко, но был рад реакции девушки – она улыбнулась и как бы прыгая с высокой подножки не несколько мгновений заключила худощавого зомби в крепкие объятия, улыбнулась и, взяв его за руку повела на прогулку.

Было прохладно, но Эланор не чувствовала холода, щеки её румянились, а губы расплывались в улыбке. Не менее Эрика она была удивлена тому, что происходило у неё в душе – раньше она не испытывала подобных чувств никогда за все сто пятьдесят семь лет своей жизни. Конечно, ей нравились красивые эльфийские юноши, но в этот раз она испытывала нечто совершенно новое. Эрик, в свою очередь, на эльфа совершенно не походил – короткие волосы с глубокой проседью, грубоватые, но правильные черты лица, бледная, с сероватым отливом, кожа. Но его теплый взгляд, в котором читалась доброта и незаурядный интеллект, его манеры и его интерес к её любимому детищу привлекли её куда сильнее внешности. Нельзя сказать, что Элли была избалована вниманием мужчин, и дело даже не столько в её пышной, необычной для равнинных эльфиек фигуре, сколько в том, что она оставалась в тени своей младшей сестры – похожей внешне, но натуры более романтичной, открытой и общительной. В то время как Эланор больше тянулась к книгам и, позже, к технике, причем интерес её был настолько силен, равно как и желание поделиться знаниями, что окружающие часто старались побыстрее скрыться от внимания девушки.

Они гуляли молча, любуясь ночной рекой и бросая короткие нежные взгляды друг на друга – оба немало стеснялись и смущались. Через некоторое время, зомби заметил, что девушка дрожит от холода.

- Леди Эланор, я чувствую, вы замерзли, может быть нам стоит вернуться к машине?

- Элли, пожалуйста, хотя бы сегодня пусть я буду просто Элли. Да…я вся дрожу, только сейчас заметила – улыбнулась она.

- Элли, прекрасная Элли, пойдем скорее, я вас заморозил, простите, я же не чувствую холода, пока не начинает замерзать кровь!

- Дорогой Эрик… - от стеснения слова потонули в её голосовых связках, но чутье подсказало ему, что нужно девушке.

- Элли, прости, я не очень теплый, - смутился хладнокровный Эрик, обнимая девушку.

- А мне все равно тепло от твоего прикосновения, - пухлые щечки на милом лице покраснели ещё гуще, - не говори о себе так!

- Что делать, прекрасный цветок, я обречен быть таким, - грустно улыбнулся Эрик, - быть вечно.

- Зато у теперь у тебя есть вечность, как и у нас, эльфов, - сказала Эланор, подтянулась на цыпочки и поцеловала смущенного мужчину в щеку, от этого рубашка девушки немного приподнялась и руки зомби невольно коснулись нежной кожи эльфийской девы, - не отпускай меня, внутри меня словно разгорается огонь от твоих рук! Ты как свеча накаливания для меня!

- Прости… — Эрик мягко, но решительно попытался убрать ладони, словно испугавшись собственного порыва. — Мои руки не должны были быть там.

- Неважно, раз ты прикоснулся к моему телу, не отпускай, это так необычно! — Эланор заглянула ему в глаза, заметив, как потемнел его взгляд. — Тебе нравится?

Фойгт промолчал, борясь с внезапно ожившей памятью, где шрамом сидело последнее земное письмо от Катерины. Он бережно привлек эльфийку к себе, пряча лицо в её волосах.

— Мой милый… — отчаянная, девичья искренность в её голосе заставила хладнокровного следователя окончательно сдаться.

Вернувшись в машину, они никуда не поехали, а забравшись на заднее сиденье, так и просидели в объятиях друг у друга до самого рассвета. Под утро, Эрик выскользнув из рук эльфийки, пересел за руль и завёл двигатель. Разбуженная рокотом дизеля, Эланор последовала за мужчиной и устроившись поудобнее, обняла его и снова задремала, тихонько сопя ему в ухо. Эрик включил передачу и настолько плавно, как только мог, чтобы не разбудить Эланор, тронул машину с места, развернулся на узкой полоске пляжа и покатил к Генсалю.

Проехав город, он привел машину к воротам Академии и только там разбудил эльфийку. Сладко зевнув, Эланор открыла голубые глаза и последний раз обняла Эрика…

- Эрик, я знаю, что сегодня вечером вы уезжаете, - грустно промолвила она, - увидимся ли мы когда-нибудь снова?

- Прекрасная эльфийская леди, вы хотите снова видеть старого зомби?

- Какой ты глупенький, главный следователь, - вздохнула «прекрасная леди», - я бы и сейчас просила тебя остаться, если бы ты мог!

- Милая Элли, я обещаю, как только мы завершим дело, я прилечу к тебе в гости! А ты обещай достроить «Элалин»!

- Тебе придется взять отпуск, я хочу взять тебя в путешествие! Ничего не отвечай мне, - она второй раз поцеловала Эрика в щеку, - просто возвращайся.

Эрик очень хотел ответить поцелуем в губы, но всё же не решился. Он коротко чмокнул милую пышную девушку в щеку, крепко обнял её и выпрыгнул из кабины.

Взревел двухтактный дизель, из труб вылетели клубы дыма, длинноволосая красавица дала двойной гудок на прощание и направила машину в ворота Академии, а Эрик побрел в отель, в нем бились два чувства – восторг от зарождающегося чувства и грусть от необходимости покинуть пробудившую его сердце красавицу.

В «Гостевой дом» Эрик вернулся к половине восьмого утра и сразу направился завтракать – нужно было скорее собраться и совершить обратный путь, но уже к Дармину, а не к удивительной Эланор. Он всего на пару минут опередил Эваниэль, Мелароса и Алису, вскоре спустившихся к завтраку. Друзья поглощали завтрак в задумчивости, предчувствуя нелегкий день в Академии и лишь Алиса заговорщицки подмигивала Эрику…

*Эланор – название цветка

Глава 4. Ху из мистер Полюс?

(4-5 августа 1985 года)

Долгое время Эрик считал своего лучшего друга Мелароса величайшим занудой Альмарны (вероятнее всего потому, что судьба не так часто сводила его с гномами), но в тот день его уверенность поколебалась – в степени развития этого свойства Дармину Меларос в подметки не годился. С самого своего появления без трех минут девять он только делал, что нудел. Сначала прошелся по «опоздавшим» - друзья пришли одной минутой позже. Потом ворчал, что эта «проклятущая тарахтелка» не даёт ему спать по ночам, да ещё и дымом своим воняет. Правда, после этого его внезапно «хватило» на комплимент Эваниэль, правда немедленно испорченный словами «особенно ты прекрасна на фоне этого эм…Мелароса».

