Астра Грей
Цена чужой крови. Книга первая-Резонанс

ЦЕНА ЧУЖОЙ КРОВИ.

КНИГА 1: РЕЗОНАНС

Предыстория: Нити судьбы и Академия

Город знал Ровену как одного из самых проницательных и бескомпромиссных частных детективов Торгового квартала, но лишь немногие знали, что заставило её выбрать этот путь. Она не любила говорить о прошлом, и её редкие посетители быстро понимали: эта женщина живёт настоящим, а не воспоминаниями.

Пятнадцать лет назад её детство перевернулось за один миг. В её комнате прямо из разорванного пространства появился загадочный мальчик с удивительными золотыми глазами. Он был напуган, дезориентирован и совсем не похож на тех детей, с которыми она играла во дворе. Их короткая, пронзительная дружба закончилась так же внезапно, как и началась — он исчез, оставив после себя лишь обугленный кронштейн от сгоревшей гардины и нестерпимую тайну. С тех пор Ровена дала себе слово во что бы то ни стало овладеть магией, чтобы научиться пониманию подобных сил и однажды найти ответы.

Она с отличием окончила Магическую Академию, блестяще освоив факультет Резонансной и Следовой магии. Её дар — редкий даже среди магов — позволял ей слышать эхо магии, оставленное в вещах, стенах и даже в воздухе. В Академии у неё появились верные друзья:

Леон — лучший студент факультета Боевой и Защитной магии. Верный, отчаянный и прямой, он всегда прикрывал спину Ровены на опасных практических заданиях. Его любили за честность и ненавидели за упрямство, но Ровена знала: за его грубоватой внешностью скрывается человек, готовый пожертвовать собой ради друзей.

Одеон — маленький рыжий корги, которого Ровена подобрала ещё щенком в годы учёбы. Несмотря на короткие лапы и непрошибаемое чувство собственного достоинства, Одеон обладал редчайшим даром: чутко улавливать присутствие любой чужеродной магии и демонических сущностей. Он был её глазами и ушами в мире, где опасность могла скрываться за каждым углом.

После выпуска пути друзей разошлись: отказавшись от скучной чиновничьей работы в Министерстве, Ровена за скопленные деньги и скромное наследство открыла собственное частное бюро на границе Торгового квартала. Академическая выучка дала ей филигранные знания рун, а суровые уличные будни научили мгновенно выхватывать стилет и работать в паре с Одеоном.

Леон же отправился в специальный отряд Городской Стражи. Но несколько месяцев назад, расследуя дело о нелегальных артефактах культистов «Тёмного Рассвета», он наткнулся на след Кровавой Печати. Не желая подвергать Ровену опасности, Леон отправился в подземную разведку один и бесследно пропал в катакомбах под Старой Ратушей.

А тем временем в Изнанке взрослел принц Люциан — тот самый мальчик с золотыми глазами. На его плечи легло страшное бремя: его отец, Владыка Демонов, угасал из-за проклятого договора с Тёмным лордом. Единственным способом разорвать проклятие и спасти отца было найти и уничтожить самого Тёмного лорда, чья душа служила якорной точкой контракта.

Судьба снова отвела Люциану путь в наш мир — прямо на порог бюро Ровены, где разрозненные нити прошлого, детективное чутьё, отважный корги и поиски пропавшего Леона сплелись в одну смертельно опасную историю.

Глава 1. Тень сандала и золотой сполох

Дождь барабанил по мутным стёклам бюро «Резонанс» третий час подряд. В помещении пахло сушёной мелиссой, старой кожей архивных папок и крепким, полусгоревшим кофе, который Ровена забыла на краю дубового стола. Она никогда не любила этот запах — он напоминал ей о бессонных ночах, о делах, которые не давали покоя.

За окном Нижний Город утопал в липких, грязно-серых сумерках. Газовые фонари Торгового квартала зажигались неохотно, отбрасывая на мокрую брусчатку тощие, дрожащие тени. Город дышал тяжело, как больной, и этот ритм отдавался в груди Ровены глухой, монотонной пульсацией.

Ровена сидела в глубоком кресле, подтянув колени к груди. Пальцы её левой руки непроизвольно поглаживали гладкий, испещрённый микроскопическими рунами стилет — подарок на выпускной в Академии. Каждая линия этого оружия отзывалась в её даре тихим, почти ультразвуковым звоном, от которого на затылке поднимались мелкие волоски. Она не знала, почему этот звук успокаивал её, но он был постоянным, как дыхание.