Но все же, к своей чести, Дармин, несмотря на неприязнь к бывшему другу, всё же обещание свое сдержал. Первым делом, он передал следователю подробные карты тех мест, куда отправилась Элизиэль с указанием маршрута и данными доверенных лиц, у которых она должна была останавливаться – в списке были как эльфы, так и гоблины, среди которых, что неудивительно, были в том числе Дроммель и Алиса Ветрогляды, но их дом в Ликерране не был конечной точкой пути.

И если между учеными кругами эльфов и гоблинов водились довольно близкие контакты, что делало поездки из Генсаля в Ликерран дело сравнительно привычным, то дальнейший маршрут был мягко говоря необычен: храбрая исследовательница планировала достичь острова Глимбмур, что находится в двух с половиной тысячах миль к северу от Ликеррана (пометки, сделанные на карте самой Элизиэль говорили, что туда она собиралась добраться на самолете). Глимбмур принадлежит гоблинам, но от Генсаля прямой путь был бы ближе, чем через Ликерран примерно на тысячу миль. Этот же остров был отмечен в качестве точки, где в случае необходимости её должно было встречать. В минуты, когда Дармин монотонно вещал о культурных и топографических особенностях острова, Алиса несколько нервно моргала и чесала затылок, будто желая что-то сказать, но с трудом удерживаясь. И только когда Дармин отлучился в библиотеку за старинным атласом, юная мисс Ветрогляд озвучила свои переживания – «именно на Глимбмуре я встречалась с леди Элизиэль и приняла от неё «сосуд» с Полюсом — небольшой, но очень тяжелый деревянный ящик», тот самый, что вы должны были найти на борту “Пузоглазки”.

Но и на Глимбмуре планируемое путешествие не оканчивалось – от острова был проложен путь к Мутному морю мимо Скрюченных остров за полярный круг к скальной гряде Моррркломан. Там возле одной из скал и стоял обозначающий цель крест и два слова красной ручкой «Покорим Полюс», почему-то кириллицей.

- Это его имя, - мрачно отметил Дармин, - полное имя. Это было написано на его обители, его настоящем сосуде, и он решил, что так его зовут. Будьте осторожны в общении с ним - природа фантомов весьма необычна, и возможности их неизведанны.

- Само явление фантома для нас необычно, - вскинул брови Эрик, - до этого случая, я о них слыхом не слыхивал, даже леди Эваниэль и Меларос знают об этом крайне мало.

- Меларос обо всем знает мало, не удивляйтесь. Но все верно, как бы ни утверждали гоблины, что фантомы – дело исключительно эльфийских рук, они не правы. Вы, я полагаю, знакомы с трудом Элизиэль и знаете, что фантом — это частичка души создателя или владельца некоего предмета. И как правило предмет этот – произведение искусства, вот именно поэтому и считалось, что фантомы — это наша работа – потому, что гоблины сами слабо способны вкладывать душу в свои произведения, они слишком прагматичны. Простите, Алиса, но это так. А людей до открытия связи с Землей у нас водилось не так и много, и жили они всегда довольно изолированно. У них появлялись духи картин, скульптур, домов - оттуда и вера в домовых, развитая у многих разумных существ, но к счастью, обошедшая стороной эльфов. Другой случай – сложные механизмы. Спросите гномов о духах шахт и кузниц, спросите моряков об их трепетном контакте с их кораблями, поговорите с машинистами на железной дороге, только говорите громче, в конце концов – вы должны знать эту заполняющую все доступное пространство шумную деву Эланор – она столько времени уделяет своему грузовику, что в нем обязательно должен завестись фантом. В большинстве случаев дух механизма открывает своё существование лишь тому, кто его породил, реже следующему владельцу предмета и просто помогает наладить взаимодействие владельца и его механизма.

- Таковы фантомы, созданные коренными обитателями Альмарны. Другое дело, когда в создании фантома замешаны земные люди – многие из них до сих пор не свыклись с мыслью о реальности магии, не говоря уже о хоть каком-либо контроле за своим с ней взаимодействием. И именно их порождения на данный момент представляют наибольший интерес для исследований, именно они наиболее сильны и в некоторых случаях даже способны покидать предмет, в котором они были созданы, «сосуд». И если наши фантомы за редким исключением способы влиять лишь на предмет, ставший для них сосудом, то в случае с человеческими все куда сложнее. Среди прочего, я дам вам две книги, написанные людьми – «Портрет Дориана Грея» и «Кристина», это, пожалуй, лучшие описания могущества, которым могут наделить фантома люди. К счастью, Полюс не обратился ко злу, но все равно он силен и с ним непросто общаться.

Дармин, конечно, периодически не сдерживался и срывался на ворчание, брюзжание, и прочие формы разглагольствования о вещах, вызывающих у него раздражение, но он оказался кладезем полезнейшей информации. И благодаря ему, друзьям наконец-то стало понятно, что делать дальше. Беседа продлилась до самого вечера, изрядно измотав всех её участников. Наконец, в восемь часов усталый Дармин сообщил, что больше рассказать ему нечего, все свободны и желательно покинуть его поскорее. Впрочем, когда они уже выходили из дверей зала, Дармин попросил Эрика на минуту задержаться…

- Послушайте, мистер Фойгт, у меня к вам, как к самому адекватному из вашей четверки, просьба и я хотел бы, чтобы вы её не афишировали. Как только найдете Элизиэль, дайте мне знать. До сегодняшнего разговора, я искренне полагал, что у неё все в порядке и возникла проблема исключительно с доставкой мистера Полюса, а теперь моё сердце не на месте. Каким бы черствым ворчуном я бы не был, но она мне не безразлична.

- Хорошо, мельдо Дармин, в такой просьбе я не могу отказать, ждите вестей.

- Спасибо, мистер Фойгт и счастливого пути! - Дармин кивнул на прощание и быстрым шагом покинул помещение.

В голове Эрика крутились мысли. Он пытался сопоставить услышанное с увиденным собственными глазами на борту “Пузоглазки”. Из всего этого выходило, что в самолете присутствовал могущественный фантом, и судя по его ледяному характеру, связан он был как раз с той самой шхуной и ее деталью. Но додумать мысль до конца ему не дал милый длинноволосый тайфун по имени Эланор, стремительно ворвавшийся в зал. Обычно серьезное лицо следователя озарила улыбка, когда девушка заключила его в объятия.

- Прости, я не могла не поймать тебя перед отъездом, – Эланор просто цвела.

- Я очень рад тебя видеть, нежный цветок! Твое появление столь неожиданно для меня и от того так приятно! – Эрик не мог налюбоваться, сегодня девушка предстала перед ним в другом образе, образе нежной эльфийской красавицы – в жемчужно-серебристого цвета шёлковом платье, подчеркивающем очаровательные женственные формы, волосы её были заплетены в классическом эльфийском стиле, открывая милые острые ушки, но большая часть их свободно ниспадала, закрывая спину и то, что ниже её.