Под креслом глухо похрапывал Одеон. Рыжий корги свернулся упитанным бубликом, уткнув мокрый нос в собственный пушистый хвост. Его чуткие, похожие на локаторы уши периодически вздрагивали от ударов грома, но пёс не просыпался — он знал, что хозяйка рядом, а значит, всё в порядке.

И вдруг глухой вечерний уют разлетелся вдребезги.

Воздух в центре комнаты загустел, превратившись в вязкую, холодную патоку. Запах кофе мгновенно вытеснила тяжёлая, горчащая смесь дикого сандала, озона и жжёной меди — густой аромат Изнанки, от которого лёгкие сжало спазмом, а по коже между лопаток пробежал ледяной табун мурашек. Ровена замерла. Она знала этот запах. Она помнила его. Но не могла поверить, что он вернулся.

Одеон подорвался мгновенно. Пёс взвился на свои короткие лапы, шкура на его загривке встала дыбом, а из груди вырвался низкий, вибрирующий рык, от которого задрожали керамические кружки на полке. Он чувствовал то же, что и она: опасность, близкую и неотвратимую.

Пространство посреди бюро треснуло.

Это не была аккуратная магия академических порталов. Прорыв выглядел как рваная рана на ткани реальности, окаймлённая ползучим, глубоким фиолетовым пламенем. Из этого разрыва, тяжело дыша и едва удерживаясь на ногах, шагнул исполинский силуэт.

Тёмный плащ с глухим металлическим шелестом опал на пол. Мужчина выпрямился, и Ровена невольно задержала дыхание. Он был высоким, широким в плечах, а каждый изгиб его тёмного, подгнанного по фигуре доспеха из кованой демонической стали отблёскивал хищным, маслянистым глянцем. По правой стороне его шеи угадывалась тонкая сеть тёмных, пульсирующих вен — отголосок проклятого контракта, выпивающего из него жизнь.

Но самым жутким и одновременно ослепительным были его глаза. Они не просто светились — они горели чистым, чистокровным золотом, прорезая мрак кабинета, словно два солнечных луча, пойманных в ловушку. В этом свете была скрыта древняя, опасная сила, от которой ступни врастали в пол, а сердце начинало отбивать бешеный, рваный ритм где-то в самом горле.

Ровена узнала его не по лицу — за пятнадцать лет оно огрубело, стало старше, резче. Она узнала его по тому, как он стоял. Так же, как тогда, в её детской комнате: чуть ссутулившись, будто готовый к бегству, но с глазами, которые не отводил от неё ни на секунду.

— Ты… — выдохнула она, и это слово повисло в воздухе, тяжёлое, как застоявшаяся тишина.

Люциан не ответил. Он сделал шаг, ещё один. Сапог скрипнул по половицам, и этот звук показался Ровене оглушительным. Он остановился в шаге от неё, и она почувствовала запах сандала — тот самый, который не забыла, как ни пыталась.

— Я не должен был приходить, — тихо сказал он. — Но я не мог больше ждать.

Она хотела сказать что-то колкое, как привыкла. Но вместо этого спросила, почти шёпотом:

— Ты жив?

Люциан чуть заметно улыбнулся — той же улыбкой, что она помнила из детства, только теперь в ней была горечь.

— Жив. И пришёл просить твоей помощи.

Напряжение в комнате стало настолько плотным, что его, казалось, можно было резать стилетом. Одеон, не спуская глаз с незваного гостя, глухо рычал, но не бросался. Он ждал команды хозяйки.

— Скучала, детектив? — голос Люциана прозвучал низко, с бархатной, опасной хрипотцой, от которой у Ровены по спине снова прокаталась волна мелкого дрожащего холода.

Она медленно поднялась из кресла, пряча стилет в рукав, но не сводя с него глаз.

— Объяснись. Быстро.

Глава 2. Узы контракта и план спасения

Спустя час, когда заварился крепкий чай, карты были раскрыты. Люциан сидел напротив Ровены, и его силуэт в тусклом свете лампы казался вырезанным из реальности. Одеон устроился между ними, настороженно поглядывая на демона, но уже без прежней агрессии.

Отец Люциана, Владыка Демонов, медленно угасал: на его сердце лежал смертельный проклятый контракт, созданный Тёмным лордом. Люциан говорил тихо, но каждое его слово было пронизано болью, которую он пытался скрыть за маской спокойствия.

Ровена аккуратно разложила на столе мерцающие фрагменты Кровавой Печати, которые Люциан принёс с собой. Проведя над ними пальцами, она включила свой дар резонанса. Вспыхнувшие под светом лунного кристалла руны выдали тайную формулу. Каждая линия отзывалась в её сознании, как фальшивая нота, искажающая гармонию мира.

— Смотри, — голос Люциана стал хищным и сосредоточенным. — Контракт завязан на душевной сути самого Тёмного лорда. Он использует себя как якорную точку. Пока жив создатель — проклятие пьёт силы из жертвы. Но если уничтожить Тёмного лорда...

— Якорная ссылка рушится, — подхватила Ровена, мгновенно просчитав геометрию рун. — Проклятие мгновенно спадет, а забранная жизненная сила вернется к Владыке.

Это была единственная и безупречная цель: убить Тёмного лорда не ради мести, а чтобы спасти отца Люциана. Ровена посмотрела на принца, и в её глазах мелькнула тень сомнения. Она не знала, готова ли она идти до конца. Но когда её взгляд встретился с его золотыми глазами, она поняла: у неё нет выбора.

Одеон, сидевший у ног хозяйки, подозрительно принюхался к принцу, тихонько «буфнул», проверяя его на искренность, и наконец легонько ткнулся носом в его сапог. Пёс признал союзника. Ровена почувствовала, как внутри неё отпускает напряжение.

— Время играть по нашим правилам, — решительно произнесла она, пряча фрагменты в защитный контейнер. — Но учти, Люциан: если ты меня обманешь, я найду способ отправить тебя обратно в Изнанку без твоего драгоценного меча.

Люциан усмехнулся, и в этой усмешке промелькнула тень того мальчика, которого она знала когда-то.

— Договорились, детектив.

Глава 3. Отважный напарник

До этого момента в углу бюро под старым кожаным креслом царила подозрительная тишина. Но как только Люциан сделал шаг ближе к Ровене, из-под свисающего покрывала вынырнула рыжая морда.

Это был Одеон — три года безупречной детективной службы, самый коротконогий охранник в Торговом квартале и по совместительству корги Ровены. Он не просто был псом; он был её напарником, её совестью и её самым верным другом.

Уши Одеона встали торчком. Его чуткий нос моментально уловил чужеродный, глубокий и опасный запах Изнанки, исходивший от гостя. Корги выскочил из-под кресла, встал в грозную боевую стойку между Люцианом и Ровеной, выпятил грудь и выдал самое суровое, низкое и угрожающее:

— Вуф!

Люциан замер с поднятой бровью. Принц Изнанки, перед которым трепетали демонические кланы и отступали твари Бездны, медленно перевёл взгляд вниз. На него с открытой неприязнью и огромным чувством собственного достоинства смотрел пушистый рыжий батон на ножках-сосисках. Этот маленький пёс не боялся его — и это было неожиданно и даже забавно.

— Это... твой главный аналитик? — тихо спросил Люциан, боясь сделать шаг, чтобы случайно не наступить на «защитника».

— Это Одеон, — с улыбкой представила его Ровена, опускаясь на корточки и поглаживая пса по загривку. — И он считает, что от тебя несёт демонической угрозой первой категории. Он не ошибается.

Одеон, чувствуя поддержку хозяйки, сделал полшага вперёд и издал ещё один глухой «буф!», демонстрируя Люциану свои самые маленькие и острые зубы. Он отважно закрывал Ровену своим упитанным боком, готовясь защищать её от высоченного тёмного незнакомца до последнего хрустящего лакомства.

Люциан не удержался и чуть слышно фыркнул. Уголки его губ дрогнули в тёплой усмешке. Он осторожно опустился на одно колено, чтобы оказаться на одном уровне с корги, и протянул к нему руку тыльной стороной ладони, погасив всю свою тёмную магию до капли.

— Тихо, малый, — мягко проговорил принц. — Я на вашей стороне.

Одеон навострил уши, подозрительно прищурился и сделал осторожный шаг вперёд. Настороженно понюхав пальцы Люциана, корги уловил не только запах далёкой Изнанки, но и тонкий аромат сандала и искреннюю теплоту, с которой этот демон смотрел на его хозяйку.