- У нас всего пара минут, пока леди Винтона произносит официальное напутствие, а потом твои друзья тебя хватятся, - улыбнулась Элли.

- В следующий раз, я уверен, у нас с тобой будет возможность не считать время! Ты так мила в этом платье!

- Мы с тобой поедем на пикник в одно очень красивое место. К твоему приезду «Элалин» будет готов к поездке туда. Скажи, Эрион, можно я буду тебя называть на эльфийский манер? – вместо ответа Эрик-Эрион обнял это милое создание.

- Эрион, я хочу тебя благословить и пожелать тебе вернуться скорее, целым и невредимым. А ещё, хочу, чтобы ты обо мне не забывал, - она вынула из сумочки серебряную коробочку и протянула её Эрику, - это тебе на память обо мне.

То была занятная игрушка – с одной её стороны наличествовал аккуратный рычажок, а сверху можно было обнаружить небольшое круглое окошко с шторкой.

- Открой шторку, Эрион! – улыбнулась девушка. Взгляду Эрика предстал портрет Эланор, какой он увидел её первый раз – в комбинезоне механика, на фоне кабины её любимой машины, - а теперь нажми на рычажок и отпусти!

Лишь только Эрик отпустил рычаг, случилась маленькая магия – что-то внутри коробочки пришло в движение, на мгновение ему показалось, что портрет пополз вверх, но он остался на месте – а вот изображение на нем ожило! Камера будто бы чуть отъехала назад, девушка начинала улыбаться и махать рукой в радостном приветствии, волосы её развевались на ветру. Следователь был восхищен!

- Это «эльмендемма», «чудо-картина». Я увлекалась ими давным-давно, вот решила и для тебя сделать. Это механика и немного магии! А теперь, иди скорее, тебе пора!

Эрик понял, что хочет обязательно вернуться и снова встретиться с этой девушкой. В первый раз в своей новой жизни он жил не только работой. Он почувствовал, что обязательно сейчас должен сделать, и он сделал это – снова нежно обнял милую деву приблизился своими губами к её губам и нежно поцеловал. Длилось это всего несколько мгновений, но в эти мгновения свершалась магия.

- Я вернусь, милая Эланор, обещаю! – и он выбежал из зала.

***

Если бы Эрик закончил свои романтические дела чуть раньше, он, наконец-то был бы представлен леди Винтоне, но, хотя их пути пересекались далеко не в первый раз, в силу стечения различных обстоятельств знакомству, до сих пор, не довелось состояться. Он считал это везением – при всем уважении к верховному магу, глава Управления авиационной безопасности избегал общения с излишне высокопоставленными персонами – хватит с него Мелароса, да и свою должность он считал излишне громко называемой, ведь кроме него и двух представителей основных народов Альмарны – по одному от эльфов и гномов (гоблины на тот момент обслуживали только свои внутренние и представительские рейсы, потому от участия в организации устранились) в Управлении работали лишь семь человек – три в Фарадей-сити и по два в Аленвале и Ленасмальте.

Пожелав Меларосу, Эваниэль и Алисе удачи в ожидающем их путешествии, леди Винтона, посетовала, что так и не сумела познакомиться со знаменитым следователем-зомби, и грациозно скрывшись в ожидающем её белоснежном с переплетающимся серебристо-золотым орнаментом лимузине «ЗиЛ-114», покинула территорию Академии.

***

Поздним вечером Линдис обнаружила свою подругу сидящей в слезах в кабине грузовика, с огромным рожком апельсинового мороженого в руке и бестолковой улыбкой на лице. Линни села рядышком, откусила изрядный кусок лакомства и обхватила руками Эланор:

- Итак, мельдис, я тебя не видела такой с тех пор, как придурок Дармин обозвал тебя бездарностью, а мистер Брэнниган в тот же вечер отдал тебе на растерзание «коммеровскую тарахтелку»!

- Линни, я пропала. Втрескалась по самые кончики ушей! – щеки девицы зарумянились.

- Только не говори, что в Алису! – шокировано выдала её подруга.

- Ну ты и дура - в Эрика, конечно! – Элли чуть не ударилась об руль от смеха.

- Сама такая, уж лучше бы в Алису. Эрик же нежить! Ну ты даешь! – вот теперь Линдис была в шоке по-настоящему!

- Линни, глупая, я ведь серьезно. Влюбилась. Он такой умный и обходительный! И добрый! И такой милашка!

- Ну у него же физиономия серая! И волосы стрижены коротко-коротко, и торчат как ёжик!

- Отстань! Важно ведь, что он мне нравится! И вроде я ему тоже!

- Тогда что ты плачешь?! – этот вопрос был явно не к месту и Эланор снова захлебнулась в слезах.

- Он уехал! – всхлипнула она – но обещал вернуться! Я подарила ему на память эльмендемму!

- И что он?!!!

- Поцеловал!!!

- Тогда прекрати реветь и погнали за мороженым!!!

***

Беседа с Дармином заняла ощутимо больше времени, чем ожидалось, ночь уже вступала в свои права, когда четверо друзей, быстро забрав вещи и расплатившись за гостиницу, выехали из Генсаля. Эваниэль и Алиса сильно испугались за судьбу Элизиэль и уговорили мужскую часть команды выехать в ночь, так можно было сэкономить целый день, если вести машину по очереди – уже к вечеру следующего дня они планировали быть в Аленвале и заняться приготовлениями к экспедиции, спасательной экспедиции, как они предполагали.

Первым сел за руль Меларос, у маяка его должен был сменить Эрик, а к середине ночи они должны достигнуть Верхнекарансского брода, где снова поменяются местами, а после Корленбурга настанет черед Эваниэль. Меларос держал скорость, насколько позволяли дорога и свет фар. Девушки на заднем сиденье старались отвлечься от переживаний и о болтали чем-то своем.

Эрик тем временем достал подарок Эланор и решил разглядеть его повнимательнее. По эльфийской традиции, коробочка была украшена орнаментом в виде переплетающихся ветвей и листьев, но, к его удивлению среди элементов узора встречались и шестеренки, а часть ветвей при ближайшем рассмотрении оказывалась проводами с разъемами… «Какая же она удивительная девушка!» - подумал он, продолжая изучать необычную штуковину. Удержаться от того, чтобы нажать на рычажок было решительно невозможно – так Эрик узнал, что в темноте движущаяся картинка светится.

- Ой, что это за милая штучка у вас, Эрик? – заинтересовалась мисс Ветрогляд.

- Это эльфийский сувенир, мисс Алиса, - следователь смущенно попытался уйти от ответа.

- Эрик, это же эльмендемма, - в голосе Эваниэль зазвучало удивление, - раньше они были очень популярны, но много лет назад вышли из моды, и я не знаю, делает ли их сейчас кто-то.

- Эви, как я помню, твоя сестра делала классные эльмендеммы! – Меларос с радостью присоединился к разговору – он уже начинал уставать.

- Да, пока не купила мотоцикл, она была непревзойденным мастером. Помнишь, тогда и фотоаппараты появились, так она первая научилась делать эльмендеммы из фотографий, - вспомнила эльфийка, - Интересно, а что у мельдо Эриона за картинка?

Эрик успел пожалеть, что достал подарок, он совершенно не представлял, как говорить о своих чувствах даже с близкими друзьями и боялся новых вопросов и совершенно не представлял, что могут подумать о нем.

- Давайте не будем терзать мистера Эрика, - почувствовала его смущение Алиса, - наверное это очень личное.

Тем временем они приехали к маяку и съехали с дороги на пляж, Меларос остановил машину – пришла пора меняться местами с Эриком и, кроме того, возникла объединяющая все расы необходимость прогуляться “в кустики”.

Возвращаясь к машине, Меларос придержал Эрика и обратился к нему:

- Дорогой мой друг, я вижу твою растерянность, и клянусь, это первый раз за те годы, что мы с тобой знакомы. Мы, эльфы, хоть и ужасно любопытные создания, но сами весьма стесняемся, лишь доходит до наших собственных чувств, - Меларос отлично понял, что происходит с Эриком - Как я признавался в любви Эваниэль – она говорит, что со стороны это было просто уморительно, так что я прекрасно тебя понимаю. И самое главное – я знаю, что такие вещи не дарят случайному человеку.

- Да, мой дорогой друг, ты прав, это её подарок, - признался Эрик, - Эланор затронула мое сердце.

- Тогда я могу лишь порадоваться за вас обоих, вы оба мои друзья и если вы будете счастливы – это будет лучшим подарком для меня, - Меларос был искренен, - вы оба удивительные создания и быть может, так и было задумано свыше!

- Дорогой Эрион, я никогда не думала об этом, но вы с Эланор и правда будете прекрасной парой, - обрадовалась Эви, - я так переживала, что милой сестре не удается встретить свою любовь! А у вас даже увлечения схожие!

- Спасибо за поддержку, мои дорогие друзья, но я бы пока хотел сохранить это в тайне, - у Эрика с души камень свалился, - мы знакомы всего два дня. Если она меня не забудет, когда мы вернемся, тогда другое дело!

- Милый Эрион, - вступилась за сестру Эваниэль, - не забудет, уж я её знаю! А теперь, улыбнись и принимай вахту!

На часах было уже за полночь…

***

Эрик вел «Ленд Ровер» осторожно, памятуя о том, как они застряли по пути в Генсаль. Машина плавно раскачивалась на песчаных волнах и вскоре, девушки сладко засопели. Прошло ещё совсем немного времени и Меларос, не сумел избежать соблазна и тоже провалился в сон. У Фойгта появилось время обдумать терзающие его мысли и дать другу возможность получше выспаться.

Будучи опытным пилотом и даровитым следователем, да и в целом человеком незаурядного ума и жизненного опыта, в делах романтических, он действительно был неопытным новичком. Сначала он был слишком увлечен полетами и строил карьеру пилота, потом была неудача с Катериной. Ну а после войны, в чужой стране, а потом и в чужом мире – о романтике не стоило и мечтать. Да и теперь, несмотря на уважение и известность, жизнь зомби к успеху у дам не располагала, впрочем, ему это особо и не было нужно.

Эрик сильно волновался, переживал, как же его друзья воспримут известие о его романе с одной из их народа – ведь эльфы не слишком благосклонно относятся к межрасовым отношениям. Теперь же, поняв, что Меларос и Эваниэль не просто одобрили, но и всецело его поддерживают, Эрик успокоился. Другое дело, что после этого разговора ему ещё сильнее захотелось, чтобы это приключение скорее закончилось, хотя ещё неделю назад он изнывал от скуки в горячем воздухе Фарадей-сити.

Ещё одной мыслью, которая пугала Эрика, было то, что он совершенно не мог представить себе, как будут их с Элли отношения развиваться дальше? Захочет ли она покинуть Генсаль, сможет ли он переехать из Фарадей-сити? Или радоваться коротким встречам и жить постоянно в их ожидании? Пока он не знал…

***

Было около половины шестого, когда солнце немного лениво выползло из-за леса и начало свой путь по небу. Вскоре после рассвета взору Эрика открылся выезд к броду, он остановил машину и разбудил остальных членов экипажа. Привал решили не устраивать, ограничились только умыванием – остановку можно будет сделать в Корленбурге. В атмосфере чувствовалось напряжение, особенно у эльфов – судьба Элизиэль очень беспокоила их, а то, что она была подругой Эви только усугубляло дело. Эльфов на самом деле сравнительно немного, и как оборотная сторона бесконечной долгой жизни, у них поздно рождаются дети и редко бывает, когда у пары больше одного или двух наследников, поэтому потеря каждого члена общества для них тяжела, не говоря уже о близких друзьях.

Переезд через брод прошел в молчании, даже Алисе было не до страха. Ещё не пробило восемь, а желтый «Ленди» остановился у дверей паба «Дуршлаг» на выезде из городка. Двери были ещё закрыты, но на них гордо красовалась надпись: «Работаем с 7:00 и до последней кружки пива». Учитывая, что большинство заведений города просыпалось к девяти, Меларос решил попытать удачи и затарабанил в двери паба.

- Брэн, опять тебя нелегкая принесла ни свет ни заря! Хватит стучать, иду, иду, - послышалось из-за двери. Дверь со скрипом открылась, за ней показалась коренастая пожилая женщина, - Ой, а я думала это чудак Брэнниган, простите ваше…

- Высочество, - уточнил Меларос, - Доброе утро, почтенная дама. Мы хотели бы позавтракать у вас.

- Конечно, господин эльф, ваше высочество! Чего изволите? – женщина расплылась в заискивающей улыбке, - Мэри, Мэри просыпайся, глупая девчонка, у нас высокие гости!

Меларос подал знак и друзья, покинув машину, отправились вслед за ним внутрь паба.

- Прошу вас, присаживайтесь, - хозяйка показала друзьям лучший, по её мнению, столик, отличавшийся от других чистотой и видом на парковку у шоссе, - принести меню?

- Да, пожалуйста, - ответил Эрик. Только сейчас пожилая дама обратила внимание на то, что один из её гостей заметно отличается от всех, когда она когда-либо видела и уставилась на него.

- Миссис Кирби, перестаньте глазеть на мистера Фойгта, вы его смущаете, - раздался звонкий голос. То была маленькая веснушчатая девушка-повар, Мэри – она принесла меню, - добро пожаловать в «Дуршлаг» дорогие гости!

Миссис Кирби вышла из оцепенения и заторопилась на кухню, Мэри, выслушав пожелания гостей, убежала вслед за ней.

- Что это за мистер Фойгт такой? – шепот почти не выходил за пределы кухни, но тонкий эльфийский слух его все же распознал, - Странный он какой-то, как не живой!

- Миссис Кирби, вы разве телевизор не смотрите? Это же главный самолетный полицейский! Его же как случиться какая беда с самолетом каждый раз показывают!

- А что это с ним целый эльфийский принц-то якшается?

- Это господин Меларос и его супруга – они владельцы авиакомпании, а принц ещё и представитель эльфов по самолетным делам! Какая вы темная! Вот мистер Кирби новости смотрит всегда, он знает!!!

- Все-то ты знаешь, проныра! Что они заказали? Иди готовь! А я пока им пива принесу, наверняка не откажутся!

- Миссис Кирби, они же спешат куда-то, эльф-то поди за рулем, лучше я чаю заварю!

***

Ждать пришлось недолго, женщины оказались весьма расторопны – миссис Кирби даже сбегала за консервами из говяжьих мозгов в сливках – Эрик не нуждался в сне, но после двух богатых событиями дней ему необходимо было пополнить силы традиционным для зомби способом.

Пока эльфы смаковали завтрак – предыдущий день без обеда и ужина заметно сказался на его размере – Фойгт умял свои консервированные мозги ( на свежеприготовленные, в такую рань, рассчитывать не приходилось), с большим удовольствием выпил чай с бергамотом и от нечего делать стал осматриваться. После явления ранней компании, в паб заглянула пара посетителей. Возле стойки какой-то чернобородый гном отчаянно заливал за воротник, периодически издавая пищеварительные звуки. Другой посетитель занял маленький столик у окна, это был щуплый добродушного вида рыжий мужичок неопределенных лет, удивительно похожий на лепрекона, но роста все же хоть и невысокого, но вполне человеческого.

Внимание Эрика привлек разговор миссис Кирби и Мэри, как ему показалось, они обсуждали «лепрекона».

- Что-то старый Брэн совсем с катушек слетел! – довольно громко шептала пожилая женщина, - Раньше пил что тот гном, а как спьяну встретил этих эльфийских девчонок, так будто подменили!

- Мэм, так говорят, что от встречи с эльфами любой может измениться, даже вы, - Мэри хихикнула, - да и вам хорошо должно быть – раньше он пил в кредит, а теперь кушает за наличные!

- Все равно странно всё это! – ворчание просто так остановиться не могло, - пил себе тихо мужик, потом появляются в его жизни эльфы и всё идет наперекосяк!

- Ну разве ж это наперекосяк?! – Мэри решила защитить постоянного клиента, - Мистер Брэнниган теперь постоянную работу нашел, эльфийские девочки договорились! Он же теперь регулярные рейсы в Аленваль делает на своей «Тарахтелке», вон гнома этого привез, что сделку с эльфами обмывает. И готова поспорить, он у нас до вечера просидит, катер из Цугундера прибудет только в семь, а ему надо пассажиров с него дождаться!

- Все-то ты знаешь, Мэри, ладно, пора мне идти Кевина будить, хватит старику храпеть! – засим миссис Кирби удалилась.

Не было сомнений, что это тот самый Брэнниган, который познакомил Эланор и Линдис с двухтактным циклом. И в получившем заряд бодрости мозгу Эрика родилась новая идея.

- Доброе утро, вы ведь мистер Брэнниган? – времени на реализацию идеи было немного, и он решил начать немедленно.

- Э-э-э-э, да. Все зовут меня Брэн. Чем обязан? – говорил человек несколько суетно, будто боялся, что его в чем-то заподозрили.

- Очень приятно, мистер Брэнниган. Меня зовут Эрик Фойгт. Можно с вами поговорить?

- Вы ж не полицейский, да? Ох, что я несу, в любом случае можно.

- Я следователь по авиационной безопасности, если вам это важно, но сейчас я по личному делу.

- Ого, мистер! Чем же я могу вам помочь, я же простой водитель автобуса! И на самолете лет сто не летал!

- Мистер Брэнниган, Брэн, - Эрик попытался разрядить обстановку, - моя подруга, мисс Эланор, очень хорошо о вас отзывалась.

- О! А я-то уже перепугался, что мной власти заинтересовались! Я даже скорость, знаете, не превышаю, а всё равно как увижу полицейского – так душа в пятки! Ах, добрая душа мисс Линни и славная мисс Эланор! Они из меня снова человека сделали, вот не поверите, мистер Фойгт, сэр, год назад я был законченным пьяницей! А сейчас у меня есть работа и какая работа! Это все они! Вдохновили и поддержали!

- Брэн, я знаю, как вы помогли девушкам с машиной, хочу от всего сердца поблагодарить вас! И, простите, попросить немного помочь ещё.

- Конечно, для них я хоть гору сверну! Только сделать-то надо, мистер Фойгт? И что же они сами не обратятся? Хотя тут в мисс Эланор дело, наверное, ох она славная толстушка, но знаете, стеснительная! А мисс Линни не пропадет, рыжие все такие! Я вот не пропал!

- Да, мистер Брэнниган, Эланор удивительная девушка, мне очень хочется, чтобы её мечта сбылась. А для этого ей нужно ещё много сделать.

- Это здорово, что у неё есть друзья, которые её поддерживают, девочки рассказывали мне, что в академии многие их не понимают. Но чем я могу помочь? Я ведь не инженер. Простой водитель и механик.

- Я сейчас хотел вас попросить раздобыть некоторые запчасти. Я выпишу вам чек для оплаты.

- Конечно, без проблем. Но что-то редкое я вряд ли сумею найти.

- Да нет, пожалуй, не редкое. Американских грузовиков здесь ведь много. Нужен компрессор от восьмицилиндрового «Детройт-Дизеля 71 серии» и турбина от “6V53T”. Если найдете коробку-автомат, на три или четыре диапазона – будет замечательно, Элли очень хотела и коробку свою сделать. Родная коробка от «Зила» не выдержала уже – первая передача сломалась.

- А «Коммер» не порвется от такого наддува, мистер Фойгт? «Тарахтелка» штука крепкая, но всему же есть предел!

- Брэн, не волнуйтесь, ваши ученицы очень прилежны! Эланор добавила четвертый цилиндр, а Линдис придумала покрыть все важные детали мифрилом – теперь этот мотор что угодно выдержит, пожалуй!

- Ах, мистер Эрик, вы прямо бальзам мне на душу льете, если бы я не завязал, выпил бы с вами стаканчик виски! Какие все же девочки талантливые! А у вас глаза аж сияют, когда вы имя Эланор произносите!

- Спасибо, мистер Брэнниган! Я у вас в долгу!

- Ни в коем случае, этим девочкам я по гроб жизни обязан теперь! Они вытащили меня! Я больше не пьянчужка Брэн! Кстати, пора мне уже попрощаться с этим глупым прозвищем. Алистер Брэнниган, к вашим услугам, - он встал и учтиво поклонился Эрику Фойгту.

- Благодарю, Алистер, - Эрик повторил его жест.

- Мистер Фойгт, я вижу вы путешествуете в компании эльфов, простите мое любопытство, та девушка, очень похожа на мисс Эланор. Эээ…особенно фигурой.

- Это её младшая сестра, леди Эваниэль, они с мужем пилоты, - Эрик не стал пугать Алистера регалиями своих друзей.

- Супругу леди очень повезло, я уверен. И вам, мистер, тоже - Эланор очень хорошая девушка. Берегите её!

- Как зеницу ока, дорогой мистер Брэнниган! – Фойгт выписал чек, раскланялся и вернулся за столик друзей как раз тогда, когда Эви допивала свой облепиховый чай.

***

После завтрака в пабе за руль села Эваниэль. Несмотря на свою привычку к автоматической коробке, она вела «Ленд Ровер» уверенно и спокойно. Меларос тем временем дремал, прислонившись к мягкому плечу любимой. Уже к четырем часам дня друзья въехали в Аленваль и, вскоре желтый внедорожник остановился во дворе усадьбы супружеской пары.

По прибытии было решено провести обсуждение дальнейшего плана действий. Ни у кого не было и тени сомнения, что надо отправляться на поиски Элизиэль, а для этого нужно либо судно, либо, что чрезвычайно ускорит мероприятие – гидросамолет. Меларос предлагал сегодня же вылетать в Ленасмальт – один из крупнейших торговых городов на Альмарне – там вероятность найти подходящую машину наиболее велика, покупку он готов оплатить из средств авиакомпании – после завершения экспедиции она выйдет на регулярные рейсы. Куда? Да хоть на маршрут Ленасмальт-Цугундер, гномы точно будут рады!

- И так, друзья мои, задача у нас непростая – от Ликеррана до Глимбмура лететь немало, а в Ликерран, нам заглянуть придется однозначно. И после него дозаправится нам удастся лишь в Клируотере, а оттуда ещё полторы тысячи миль, - начал по второму разу Меларос.

- Мы уже поняли, милый супруг, что нам нужен крупный и дальнобойный самолет, только не начинай в очередной раз про «Принцессу», хоть она где-то у гномов и лежит, но ты её и за год не восстановишь, - Эви сразу начала операцию по возвращению мужа с небес на землю, - «Клиппер» и «Марс» тоже отпадают, даже не ищи, прошу тебя.

- Любовь моя, мы купим то, что будет в продаже. Скорее всего «Каталину», их всегда пара-тройка продается.

- «Каталина» - это то, что надо, но те две, что безуспешно продает Крюггайн Камнезад последние лет пять, годятся только на запчасти. Лучше бы он из них одну хорошую сделал.

- Леди Эви, а если посмотреть «Альбатрос», что скажешь? – Эрику очень нравились груммановские машины «птичьей» серии, да и объективно они были одними из лучших.

- Мельдо Эрион, а кто их у нас эксплуатирует? – встрепенулся эльф, - Сможем уговорить продать?

- Сначала давайте найдем, а там будем решать, - поставила точку в выборе Эви, - мы до сих пор не обсудили до конца маршрут, Меларос все время уводит тему к самолетам. И нам нужна команда, вчетвером мы не справимся!

- Эваниэль, как представитель стороны гоблинов, я бы предложила пригласить Кермину и Дроммеля, - вступила Алиса, - жители дальних островов настороженно относятся к чужакам, даже мне там будет сложно.

- Принято, Алиса, отправь им телеграмму, пожалуйста, - согласилась Эви, - я бы ещё предложила взять Аниэль, она очень переживает за сестру, что вы думаете? Одна беда – она девушка несколько изнеженная.

- Ничего, пусть летит – если найдем след Элизиэль, чутье родной сестры будет неоценимо, - закрыл вопрос Меларос, - Эви – звони ей сейчас же.

- А ещё нам нужен второй экипаж, - веско промолвил Фойгт, - от меня толку немного, я не летал со времен войны. Максимум, я смогу подменить второго пилота на время.

- Этот вопрос я предлагаю тоже решать в Ленасмальте, - решил эльф, - либо возьмем кого-то из наших пилотов, либо наймем. И так, после Глимбмура – летим на Скрюченные с промежуточной посадкой на Грозном Глазе и устраиваем временную базу на острове Мохнатый Шнобель – там последний оплот цивилизации. Но это если не встретим случайно нашу деву где-нибудь в уютном отеле на Глимбмуре, отдыхающую от всей нашей суеты.

- Ты понимаешь, что от Шнобеля до Моррркломанской гряды ещё миль триста? – возмутилась Эви, - а сколько раз туда придется летать? Может лучше пролететь немного за гряду и обосноваться на время в Прункгверштайне – оттуда Большой Моррркломан, говорят, виден в хорошую погоду. А без горячих источников Мохнатого Шнобеля мы чудесно проживем!

- И разве я могу с тобой спорить, только на горячие источники после этого приключения мы все-таки слетаем! – Меларос признал поражение, - а теперь – два часа на сборы и в дорогу. К ночи мы должны быть в Ленасмальте!

***

В два часа, конечно, уложиться никак не получилось - Аниэль приехала только через три, взволнованная и нервничающая. Когда Эви и Алиса попробовали её успокоить, нежная дева разрыдалась. Рыдания отняли сорок две минуты (Меларос засек время), ещё тридцать семь (по тем же часам) ушло на подбор сережек, ибо те, что Ани надела перед выездом перестали соответствовать её несколько улучшившемуся настроению. Эрик переносил девичьи капризы спокойно - не потому, что был привычен, отнюдь нет, просто не придавал им значения и считал, что пусть лучше эльфийка сейчас придет в себя, чем у неё случится истерика на борту. Меларос же ворчал и сердился, он привык к девушкам серьезным, и принять факт существования прочих разновидностей никак не мог, особенно, когда капризы отвлекали от важного дела.

В аэропорту выяснилось, что техники забыли заправить самолет (тут нужно сделать важное уточнение - эльфы не доверяют разгильдяям гоблинам такие тонкие материи, сами будучи ничуть не пунктуальнее), а бортинженер Каленгил это благополучно не проконтролировал. В эльфийском языке нет аналога крепким ругательствам, поэтому эльфу пришлось вспоминать гномий лексикон, чтобы хотя бы в мыслях обсудить происходящее. Впрочем, острые уши Каленгила и без того горели – его супруга и по совместительству штурман флагманского лайнера «Эвани-Эйр» Итилгаиль, жёстко прошлась шершавым язычком по мужниной нерадивости. Вероятно, именно это и помогло - в двадцать один час и пять минут по любимым часам Мелароса, серебристая "Констеллейшн" вырулила на взлетную полосу и, спустя несколько секунд начала свой стремительный разбег.

Полет прошел без эксцессов, разве только Ани снова попыталась расплакаться. Эрик не выдержал и успокоил её пятьюдесятью граммами "Слезы дракона" (в баре салона люкс-класса водилась и другая выпивка, но эта оказалась самой крепкой), после чего девушка, подсев на диван к Алисе, начала было приставать к ней с расспросами о традициях гоблинского искусства, потом сладко зевнула, не спрашивая разрешения обняла мисс Ветрогляд, словно большого плюшевого мишку, и засопела.

Ленасмальт подкинул мелких неприятностей - с моря набежал туман. Пришлось флагману "Эвани-эйр" полтора часа нарезать круги, пока не задул ночной ветерок с гор, согнавший клубы тумана с полосы назад в море. Было уже без десяти два, когда Эваниэль выключила двигатели остановившегося возле фирменного ангара самолета. Ехать в отель в такое время никому не захотелось, все пятеро (на самом деле четверо, Аниэль проснуться не изволила) решили заночевать на борту. Эваниаэль и Меларос - в особом купе для экипажа, оборудованном для них за кабиной, а Алиса не стала бросать спящую эльфийку и просто поудобнее устроилась, продолжая исполнять роль плюшевого мишки. Эрик же, не нуждаясь во сне, отправился в кресло первого пилота и предался ностальгическим воспоминаниям о тех временах, когда сам летал, и о двух проведенных в Генсале днях.

Глава 5. «Безобразная Эльза».

(6 августа 1985 года)

Утро наступившего дня было солнечным и ветреным. Здесь, на берегу Алениайрэ, Моря Луны, начало августа лишь немного напоминало о грядущей за ним осени, разношерстные обитатели города ещё ходили купаться - эльфы, чья кожа мало приспособлена к солнечным ваннам проводили больше времени в воде, а гномы и гоблины подхватили человеческую манеру нежиться под солнцем, хотя загар к одним не лип, а на других не был заметен. Даже ранним утром ветер ещё был теплым, но чем ближе к осени, тем чаще его тепла будет не хватать, для того чтобы не дать утреннему туману укутать прибрежные районы Ленасмальта.

Меларос ещё в десять часов укатил к местному торговцу Крюггайну, своему давнему приятелю. Эви его на дух не переносила, старый гном был дурно воспитан и к тому же жаден, а при виде эльфийки начинал отпускать грубые комплименты, за что сам Меларос не раз порывался повыдергивать тому бороду. Взаимная польза спасала их приятельские отношения от разницы в манерах – гном не только поставлял широчайший ассортимент абсолютно любых подержанных транспортных средств («Дедушка по выходным к внукам ездил, маминой бородой клянусь!») и запчастей к ним, но и знал последние новости и, порой поступаясь выгодой, рассказывал кто что сейчас продает и, главное, почему не стоит это покупать.

В лавке, конторой полуподвальное помещение в порту язык назвать не поворачивался, дым стоял коромыслом. Огромный, буквально кубический, гном, сидя в своем любимом кресле, выточенном из цельной каменной глыбы, курил гигантскую трубку.

- Здравствуй, беспокойный эльф! Какими ветрами занесло к старому барыге Камнезаду? И где положенное мне зрелище?

- Ты бы лучше спросил, что у меня в сумке! Вдруг я принес секатор для твоей бороды? И что ты так запал на мою супругу, тебе же бородатые женщины должны быть по нраву.

- Я придерживаюсь прогрессивных взглядов, это, во-первых. А во-вторых, мой вечно юный друг - борода грудь застилает. И если бы ты хотел укоротить мою бороду, уже давно бы это сделал. Поделись, что желаешь? Всё исполню за твои денежки!

- Мне нужна летающая лодка, Крюггайн. Большая, дальнобойная и надежная. И нужна быстро.

- Ты знаешь, у меня есть две «Каталины».

- Нет, нет и нет. Я сам за штурвал сяду, или ты хочешь потерять своего любимого клиента?

- Тогда извини, путь твой лежит во «Внешку» («Альмарнская Внешнеторговая Компания» - организация, занимающаяся торговлей между Альмарной и Землей, специализирующаяся, как на крупнооптовой торговле, так и на эксклюзивных заказах), и готовься ждать месяцок-другой, пока тебе доставят твой заказ.

- Ты меня тут травишь своим дымом, а я, оказывается, просто так пришел!

- На вас, ушастых, никакая отрава же не действует! Ладно, ладно, не кипятись. Есть пара машин на примете, только ты же все равно забракуешь и пойдешь свеженькую с Земли заказывать.

- А ты сначала расскажи!

- Вот смотри, - гном оторвался от кресла и достал с полки большой фотоальбом, - что можно посмотреть. Вариант первый – «Грумман Маллард», должен быть тебе хорошо знаком, его продает «Озерная Авиакомпания», хорошая машина в отличном состоянии.

- Не годится. Мне нужна дальность не меньше двух тысяч миль. И маловат он всё же.

- Хорошо. Есть «Альбатрос». Только он сейчас в Цугундере на переборке двигателей. Будет как новенький!

- Сколько ждать?

- Странно, почему не о цене спрашиваешь? Торопишься? Через две недели по плану должны закончить.

- Не годится. У меня нет и недели.

- Хорошо, есть «Каталина», но это бывшая учебка. Технически в идеале, но пассажирского салона там по сути нет. Зато здесь и сейчас – наш Торгвайн продает.

- Уже лучше. Больше вариантов нет?

- Есть, но ты не захочешь и слушать о нем.

- Все так плохо? Или ты опять про свою «Каталину», «Купи две – пока одну чинишь, на второй полетаешь»?

- Нет. Дизельный «Лингвилоки», - гном нарочито произнес название именно на эльфийском.

- Это что за чудо света?

- Я же говорил, что тебе это будет не по душе!

- Да рассказывай уже! Дизельный самолет это что-то новое!

- Блом-унд-Фосс сто тридцать восемь, он же «Лингвилоки» (эльфийское «Морской дракон»). Ему лет больше, чем твоей любимой «Конни». Слышал про Вторую Великую Войну Людей? Этот самолет сделала проигравшая сторона. Большой дальний морской разведчик.

- Ты так говоришь, будто бы все, что ты мне предлагал – новее. Проигравшая сторона, говоришь? Это называется «немецкий», машина у тебя привезена из страны «Германия», она тоже немецкая.

- Оставь мой «Мерседес» в покое, неугомонный! Подвох в том, что таких самолетов я больше ни разу не видел. Где ты будешь брать на него запчасти я не знаю. Кто тебе будет возить “дизель” на аэродром – тоже не знаю. И техников я тебе на него не посоветую. Ты знаешь, я с тобой честен. Иначе бы сказал только плюсы – мне Фундель обещал десять тысяч кхазов, если я приведу ему покупателя.

- А что плюсы есть? Фундель, уж больно знакомое имя. Не Фундель Коротконог ли, тот ещё пройдоха?

- Коротконог – Фрундель, а это Фундель Кистень-и-топор, знаешь ли. Сам вице-король Ундерберга! А плюсы в том, что этого его самолет. Он как попал к нему в руки сорок лет назад, так он хозяев ни разу и не менял. Машина что надо – его основательно откапиталили, ещё при покупке, салон оборудован для дальних полетов небольших делегаций, как раз то, что ты хотел.

- Знаю я гномские гостиные, он взлететь-то сможет или как музей гномьего искусства будет работать? Каменные панели на стенах, золотые гальюны, да?

- Ты мне мстишь за то, как я на твою супругу смотрел, да? О горе мне, за что Дурин послал мне таких друзей?

- Ну прекрати. Подвох только в обслуживании?

- И в движках. Какие-то хитрые дизельные моторы. Я таких не видел никогда – на один цилиндр два поршня. Магия, дорогой эльф, магия! Как раз по вашей части.

- Движки при смерти что ли? Поэтому продает?

- Нет. Говорит, что король велел пересаживаться на «Констеллейшн», свою не продашь, кстати?

- Забудь, это же наша с Эви любимая игрушка! Теперь понятно, как только Ундерберг построил нормальный аэропорт, к воде гномы подходить отказались. Плавать не умеют?

- Ладно, триста тысяч кхазов тебя устроит?

- Мы в Альвенталии, какие кхазы! Сколько в альвенталерах?

- Двести тысяч.

- Ты ещё на курсе заработать решил? Сто восемьдесят, иначе даже смотреть не пойду.

- Ага, попался! Сто восемьдесят так сто восемьдесят. Когда посмотреть хочешь?

- Сегодня в шесть, на аэродроме. Приду с леди Эваниэль.

- Меларос, вот за что я вас эльфов люблю, так это за наивность. Ты же просил летающую лодку, какой тебе аэродром? Это же не амфибия! Приезжайте к шести в порт. Причал номер тринадцать.

- Ты приедешь?

- Да.

- Принято. Ах да, со мной будет Эрик Фойгт.

- Ты смерти моей хочешь, да? Инфаркт миокарда, да?

- Фойгт мой друг, и прекрати боятся властей, с вице-королями и принцами ты дружишь, а следователь тебя до инфаркта доводит? Не смеши!

- Зачем он тебе нужен?

- Эрик Фойгт, вслушайся в это имя.

- И что?

- Он же немец! Он наверняка знает эту машину!

- Ладно, Дурин с тобой!

- Элен сила люменн оментиэльво, Крюггайн!

- И тебя тем же и по тому же месту. До вечера.

***

Пока Меларос навещал несносного торговца, Эваниэль нашла способ провести время с пользой – она вызвала шеф-пилота Келтонира, затребовав личные дела лётчиков компании. Испуганный Келтонир с увесистой стопкой папок, явился «на ковер», ещё по пути вспоминая, кто из пилотов мог чего-либо натворить и удивляясь, что же вызвало внезапную проверку. Когда же он вошел в кабинет и обнаружил в нем, помимо совладелицы авиакомпании, ещё и главу Управления авиационной безопасности, его волосы попытались встать дыбом, что, учитывая любовь эльфов обоих полов к очень длинным причёскам, придало ему весьма забавный вид.

- Леди Эваниэль, мистер Фойгт, - чуть не заикаясь пробубнил шеф-пилот, - вот данные, что вы просили.

- Спасибо, дорогой Келтонир, - мягко ответила Эви, ничуть не успокоив беднягу.

- Что-то случилось, леди Эваниэль? – с трудом уняв дрожь в голосе поинтересовался Келтонир.

Келтонир на самом деле был не из робкого десятка, но работа с бумагами не была его сильной стороной, эльфу в расцвете сил куда привычнее чувствовать себя в кресле пилота, тем более учитывая его пятидесятилетний летный опыт. Не говоря уже о том, что в самой безопасной авиакомпании Альмарны (за двадцать два года работы «Эвани-Эйр» не потеряла ни одного пассажира или сотрудника), внеплановые проверки не входили в традицию.

- Да, мой друг, случилось, - если бы Эви знала, как сильно перепугался её работник, она бы, конечно, начала фразу по-другому, - нам предстоит спасательная экспедиция и я хочу забрать у тебя двух лучших пилотов.

- А, ну это, конечно, дорогая леди Эви, - заулыбался, а потом смутился своей радости Келтонир, - но у нас все пилоты лучшие, ты ведь знаешь! И я сам готов участвовать, если могу быть полезен!

- Я пока не знаю, кого лучше выбрать, нам с мельдо Эрионом нужно проанализировать опыт каждого из наших летчиков – нам предстоит путь очень далеко на север, за полярный круг.

- Тогда, леди, Келтонир к вашим услугам, когда я работал с гномами, мне доводилось летать аж на сам Прункгверштайн!

- Я подумаю, видишь ли, мы пока даже не знаем, на каком самолете мы отправимся. Меларос пытается срочно подобрать подходящую птичку.

- Конечно, в любом случае, моя папка – самая верхняя, - Келтонира очень обрадовала перспектива интересного путешествия, в последнее время он настолько погряз в наземной работе, что уже полгода его имя не значилось в расписании полетов. Только чтобы совсем не растерять навыки, он по выходным летал на своём “Бивере” с любимой супругой к её родителям в Аленваль.

После того, как шеф-пилот покинул кабинет, Эви и Эрик принялись изучать папки, коих было немало - почти сотня, «Эвани-Эйр» уже на тот момент была самой крупной эльфийской авиакомпанией, насчитывающей двадцать один борт, включая личную «Констеллейшн» основателей.

***

Когда Эваниэль и Эрик Фойгт уже успели бегло отсмотреть большую часть досье и убедиться, что лишь немногие из их летчиков имели опыт полетов на гидроплане, дверь кабинета, тихонько скрипнув, приоткрылась, в образовавшемся пространстве возникла голова Мелароса, и с широченной улыбкой сообщила:

- Привет! Я нашел нам самолет!

- Какой? – деловито ответила Эваниэль.

Владелец головы явно рассчитывал на больший эффект своих слов, но у него было в запасе ещё одно средство – он просочился в кабинет, вытянув из-за спины здоровенный букет белых лилий.

- Мне очень приятно, - наградив супруга поцелуем, ответила одаряемая, - но мой вопрос остается в силе. Какой самолет?

- «Лингвилоки». Крюггайн говорит, что он немецкий, он и марку сказал, но мне не выговорить. Собирайтесь, в шесть на ждут в порту на смотрины.

- Опять твой Крюггайн. Обрадуй меня, скажи, что сам он не придет!